​​Натянул девчонке на ​

​словом или взглядом;​вечер​сложно и очень ​, ​смехом​Ту, что сказала б ​второй за этот ​На земле нашей ​, ​
​Что надулась?! - И берет со ​любви!​И вот уже ​победить слона!​, ​Рыжеусый хмыкнул:- Эй, коза!​А мудрость озарения ​взмах рукой!​Мышь способна порой ​, ​И, довольный, видимо, успехом,​нажитую мудрость.​Но тут - прием и новый ​нем черной власти!​, ​часы.​Иметь пускай не ​навстречу,​Зло - ничтожно. Но сколько в ​, ​Стал спеша отстегивать ​той разбуженной крови​Другой, взревев, рванулся к ней ​- превыше счастья,​, ​фигурой​Но если б ​рухнул на траву!​
​Что оно защищает ​, ​Парень со спортивною ​Я понимаю, юность - это юность,​
​Как сноп мгновенно ​лишь холодная тишина...​сайтов: ​Наблюдал, как, от волненья бурый,​дом.​величиной, мужчина​Но в ответ ​Информация получена с ​усы,​судьбу мою и ​Почти со шкаф ​страстью.​

​посвятили этому цвету. И русские, и иностранные. Все такие разные, но очень захватывающие.​А второй, пуская дым в ​Шагнувши вся в ​чудо наяву:​с правдой, с теплом и ​и колдовскими. Приятно видеть то, сколько стихотворений поэты ​Все, что есть,- на бочку, и живей!​быть моею,​И тут буквально ​

​Обратись к нему ​
​зеленых глаз. Их считают редкими ​Кольца, серьги, часики, деньжонки -​б и вправду ​И вновь - удар! «Теперь души, скотина!»​дьвольски далеко!​• Я сама обладательница ​Путь закрыт, и никаких гвоздей!​Что ты могла ​По горлу - словно сталью: раз! И раз!​

​Только как оно ​От мечты своей, не увиденной.​
​Первый хрипло буркнул:- Стоп, цыпленки!​о том,​и метко​может,​жизни обыденной,​из-под земли.​Но как-то горько думаю ​Ребром ладони яростно ​Есть и сердце, что многое сделать ​Я устал от ​Выросли вдруг как ​чтобы жалею,​
​фраз,​
​здесь поможет?!​
​От постели, не греющей нас.​
​силуэта​
​Ты знаешь, я не то ​
​И первому, уже без лишних ​
​Всюду - люди. Но кто тебе ​
​суеверия,​
​Два плечистых темных ​

​срок.​Неторопливо сбросила жакетку​Пей хоть водку, хоть бренди, хоть молоко!​От пророчеств и ​дремлющих вошли,​Не навсегда, а на короткий ​Она вздохнула: «Ладно... Покажу!»​жуткая тишина...​От холодных, зелёных глаз,​В тень акаций ​счастья засияли​Чтоб выжить - покажи, на что способна!»​Что вокруг тебя ​упрёков неверия,​А когда, пройдя полоску света,​Глаза твои от ​Сейчас исполнишь все, что нам угодно!​и дико,​Я устал от ​И девчонка - хрупкий стебелек.​

​росток,​Один дохнул: «Заспоришь - придушу!​все же чудно ​красоты.​
​фигурой​
​Когда любви проклюнулся ​Снимай же все, что надо, и молчи!»​До чего это ​От уродства и ​Парень со спортивною ​дали,​бывает!​лунных бликах...​От божественности ложной,​спящий городок​за то, что в дальней ​«Мы шутим? Да серьезней не ​по комнате в ​пустоты,​

​Шли вдвоем сквозь ​Мне жаль тебя ​раздирает?!» -​Вот ты ходишь ​От вранья и ​по набережной хмурой​любя?!​«Вы шутите? Ну что вас ​

​нужна!​правды сложной,​Так в ночи ​

​так и не ​хмуро как сычи.​

​крика в душе ​Я устал от ​звезд!​Всерьез ни разу ​
​А трое смотрят ​Только помощь до ​ремней.​из музыки и ​век воюя,​«Ребята, что вы?!»... Голос замирает,​

​силах никто помочь!​От тугих её ​Мир был сплошь ​смысл прожить весь ​Дыша спиртным, придвинулись плотней.​Жжет тоской - и не в ​От судьбы, «Ея Высочества»,​

​сегодня​Ну что за ​
​кусты!» И три фигуры,​и разлуках,​От обыденности дней,​Ветер пел... И для нее ​
​тебя.​Ступай сюда в ​Мучит, шепчет о подлостях ​одиночества,​И поцеловал. Качался мост,​
​Мне часто где-то даже жаль ​дура!​Только ночь - жесточайшая это штука:​
​Я устал от ​приподнял​и не ревную.​«Ну, хватит! Брось таращиться как ​ночь.​
​Райндвуд​Подбородок пальцем ей ​Поверь, я не сержусь ​огней...​День, как рыба, ныряет в густую ​
​восхитительного стихотворения Кайл ​Ах ты, воробьиная душа!​деловито позвонишь.​
​Вдали сверкнули россыпи ​сне не снилось.​Браво автору. А автор этого ​И сказал:- Ты просто восхитительна,​То ты мне ​
​стало хмуро.​и в тягостном ​глаз.​спеша​звоню из Подмосковья,​
​Закат погас, и в парке ​
​О какой мне ​мне зелёных Ваших ​Притянул девчонку не ​То я тебе ​троих!»​душу такая боль,​Но не хватает ​Парень улыбнулся снисходительно,​Все как всегда: заснеженная тишь...​
​По-дружески разделим на ​И пронзит мою ​Вас,​не поплыла!​
​никакою новью,​А третий хмыкнул: «Мы красотку эту​безжалостно изменилось,​я не увижу ​б в грозу ​Не брызнет утро ​
​конфету!»​Как вокруг все ​Я знаю, что во сне ​
​Ни за что ​чему.​Другой: «Ну нет! Я сам сожру ​

​соль,​Вы говорили "нет", а я-то думал "Да!"​Знаешь, я ужасная трусиха,​
​Да только, видно, это ни к ​«Она - моя! И споров никаких!»​И почувствую, словно на раны ​забыть зелёные глаза,​от страха умерла.​созвать бы!​Один промолвил, сплюнув сигарету:​Вдруг застыну отчаянно-одинокий?!..​Я не могу ​- Я бы там ​Эх, нам застолье шумное ​эротичной.​Я, исхлестанный ложью, как злым кнутом,​нас…​
​А потом, вздохнув, сказала тихо:​ней - ни слова никому.​С нацеленностью явно ​
​дом,​цвет связал цепями ​В смелые, горячие глаза...​А мы о ​три здоровенных лба​В центре жизни, имея друзей и ​И тот зелёный ​с восхищеньем​тобой серебряная свадьба,​

​Шагнули к ней ​Что когда-нибудь в мире, в иные сроки​в вас?​И она смотрела ​У нас с ​остроэкзотичной​
​о том,​Зелёные глаза! Зачем взглянул я ​гроза.​

​к списку​Внезапно с речью ​помыслить хоть раз ​
​"нет" - утонешь навсегда.​Как швыряла молнии ​навсегда!​
​кино ей, видно, не судьба:​
​Разве мог я ​Ему не скажешь ​дьявольским теченьем,​бог вам счастья ​Но быть в ​него иной.​пруда,​Как боролся с ​И дай же ​и кавалеров.​
​По-другому. И цвет у ​свет, как в омуте ​переплывал,​все, мои хорошие!​Без всяческих подруг ​открывается​В вас затаился ​Он морской залив ​Спасибо вам за ​уверенно в кино​И теперь одиночество ​вокруг!​бурю ради спора​и радость, и беда.​

​И шла она ​что-то новое появляется.​
​рассвет… И пело все ​Как однажды в ​

​Когда на всех ​темно,​

​И в душе ​



Стихи про зеленые глаза девушки

       

​Где нас застал ​Парень, между прочим, рассказал,​
​ношею,​Чего-то злого. В парке не ​
​летит порой,​и луг,​Видно, распалясь от разговора,​
​я под любою ​не было примеров​Только время стрелою ​

​цвет напомнил лес ​И девчонка - хрупкий стебелек.​И не свалюсь ​
​Тем паче если ​живого...​
​Мне ваш зелёный ​фигурой​
​То, значит, сердце вчетверо сильней!​Не всем, видать, предчувствие дано.​Тишина... И вокруг ничего ​

​с ума свели.​Парень со спортивною ​
​тут четыре воли,​
​кустами у пруда.​Одиночество - горькая пустота,​Зелёные глаза меня ​
​Шли, смеясь, по набережной хмурой​И если вместе ​Три тени за ​

Стихи на тему «Глаза»

​холодно и сурово,​самой Земли!​
​Озарял уснувший городок.​
​четверо друзей​
​разглядела​За которой все ​

​Зеленые глаза! В вас кровь ​звездным абажуром​

​Но если рядом ​Иначе б непременно ​Одиночество - дьявольская черта,​
​В душе пожар, от тех лучей.​Шар луны под ​
​соли,​И, видимо, наивна до предела,​
​Золотые, как солнце, глотки надежды...​

​дней​к списку​
​без счета горсти ​ветер молода,​
​сказочного ковша​пор, с тех самых ​
​деньги отдал...​

​Пусть сыплет зло ​Была она как ​
​Чтобы выпить из ​
​И до сих ​А молча другу ​
​четырежды враги!​

​никакой тревоги.​Ждет, прикрыв, как писали когда-то, вежды,​
​Поверь, я это испытал.​не давал,​
​И всякой лжи ​Одна весна и ​
​Одиночество - это когда душа​Взглянул, и насмерть, наповал,​

​Он никаких советов ​друга совести​
​зеленоватых глаз -​
​И немного таинственный, как пророчество.​
​врачи.​

​руки часы, пошел и продал,​
​Перед тобой четыре ​
​И в глубине ​Одиночество - это недобрый друг​
​Бессильны против них ​

​Он снял с ​Любая низость - прячься и беги!​
​профиль, и в анфас,​
​степи: ни души вокруг.​опасные лучи,​
​сказал,​всякой строгой повести.​

​Красавица и в ​
​Это словно в ​

​В них есть ​ни слова не ​
​Их жизнь суровей ​по дороге.​

​Мне казалось когда-то, что одиночество -​лесть​
​А третий друг ​четыре вскинется кинжала.​
​Шла женщина неспешно ​к списку​
​злоба и не ​

​за совет!​И гнев в ​
​предзакатный час​
​Вот так любить!​Нет, в них не ​Еще спасибо скажешь ​

​и тронь,​

​Однажды парком в ​

​дай, как говорится, бог​
​тайна есть​Все будет точно: сделают, помогут,​Попробуй подлость подкрадись ​
​к списку​Но уж не ​
​В глазах зеленых ​И не волнуйся, отказать не могут.​
​воду, и в огонь!​Я ведь редко, товарищи, плачу...​
​верить, и мечтать, и жить.​пропасть!​
​начальству в кабинет.​Готовые и в ​
​меня!​С ней легче ​
​Подумай! Как бы не ​Ступай сейчас к ​
​четыре генерала,​

​Ну, а слезы... За это простите ​

​на порог.​
​в нее попасть,​
​жечь сердца глаголом.​
​И вот стоят ​не прячу!​

​Любовь приносит радость ​
​И прежде чем ​Пойти туда и ​
​Любые беды - это не навек!​всех и волненья ​
​придет?​

​А в сеть, так просто залететь,​
​в деканат.​
​сердечно,​
​Я целую вас ​

​Вдруг позвонит? А вдруг еще ​
​сеть,​
​Уж лучше обратиться ​
​Но там, где дружба вспыхнула ​радость храня,​

​не до сна:​Глаза, как омут или ​
​Волынистое дело это, брат.​верил бесконечно.​
​И навек, и навек эту ​
​книг сейчас и ​

​на душу грех.​
​Второй вздохнул: - Бумаги, протоколы...​В которого я ​
​куски!​Ей не до ​
​Кто взять хотел ​возможно, говорят!​

​человек,​

​мое разорвали в ​
​неотступно ждет.​
​пронзали тех,​
​На свете все ​Меня обидел горько ​

​Вы же сердце ​
​Она сидит и ​Вы как стрелой ​
​найдется,​меня!​
​такое!​

​Пробило полночь. В доме тишина...​
​похвала,​
​Глядишь, твоя пропажа и ​
​дружбу и в ​

​Что ж вы, черти, творите со мною ​
​требовать взамен.​
​Их не подкупит ​
​Необходимый розыск учинят.​Четыре веры в ​

​острой тоски.​И ничего не ​
​так мила,​А там, кто надо, тотчас разберется,​
​Четыре благородных мушкетера,​
​Кровь то пышет, то стынет от ​

​Чтоб вновь служить, чтоб снова унижаться​
​В них откровенность ​милицию и сдать.​
​Четыре сердца, полные огня.​Небо красное, черное, золотое...​
​плен,​Другие камни, меркнут тут.​

​Снести его в ​

​Четыре честно-искренние взора,​Только звезды, да ночь, да цыгане поют!​
​в свой добровольный ​изумруд​
​заявленье,​И вдруг - они! Ну как из-под земли!​
​миг и пропало,​И шла она ​
​Их не заменит ​А написать толково ​
​что-то горькое случается,​Все ничто! Все качнулось на ​
​препираться,​бирюза,​
​горе горевать,​Вот в жизни ​
​домашний уют?​Тут было бесполезно ​
​Их не заменит ​Тебе сейчас не ​
​это славно получается:​
​Что такое привычный ​такой плохой!​
​Глаза. Зеленые глаза,​Один промолвил: - Надо, без сомненья,​
​Ну как же ​Ах вы, песни! Ах, други чавалэ-ромалэ!​
​все же не ​
​Зеленые глаза​
​молча за столом.​
​Пришли друзья. Опять друзья пришли!​
​От хмельных, обжигающих песен цыган!​И он уж ​
​Привет всем 🙂​Сидят и курят ​
​Борису сергееву, Юрию Коровенко​
​песен,​- Но я люблю... Ужасно... Как на грех!..​
​клетко​печальным полукругом​
​Виктору Чибисову, Александру Горячевскому,​Я читаю стихи, я качаюсь от ​
​жалобно на всех:​Вновь станет беспощадной ​
​И три дружка ​к списку​
​Звон гитар... дрожь серег... тополиный дурман...​И вдруг смотрела ​
​в срок,​стол. Конспекты. Блока том.​
​люблю!​гирлянды созвездий развесил,​
​Она кивала, плакала порой.​Весна явившись точно ​
​А в центре ​И чем дольше, тем больше тебя ​
​Май над миром ​нельзя!​
​зеленой веткой,​другом,​
​леплю -​Ну о той, что хозяин покинул, прочти!​
​Сама пойми: ведь дальше так ​
​На отмашь бьет ​строго друг за ​

​Я, как скульптор, из песен тебя ​стихи о дворняге.​
​Будь гордою. Довольно унижаться!​в бровь, а в глаз,​Вдоль стен кровати ​
​совершенство.​- Золотой, ты прочти нам ​пора давным-давно расстаться.​
​Весна опять не ​месяц впереди...​

​То выходит действительно ​

​смущенно почти:​- Да с ним ​
​лица.​И целый длинный ​душой -​
​Кто-то тихо ответил ​
​твердили ей друзья:​Сотруться с фотографий ​

​сквозняки гуляют,​с радостью и ​Вздрогнув, смолкли веселые струны-бродяги,​
​В часы невзгод ​шаги,​
​Теперь в карманах ​Коль творить тебя ​
​для вас? Ну скажите мне, что?​всегда прощен.​Затихнут у дверей ​

​понимает,​А весь образ, таящий одни блаженства?!​
​Что мне сделать ​лгал и был ​птицы.​
​Как потерял? И сам не ​
​души одной?​Песня песню кружит, песня песню сжигает,​Сто раз ей ​

​Сюда еще вернуться ​пасмурный сидит.​
​Впрочем, только лишь плюсы ​ничто!​
​бросал и возвращался,​
​дожди,​Вот почему он ​

​души товоей.​и сорваться в ​
​Сто раз ее ​Сюда еще придут ​
​стипендия его!​
​Оставляя лишь плюсы ​Все готово взлететь ​

​ней не считался,​
​балконов.​
​Тут вся почти ​отсекаю,​
​И еще, и еще!.. Звон гитар нарастает,​и никогда с ​

​Стучиться в форточки ​это состоянье,​
​Недостатки я мысленно ​и пару гнедых.​
​Ни в чем ​Грустят о ветре, тот смеясь,​
​Но для студента ​знаю!​

​Про старинные дроги ​
​о том, что он​сугробов,​
​Для ректора, возможно, ничего,​ж, это я превосходно ​
​Щуря взгляд, пожилая цыганка Сантина​уж не знать ​

​Восстав из тающих ​много ли сиянья?​
​Ну так что ​
​И запела, обнявши меня, точно сына,​И ей ли ​
​грязь,​От трех десяток ​

​нет людей.​стих...​«чудачка» и «дуреха».​
​Деревья голые и ​к списку​
​Говорят, что без минусов ​Струны дрогнули. Звон прокатился и ​
​Она же лишь ​играет в жмурки.​

​«Той, которая любит верно!»​света.​
​не уйти!​умен,​
​Опять со мной ​Все равно. Эти строки тебе:​
​трон доброты и ​от песен своих ​и только он ​

​в срок,​
​тебя, наверно.​
​И сажаю на ​От гитар и ​
​Прав только он ​Весна явившись точно ​
​И не встречу ​из всех грехов​
​многогрешной​В ответ - ни возражения, ни вздоха.​

​летят сосульки,​в чужой судьбе,​
​Я тебя вынимаю ​на этой земле ​он, трезв или хмелен,​
​С высоких крыш ​
​Пусть ты песня ​
​вечно смеется лето.​

​Все равно вам ​Хвастлив иль груб ​
​дорог,​
​стихи дарю!​Что вокруг тебя ​
​другие пути,​пытался.​
​Снега чернеют вдоль ​Я вот эти ​
​столько стихов,​ни вели вас ​
​ни разу не ​наступит осень.​
​Вам, кто любит, и всем, кто верен,​Я тебе посвящаю ​

​Ведь куда б ​
​Да и узнать ​Сквозь лето не ​
​- Подождите!- я говорю.-​
​к списку​

​Вы иные, хоть больше, наверное, внешне.​
​не ведал никогда,​вслед за ней,​
​И поверил я, и поверил!​
​Да, жалкий трус! Да, мой любимый! Да!​плащах.​

​Об этом он ​Безумно жаль то ​
​Словно горные родники.​- Да, мой мучитель! Да, молчун несчастный!​
​кофтах и модных ​душе той - радость иль беда?​
​спросит.​

​Очень светлые, очень чистые,​
​видел никогда.​Вы в нейлоновых ​
​Но что в ​
​И разрешения не ​То от счастья, то от тоски,​

​Еще ее не ​
​кибиток,​Ее душой: «Так преданна всегда!»​
​Весна, она опять придет​
​И девичьи - всегда лучистые​

​Он мог поклясться, что такой прекрасной​

​Без костров, без кнутов, без коней и ​умилялся​
​Под стенами Иерусалима...​слеза.​
​его спиной.​руках,​
​Случалось, он под рюмку ​голов.​

​Где все правда: и смех и ​

​Она стояла за ​Без колоды, снующей в проворных ​
​с безвольной полонянкой.​жатву душ и ​Женски гордые, но такие,​
​Он обернулся: в пламени заката​
​скудных пожиток,​

​Как хан Гирей ​
​И смерть собрала ​Скорбно-вдовьи и озорные,​
​прошелестел листвой?​Вы иные: без пестрых и ​
​с ней -​Судьба была неумолима.​

​глаза!​Иль просто клен ​
​тостов влюбленных гусар!​Ее любимый постоянно ​
​сынов.​Ах, какие у них ​
​Что это, бред? Иль сердце виновато?​

​И хмелели от ​речкой Серебрянкой:​
​Вспомнишь полегших христианских ​мы!​Да или нет?- И вдруг услышал:- Да!​
​Громом песен, купцов, как цыплят, потрошили​Течет отнюдь не ​
​Расскажешь про Галилею.​на земле и ​

​Меня ты любишь? Будешь ли моею?​Ваши бабки, пленяя и «Стрельну» и «Яр»​
​уже немало дней​этот ад,​А ведь есть ​
​Скажи, моя красивая звезда:​
​лихих конокрадах ходили,​

​Ведь жизнь ее ​Всеми чертями кляня ​
​нас!​Тебе небось смешно. Что я робею.​
​Ваши деды в ​сейчас?​
​И внукам, тихо седея,​- Погоди! Ты забыл про ​

​«решительный удар»!​табор цыганский?!​так лжет себе ​
​Тулузу вернешся опять,​тьмы:​
​- Вот и погиб ​Или просто неведомый ​
​И для чего ​

​Быть может в ​
​Заблестевших из дальней ​и сказал печально:​
​«Ромэн»​хитрит перед собою​
​в преисподнюю?​

​сотни глаз,​Сел на скамейку ​
​Кто вы, братцы: друзья из театра ​К чему она ​
​Сей город свести ​
​И увидел я ​машинально,​

​Степь да звезды! Ни крыши, ни пола, ни стен...​
​душою».​Бог Всеблагой, неужели хотел,​была и есть!​
​Достал портрет любимой ​молдаванский:​
​и сердцем и ​сотня.​

​Все равно и ​
​бульвар,​
​как бубен гудит ​Зато он здесь ​
​Из тысячи выжила ​в мире​
​все! - Он вышел на ​Нынче дом мой ​
​Но масса дел: то это, то другое...​мы?​
​Только женская верность ​- Ну вот и ​
​усталых машин...​«Конечно же, он рвался, и не раз,​"Так хочет господь!", а хотели ли ​
​честь,​сплошную ерунду.​
​Под стихающий рокот ​может!​
​нечестивчев!​Пусть кому-то плевать на ​
​И снова нес ​Жмурясь сотнями глаз, засыпает столица​

​- быть того не ​

​Святыню из рук ​Не спеши! И взгляни пошире:​Но вновь краснел, и снова заикался,​
​бахромки гардин.​Чтобы не вспомнил ​вырвет железной рукой,​
​Будто кто-то мне крикнул:- Нет!​где-то на ходу,​Ветер ласково треплет ​
​позвонил!​Всем тем кто ​мне​
​То ли споткнулся ​ночная зарница,​Не может быть, чтоб он не ​
​с торрицей,​Только вдруг показалось ​в чем-то просчитался,​
​За окном полыхает ​прожит.​На небе воздастся ​
​Верность женская - глупый бред!​Однако то ли ​

​цыган не услышу!​

​поздно, день еще не ​
​Смелее щенок! Держи крепче строй!​спалить в огне:​до конца!​
​- Как мне жаль, что я больше ​Не так уж ​Что завтра? Мы завтра посмотрим,​
​Я хотел их ​

​что не дрогнуть ​смертью сказал:​звездную включил,​
​Молитва одна, остался бы цел.​«Той, которая любит верно!»​
​Но ни за ​
​же Толстой перед ​Пусть вечер люстру ​

​Улицы древками копий,​стихов:​проиграть сраженье,​
​Ведь не зря ​Вдруг позвонит любимый, вдруг придет?!​стрел,​
​Да горячие строки ​Чтоб победить иль ​
​Ни душевность, ни боль, ни сердечный накал.​не до сна,​

​Небо щетинится тучами ​безмерной,​
​походкою бойца.​Как цыгане поют? Нет, не сыщутся выше​
​книг сейчас и ​
​молод.​Только отзвук беды ​Он шел вперед ​

​плеч голова!​

​Ей не до ​скажу я и ​
​тех годов​
​движенья​таким, что хоть с ​
​напряженно ждет.​Не так уж ​

​И остался от ​Средь городского шумного ​
​То с весельем ​Она сидит и ​
​наплевать,​Раны все-таки зарастают...​
​не уйдет!​

​тоскою, темно и тревожно,​Пробило десять. В доме тишина.​
​Я просто солдат, мне на них ​Что, хотя остаются рубцы,​
​Без ясного ответа ​То с надрывной ​
​к списку​город,​

​Те, кто мучился, верно знают,​
​раз​такие слова?!​
​не заменит сказки!​Все делят разрушенный ​
​скворцы.​

​Чем будет тряпкой. И на этот ​ли на свете ​

​И радар никогда ​грызуться опять,​
​Каждый май прилетают ​
​Когда решил он, что скорей умрет,​Да и есть ​
​лес,​Бароны и графы ​

​не было.​Но час настал. Высокий, гордый час!​
​- передать невозможно.​
​хвои не заменит ​ворота.​
​Только верности больше ​спящий.​
​Как цыгане поют ​Ведь экстракт из ​
​Вперед на святые ​И сирень, как всегда цвела,​
​за трусость даже ​к списку​
​лесах берендеевский бес,​покатились железной волной,​

​Было все: и она была,​

​И клял себя ​
​Такой уж был, видно, «характер трудный».​
​Пусть хохочет в ​
​Но все ж ​мне она бегала.​

​этот смех.​же ночь..​
​краски,​охота!​
​По которой ко ​сне все слышал ​
​Ушла и... повесилась в ту ​померкнут слова и ​

​то жить не ​сквозь сад вела,​
​Он и во ​
​праздник людный.​
​Только пусть не ​А нам будь ​Та же тропка ​

​Глаза... И смех - надменный и пьянящий...​С улыбкой покинула ​
​технику и прогресс!​"Так хочет Господь!" - попы подняли вой,​
​вцепился!​Она была повсюду, как на грех:​и... прочь!​
​Я - всем сердцем за ​слепы.​

​Прыгнув, в сердце мое ​
​пропадай через любовь!​
​Затем осушила бокал ​ней.​
​Отчаяние с яростью ​

​Черный слух, будто черный кот​
​А я тут ​
​Билет уже куплен. Ну все... Прощайте».​
​Если тайна какая-то будет в ​войны а палачи,​я - возвратился!​

​смеяться,​А я уезжаю. А мне - пора...​
​тогда горячо влюбляется,​Мы словно не ​
​Когда вот он ​Потом вздыхал:- Тебе бы все ​
​добрых не забывайте.​Ведь душа лишь ​

​щепы,​
​Почему, когда все поет,​
​самых нежных слов.​
​И слов моих ​открытая всем красавица.​Щиты изрубленны в ​

​Вдруг - удар! И конец всему!​Шепча ей кучу ​
​празднуйте до утра!​Как сверх меры ​
​кровью мечи,​достигает...​
​оторваться,​Гуляйте ж и ​Жизнь скучна, обнаженная до корней,​

​По гарды умылись ​Вроде б радости ​
​А он смотрел, не в силах ​и любовь!​
​легенда.​
​Боятся возмездия глупо.​Вот живет человек, мечтает,​
​И, улыбаясь, щурилась слегка.​И сердце нежное ​
​И нельзя, чтоб навеки ушла ​руби и коли!​
​Столько горького? Почему?​теннисной ракеткой​
​ценить​Аленушками нужны,​
​Во славу Господню ​бывает​
​Она стояла с ​Умейте, умейте всю жизнь ​
​И Добрыни с ​трупы.​
​Почему на земле ​
​от ветерка,​искренне попросить:​
​красивые сны,​На улицах горами ​
​«Той, которая любит верно!»​
​Прядь придержав рукой ​

​Хочу я вас ​Только людям нужны ​
​Никея, Сааддак, Антиохия, Мали...​так:​
​блузке возле сетки,​И все-таки, главное, вновь и вновь​
​не прячутся колдуны.​небесное царство.​А стихи озаглавил ​
​В спортивной белой ​мечты сбываются!​
​И в чащобах ​Дал пропуск в ​Я светился, как вешний стяг,​
​открыть перед живой.​И все непременно ​Пусть река - не ожившая чья-то лента,​грехи отпустил,​
​в том, наверно,​Те, что не смел ​жизнь у вас​

​слышится в ней!​Папа Урбан все ​

​Только дело не ​думы и секреты,​Пусть будет счастливою ​Что-то слишком визгливое ​гафство.​не ловко?​Он поверял ей ​ведь начинаются,​какой-то стала,​Титул и каждому ​Ловко вышло или ​собой.​А радости только ​Даже музыка нервной ​Раймунд посулил,​не знал,​Он смелым был, он был самим ​вам хочу сейчас,​быстрей.​Добычу нам Славный ​Молодой, я и сам ​портретом​И я пожелать ​жить и любить ​ангелы с вами!​ней написал.​Перед простым любительским ​его любили.​Все стремимся и ​Господь и все ​Я стихи о ​и откровенен.​Любил человек и ​хмельного шквала,​примете бой,​накал,​Он был красноречив ​года​Ну а мы, будто в вихре ​Христовы сыны вы ​


​Раз, в груди ощутив ​

​фотографией ее​Ну, а еще, чтоб чрез все ​
​Жил хоть кроха, а все-таки домовой...​Щиты осеняя крестами,​У полярников, на зимовке,​И только с ​Из воли, из творческого труда,​
​за печкой где-то​"Так хочет Господь!" - попы подняли вой,​было мало!​Шагал домой, подавлен и потерян.​
​звездной пыли​Да сверчок, да еще чтоб ​Тулузы.​Даже писем мне ​

​свое,​

​Строится в зареве ​
​бородой седой,​Под знаменем славной ​
​не мог!​
​Вконец растратив мужество ​
​«Судьба человеческая всегда​
​Стук копыт, да мороз с ​
​сарацин,​Я спокойно сидеть ​
​каменно молчал.​
​спокойно:​
​лугового лета,​
​Мы отбивались от ​
​сжигала,​Или вдруг просто ​
​Сказала приветливо и ​
​Нужен сказке дурман ​

​груза,​

​Эта нежность меня ​
​Толстого​
​и женихом,​и шум дубрав.​
​Под тяжъю священного ​даль дорог​Невесть зачем цитировал ​
​И, став пред невестою ​Сказке нужен скворечник ​
​железо личин,​И когда через ​
​Но, как на грех, мучительно мычал.​в ответ достойно​

​ракетном гуле,​

​От пота ржавело ​разлук хватило.​
​слово,​Она чуть кивнула ​Сказка... Ей неуютно в ​
​Что делать, кон каждому сужен.​
​На сто долгих ​Хотел сказать решительное ​с вином.​

​Только что-то мы, видно, навек спугнули.​Сегодня ты жив, а завтра издох,​
​моей с лихвой​
​сплошную чепуху!​Ей протянули фужер ​
​прав,​Оазис вонючая лужая.​

​Что тоски бы ​
​Краснел и нес ​прошла по залу...​Я не знаю, кто прав тут, а кто не ​
​Палящее солнце, пыль и песок,​стремился к милой,​

​ней,​

​Вошла и бесстрашно ​Романтически-сказочного вокруг.​
​года.​Так в разлуке ​
​Но всякий раз, едва встречался с ​
​шагнула в зал,​
​чего-то наивно-тайного,​этим стенам три ​
​я сгорал такой,​духу!​
​Это она вдруг ​Тем все меньше ​
​Мы шли к ​И в тоске ​
​Сказать ей твердо. Все как на ​столику пробежал.​
​сверхмощного и сверхдальнего,​
​Хмельные от крови, поповских речей,​дети...​
​своей​От столика к ​

​И чем больше ​свода.​
​- Не губи! У меня же ​он о любви ​разгаре бала​Чем глазастей радар, чем хитрей ультразвук​Под сенью небесного ​Мучась завистью, прошептал:​Сто раз решал ​

​И вдруг, словно ветер в ​
​непременно, увы, сужаются.​
​пик, алебард и мечей.​фантаст на свете,​
​к списку​
​по швам трещал!​То в другом ​Лес копий и ​Что любой бы ​
​Попросту дружески помолчите.​Что каждый буквально ​одном становятся шире,​
​Антон ^Ворон^ "Волчонок" Воронцов​Я, наверное, так мечтал,​нас​ребята,​Если рамки в ​просто красивые..​
​Я пошел бы, чтоб сдвинуть гору!​

​То будет честнее, коль вы для ​
​И пили, и лопали так ​
​не получается:​
​очень красивые стихи..даже больше чем ​
​плечом свалил,-​

​вас,​семьи богатой,​И ничто безнаказанно ​
​Антон у тебя ​
​Чтоб я гору ​
​голоса нет у ​Невеста была из ​
​в мире,​

​прицеле​в эту пору,​
​А если же ​
​Пир был такой, что качался зал.​Только, видно, не все идеально ​
​висок в своем ​Что скажите мне ​

​Пожалуйста, пойте, а не кричите.​

​новой любви женился.​и больших идей.​
​Что видят мой ​
​Я, наверное, так любил,​И надо им, право, сказать сейчас:​
​Взял и на ​
​Эрой смелых шагов ​
​этих самых тех,​к списку​
​же всегда труднее.​Ранней зимой, как лихой орел,​
​ума человечьего,​И я прощаю ​
​дышалось ей спокойно.​Поскольку ведь петь ​
​И, больше того, в довершение зол​Я горжусь озареньем ​
​смерти не хотели.​В первый раз ​Истошно орать. И они орут,​
​простил ее, не смирился.​нечего.​

​Те что боятся ​

​Дверь раскрыла, вышла на балкон.​
​всего моднее​
​Но он не ​знаний и делать ​этот глупый грех,​
​Стало тихо. Где-то пели стройно...​Сейчас на эстраде ​

​Лето прошло, и семестр прошел.​
​Нынче людям без ​
​И мне отпустят ​
​бессильно телефон.​

​поют.​
​Вымолил отпуск академический.​
​и скоростей.​
​P.S.​


Адам и Ева

​Взвыл и смолк ​Сегодня редко певцы ​

​не испить позор,​Нынче век электроники ​

​прицеле...​Аттестат на самоуваженье.​

​о любви​

​Он, чтоб до конца ​

​к списку​

​висок в своем ​

​Этот вечер - смотр душевных сил,​к списку​

​критический​

​Да и, конечно же, не хочу!​

​Что видит твой ​был,​

​связей!​

​И в мае, в самый момент ​

​умею,​есть персональный бог,​

​Вечер этот необычным ​

​Дороже, чем тысяча жалких ​хитер,​

​А жить по-другому и не ​И у тебя ​- ни звука, ни движенья.​

​Что только одна, но зато любовь​был зол, а в делах ​

​Люблю, ненавижу, борюсь, шучу.​до цели​

​Но в ответ ​вновь,​

​В любви он ​

​и чем владею:​

​Ты кожей чувствуешь, что не дойдешь ​звонил,​верою вновь и ​

​Чужда и, наверное, горше лука!»​Вот то, чем живу я ​

​глоток​Все упрямей телефон ​

​Твердя себе с ​вещь, как любовь,​

​бой.​

​Побольше дыма сигаретного ​не должна.​

​мрази,​Тебе же такая ​

​и кидался а ​прицеле.​

​Что менять решенья ​гневом от всякой ​

​отыщем кровь,​И снова вставал ​

​твой висок в ​Всей душою, может, понимая,​

​Рванитесь же с ​А мы потеплее ​То падал, как барс, на четыре лапы​

​Ты проиграл и ​у окна,​

​снится!​своей наукой!​

​с крутизны порой,​

​туз, больше нечем крыть...​А она стояла ​

​во сне не ​«Ну что ж, и сиди со ​

​А если летел ​Но бит твой ​

​Звон кружил, дрожал не умолкая,​Какой пошляку и ​

​холодно вскинул бровь:​

​От горя - к победам, сквозь все этапы!​хотели.​

​смириться никогда!​огней пожар,​

​Но он только ​

​и шел вперед.​

​Играть, ведь все играть ​

Ангел и бес

​Все, с чем не ​Такой красоты и ​

​уж характер трудный!»​Плевал на бураны ​

​надо только жить.​

​и униженья -​высочайший дар,​

​Такой у меня ​И, счастлив от мысли, что нужен людям,​

​Запомни в жизни ​Снова и обман ​

​Ведь это такой ​

​А главное... главное, не сердись -​народ.​

​моем прицеле.​сомненья,​

​да всерьез влюбиться!​вытяну, ты смирись!​

​только в свой ​у виска в ​

​Возвратятся все ее ​

​Эх, если бы вам ​

​Но я тебя ​

​Я верил всегда ​крючке. Уж не покрутит ​

​Только разве тайна, что тогда​хмельной угар.​

​дым, занудный,​

​льстивым судьям,​

​Но палец, что на спусковом ​все как было.​

​Любовь не минутный ​Конечно, совет мой как ​злым и ни ​

​слыша звон капели.​И опять оставить ​

​вами все же.​Поверь мне: все сбудется. Не ершись!​

​Не веря ни ​И ты дурнеешь ​

​услыхать​

​Последнее слово за ​Нет, милый, сначала давай учиться!​

​к каждому лопуху!​

​болен по весне​

​Вновь знакомый голос ​запретить,​

​твоя - хоть плачь!​К птице и ​

​Безумством юности ты ​не тратя силы,​

​Ведь в том, что позволить иль ​Тогда как зачетка ​

​К солнцу, деревьям, к щенку любому,​

​в твоем прицеле.​

​И, не мучась и ​принудить может?​

​Она рассмеялась: «Ты мчишься вскачь,​ко всему живому:​Крест на виске ​

​снять​на что вас ​

​И как-то сказал ей: «Пора жениться!»​Я полон любви ​

​крест.​проще взять и ​

​Но кто и ​был, как самум, горяч​

​строку,​

​мире вижу только ​

​А чего бы ​винить.​При встречах он ​

​сердце вложив в ​А я на ​

​трубку не легла.​Конечно, смешно только вас ​

​Тайшет!»​Всю душу и ​

​играет на свирели,​

​И ладонь на ​

​вниз!​

​тобою двинуться на ​по-пустому,​

​Когда весна кругом ​

​не протянула​

​А дальше, поверьте, как с горки ​Чтоб нам с ​Борясь, а не мудрствуя ​

​ли надест​

​Но руки вперед ​

​вы молоды,​и голосую,​

​и тепла сердечного...​

​Да, видеть мир навряд ​

​вздохнула,​вас только пока ​

​«А я предлагаю ​От женской любви ​

​прицеле.​Быстро и взволнованно ​Ведь спрос на ​

​Чусовую!» -​я​

​висок в моем ​у стола,​

​На вечер игрушка, живой «сюрприз»,​

​Отправится летом на ​

​в этом мире ​Мне важен твой ​

​На мгновенье стала ​

​холода?​Он скажет: «Ты знаешь, весь факультет​

​Что счастлив еще ​делил постель.​почему.​

​так — с глупости или ​прекрасно вижу!»​

​не тая,​с кем ты ​

​Знала, кто звонит и ​С чего вы ​

​Она: «Ну, а я все ​Добавлю открыто и ​

​Но мне плевать ​К частому, настойчивому звону.​

​порой к вину?​Он буркнет: «Метель... За окном темно!!!»​

​быстротечного,​Вы вместе пили, вместе песни пели,​к телефону,​

​Быть вроде закуски ​Она ему: «Что ты! Поедем на лыжах!»​

​И, в грохоте времени ​лишь цель.​

​И она шагнула ​Вот так, по-копеечному порхая,​

​Он скажет ей: «Слушай, пойдем в кино!»​жизнь моя.​друг, а для меня ​

​в полутьму,​Неужто вам нравится, дорогая,​всегда напротив.​

​моя вера и ​

Аптека счастья

​Для них ты ​

​Резкий звон ворвался ​

​струну:​

​Делала все и ​И в том ​

​прицеле.​к списку​

​я трону одну ​

​Она, очевидно ему назло,​и спасти.​

​висок в моем ​Быстрее приходит счастье!​

​И все же ​На отдыхе, в спорах, в любой работе​

​Подставить плечо ему ​

​Давно уж твой ​Так пусть же, сметя напасти,​— я не знаю.​

​ней не везло:​к человеку,​Ты успокойся, можешь не орать.​

​замеченная.​Кто вас оциничивал ​

​Ему постоянно с ​На выручку кинуться ​

​Песнь пулеметно - смертоносной трели.​Любовью большой не ​

​ней хоть что-нибудь от любви?!​

​к списку​реку,​

​перекричать,​Не найденная, не встреченная,​

​Но есть в ​найти!​

​беду, как зимою в ​

​Срывая связки не ​

​не найденная.​

​и теперь «свободна»,​бог скорей его ​Ты сможешь в ​

​прицеле.​

​Есть просто еще ​

​Кошачья вон страсть ​И дай вам ​

​пути​сейчас в моем ​

​брошенной,​

​и соловьи,​Вы слышите, девчата, счастье будет!​

​и когда в ​И твой висок ​

​Что женщины нету ​И глупые куры ​

​Что счастье будет, непременно будет!​Есть счастье еще ​

​повидал висков​я:​когда угодно​

​Что радость, может, где-нибудь в пути.​и труд, и твои мечты!​Я много разных ​

​Стократно скажу упрямо ​Были везде и ​

​свете преданные люди,​

​В чем слиты ​на деле.​стократно спрошенный,​

​и моря.​

​Что есть на ​Что-то взволнованное, такое,​Так говорят, совсем не так ​

​И пусть хоть ​Были и лужицы ​

​надо никогда,​сможешь отдать порою​

​дураков.​не может!​

​поколениях​И унывать не ​

​Ты людям вдруг ​

​не как у ​Нету и быть ​

​и при всех ​том, что мир огромен​Когда, задохнувшись от высоты,​

​У умных головы ​

​нету,​Всегда на земле ​

​Они кричат о ​

​счастье совсем иное:​

​мы вечностью - лишь постоянное сейчас​

​То женщин ненужных ​Шуметь про «сверхновые отношения»,​

​поезда.​Эх, знать бы им ​То что зовем ​

​сноп рассвета,​

​И вы поспешили-то, в общем, зря​Гудя, бегут по рельсам ​

​в карман!​анфас​

​Влетает к нам ​любви!​

​Поют ручьи, блестят зарницы домен,​Мол, вот я, бери и клади ​

​И профиль и ​

Артистка

​мрак, что прожит,​

​Дороже, чем тысяча без ​есть!​свесило:​

​и лиц​

​Ведь если сквозь ​с любовью​

​двух шагах, а все же ​рядом и ножки ​

​Погрешность наших душ ​

​Празднично-золотыми.​

​О том, что один поцелуй ​Пускай не в ​

​Подсело к ним ​

​из под ресниц,​станут годы​

​крови,​на белом свете,​

​и весело​Как пулеметные стволы ​

​И вспыхнут и ​

​ни взыграл в ​О том, что счастье есть ​

​Мечтают, чтоб счастье легко ​потрясающе!!!:)​Далекими и смешными,​

​Какой бы инстинкт ​проверенную весть​

​туман,​А вот это ​

​Покажутся вдруг невзгоды​И люди узнали, согреты новью,​Трубит сквозь ночь ​

​Есть люди, что, веря в пустой ​

​Бросаешь вызов небесам​встретит вскоре?!​

​Того, что довольно таким, как вы.​Неведомо? Но синекрылый ветер​

​До жизни, до крохотного ростка!​взглядом​

​И счастье не ​

​уже стало мало​

​окна.​Стругать, как рубанком, сухие души​

​Лишь ты остекленевшим ​все не случится​

​И вот большинству ​Подавленно застыли у ​

​Могла б, отверзая тупые уши,​

​своим делам,​

​Что так же ​Ведь те, кто мечтает, всегда правы.​

​Две девушки, не зажигая света,​Еще я хочу, чтоб моя строка​

​Ушли вдруг по ​

​поручиться,​Но человечество вырастало,​

​неведомо, что где-то​ненавижу!​

​тобою были рядом,​

​Кто может нам ​

​или моржей.​И ей сейчас ​

​Со всем, что до ярости ​Те кто с ​

​А с первою, той, что в раздоре,​

​На уровне кошек ​кружится планета.​

​С предательством, наглостью, черным злом,​глазах.​

​главной!​зоология​

​В зеленых волнах ​колючим льдом,​

​Тускнеет изумруд в ​Любимой и самой ​

​Царила одна только ​весна!​

​Сражаясь с цинизма ​Нет глупых мыслей, умных бредней,​

​яркой вишнею,​импульсах тех людей​

​Кругом весна... до самых звезд ​стихом,​

​вечность на весах,​А стала вдруг ​

​В подкорке и ​заливает мел...​

​ней каждым своим ​Гда жизнь и ​

​Была для кого-то лишнею,​

​трогая,​


Ах, как все относительно в мире этом!

​Все гуще белый ​Чтоб биться с ​

​последней​И странно чуть-чуть и славно:​

​Когда ни души, ни ума не ​кувшинки-недотроги​

​вижу,​Секундой первой и ​

​Обманутой, обделенной.​«пещерный век»!​

​А пламя щек ​я свое назначенье ​

​пьян.​

​К кем-то когда-то брошенной,​и есть тот ​Смешинок нет, восторг перегорел,​

​И в том ​Одной секундой будешь ​Душой прикипел влюбленной​

​Как раз ведь ​

​Умолкла. Села. Глянула в тревоге,​

​вечной лжи.​разлуки,​

​И вот он, почти восторженный,​Что «секс-революция» ваша шумная​

​предсказать финал!​На общем фундаменте ​Шагнув за парапет ​

​тоже.​вовек,​Помочь тебе и ​

​Всегда пренахальнейше возвышаются​сквозь туман.​

​С судьбою нелегкой ​впрямь не понять ​И если так, я, кажется, могу​

​Все подлости мира, как этажи,​Взглянув на небо ​

​Любимая оказалась​Ужель вам и ​

​не убеждал?​

​терзается,​

​раскинув руки,​То и сбылось. Хоть все же​Ох, диво вы дивное, чудо вы чудное!​

​А посмелее быть ​

​Ведь все, от чего человек ​В последний раз ​

​Должно быть, о чем мечталось,​окно!—​

​А он просил: подругам ни гугу?​

​Она непременно блестит, как нож.​9 сентября 1918​

​Но самую, видно, милую.​А ханжество — к дьяволу за ​

​Берендей!»​жестоко,​Крестьянские глаза!​

​Не самую молодую,​

​Даешь сексуальную революцию,​Да сказочный незримый ​Во всем, что бессовестно и ​

​Что видели — не выдадут​встретил другую:​

​Пещерные люди! Сказать смешно!​с тобою​

​сяк, но таится ложь.​— глаза...​

​И вот он ​ее: — Души куцые!​

​мире только мы ​Пусть так или ​Привычные к слезам ​

​казнит, то милует,​

Ах, как же я в детстве любил поезда...

​Мораль только злит ​И будем в ​пороке,​

​— глаза,​

​А жизнь то ​

​коньяка с «Токаем».​

​старою сосною,​По-моему, в каждом земном ​

​Привычные к степям ​Зато откровенно горе.​

​Иль хлопнуть коктейль ​Костер зажжем под ​

​И в схватках, - добавил я, - против лжи!​Крестьянские глаза.​

​Счастье всегда таинственно,​

​сигарету​

​Не говорил: «Наловим карасей,​

​- В сраженьях, - ответил я, - против гнили​Смиренные — степенные —​

​споре.​Вынуть из сумочки ​

​приглашал?​счастье свое, скажи?​

​платком​в их вечном ​Ей проще, чем, скажем, сложить газету,​

​в тайгу не ​Где видишь ты ​

​Спят под монашеским ​Кто прав был ​не считая​

​- А он тебя ​твоей жизни? - Меня спросили. -​

​с лотком...​Сейчас выяснять бессмысленно,​

​А ласки раздаривать ​

​голос прозвучал:​- В чем смысл ​

​Шел мимо паренек ​

​время мучатся.​разодета.​

​Чужим и дальним ​к списку​

​Потупивши глаза.​И сами все ​

​Нарядно, но с вызовом ​Спросила непослушными губами,​

​Ни имени, ни чести матерей!​Качала бы — молчала бы,​

​друг друга​

​И сколько, и где, и когда угодно!​Глаза подруги - ледяное пламя.​

​Не трогайте, не смейте, не грязните​застилась рукой,​

​Где двое мучат ​

​парней садиться​краешек стола.​

​звания людей:​От солнца б ​

​получится,​Незримо на плечи ​

​До боли стиснув ​Но не теряйте ​

​простой,​Гласит, что любви не ​

​и кружиться,​пальцы побелели,​

​как хотите,​

​Была бы бабою ​наука​При встречах кокетничать ​

​Что у подруги ​Бранитесь или ссорьтесь ​Зеленые глаза.​

​Мудрейшая в мире ​Привыкли, чирикая беззаботно,​

​заметить не смогла,​

​наконец:​

Ах, как мы нередко...

​— веселые —​дороги.​

​ее, как птицы,​И в радости ​

​Пора сказать сурово ​Всё эти же ​

​То разные и ​Слова и улыбки ​Слегка смутилась. Щеки пламенели.​

​рода​за постой​

​вкусы разные,​

​про отношения​пушит вот так...​

​И сквернословам всяческого ​Всегда б платили ​

​А взгляды и ​

​о любви​И волосы мои ​

​их сердец?!​простой,​

​ненастные,​к списку​Меня зовет кувшинкой-недотрогой​

​Так оскорблялось пламя ​

​Была бы бабою ​

​Ведь там, где все дни ​ненавижу!​

​уверенный, чудак.​

​годом​

​Крестьянские глаза!​

​жизни строги:​

​Как я тебя ​

​Во всем такой ​

​Ну как позволить, чтобы год за ​Зеленые — соленые —​

​А нравы у ​

​- Мой! Не отдам, не отдам никому!​моей тревогой,​

​из непристойных слов?!​

​— глаза,​Раздоры - вещи опасные,​

​И вдруг, заплакав, прижалась к нему:​Смеется над любой ​

​Чем этот шлейф ​

​Привычные к слезам ​«Подрезанная», «подбитая».​

​Сердито шагнула ближе​глаз».​

​не заслужила,​— глаза,​«подкошенная»,​

​почему! -​светло-светло от этих ​Мать лучшего уже ​

​Привычные к степям ​

​Звучит это как ​Даже не спрашивай ​

​И в ней ​и растила,​

​ГЛАЗА​

​«Оставленная», «забытая».​

​Не смей! Ты слышишь? Не смей!​в душу,​

​За то, что родила нас ​

​Марина Цветаева​Ее называют «брошенная»,​

​С какой-то фитюлькой, пустой, дрянной!​«Ты, говорит, мне смотришь прямо ​

​свою любовь,​замечательные)автору большой респект)​

​к списку​Значит, встречаешься с ней?!​

​мне сейчас?​Неужто вправду за ​

​мило)))))))))​

​позиций никогда!​

​какой?​Ты знаешь, что сказал он ​

​Сквернейшее - от самого святого!​

​классные стихи))))))​И не сдавать ​

​Все ясно, все ясно! Так вот ты ​Шучу, конечно. Впрочем, нет, послушай,​

​«мать»,​

​stix voobwe klassnii!​Как совесть, как святое вдохновенье,​

​Стой, тебе говорят!​

​и поймешь сама.​

​Что слово «мат» идет от слова ​Стих рулит!!!!!!!​

​самозабвенья!​дома:- Стой, Сатана!​Вот встретишь счастье ​

​трудно попросту понять,​реально клевый стих=)​

​Любить Россию до ​И вдруг возле ​

​глупом виде!​

​И все же ​ооо да ет ​

​Ответ горит, как яркая звезда:​Свистя, возвращался назад.​

​побыть мне в ​Пусть жизнь сложна, пускай порой сурова.​

​)))))))))))))))​найти вернейшее решенье?​

​взошла луна,​Так дайте же ​

​тут все-таки при чем?​- немая пустота...​

​А в чем ​Потом, когда в полночь ​

​фраза: «горе от ума».​Но только мать ​

​И в мечтах ​никогда не будет!​

​провожал.​

​Не зря есть ​

​и частенько произносится,​- безжизненные линзы,​

​А вот шакалом ​И он ее ​

​в обиде.​

​А в гневе ​

​И в глазах ​

​- лев,​

​идти,​

Баллада о буланом пенсионере

​на это не ​просится,​

​Губы, груди, кофточки и джинсы...​

​Лев, даже в горе, все равно он ​

​Девчонка боялась домой ​Но я сейчас ​

​язык не только ​И однообразна красота:​

​Мы скажем миру: - Не забудьте, люди:​

​по пути,​

​чуть-чуть...​

​И резкость на ​

​стекла.​

​И, сдерживая справедливый гнев,​Просто было им ​

​И даже глуповатыми ​Хлестнуть врага словами, как бичом,​

​Из простого сделаны ​

​наплевать народ!​Просто шумел карнавал,​

​считают​Пусть иногда кому-то очень хочется​

​у них, похоже,​Не даст цинично ​

​знаком почти,​Влюбленных все забавными ​

​годы и века...​Только вот глаза ​

​святые​

​с ней даже ​этом суть.​

​И понесли сквозь ​девушек прохожих,​

​Напрасный труд! В глаза ее ​Он не был ​

​На все согласна. И не в ​

​Нашлись другие. Взяли, подхватили​

​Я ищу взор ​Отнять пути, ведущие вперед.​

​Домой ее провожая.​Смешная, скажешь? Ладно, принимаю!​А поднялось, как темная река.​

​тепла​стремятся у России​

​девчонкой одной,​шагах!​

​же, не осело пылью,​

​В поисках душевного ​

​И пусть стократ ​

​Шел паренек с ​И, может, счастье где-то в двух ​

​И ведь пошло ​притяженье.​

​всех!​Дрожала звезда, мигая...​

​А за окошком, посмотри, весна!​брани площадной.​

​Новых глаз тянуло ​путь пробили раньше ​

​садах весной.​одна!​

​Родное слово к ​Я не обернулся, ведь уже​

​И в космос ​

​Был вечер, и пахло в ​- Ты все зубришь, ты все сидишь ​

​и пригвоздил​В чёрной юбке, в бежевом плаще...​

​Чайковского​

​его презирала.​Затормошила... чертики в глазах:​Когда однажды взял ​

​наважденье​

​Мы - родина Толстого и ​И так же ​

​стола.​

​даже ведал, что творил,​Но прошло немое ​

​изведали успех,​

​сердилась:- У, Сатана! -​

​К подруге, что читала у ​

​И вряд ли ​

​Обезумел чувствами слегка.​Мы всех наук ​

​И так же ​

​И вдруг, расхохотавшись, подскочила​

​и темный, и дурной​Только я успел, уже влюбился,​

​могущества кремлевского,​Привычкам не изменяла:​

​спит? - начальственно спросила.​

​Тот пращур был ​и отстранился...​

​Ведь мы сыны ​Она же, гневом своим полна,​

​- Кто здесь не ​обращено?​

​Взгляд её обжёг ​державу!​

​тоже.​Хитро нахмурясь, в комнату вошла.​

​В кощунственную брань ​Вспыхнула любовь, душа, строка...​

​Как невозможно растоптать ​И тетей Колбою ​

​каблучков.​

​кем-то, где-то​Но ошеломительнее - нет.​

​не растоптать,​величал,​

​Веселый стук задорных ​раз ведь было ​

​Я, конечно же, видал прелестней,​И славу никому ​А тетей Химией ​

​Бежит девчонка, гулко раздается​Но в первый ​

​зрачка волшебной бездне...​

​не взнуздать​Не корчил, как в детстве, рожи,​

​бубенцов.​Пусть не сегодня, а давным-давно,​

​Я парил в ​

​Что Волгу вероломству ​ее не звал,​

​А тысяча хрустальных ​большое слово это,​

​свет:​

​по какому праву,​Теперь он Бомбой ​

​бьется,​

​Так почему ж ​И заворожил зелёный ​

​Нельзя забыть ни ​к чему.​

​уже не сердце ​

​- Мать!​нами;​

​ни тщились унижать,​Недругам мир ни ​

​В груди ее ​

​И самое возвышенное ​Силы притяженья между ​

​Но, как бы нас ​этаже,​

​счастливых глаз!​

​слово самое простое​бы в кольцо​

​звании людей!​

Баллада о друге

​холод на их ​Поджечь огнем своих ​

​Есть в мире ​И замкнула будто ​

​И забывать о ​Но тот же ​

​пол и штору​думать и гадать.​

​в лицо​Западом холуйствовать​

​Они студенты уже.​Способная сейчас и ​

​Навряд ли надо ​Мне взглянула пристально ​

​Нас учат перед ​

​Ей девятнадцать. Двадцать - ему.​Она спешит, летит по коридору,​

​нашем самое святое?​глазами​

​мы ни мечтать, ни чувствовать,​

​враги?!​Дверь общежитья... сумрак... поздний час.​

​Что в сердце ​Девушка с зелёными ​

​Чтоб не могли ​Зачем нам твои ​

​к списку​к списку​

​глазами...​

​больших идей,​

​друзей,​Это все навечно, навсегда!​

​людям хорошим жить!​

​Девушка с зелёными ​Взамен культуры и ​

​- Конечно! Ведь мы приглашаем ​Смейся, моя маленькая, смейся,​

​Не мешайте всем ​

​к списку​жить, пока страна жива!​Скажет дочке своей:​

​к счастью взвейся,​ногами,​

​животных, сволочи!​Им жить и ​

​пироги,​Вырастай и смело ​

​Не скулите! Не путайтесь под ​Не смейте мучить ​

​Как: Родина, Отечество, Товарищи -​И мама, ставя на стол ​

​года,​

​чужими руками.​детей!​

​Такие превосходные слова,​гости не приглашен!​

​Не вернутся дымные ​— Хватит жар загребать ​

​- Довольно калечить души ​

​в пожарища​К нам в ​

​залитая.​тихо их попросить:​

​Кричу я, исполненный острой горечи:​Не позволяйте обращать ​

​- Ах, как это славно, право, что он​

​Шумная и солнцем ​И хотелось бы ​

​людей,​и дикое вранье!​за столом:​

​- цветущая Москва,​всем.​

​И тем, кто забыл гуманность ​Вот это чушь ​

​Она нет-нет и шепнет ​А за ним ​Пусть немного, а жизнь отравляют ​

​Но тут, хоть режьте меня, не могу!​не золотые горы.​приходит в дом,​

​Мышцами веселыми играя.​

​Ведь они, будто ржавчина, есть повсюду,​

​Я знаю: браниться нельзя, не надо,​Сулит едва ль ​

​А если праздник ​свои права,​

​и зануду?​

​просят пощады...​заморское житье​

​ненавижу!​Новый день берет ​

​Кто-то выдумал нытика ​Он - зверь. А звери не ​

​Что будто бы ​Как я тебя ​

​нить.​

​милость: когда? зачем​Сейчас он дремлет, глуша тоску...​

​сердцу разговоры,​

​И даже сморщится:- У, Сатана!​Как упруга солнечная ​

​Ну скажите на ​

​жизнь.​

​Не подпускайте к ​волна,​

​беспредельно ясен,​

​самого себя.​Не оборвется Яшкина ​

​не будет никогда!​Где свист, где турманов кружит ​

​Вон как купол ​Это страстно любить ​свист и гогот​

​Второй у нас ​крышу,​

​повторить!​утомляет —​Пока однажды под ​

​ни случилось, дорогие,​Привычно глянет на ​Этого не смеют ​

​в жизни не ​- стой! Дерись!​Ведь что бы ​

​подъезда она,​

​Не хочу, не надо, не согласен!​

​Лишь одно его ​

​И деться некуда ​России,​

​Выйдет порой из ​

​война...​

​порыв губя.​топот,​

​Не отдавайте никому ​

​корчил рож.​

​Черным дымом вскинулась ​

​Всюду самый хороший ​

​- и лай и ​

​родного вам гнезда!​И диких не ​

​сердца этой даты!)​

​один страдает,​Все будет снова ​

​Не рвитесь из ​уже не швырял​

​(Не избыть из ​

​Да, один устает и ​

​утро не вспоминать!​

​крикнуть: - Молодые!​

​И только снегом ​

​когда-то​

​и устает.​

​Но лучше про ​И хочется им ​дрожь.​

​вот день давно ​только в мире ​

​может,​на свою страну.​

​Вгонял насмешками в ​Что в такой ​

​хочет И один ​

​А утро придет, не прийти не ​С тревогой смотрят ​

​по-прежнему звал,​

​Словно штык, царапнула она,​

​один и​потревожат,​

​пятом,​Он Бомбой ее ​

​Что поделать. Память виновата.​только он ведь ​

​Он знает, что ночью не ​вернули в сорок ​

​сосед, а враг.​миг моя душа?​

​Есть и пить ​

​Он может двигаться, есть, дремать,​И людям мир ​

​Он ей не ​Вдруг на краткий ​

​Будто жизнью иною, чем все, живет:​всего дороже:​

​когда-то​

​знали давно, почему​бы сожмется​

​себе хлопочет,​Ночь для Яшки ​Фашизму душу вырвали ​

​И все уже ​Отчего же словно ​он душой о ​

​до хвоста.​и весну​

​менялся никак.​небо рвется.​

​И с такой ​от носа и ​Которые за солнце ​

​Но он не ​Аистенком тополь в ​

​путем?!​Весь в шрамах ​

​бывшие солдаты,​Ей было пятнадцать, шестнадцать - ему,​

​Девочка заливисто смеется.​ли идем вообще ​

​на соломе,​И вот сегодня ​

​Когда она верещала.​

​Бабочке панамкою маша,​Да и тем ​

​Маленький Яшка спит ​

Баллада о ненависти и любви

​не ведали нигде!​

​и хохотал,​

​заря.​консервы,​

​сарае, при егерском доме,​За сотни лет ​

​Совал ей лягушек ​

​Чистая и добрая ​И рюкзак-то тяжел, и не те ​

​Где в старом ​сейчас творится,​

​сажал,​выше подымается,​

​отдохнем?»​туда,​

​Но то, что на Руси ​на косы жуков ​

​А заря все ​«Жмет ботинок... Когда же мы ​

​Лишь, может, чуть ласковей смотрят ​бурях и беде,​

​А он ей ​

​горя,​

​тянет нервы:​и над злыми...​

​Да, были страны в ​Она его уличала.​

​В ореолах песенных ​Он скрипит, он по ниточкам ​

​Над добрыми душами ​

​Что ж, спорить тут, наверно, не годится.​

​мячом разбивал,​Стоголосо птахи заливаются,​

​один.​равно сияют,​

​изменялась никогда!»​

​Когда он стекло ​платья прыгают цветы?​

​стонет за всех ​

​Они надо всеми ​

​А жизнь не ​Скелетом и Зубоскалом.​То ли с ​

​А бранится и ​ночными,​

​ветераны,​

​его Сатаной,​на платьице,​

​все натрудили ноги,​Небо зажглось светляками ​И после уходили ​

​Она в ответ ​к ней забрались ​

​Все устали и ​овраг сползает,​

​ветераны,​Обстреливал снегом талым.​

​То ль цветы ​стынь:​

​День помутневший в ​

​И всюду появлялись ​Бомбою и весной​

​Девочка смешливо удивляется:​в жару и ​

​Ты дольше послужишь. Живуч, стервец!​

​беда,​Он звал ее ​

​буйной пестроты​

​Где шагают ребята ​немного.​

​Везде была военная ​

​вражда?!​

​И от этой ​

​подчас в дороге,​Предшественник твой протянул ​

​Возьмем хоть нашу, хоть другие страны:​

​Такая у них ​

​платьице ее!​Как досадно бывает ​

​- молодец!​

​не будет!​

​не могли: почему​

​Как на новом ​

​и терзает всех.​Смыл кровь... - Вроде дышит еще ​

​Да ничего практически ​

​Но люди понять ​ромашки,​

​А зануда скулит ​

​потрогал,​

​И слышу смех: «Какая ерунда!​всегда.​

​Огненные маки да ​и жизнь ругает,​Егерь Яшкину шею ​

​тогда?​

​Им бы дружить ​

​-- смеющиеся кашки,​

​А зануда зарплату ​

​И хохот: - Видать, сробел ученик!​будет с Родиной ​

​Ей было двенадцать, тринадцать - ему.​А у ног ​верит. Он больше знает.​

​- Не смейте! Хватит! Назад, уроды! -​И что же ​

​к списку​

​Что-то ищут важное, свое.​

​А зануда не ​мальчиший крик:​И вот простите, дорогие люди,​

​читал.​синие букашки​

​успех.​И тут звенящий ​

​последний свой окоп...​Он ей стихи ​

​Вдоль перил две ​трудности в свой ​

​Ну, кажется, все... Доконали вроде!..​Сойдет навек в ​

​Что «рыжик» был поэтом,​лицо.​

​Люди верят сквозь ​

​- Грызи, Меркурий! Смелее! Фас!​России​

​знал,​

​В солнечных накрапушках ​Люди строят завод, корпуса вздымают,​

​Риме, страстями дышат:​Когда последний фронтовик ​

​Сердился и не ​Как букетик, крошечка-девчонка,​

​порой невзгод!​

​Как в Древнем ​

​когда-нибудь впервые,​первоцветам,​И, сощурясь, вышла на крыльцо,​

​Наших самых ничтожных ​и глаз,​Но грянет день ​

​Он шел по ​тонко,​

​критиков​Десятки пылающих лиц ​

​хмурьте огорченно лоб,​

​кулак.​Дверь веранды пропищала ​

​Раздраженно-плаксивых и вечных ​

​А сверху, через стеклянную крышу, -​

​И как ни ​С досады сжал ​

​песок.​годом год,​

​И бьется отчаянно, как герой!​

​их ряды.​округу»​

​В занавеску сонную ​

​Отравляющих радость за ​

​Израненный, вновь встречает атаки​Редеют и редеют ​

​«Краса на всю ​в прятки,​

​зануд и нытиков,​драке,​

​поверке​

​как?!​

​То швырнет, как бы играя ​Ненавижу я всяких ​

​с ними в ​

​День Победы на ​

​Но почему и ​То подпрыгнет, то пойдет вприсядку,​

​к списку​И Яшка катается ​

​И в каждый ​А покорил подругу,​Физкультурно-резвый ветерок,​

​после свадьбы.​Одна за другой, одна за другой...​здоровья и беды,​

​Гриб «рыжик», ей-же-ей!​дачному порядку​

​Случись эта ночь ​вползают собаки,​

​И свой учет ​фуражке -​

​И бежит по ​так бы,​

​Одна за другой ​особенные мерки​

​В своей большой ​Густо-пряный аромат лугов.​

​И может, все вышло не ​

​Он знает, пощады не жди. Не будет!​И тут свои ​

​ней.​меры,​

​Девчонке не повредила.​

​И Яшка стоит, как стоят солдаты,​Усталые сердца фронтовиков.​

​Другой остался с ​Л лишь чистый, без границ и ​

​ни одной​Здесь люди... А впрочем, какие люди?!​разят неумолимо​

​тяжко:​

​пули браконьера,​

​Что строгость еще ​

​Собаки? Собаки не виноваты!​И чаще всех ​

​На сердце было ​

​И нигде ни ​Что в гордости, может, и сила,​

​Яшку!​Не пролетают, к сожаленью, мимо,​Уныло брел домой.​

​доброту лесов.​Эх, знать бы ей, чуять душой,​

​На одного небольшого ​и холода ветров​округу»​

​В солнце, в жизнь и ​горькую ночь?!​

​И все они, все они - двадцать и двадцать​Но бури лет ​

​«Краса на всю ​Ни страшинки, а сплошная вера​В такую вот ​

​и дышат тяжко.​

​и неподкупным взором.​Без тропок, целиной,​

​Вскинулась гусиная метель.​Ну чем ей, наивной, помочь​

​Рвутся в азарте ​

​Под их прямым ​лугом,​И с болот, как по сигналу, с гамом​

​ее глаз.​хозяев двадцать​

​страну​Горел закат над ​

​Золотую ввинчивает трель,​Он чистым лучам ​

​Двадцать собак и ​Не так-то просто разорять ​

​двор.​небо прямо​

​Видать, не поверил сейчас​

​- А если задушит, «пятерка» будет!​

​сворам​И двинулись во ​Яркая зарянка в ​

​виновато...​покалечит.​

​И всем политиканствующим ​Так порешили оба​

​Спят, сутулясь, клены-старики.​И только вздохнул ​

​Если пес лису ​ко дну,​

​без ссор -​тонком платьице,​

​ответ промолчал​- Поставят «четверку», - слышатся речи, -​

​И сверхдельцам, что тянут нас ​Без драки и ​

​Ежится рябинка в ​Но парень в ​облик ваш человечий?​

​Они бывают чем-то вроде совести.​злобы,​

​у реки,​мята,​

​Ну где же ​порой​

​Все выяснить без ​То медведем пляшет ​

​Застыли ромашка и ​Интеллигентные вроде люди!​

​И все-таки для общества ​Пусть скажет, кто ей мил.​

​то валом катится,​напряжении ждал,​

​зонтами машут.​давно уж никакой,​

​Идем! Пора дознаться,​А внизу туман ​

​Весь лес в ​Орут и азартно ​И власти нет ​

​сил.​ласковых руках.​

​теперь или нет?​сейчас заботятся,​

​уже ни сил, ни скорости,​

​Ждать больше нету ​У природы в ​

​— Ты муж мне ​О песьем дипломе ​

​Нет у бойцов ​

​- Довольно зря топтаться!​

​Улыбнулся радостно спросонок​

​спросила:​не державшие даже,​

​плевать.​

​Высокий вдруг сказал:​

​Он сейчас, как маленький ребенок,​Потом еле слышно ​Ружья-то в руках ​

​Не очень-то на Родину ​

​Но, потеряв терпенье,​

​В пенисто-вишневых облаках.​Девчонка губу закусила,​

​Лихие «охотники» и «охотницы»,​присутствии стараются​

​А может, зря и брал?​рассвет сегодня звонок​

​свет,​- рычащей сворой.​

​А как-то в их ​Большой букет сирени,​

​До чего ж ​

​Чуть брезжил предутренний ​Фоксы и таксы ​

​чтобы стесняются,​

​букет.​

​Кристине Асадовой​

​сенью листвы.​А с ними, лисий учуя запах,​

​они не то ​

​Он даже взял ​к списку​

​И встала под ​Дети при мамах, дети при папах,​

​И все ж ​Проснувшись спозаранку,​

​ухожу!​

​Смущенно поправила платье​

​шляпах,​

​взнуздать,​

​Фуражка - алый цвет!​

​И утром, не дрогнув, я в бой ​

​травы,​в плащах и ​

​Все те, кто жизнь пытаются ​

​Дежурный с полустанка,​благословила,​

​Девчонка вскочила с ​Мужчины и дамы ​

​считаются​

​Да бойко говорит.​Я знаю, что ты меня ​

​объятья,​И впрямь: уж галдят, окружая нору,​

​с ними не ​просто​

​Ты знай, я не сдамся, покуда дышу!​Как только разжались ​

​И весь подобрался: сейчас начнется.​И пусть порою ​

​Себя он держит ​война ни грозила,​

​к списку​

​уперся лапами​

​Свалившие фашизм, простые люди.​

​Но ладно, крепко сбит,​в пути мне ​

​ночи!​Яшка в глину ​

​земле фронтовики -​

​Другой пониже ростом,​

​И чем бы ​к тебе в ​

​Полегче. Ведь - силища... Отмахнется...​

​Живут на той ​Шофер и футболист!​

​идешь.​Лишь любовь, что шагнет вдруг ​И все же, все же ему, косолапому,​

​навечно будет.​округу,​

​Солдатской дорогой незримо ​

​мире​

​своей гремит.​

​Так было, есть и так ​

​Краса на всю ​

​победам​

​эту может в ​И только цепью ​

​и широки.​Отбить: высок, плечист...​

​мною к далеким ​

​И затмить красоту ​А он, сопя, от них отбивается​

​Пути земли круты ​подругу​

​И вместе со ​

​в эфире...​Лайки, рыча, на медведя кидаются,​

​к списку​

​Один не даст ​поешь​

​Тонко звезды позванивают ​Слыша, как рядом, у двух ракит,​

​счастье твое сражались!​

​входить?​

​Склонившись, мне тихую песню ​

​счастья висят ключи.​

​Брошенный в нору, Яшка сжимается.​

​Они ведь за ​Кому из них ​

​В холодной ночи, под неласковым небом,​Словно всюду от ​

​И рвутся собаки, визжа и лая.​Склонись перед ними, моя страна,​остаться,​

​Ты здесь, ты со мною, родная моя!​

​Красота - все загадочней, ярче, шире,​ждет​

​Запомните, люди, их имена!​Кому из них ​

​-​Отливает то синим, то золотым...​

​Туда, где толпа возбужденно ​бы ни менялись,​

​И право, как им быть?​нами сейчас километры ​зверя,​

​заре из сарая,​

​И сколько погоды ​Двоим хоть поругаться.​

​И пусть между ​И трава, будто мех дорогого ​

​И вынесет на ​взглядом.​

​Колхозный счетовод.​

Банкроты

​свинцовому ветру.​

​лунный дым,​сгребет​

​строгим и добрым ​Глазастая девчонка,​

​Иду я навстречу ​Над кустами качается ​Егерь лапищей Яшку ​

​Глядят на нас ​сердце мрет,​

​За жизнь, за тебя, за родные края​В вышину, точно в вечность, раскрыты двери.​

​- тогда держись!​войны​

​О ком их ​

​кукушки...​дней.​А солнце встанет ​

​Лихие бойцы гражданской ​Та, что смеется звонко,​

​Как в детстве, мне слышится голос ​землю до вешних ​

​потревожат,​У братских могил, словно став парадом,​

​она...​

​лесов,​

​Что закопана в ​Он знает, что ночью не ​

​Взгляните, взгляните: из тишины​

​Вот здесь живет ​И где-то по-мирному в гуще ​

​винной,​Он может вздремнуть, подкрепиться может,​

​Всех вместе: и жертвы, и палачей!​

​печали:​Застыли орудья, как стадо слонов,​

​Сруб колодца, как горло бутылки ​В сарае тихо, покой и жизнь...​

​в яму​Одни у них ​

​Сейчас передышка. Сойдясь у опушки,​ней​

​всего дороже:​

​Стремились столкнуть беспощадно ​

​них одна,​Пусть так, возвратимся - оценим вдвойне!​Темно-красным огнем. А внизу под ​

​Ночь для Яшки ​идей,​

​Ведь цель у ​Все - сказка, все в дымке, как снежные горы...​

​мраке дрожат рубины​

​«Учебные шкуры» для их зубов!​

​Калеча заведомо суть ​

​-​Приятели, книжки, московские споры -​

​У рябины во ​егеря,​

​позволить, чтоб так упрямо,​Два паренька молчали ​

​А поняли, может, лишь тут, на войне:​Словно мокрый асфальт, отражает свет,​

​Они, как здесь острят ​Так можно ль ​

​На травах молодых.​Мы все, что имели, не очень ценили,​За оврагом, притихшая сонно речка,​

​охотничьих псов,​Колымы потом.​

​Блестели солнца слитки​Мы были беспечными, глупыми были,​

​монет.​На них тренируют ​Сквозь прутья седой ​

​Судьба столкнула их.​жаром ребятам читал.​

​Будто кто-то швырнул миллион ​зря,​

​народа​У низенькой калитки​

​Стихи свои с ​

​у крылечка,​держат отнюдь не ​и на жизнь ​

​к списку​сводами зала​

​Всюду блики: по саду и ​

​Их кормят и ​Смотрел на нее ​

​ушел под коряги...​

Белые и черные халаты

​Гордилась, когда я под ​луну.​

​- глазастого Яшку.​свет Свободы,​

​Выпил, тихо икнул и ​

​«украшал»,​

​И большую оранжевую ​И на лису ​

​Что тот, кто сражался за ​поскреб плавником живот,​

​Суровою двойкой дневник ​вверху включила​

​на косматого мишку​заключается в том,​

​Он со вздохом ​

​Грустила ты, если мне физик, бывало,​Ночь бесшумно созвездья ​

​Здесь травят собак ​Но главный трагизм ​

​глотнем из фляги.-​Свистя беззаботно, на первый урок.​нарушил бы тишину,​

​Тут место веселое, даже слишком.​на много лет.​

​Ну, давай на прощанье ​портфелем под мышкой,​

​И никто не ​тихие пташки,​

​Стал бледной коптилкой ​

​Э, да что... Поневоле слеза пробьет...​Бегущего утром с ​

​спокойно было​

​Еще бы! Ведь там не ​грубо лишенный роста,​

​цепляемся!​

​срок​

​им светло и ​- покажут сразу.​

​Вдруг сжатый и ​

​на ваши крючки ​вечно не в ​

​А чтоб спать ​Едва лишь спросишь ​

​духовный свет,​Или с горя ​

​Немного лентяя и ​

​сомкнули.​

​ищут.​Ведь самый высокий ​

​молчим весь век​Читаешь письмо ты, а видишь мальчишку,​

​Тихо-тихо ресницы свои ​долго его не ​

​просто:​Потому-то сидим и ​

​Такую хорошую - слов даже нет!​все цветы​

​И все же ​

​Нет, даже не так, а к абсурду ​Впрочем, разве живем? Не живем, а маемся.​

​Тебя вспоминаю, такую родную,​Все деревья, все травы и ​

​В еловой роще, не виден глазу.​

​к пустоте.​морей и рек.​

​привет,​Что застыла недвижно, как в карауле,​

​Мытищах,​

​Приведший те замыслы ​и живем средь ​

​Тебе посылаю сыновний ​

​сгустившейся темноты,​Учебно-егерский пункт в ​

​«великий восточный гений»,​Так вот мы ​

​пишу я,​И от этой ​

​к списку​Когда б не ​

​кто там мама!​Мама! Тебе эти строки ​

​И развесила мрак, как густую пряжу.​

​золотой!​

​до больших свершений,​Чьи детишки, кто папа и ​

​к списку​

​одеждах шагнула ночь​Сверкает правда рыбкой ​

​Могли бы созреть ​не разберет,​

​никогда!​Это в черных ​

​хрустальною водою,​Однако, быть может, идеи те​

​Все похожи. И черт их ​Ты слышишь? Такому не быть ​

​и пустынно даже.​Где, словно луч с ​обратилось в дым!​

​Сразу ринутся тучей! И смех, и драма:​

​может случиться!​

​Сразу стало темно ​с открытою душой,​

​И столько надежд ​

​-​Не верь! Вот такого не ​

​по дороге прочь.​Пробыть хоть час ​

​в чем-то ложным​

​мальки, только срок придет ​

​стиснет беда!​

​Покружил и умчал ​бесчувственно-пустой,​

​Маршрут оказался вдруг ​Ну а рыбьи ​

​Колючею стужей не ​закат задул.​

​Устав от лжи ​их сурово-сложном​

​И выращивай, папочка милый, сам!​брызнут, не дрогнут ресницы,​

​Подлетел и багровый ​остро хочется порою,​

​За то, что в пути ​хоть в шляпу​

​Пусть слезы не ​И тогда, по-разбойничьи свистнув, ветер​Но как же ​

​своим​

​И прощай! А икру собирай ​на ладони,​

​платком махнул,​И спорить бесполезно. Понимаю.​

​в лица отцам ​перед носом папы,​

​Взволнованно вдруг протянул ​

​Он приятелю синим ​

Белые розы

​врет,​

​Плевать чуть не ​

​Вот развесят икру ​не тебе, а другой​

​- Спать пора, - прошептал, улыбаясь, вечер,​

​Порой еще напористее ​

​Так как же, простите за резкость, можно​мам.​

​Я сердце своё ​

​наслажденьем.​

​возражаю,​

​равенство на земле?!​

​наших в роли ​в погоне​

​И кивают, и щурятся с ​

​Любая ложь, коль я не ​В свободу и ​

​А взгляни-ка на жен ​

​За новым, за призрачным счастьем ​на закат,​

​А собеседник, видя, что идет​И верили чисто, светло и свято​

​судачиху?​

​Но если услышишь, что вешней порой​

​А деревья любуются ​И за себя, что это позволяю...​

​крови и мгле,​

​Превратилась в холодную ​Бессмертны лишь скалы, а я - человек!​

​спят,​стыдно за него​

​В том, что шагали в ​вдруг​

​Нелепо! И все-таки можешь поверить:​

​шепчутся и не ​

​И так бывает ​они виноваты​

​Если б, скажем, жена твоя чудом ​Утрата, ее не понять, не измерить!​

​А деревья все ​

​обличить его.​

​Неужто и впрямь ​Как бы ты, интересно, смеялся, друг,​

​навек...​Рассыпая пушинками сновиденья.​

​Но вот стесняюсь ​

​светлое дело клал?!​

​так лихо!​Веселые губы сомкнулись ​

​в сад,​лжи мучительно страдаю,​

​Живот свой за ​

​Нет, постой, не спеши хохотать ​

​обвела мое имя.​

​Фиолетовый вечер забрался ​А я от ​

​тифозном​Скажешь, мелочи... плюньте, да и каюк!​

​И черной каймой ​

Бенгальский тигр

​к списку​почти весомо.​

​свинца и жару ​чешуя...​

​песнь прервала​Самые хорошие слова!​

​Солжет спокойно и ​

​Кто в визге ​

​Плавники да колючая ​

​Что смерть недопетую ​

​Говорите, люди, говорите​

​вдруг​

​питал,​

​можно:​

​Ворвется и скажет, словами глухими,​не таите,​

​Начнет о чем-то говорить и ​

​окопах и вшей ​

​Ничего, чем эмоции вызвать ​весть, как метельная мгла,​

​Ничего-то в сердце ​

​Иль где-то, может статься, даже друг​

​Стыл в мокрых ​-​

​А если вдруг ​голова,​

​горько, если мой знакомый​тоскливо-грозным​

​нашу влюбиться сложно ​можешь. Такое - возможно!​

​Чтоб звенела счастьем ​И как мне ​

​Иль тех, кто под небом ​

​Что в красавицу ​Но верить ты ​

​действительно хотите,​

​бесконечно.​

​на нас взирали?!​тебе, не тая,​

​станет обидно, тревожно,​И уж коль ​

​Которому ты веришь ​

​Потом с пьедесталов ​

​А вдобавок скажу ​

​И пусть тебе ​

​человек!​рядом человек,​

​бронзе или граните​

​в щеку.​Что делать? Превратна порою судьба!​

​Человек - на то и ​Когда с тобою ​

​И холодно в ​Даже нет языка, чтоб лизнуть хоть ​

​ушибах, разбита губа...​

​жить инстинктами,​

​длиться целый век,​

​кто решали,​Тут обнять бы, конечно! А чем обнять?​

​Все тело в ​Человек не может ​

​Но счастье может ​

​Всех тех, кто вершили и ​

​не зевать,​откоса толкнул...​

​И не год, не два, а целый век!​Все, говорят, на свете быстротечно,​

​Ну, а кого заклеймить, простите?​

​не мямлить и ​

​в спину с ​золотинками,​

​недолговечен век.​

Бессонница

​«Зачистить в преступники! Заклеймить!»​Тут бы надо ​

​А он меня ​Пусть слова сверкают ​

​И наших чувств ​

​И зло, будто вынесли резолюцию:​в протоку,​

​Что руку, как другу, врагу протянул,​

​птица? Ничего!​

​даже внешне хорошеет!​О, как научились судить-рядить!​

​с подругой заплыл ​подлецом,​

​Что без песен ​И весь он ​

​гражданскую, о революции -​Вот под вечер ​

​обманут в пути ​

​без заката?​

​горит​

​О битвах в ​В общем, попросту мачеха, а не мать.​

​Что был я ​Что такое небо ​

​вдруг словно лампочка ​обольют.​

​Нам - холодную. Дескать, не сдохнут, ладно!​вести о том,​Витамин, не более того.​

​То в нем ​Иль нежно помоями ​

​Всем буквально - хорошую, теплую кровь.​Представь, что услышишь ты ​лимон без аромата?​

​правду говорит,​Напакостят, где-то почти придушат​

​складно:​порой.​

​Что для нас ​И он отважно ​Из зависти что-нибудь да налгут,​

​и умно и ​сквозь стены проходят ​

​не ждет?​в ком-нибудь созреет​

​жизни иные души​Мать-природа на всех ​

​Они к нам ​Разве сердце этого ​

​Но если Совесть ​

​А сами при ​

​А любовь? Ты взгляни, как делила любовь​приносят,​

​и чувствовать?​

​Возможно, рок подобное творит,​нигде не быть.​

​жизнь такую.​

Будьте счастливы, мечтатели!

​только в конвертах ​

​Разве плохо говорить ​сходится на ней!​

​Кому-то никем и ​

​не польстится на ​

​Но вести не ​говорить и чувствовать?​

​И все живое ​

​И снова: кому-то - венки кумиров,​Клоп и тот ​

​Мы ждем, загораемся каждой строкой.​

​Ну а если ​называют Совесть,​

​спеша кружить.​

​вода.​

​Душа хоть какой-нибудь весточки просит,​

​все наоборот.​А эту мерку ​

​Опять начнет не ​и во рту ​

​на плечо.​

​Может быть и ​

​выстраданных дней.​Разгрузит и, новых взяв пассажиров,​и в ушах ​

​По-дружески мне положил ​словах отсутствовать.​

​Я мерю меркой ​

​все.​

​Плюс к тому ​

​К окну потянувшись, зеленую руку​Чувства могут при ​

​Все сущее, как трепетную повесть,​

​Кого-то в подвал. И на этом ​

​едим сплошную.​

​Раскидистый тополь, вздохнув горячо,​

​слов!​

​И честные, правдивые слова.​

​Кого-то - наверх, прямо к солнцу, в гении,​

​Ну а пища? Ведь дрянь же ​

​чувствуя нашу разлуку,​и без лишних ​

​сердечное доверье​

​Пестрое, как колесо обозрения.​

​Мокро, скверно... Короче - одна беда!​

​Как будто бы ​

​Лгут ведь часто ​Всю жизнь ищу ​

​Истории кружится колесо​- и скажи спасибо!​

​телеграфных столбов.​правдивы?​

​права,​к списку​

​Под корягу залез ​Да скучная цепь ​

​Разве молчуны всегда ​И веря, что лишь истина ​

​народ!​

​Только ты, как дурак, в ледяной воде​вдаль поездами​

​любовь.​

​А я, точа, как говорится, перья​Живой и замечательный ​

​берлоге, в дупле - везде!​Дороги с бегущими ​

​Верить в молчаливую ​

​А эти все, буквально все подряд.​нация - студенты,​

​Греют спины в ​посвист ветров,​

​это справедливо -​

​пленки покупают,​

​Что есть такая ​чем-либо​

​Узоры созвездий и ​И не очень ​

​Те марки или ​труд свой занесет,​

​меху, кто еще в ​разлуке. Сейчас между нами​

​Мы же люди, мы не караси!​

​хранят;​

​Сухарь этнограф в ​

​Кто зимою в ​

​Мы в дальней ​Это все, по-моему, условно,​

​Другие - книги ищут и ​Так пусть же, обойдя все континенты,​

​вдыхать!​к списку​

​Пострадай, подумай, раскуси...​Есть люди, что картины собирают,​

​А может, даже чуточку острее...​Ни носов, чтоб хоть что-то уж там ​

​звания!​

​Говорят, любовь немногословна:​

​хитрости и лжи.​

​лишь страдает, как и все,​ни ветров, ни цветов душистых,​

​Два самые высшие ​теплу.​

​В густых завалах ​

​Вот в горе ​А вот нам ​

​«отец»!​

​Вновь, как компас, к ласке и ​

​Ищу ее, крупицу за крупицей,​своею.​

​Травы, солнышко... Пользуйтесь! Благодать!​

​За звание «мать»! И за званье ​и повернется​

​Как каменщик, что строит этажи.​Живет судьбой особенной ​

​рощ тенистых, -​словом признанья.​

​А оно возьмет ​по частицам,​

​И, споря о стихах, о красоте,​

​Всем на свете: от неба до ​

​С улыбкой и ​

​мглу,​

​Я правду собираю ​

​Студенту - наплевать и ерунда!​

Бурундучок

​коленом, пардон, под хвост!​тепло их сердец,​

​толкай его во ​

​к списку​невозможно,​

​И лишь рыбам ​- за свет и ​

​Как ты ни ​не напрасно!​И то, что прочим людям ​

​одарила​И тост наш ​

​оно ему дается!​Что люблю тебя ​

​никогда.​Всех буквально щедротами ​наших!​

​Не зазря ж ​зря,​

​Почти не унывая ​

​львов, ни паршивых стрекоз,​В добрых родителей ​

​красоты.​Только знать бы, что все не ​

​и сложно,​Не забыла ни ​

​мать и отца,​Рано или поздно ​

​ежечасно.​Да, он живет задиристо ​

​творила,​

​Они превращаются в ​

​равно потребует​

​Целый мир тебе ​

​на двойку «романтизм».​

​Мать-природа, когда все вокруг ​

​появленьем смешного птенца​Только сердце все ​

​Буду счастьем считать, даря​Хоть может сдать ​

​Не хотим - и шабаш! Бойкотируем, значит!​Но вдруг с ​

​и суеты,​свете судеб.​

​романтик!​

​обиды своей молчим,​и не краше.​

​Средь житейских бурь ​Горечь злейших на ​

​Студент всегда отчаянный ​Только мы от ​Не больше того ​

​бегает​тебя принять​

​призм,​бы, поверь, судачить.​

​того.​Впрочем, сколько человек ни ​

​Я могу за ​море сквозь прицелы ​Рыбы тоже могли ​

​Жена есть жена, и не больше ​

​до одного!​

​меня и будет.​

​И глядя в ​Стар я, видно, да ладно, поговорим.​того.​

​Сберегли ведь все ​Все, что есть у ​

​галактик​Почему, говоришь, бессловесны рыбы?​

​Муж - это муж, и не больше ​бранные оставили,​

​тебя отдать​Мечтая о туманностях ​

​Нынче зябко... А речка - не печка. Итак,​в раздоры.​

​Вот слова же ​

​Я могу для ​его зачет...​

​мне из фляги. Вот так... Спасибо!​Все чаще вступая ​Или что-то около того:​

​предашь в дороге.​Другой идет сдавать ​Влей-ка в пасть ​

​- пустоцветами стать,​

​Только мы здесь, видимо, слукавили​

​Что потом не ​

​любимою встречается,​царя. Да не трусь, чудак!​

​Жить для себя ​в расход.​

​зря,​Пока один с ​

​Я тут вроде ​себя - это годы терять,​

​Отжили и списаны ​

​Только знать бы, что все не ​

Был у меня соперник...

​вовек не подведет.​сказал: - Это можно!​Ведь жить для ​

​Нежные слова, как граммофоны,​

​Одолею любые тревоги,​И друга друг ​

​Появился и басом ​те уже взоры.​космических высот​

​Все пройду, никого не коря,​отлично разделяется,​

​И громадный, усатый, как боцман, налим​Но вроде не ​

​В гордый век ​разу!​Все у ребят ​

​Потемнела вода, зашумев тревожно,​основном для себя.​

​плазмы и нейтронов,​не бывал ни ​иная иногда.​

​над ним,​Тихо живут в ​

​Словно в эру ​Где и черт ​А есть еще ​

​И тогда, будто ветер промчал ​Время идет. И супруги, любя,​слова.​

​По горам, по любому пути,​дружба и такая,​хотя бы, что ли!​

​славное звание!​

​Светлые и нежные ​По пескам, без дорог почти,​Есть у студентов ​

​Ну мычать научились ​Навек в это ​

​реже вспоминаем​перелазам,​

​ответим без труда:​всегда молчат?​

​Мой тост - за супругов! За тех, кто вступил​Только мы все ​По чащобам и ​На это мы ​

​- Отчего это рыбы ​И зрелость, и радость познания.​

​прозой голова,​тобой идти​твердая, мужская?​

​И вздохнул, огурец посыпая солью:​«Супруги» - тут все: и влюбленности пыл,​То ль забита ​Я могу за ​

​Что значит дружба ​Вынул флягу, отпил, затуманя взгляд,​супруги!​

​сердцами остываем,​вправду надо!​

​трех «хвостах»!​поляну тугую рыбку.​

​То это уже ​

​То ли мы ​Что тебе это ​

​при двух и ​

​И швырнул на ​успех, и беда,​к списку​

​зря,​И даже есть ​

​с подсечкой рыбак​

​Когда пополам и ​

​сна моего!​Только знать бы, что все не ​«хвостом» бывает,​

​Дернул удочку резко ​рядом всегда,​Не уходи из ​сада,​

​А вот студент, он и с ​речушкой зыбкой.​

​Когда же влюбленные ​сделаешь ничего.​Облетят, как листва у ​

​повторяет.​Осыпался закат над ​

​округе.​И лучше не ​

​Пусть листочки календаря​в чем не ​

​В вышине, отпылав, как гигантский мак,​Немало влюбленных в ​И днем, даже в шутку, не расставайся​

​Год, и два, и всю жизнь, наверно!​Он пращура ни ​(Сказка-шутка)​

​Подруга его - подруга, и все.​ко мне являйся!​

​не спать​

​на щеках,​

​к списку​Влюбленный - это влюбленный, и все.​Во всех сновиденьях ​

​И ночами могу ​

​И, гордо брея кожу ​непобедима!​вечно!​

​сна моего!​

​Долго-долго и верно-верно,​

Бычок

​век.​

​И потому она ​

​Влюбленный - ведь это не ​Не уходи из ​

​очень ждать,​земле за веком ​

​с меча,​шептал,​

​сна моего!​

​Я могу тебя ​

​Живет он на ​Россия начиналась не ​он ей ни ​

​Не уходи из ​

​к списку​на деревьях,​

​вовеки нерушимо.​Какие слова бы ​

​важней всего.​и царь природы!​

​Но, хвост давно оставя ​И будет так ​

​душевный накал,​Ведь это сегодня ​

​Когда ты человек ​поверье.​

​Встает заря, светла и горяча.​Но, как ни высок ​

​снова, смеясь и плача,​вещам,​

​Научный факт, а вовсе не ​жала.​

​так же сердечны.​Вернуться к нам ​

​Обидно ведь завидовать ​-​

​Как бескорыстье действеннее ​А встречи все ​

​упущенные удачи​

​с песней пополам.​в прошлом человек ​

​Ведь доброта сильнее, чем война,​

​Птицы поют, и метели метут,​

​И пусть все ​Пусть будет радость ​

​Что был хвостатым ​

​не унижала.​бегут,​

​сна моего.​

​Прошу вас: возвратите мне свободу!​

В звездный час

​водой!​

​Что никого нигде ​Месяцы пестрой цепочкой ​

​Не уходи из ​Ни славе, ни богатству, ни уму!​

​И плюс водопроводною ​сильна моя страна,​

​звание!​сна моего!​

​свете не завидовал:​

​воздухом питаться​

​И вечно тем ​

​За это красивое ​

​Не уходи из ​

​Я ничему на ​

​Он будет храбро ​

​в праздничную ночь!​бокал​

​всего!​

​светло, а потому​

​головой.​

​В огнях салюта ​праздник свой первый ​

​Мне мало, мне мало уже ​На мир смотрел ​

​Студент не поникает ​

​Тому порукой - города-герои​Поднимем же в ​

​Улыбкой и сердцем, теплом и взглядом,​испытывал,​

​Коли случилось «на мели» остаться,​

​сумела превозмочь.​Весеннего счастья воззвание!​

​Теперь, когда ты наконец-то рядом,​с детства не ​

​- совсем другое дело.​Она и ад ​

​«Влюбленный» не слово - фанфарный сигнал,​

​сна моего!​Я мелкой злости ​

​А вот студент ​войною​

​- влюбленные!​

​Не уходи из ​

​живи!​

​вспомнит, сколько шестью шесть,​с самой лютою ​

​А вместе они ​

​сна моего!​на свете не ​

​И он не ​

​И в схватке ​страх,​

​Не уходи из ​Ну хоть совсем ​

​ни встать ему, ни сесть,​и сильней!​

​- это радость и ​Сплошной необжитости торжество.​

​невозможно,​

​И вот уже ​

​Стократ еще прекрасней ​А вместе они ​

​За встречами - новых разлук терзания,​

​вас почти что ​

​Ну день, ну два... и тело ослабело...​Россия​

​встретиться - счастье в глазах,​нас - вечные расстояния,​

​А мне без ​

​человек не есть?​

В землянке

​То нынешняя гордая ​А стоит им ​

​В былом у ​

​в крови.​А сколько может ​

​родине моей,​Обычные, неокрыленные.​

​сна моего!​То снег, то солнце чувствую ​

​черти! Не дали поспать! -​Нашли конец на ​

​Девчонка одна - девчонка, и все.​Не уходи из ​

​тревожно:​

​- Ну что за ​

​тевтонцев иль Батыя​

​- это парень, и все.​

​нет уже ничего.​вас неладно и ​

​кого-то:​

​И если тьмы ​

​Но парень один ​

​И лучше их ​

​А мне без ​

​А встав, еще и упрекнет ​

​Бородино.​

​Все понежней выбирает.​

​подняли,​

В лесном краю

​вся беда!​до следующей субботы,​

​Река Непрядва и ​

​песни поет,​радугу в небо ​

​А я - вдали. И в этом ​И он проспит ​

​Тому порукой - озеро Чудское,​Моет окошко и ​

​Как будто бы ​вами постоянно,​

​на кровать,​

​и луною.​- девчонка живет,​

​обняли,​Однако вещи с ​

​В субботу положите ​

​Как, скажем, биться с солнцем ​

​А на четвертом ​

​Ведь руки, что так нежно ​Вещь - только вещь! И я согласен. Да.​

​А вот студента, если нет зачета,​смешно,​

​листает.​сна моего!​Вы усмехнетесь, дескать, очень странно,​

​Вздохнет и скажет: - Больше не могу! -​

​так же бы ​

​Курит и книгу ​

​Не уходи из ​губ.​

​Потом, взглянув из-под опухших век,​Ведь это было ​

​вернулся уже,​сна моего!​

​Стакану, что коснулся ваших ​сутки на боку,​

​дудки!​Парень с работы ​

​Не уходи из ​плечи,​

​Ну, пусть проспит он ​

​Но победить - вот это уже ​шестом этаже.​

​Кусочек солнышка самого.​Платку, что обнимает ваши ​

​способен человек?​Да, можно обмануть богатыря,​

​Парень живет на ​мне подарить стараешься​Настольной лампе, сделанной под дуб,​

​А сколько спать ​шутки:​к списку​

​Как будто бы ​каждый вечер,​

​влюбиться ухитряется.​С богатырем недолговечны ​

​благодарностью вернуть?!​хорошо улыбаешься,​

​Дверям, что вас впускают ​Да плюс еще ​

​радовалась зря.​Вновь нынче с ​

​Сейчас ты так ​Вдруг, как чудак, завидую вещам!​

​Не спать неделю, шахмат не бросать​Но только подлость ​

​ругали,​сна моего!​

​вами,​сессию сдавать,​

​по мордам!​Свергали и ругательски ​

​Не уходи из ​

Великий секрет

​поры, как повстречался с ​Студент же может ​ордам дали бы ​

​отрицали,​к списку​Что с той ​

​Ну день, ну два... и кончено! Ломается!​То как же ​И то, что мы недавно ​

​счастью никогда.​вам,​

​спать?​усобицы князей,​

​путь.​Не привыкайте к ​

​Как ни смешно, но я признаюсь ​силах человек не ​

​Когда бы не ​

​Признать провалом совершенный ​чувствам,​

​сами:​

Верная Ева

​Вот сколько в ​

​Прости, Россия, беды сыновей.​

​же начале​Не позволяйте выдыхаться ​Но вы пришли. И вот судите ​

​Студенту - наплевать и ерунда!​одерживали орды,​

​И, может, лучше в самом ​Исполнитесь возвышенным искусством:​

​хорошего добьюсь).​невозможно,​

​А коли верх ​

​просто получается!​

​таяла звезда,​(И сам всего ​

​Все то, что прочим людям ​разу.​

​То чепуха же ​И, чтоб любви не ​

​и громкому успеху​Ну что, к примеру, скажете, когда​

​не было ни ​лености,​

​мире всё-таки досталось!​Ни к быстрому ​

​их очень сложно.​

Веронике Тушновой и Александру Яшину

​Но жажды крови ​

​без вранья и ​

​Но счастье в ​

​(Я сам, коли захочется, - смеюсь),​

​Понять и изучить ​

​Возмездие вздымалось. Это да.​

​И если молвить ​- судить не нам,​

​к радостному смеху​народ!​

​не сразу​Ну вот и ​

​Заслужено иль нет ​Не ревновал ни ​

​Веселый и особенный ​По добродушью иногда ​

​к черту рассыпается.​тому, что вам​

​Ни силе, ни богатству, ни уму.​нация - студенты,​

​труда,​

​Жизнь рушится и ​Дивитесь же всегда ​

​свете не завидовал:​Что есть такая ​

​В руках, веселых только от ​Любому заграничному дерьму!​

​обратится в малость.​Я ничему на ​

​книгу занесет,​

​на пашне.​поклониться​

​И никогда не ​

​светло, а потому​Пускай этнограф в ​

​Оседлан был хозяином ​

​Должны мы раболепно ​

​годам​На мир смотрел ​и континенты,​

​Ильи​

​чего-нибудь добиться,​Алмаз не подчиняется ​

​испытывал,​Проехав все моря ​

​Недаром конь могучего ​А чтобы хоть ​

​постоянным удивленьем.​в жизни не ​

​к списку​ее всегдашний.​

​нечем и гордиться,​С живым и ​

​Я мелкой злости ​

​Не сомневайтесь: это снова я!​Лишь прерывали труд ​

​Нам якобы уж ​свою всегда​к списку​

​И если так, товарищи, случится,​

​бои​

​Науки нет совсем, а потому​Смотрите на любовь ​

​слово горькое: «Никогда»!..​Он — их поэт. Они — его друзья.​

​И стрелами звеневшие ​снится,​Напротив, светлым озарясь гореньем,​

​Но как безнадежно ​возвратится,​

​касалась...​

​Мол, Русь тупа, культура нам лишь ​

​счастью никогда!​

​быть продолженье.​и к людям ​

​жизни злоба не ​наизнанку!​

​Не привыкайте к ​В нем может ​

​Кто смерть пройдет ​Ни разу в ​

​Все вывернули нынче ​

​разом проиграться!​Прощанье не отреченье,​

​для него суда.​

​А потому, что русского плеча​Москвы, -​

​Иль до копейки ​сюда..,​

​И нету выше ​горяча,​Историю России и ​

​- как обесцветить кровь​весною не прилетят ​

​Чей суд — народ. Ему он присягает,​

​Не потому, что кровь не ​уже спустили планку.​

​Привыкнуть к ней ​

​И наши скворцы ​звезда,​

​и плуга начиналась.​Вы к нищенству ​вам выпала любовь,​

​Кончились. Отзвенели.​Кто верит, что горит его ​

​Она с косы ​страну!​

​Но если вдруг ​

​тобой апрели​

​отдавая,​с меча,​

​Спокойно грабят целую ​возвращаться,​

​А наши с ​Идет, все сердце людям ​

​Россия начиналась не ​борется,​

​Встречать, терять и снова ​хохочущею зарей.​

​упрямо по стране,​

Верховный суд

​к списку​власть уже не ​

​вновь​дождется встречи с ​

​А он идет ​И гордой, и великой, и могучей!​

​А те, с кем даже ​можно вновь и ​

​Он ждет не ​в газетах,​

​моя страна​

​помойкам роются,​Да, в мелких чувствах ​

​Давно ему надоело,​Кого ругают критики ​

​Еще предстанет всем ​Коль педагоги по ​

​грохочущего грома!​Скучное это дело,​

​лирической волне.​И знаю твердо: правдой зажжена,​

​практически ко дну,​Иль ливню средь ​

​речке па водопой.​

​Что пишет па ​

​Судить не мне. Но разлетятся тучи!​

​Что мы идем ​ветрам​

​Месяц, зевнув, их гонит к ​

​вы встретите поэта,​времена?​

​нам истина откроется,​к солнцу и ​

​Катится с крутояра.​И если вновь ​

​Когда наступят эти ​Когда же всем ​

​Как не привыкнешь ​Тучек густых отара​

​чинуше!​Но точно знаю: возрожденье будет!​

​А всех богатств, пожалуй, и не счесть!​

​вам издавна знакомы,​в зареве голубом.​

​Рожусь назло ученому ​Но твердо верю: загорится свет,​

​владений,​Что будто бы ​

​Зеленым пунктиром почек ​

​рожусь,​

​До этих дней, мои родные люди,​А Уралмаш - лишь часть его ​

​к губам,​

​Чутким пунктиром точек,​возьму вот и ​

​нет​

​есть!​Не привыкайте никогда ​Стала вдоль веток-строчек​

​Я просто вновь ​Не знаю, доживем мы или ​

​Раз деньги есть, то и нахальство ​Не мелочись, а яростно живи!​

​за окном,​И ну их, клетки, биотоки, души...​

​шовинисты!​А ведь купил! Нашелся скромный «гений».​

​крохотные спички,​капелью и шорохом ​

​это не гожусь!​Так злобно разлучили ​

​целый Уралмаш?!​

​Словно костёр на ​Ты стала ночной ​

​Нет, я никак на ​

​пор​

​Чтобы купить аж ​привычки,​

​апреле.​

​Одно научно-строгое молчанье.​

​недавних и недобрых ​

​честно деньги заработать,​Разменивая счастье на ​

​И потерял в ​

Верю гению самому

​Ни поработать всласть, ни закурить,​Всех, с кем с ​

​И можно ль ​к любви,​

​в апреле​любимой на свиданье,​любящих сестер,​

​растащить, и слопать?!​Не привыкайте никогда ​

​Я встретил тебя ​Ни прилететь к ​

​И вновь обнимет ​Буквально все и ​

​небосводе!​к списку​

​А атому — ни спеть, ни погрустить.​Сквозь искры слез, взволнованный и чистый,​раж,​

​Обязана гореть на ​говорили!​

​таблицей.​

​благодарный взор,​Возможно ль, впав в осатанелый ​

​всегда-всегда​разные трусы ни ​

​Стал сразу менделеевской ​Подымет к солнцу ​

​молотка!​По имени Любовь ​

​Что б там ​Был вроде человеком, а потом​

​плеч деляческие своры!​Практически спустили с ​

​Да, звёзды меркнут, но одна звезда​жаль,​

​Любил, страдал, работал с огоньком,​И сбросит с ​Плотины, шахты, фабрики, заводы, -​

​проходит и уходит.​жизни порой не ​

​примириться:​

​самых звезд​

​века,​Что будто всё ​

​За такое и ​

​ль с этим ​Могучая, от недр до ​

​Все то, что создавалось на ​И, главное, не верьте никогда,​пыли...​

​Да и возможно ​во весь рост.​

​буквально у народа​прекрасные увяли.​В синем, искристом облаке звездной ​

​Поинтересней как-то, чем распад.​Когда Россия встанет ​

​И на глазах ​И чтоб цветы ​тебя ветры вдаль​

​эта самая «глупистика»​

​И грянет час, хоть скорый, хоть не скорый,​Разграбили державу и... привет!​

​соловьи​Пусть потом унесут ​

​А все же ​не разлетится!​Разрушили, снесли, позакрывали,​

​Чтоб замолчали ваши ​почти сумасшедшего счастья.​

​не в лад,​Россия на куски ​

​лет,​

​устали,​От любви и ​

​Кто ведает? И пусть скажу ​

​потерь​все гордились столько ​

​Не соглашайтесь, как бы ни ​

​и высоты,​Переселенье душ? Сплошная мистика?​

​И от обид, от горя и ​

​И чем мы ​к любви!​

​Задыхаясь от солнца ​вы там!​

​случится,​воздвигали,​

​Не привыкайте никогда ​мечты,​Так, словно детство прожили ​

​Все непременно доброе ​И все, что люди прежде ​

​к списку​на вершине своей ​

​вам знакомы.​А если так, то, значит, и теперь​- как не бывало!​

​Не отдавайте никогда!​Встать в лучах ​Покажутся до боли ​

​Как птица Феникс, снова возрождалась!​И родины былой ​

​не отдавайте,​И сумел, и достиг, одолев ненастья,​

​Какой-то город, речка или храм​

​Она всегда, рассеивая мрак,​разнесли,​И лишь любви ​

​упрямо стремился ты,​дома,​

​враг,​

​А после: трах! И к черту ​Боритесь, спорьте, наступайте,​

​Если к цели ​Или в пути, совсем вдали от ​

​Как ни ломал, как ни тиранил ​

​приложили жало,​Пусть будет радость, пусть беда,​

​жить?! - А по-моему, стоит!​краю уже когда-то были?..​

​в истории случалось,​

​К взрывчатке тайно ​Итак, воюйте и решайте:​Разве стоит так ​

​Вы в том ​Но сколько раз ​

​земли,​всё равно!​

​отдать?​гравюру, что давно​

​Да, Русь всегда доверчива. Все так.​Сперва, собравшись на краю ​

​Любви не стоят ​

​счастье вдруг все ​Иль глядя на ​наши по дешевке!​

​между лопаток.​Ни хмель, ни тайные неверности​

​И за краткое ​где-нибудь в кино​

​Леса и недра ​Вонзили нам ножи ​

​бренности,​

​Это что же: бороться, терзаться, ждать​

​Себя на мысли ​

​тащат и везут​Противники коварно, изнутри​

​Ни развлечений всяких ​

​такую теорию строит?​

​порою не ловили​К заморским дядям ​

​схваток,​мщенье ревности,​

​Кто ж серьезно ​А разве вы ​Они, цинично попирая труд,​

​открытых с нами ​А потому ни ​

​сказать. -​

​предчувствие беды!​остановки,​

​Страшась в бою ​

​дано,​

​- Но позвольте! - мне могут сейчас ​

Веселье Руси

​Что есть подчас ​

​И, далее уже без ​

​А нынче, друг мой, сердцем посмотри:​Любить бесчестно не ​

​Семицветно-хмельное, невероятное.​отрицаем,​

​приживалки!​

​все наоборот!​древности:​в глазах, в крови -​мы отнюдь не ​

​До положенья жалкой ​А нынче просто ​ль не с ​

​И горячего солнца ​И все же ​довести​

​родину вздымали,​Известно же едва ​Счастье синего неба, цветов, любви​

​Мы знаем клетку, биотоки знаем,​Чтоб мощную державу ​Мы из разрухи ​

​И непродуманных решений.​Золотое, крылатое, необъятное.​всякой ерунды!​

​Лихих законов, бьющих злее палки,​Ведь в прошлом, бурно двигаясь вперед,​От нервно-раскалённых фраз​

​Вот оно - это счастье. А ну, лови!​Нет, нам не надо ​

​нужно было провести​стали?​

​Храни нас, Боже, всякий раз​в зенит.​

​верит в интуицию.​

​И сколько ж ​какими же мы ​

​острых объяснений​Серебристые бабочки мчат ​И очень даже ​

​не думают считаться!​Ну а теперь ​А в бурях ​речки, как дым легки,​

​порой чего-то ждет,​А даже и ​

​И вновь, как в сказке, выросла страна!​бороться!​

​И с поверхности ​И от судьбы ​

​что говорить,​свет за поворотом:​

​За счастье следует ​куски.​При неудачах шепчет:— Не везет...—​

​ней не то ​Но снова вспыхнул ​вновь:​К черту! Панцири порваны на ​

​с ученой эрудицией​Чтоб нынче с ​

​опять работа!​Крепитесь! Скажем вновь и ​

​Мир вдруг вспыхнет, качнется и зазвенит.​Ведь даже муж ​

​силы и богатства,​Опять разруха и ​раздраженьи бровь.​

​дно реки,​Наверно, ты недооткрыла что-то!​И растащить все ​

​горло стиснула война.​Не хмурьте в ​

​придет он на ​Стать углекислым газом? Нет, прости.​нужно было развалить​

​Но вновь нам ​и рвётся -​

​И когда вдруг ​пути?​И как же ​

​Рос Комсомольск, Магнитка, Уралмаш!​Душа порой болит ​лишь день.​

​А нас, скажи, куда в конце ​демагоги!​сиянии и зное,​

​слов​все за один ​

​работа.​

​Сплошные крикуны и ​

​Турксиб летел в ​злых иль колких ​Только здесь они ​

​Да, после нас останется ​А впрочем, нет! Какие там «князья»!​

​имена героев,​Когда ж от ​Словно в сказке, где «тысяча и одна...»,​

​головой.​«удельные князья»,​

​Кружились в песнях ​и так!​

​Ровно тысяча. Выдержать все сполна.​С почтительно склоненной ​

​Нашлись же вновь ​Звенели сводки, как победный марш,​

​Ведь всё сбывается ​Ровно тысяча! Каждая как ступень.​стою перед тобою​

​тревоги!​плотина Днепростроя,​

​счастье беспокоиться?!​

​и злых ночей.​Я и сейчас ​

​без горя и ​Росла в плечах ​

​К чему о ​Ровно тысяча черных ​

​мне яркою зарею:​Чтоб жить стране ​вспыхивал успех!​

​И жизнь пылает, словно стяг,​

​почти три года,​

​Всю жизнь горел ​же допустить нельзя,​И за успехом ​

​строится​И такого упрямства ​Прости меня, наука! Разум твой​

​Но ведь никак ​после разрухи!​Когда всё превосходно ​

​корней.​даже взвешенной.​держава.​То строилась страна ​

​всех!​холод да гниль ​Частицей, пусть хотя бы ​

​Великая и гордая ​диаграммы вверх.​Но зачастую ближе ​

​А покуда лишь ​И все-таки обидно как-то стать​

​страна СССР -​Но лезли круто ​

​Кто далеко, почти незримых.​- этот луч свободы!​отвешенный!​

​Была у нас ​и немного сухи,​

​Ни тех, кто рядом, и ни тех,​И оно впереди ​Поклон, богам иль идолам ​

​Какие честь, достоинство и слава?​Пусть цифры строги ​любимых,​

​- ради счастья.​утешать​недавнем прошлом, например?​

​в помине нет!​

​Не надо отдавать ​Если все испытания ​Одних глупцов способен ​

​А что в ​Чего сегодня и ​к списку​

​и борьба,​на частицах!​

​в пучину разоренья.​другое,​

​И, наверно, не смогу понять!​Не напрасны лишения ​ж кончать и ​

​И всех толкать ​Но было же, но было и ​

​понимаю​

​напасти,​Но ведь нельзя ​карман отчаянно грести​

​вовсе не секрет.​

​Нет, такого я не ​ни ждали тебя ​

​всяких адских мук,​

Весенняя песня

​Что в свой ​

​Теперь все это ​и враждовать?​

​И какие б ​Нет, я далек от ​

​от рожденья,​

​Да, было управленье силовое.​

​Для чего дружить ​судьба​

​частицу превратиться.​

​Всего-то и умели ​И «черный воронок» мелькал порою...​

​Как же так, любить, не уважая?​ни сложилась твоя ​

​Изволь потом в ​А «демократы», господи прости,​

​безусловно был,​

​в тупик!​Как бы зло ​

​так! Живешь, живешь и вдруг​«демократов».​

​Диктат над нами ​И они становятся ​

​Ради цели, которая впереди.​

​Ну как же ​

​Поверила в посулы ​было, что ж, не скрою.​

​на дороге,​любой ценою​

​согласен.​И вновь ты, героиня и дитя,​

​Не все блестяще ​

​А нелепость встретив ​Только надобно выжить ​

​Я как-то не особенно ​от пламени плакатов,​

​жил?​

​ведь не боги!​никакое.​

​атомы навек​Ты вновь зажглась ​

​каждый в государстве ​

​Но поэты тоже ​А питанье - почти что и ​

​И превратиться в ​

​И все же, все же, много лет спустя​Как в прошлом ​

​лирический язык.​

​Рак ли, рыба - проглотят, того и жди.​

​все же человек,​

​«Отца народов» твердым сапогом.​«переоценки»?!​Им ведь дан ​

​Грязь и холод... Ни радости, ни покоя.​Но человек есть ​смяло и попрало​

​Какие тут еще ​и пороги?!​

​и долгий путь.​

​ясен.​И все свободы ​

​головы,​

​Что поэтам мели ​Начинает свой трудный ​

​Ответ как прост, так и предельно ​

​коварством и свинцом,​

​не с глупой ​Ты, поэт, раскрой и опиши!​

​Эфемера, личинка-чернорабочий,​Железом, хлором, ну буквально всем!​

​Как пыль смело ​Уж если брать ​

​секреты,​

​забудь,​Азотом, водородом, углеродом.​

​Высокие святые идеалы​Москвы.​

​Если есть сердечные ​пока и мечтать ​

​материей, природой:​

​их великая беда.​границ и до ​

​области души.​Где о крыльях ​

​Ты станешь вновь ​

​И в этом ​

Весна в лесу

​Ведь от любых ​Нет загадок в ​

​Где-то в речке, на дне, среди вечной ночи,​

​И уточнит: — Ну, правда, не совсем,​просты, как дети,​

​стенки?​

​Принято считать, что для поэта​кипит во мгле!​

​любой ученый муж.​Но все богатыри ​

​нас настроил эти ​дрянь!​

​Ради этого света ​Так скажет вам ​

​«Свобода, братство, равенство труда!»​

​А кто для ​Это дрянь. И любит эту ​

​и какая работа​

​— Все, что живет, бесследно исчезает.—​Казалось: цели - лучшие на свете:​

​У нас теперь ​-​

​Но какая борьба ​Наука говорит, что не бывает.​

​«красных» и на «белых»?!​

​нам нужны.​Человек прекрасно понимает ​

​Скажем, десять часов, ну двенадцать всего-то.​душ?​

​Разбив народ на ​Сейчас иные мерки ​

​бывает:​

​день на земле?​Бывает ли переселенье ​

​в смертной схватке,​ни сложностей, ни бренностей.​

​Это верно. Но и так ​

​Сколько времени тянется ​к списку​

​Твоих сынов столкнули ​То нет былых ​

​грань.​людям.​

​Принадлежит народу одному!​

​порядки​

​страны,​

​Где какая пролегает ​Многим крупным, но мелким душою ​

​солдата​и за чьи ​

​Твердят нам: «Если прежней нет ​Говорят: любовь не различает,​

​вот маленьких Эфемер​Короче: честь поэта и ​

​С какою целью ​

Вечер в больнице

​«новой»?​

​Что любимый - низкий человек?!​

​С этих самых ​и стихи солдата,​

​Ты, добрая, распутать не сумела:​от этой жизни ​

​время ясно понимая,​пример​

​Что кровь поэта ​тяжкие загадки​

​И что хотим ​В то же ​

​И, однако, неплохо бы взять ​

​А потому, и только потому,​В семнадцатом же ​

​устремляем взор​

​навек,​

​Мотылек с ноготок? Отрицать не будем.​

​свято,​Пугачева.​

​Куда мы нынче ​

​Говорить о нежности ​

​тут все-таки клал печать.​Не оттого, что это имя ​

​И устрашали кровью ​

​Вопрос другой, не менее суровый:​Можно ли любить, не уважая?​

​Я б иную ​тайным,​

​голову рубили​А, впрочем, это долгий разговор.​

​дружить.​

​Нарицательно: «Бабочки-однодневки».​и ни делом ​

​Тебе со Стенькой ​

​плечи возложить вину?​Точно впрямь обязаны ​

​иные отсевки​

​Ни тайным жестом ​

​и сурово,​

​На чьи же ​А они, посмотришь, вечно рядом,​

​Несерьезных людей и ​

​оскорбить меня​

​Ты бунтовала гневно ​и пристальней вглядеться,​

​друг друга ядом.​

​осужденьем привыкли звать​

​Никто не смеет ​

​гнили,​И коль спросить ​

​И не отравлять ​

​Мы порой с ​явно, ни случайно​

​Когда ж, устав от захребетной ​

​и пронзая сердце.​

​казнить​Как-то очень по-теплому отношусь.​

​И никогда ни ​А ты, сжав зубы, каменно терпела?​

​Ударив в спину ​

​в ссорах не ​самой​

​упряма, как броня.​Хлыстами крепостничества пороли,​

​Разрушили великую страну,​Чтоб друг друга ​

​Эфемере вот этой ​Но честь моя ​

​Когда тебя, лишая всякой воли,​к списку​

​надо,​Только я к ​

​рублем и домом.​И в ком, скажите, сердце закипело?​

​Тихо навернувшиеся слезы...​Им давным-давно расстаться б ​

​это находка. Пусть!​

​Готов делиться и ​

Вечер в Ереване

​Брусилова бесстрашные солдаты.​классиков в глазах​

​взглядам,​Не такая уж ​

​И доброту, и искренность дарю,​Суворова могучие орлы,​

​И блестят у ​

​мыслям и по ​

​в строгой раме​вам - и тепло дарю,​пышные столы​

​в ветвях,​Разным и по ​

​Что ж, пускай для коллекции ​

​Я все дарю ​

​За чью-то спесь и ​Ветер зябко шелестит ​

​буквально ничего?​Однодневная бабочка. Мелочь, в общем...​

​Всем говорю - и близким, и знакомым:​

​Альпах ли, в Карпатах​

​грозы,​В нем почти ​

​Эфемера Вульгарис... Обычный вид.​

​тихо говорю,​

​Навек ложились в ​Где-то глухо громыхают ​Можно ли дружить, не одобряя​

​не очень:​И потому я ​

​среди смертельной мглы​

​на паркет...​Убеждений друга своего?​

​добыче той рад ​стремится оседлать!​

​И сколько раз ​Капнула из карты ​

​Можно ли дружить, не разделяя​Только друг мой ​

​Тебя ж потом ​

​Ни русской крови, ни души, ни боли!​Показалось вдруг, что это кровь​

​к списку​сачком дрожит,​слабость принимая,​

​капли нет​

​свет.​поймешь!​Серебристый огонь под ​

​И доброту за ​Сидели люди, в ком ни ​

​Стал багрянцем наливаться ​Вот увидишь и ​к списку​

​Что кто-то, ту доверчивость встречая,​

​лет! -​

​появился вновь.​мучиться -​

​Люди, поверьте мне!​обидно сознавать,​

​Вот именно, ведь целых триста ​

​Луч исчез и ​

​И кому придется ​чудеса!​

​Ведь как порой ​России на престоле, -​

​Гоголь, Пушкин. Чехов и Шевченко.​

​потом получится​

​Люди, есть на земле ​в малом покушаться!​

​После Петра в ​классики глядят:​

​Ну а что ​огне...​

​Не разрешу и ​так, что триста лет​

​А со стенки ​Не робей, не пропадешь!​Ночь в заревом ​

​Ни близким, ни далеким никогда​И как случилось ​

​Стала ярко-розовою стенка.​и крутится,​

​Звездами вспыхнули небеса,​честь, шагая сквозь года,​

​«Идите, княже, володейте нами!»​закат,​

​Пусть судьба звенит ​

​- Вот... Принимай... дарю!​

​Но вот на ​с поклонами послов:​

​Из-за тучи вырвался ​Даже вспомнить-то смешно!​мне эдельвейс.​

​Пусть где-то слишком мягок, может статься,​Слал к Рюрику ​

​Россией.​-​

​И вдруг протянула ​Пусть я доверчив. Не скрываю - да!​

​ты, небогат умами,​Между Украиной и ​

​Ты ли брошен, я ли брошена ​

​говорю... -​

​химчистку в воскресенье!​Что будто сам ​

​И бегут, безжалостно бегут​- Все в кино? И я - в кино! -​Нет, я не то ​

​Или снести в ​

Вечная рана

​испокон веков,​Ножницы напористо стригут​настороженно.​

​чудес,​Ее нельзя, как кофту, залатать​Тебе ж внушали ​

​впервые​Пусть он смотрит ​

​Сейчас все поймешь... я не против ​

​Она - одна. И после пораженья​Посулами, мечом и лицемерьем!​

​Со времен Хмельницкого ​Все прошло - и наплевать!​

​Но я смогла, упросила...​сто раз приобретать.​дружиной Новгород подмял​

​И, свершая жутковатый «труд»,​уверенно:​

​цветы,​Честь не дано ​

​Он сам с ​«Карты иностранных государств».​А спокойно и ​

​Ты знаешь, он яростно любит ​Рискуя неизбежным униженьем.​

​звал.​новое пособье -​

​(Воевать так воевать!),​

​Есть, значит, тайная сила.​с игрою чьих-то глаз,​

​Русь никто не ​Будет в школе ​

​Но не жалко, не потерянно​

​Увидела, вспыхнула радостью: - Ты!​Вступать в контакт ​

​Ведь Рюрика на ​и подобья:​

​И хоть тресни, а шути!​

​Стремительная фигурки!​ни на год, ни на час​со своим доверьем!​

​Не осталось даже ​приятелям​

​мне из ворот​Не должно ей ​

​От хитрых козней ​и мытарств​

​Подойди к его ​И вдруг навстречу ​

​И, принимая всюду уваженье,​Народ мой добрый! Сколько ты страдал​От былых дискуссий ​

​гомон выходи,​Гашу огонек окурка,​

​ним!​предавали?!​слава!​

​В шум и ​Смелее! Вот дом его... поворот...​что стоит за ​

​Врагам без сожаленья ​И - прощай величие и ​

​Будет вечер - обязательно​цветок вручу!​

​Со всем, что есть и ​

​В звериной злобе, отчие края​Беспощадно ножницы кроят,​

​Чтоб качнулись небеса!​И ей тот ​

​Клянусь душой, обязана считаться​Ты помнишь, как удельные князья,​

​лет подряд,​выгрохать,​

​Не верит? Не надо! Но я вернусь​

​Достойно пожелала называться,​

Вечное беспокойство

​сыщется едва ли:​

​Что крепчала сотни ​И такое платье ​

​Любой ценой получу!​И женщина, что именем моим​

​Вторично в мире ​Гордую, великую державу,​

​Нет, так сыщется краса!​Высмеян буду? Согласен. Пусть.​

​обретали право!​Великая трагедия твоя​

​на картон.​- вытравить!​цветок?!​

​Все эти строки ​твой народ.​

​С шуточками клеят ​

​Коль нашлась морщинка ​И выпрошу тот ​

​и поисках каких​И грубо унижали ​

​Каждую республику отдельно​собой!​и вернусь​

​В каких трудах ​Тебя, хитря, терзали силы злые​

​Жить, как встарь, - сегодня не резон!​Сделать чудо над ​

​А что, если вдруг возьму ​

​силой оделять других,​Тимура и Батыя​

​скоростью предельной,​Всеми красками-прическами​Легенда... Седой Восток...​

​Чтоб жить и ​Еще с времен ​

​Все летит со ​в бой,​

​Цветок эдельвейс... Щемящая грусть...​не ради славы.​

​Что, право, просто оторопь берет.​бойкой ученицей.​

​Все оружье ахнуть ​открыл пути?!​

​Стоит оно совсем ​доверчива, Россия,​

​Режет карту с ​

​Лучше, выбрав серьги броские,​

​Чтоб к сердцу ​сраженья.​

​Ты так всегда ​Полная идей географичка​

​Всем терзаниям назло!​

​ученый такой,​смерть, сквозь раны и ​

​к списку​И, рождая новые привычки,​

​накрепко,​И разве есть ​

​Сквозь жизнь и ​трудных дорог!​

​стремится,​Лучше стиснуть сердце ​

​обрести!​

Виновники

​и побед,​Романтики дальних и ​

​Молодость к новаторству ​

​«Повезло - не повезло»,​Без чуда не ​

​Сквозь тысячи лишений ​крылатые люди -​

​Бывшего Советского Союза.​тоске по маковку,​

​Пусть так! А любовь? Ведь ее порой​заревом ракет​

​Такие уж это ​Разложили красочную карту​

​Чем сидеть в ​И вдруг цветок-талисман!​Оно прошло под ​

​тревог.​Две «учебно-творческие музы»​

​Лишь соленая вода!​Конечно же, глупо: атомный век -​снискало уваженье,​

​- ветры борьбы и ​удобства парты,​Слезы, прошены ль, не прошены,-​

​Мятой пахнет бурьян...​Не просто так ​

​Ведь счастье их ​Сдвинув вместе для ​

​Слезы - это ерунда!​снег,​

​с детских лет,​надо. Успеха не будет.​

​к списку​о том, что брошена,​

​Ветер метет тополиный ​Ведь имя, что ношу я ​

​Мешать им не ​жизни поцелуй!​

​Ты не плачь ​

​на дно.​унижаться!​подарить красоту!​

​В первый в ​про детей​

​С шипеньем идут ​Никак не соглашаясь ​

​И людям потом ​свиданье,​к списку​

​Толкаются звезды и, падая вниз,​бурно восставал,​мрака алмазные недра​

​В это первое ​

Властной женщине

​семена!​темным-темно...​

​Я лишь порою ​Чтоб вырвать из ​струй,​

​Лишь самые добрые ​А в речке ​

​- Ревнуют там, где потерять страшатся.​необжитые дебри,​

​В золотинки вешних ​грунт бросают​

​садами звезды зажглись,​ревновал,​

​А чтобы обжить ​заране​

​Когда в подготовленный ​В ночи над ​О нет, я никогда не ​

​Умчат они сердцем, храня мечту,​Улыбнись и верь ​

​произрастают,​

​Мило, но ерунда... -​

​к списку​

​экзотике - пальмам и зебрам​

Влюбленный

​глаза.​

​И радости наши ​Вот улыбнулась: - Это, друзья,​

​будет именно твоя?..»​Не к пестрой ​

​Посмотри в ее ​Семья - это крохотная страна.​

​иль беда?​

​Что дверь та ​Дороги, метели и поезда.​

​в душу,​не забудут.​

​Счастье мне то ​То кто, скажи мне, сможет поручиться,​

​потянут куда-то​Ты взгляни девчонке ​

​Они той жестокости ​

​я,​постучится,​

​Однажды их властно ​

​гроза?!​

​Но только запомните, люди милые,​Так холодна, что не знаю ​

​дверь она и ​до момента, когда​

​Ну зачем сейчас ​после будут,​

​холодна.​

​Что если в ​Живут они так ​

​Мама, добрая, послушай:​

​Не знаю, как жить они ​Но так всегда ​

​скажу, печали не тая,​угловаты,​

​В настоящей красоте!​силою,​

​тоньше всех,​Я все ж ​

​Немного застенчивы и ​чистых отношеньях,​

​Когда-то подавлены вашей ​

​Та, что красивей и ​и случится,​

​рыцарские времена.​

​Суть здесь в ​нашим днем!​

​она?​

Возвращенное время

​«Пойми, коль чудо даже ​

​Как в лучшие ​везде.​

​Пусть станет позорнейшим ​

​Что скажет сейчас ​

​ртом:​так, между прочим, относится,​

​Деготь может быть ​ребенка,​

​и смех:​Чуть усмехнулся тонгогубым ​

​Кто к женщине ​разных поколеньях,​

​И день, когда мы избили ​думал под гул ​

​и многодумно,​тучи звезда видна,​

​Суть не в ​Разрушим - вовеки не соберем.​

​А я все ​И, глянув вниз темно ​

​Кому и сквозь ​Где была? Да сколько лет?​

​все хрустально-тонко,​

​ученый - поэт!​в облике чугонном,​

​снежную рощицу,​том, наверно:​

​В ребячьей душе ​Да ты не ​

​Как будто ожил ​Кто сделает замком ​

​Значит, суть не в ​Хоть тресни - побоями не возьмешь!​

​сдавай по цветам!​

​стенке за стеклом​

​и простом.​

​не вянет цвет!​взять убежденьем -​- Теперь хоть экзамен ​

​Но Мефистофель в ​Даже в будничном ​

​До сих пор ​И то, что не можешь ​

​кабинет:​

​Иль вместе здесь, или туда вдвоем!​

​красивое​разве скверно?​

​ложь.​

​От шуток гудел ​отпущу.​

​Те, кто умеет найти ​А ведь вышло ​

​лишь страх и ​

​плечам,​

​Но знаю, что назад не ​

​Мечтами, любимым своим трудом,​

​Мама дочери была.​А плетка рождает ​Ботаника хлопали по ​

​не прощу?​макушку счастливые​

​Даже чуточку моложе​

​и уваженьем,​

​То все-таки, кто его знает?..​и что я ​

​Да те, кто живут по ​

​не строже,​Мир жив добротою ​

​веками живет,​И что прощу ​Кто они? Где? И какие они?​

​И тогда отнюдь ​у ребят.​

​Но если легенда ​Не знаю, что разрушим, что найдем?​

​обычной жизни романтики?​ждала,​

​Вдруг вспышкам жестокости ​Наука сие отрицает,​

​дверь...​Есть ли в ​

​Как любила и ​искренно удивляться​

​Он кончил, добавив шутливо: - Ну вот,​И тихо-тихо постучишься в ​А здесь, посреди городской толкотни,​

​тоже,​Чтоб после же ​

​Сердце возьмет взамен. -​придешь​

​Скитальцы морей, покорители Арктики!​Как была счастливой ​

​Калеча и душу, и детский взгляд,​вручит,​

​Мне кажется, что ты еще ​тишине...​

​Юность давнюю свою.​распущенно озлобляться,​

​Тот, кто подруге его ​потерь,​

​В невесомости и ​-​

​И можно ль ​плен:​и сквозь ветра ​

​висит Романтика​С песней, с робкими губами ​

​слез?!​Сладкий и жаркий ​

​Сквозь песню встреч ​

​А рядом незримо ​соловьями,​

​глазах и потоки ​

​А главное, этот цветок таит​позванивает дождь​

​устремив к луне,​Сад с ночными ​

​На ужас в ​бед храним.​Когда в ночи ​

​Взор сквозь стекло ​

​вспомнить маме​рука только поднимается​

​И будет от ​Мучительных и яростно-счастливых!​

​из пластика,​Лучше б просто ​

​Ну как же ​обман​

​невероятных лет,​Вот мчит он, вцепившись в кресло ​

​Распаляясь, как в бою,​Всех взрослых конфликтов, обид и гроз.​

​Легко разрушит любой ​Всех тридцать шесть ​

​и мирам.​

​громить словами,​срывается​

​Кто завладеет им,​того, что вечно живо.​

​К новым созвездиям ​

​И чем дочь ​

Волшебная стрела

​порой на детей ​Это волшебник. Цветок-талисман.​

​Им не избыть ​руку​

​грех? Откуда? В чем?​

​И сколько ж ​Древний хранит Восток.​

​вослед,​А кто-то завтра протянет ​

​Где ж там ​То порка - бессилье больших людей!​

​за веком век​за днями дни ​храм,​

​Что-то делают дурное?​совести разобраться,​

​О нем легенду ​И пусть летят ​

​Другой разрыл уникальный ​двое​

​Но если по ​просто цветок.​

​отгорю!​науку,​

​Разве вправду эти ​многократно сильней детей!​

​Но то не ​Стократ горя, я век не ​

​Один романтик штурмует ​гром?​

​Ведь мы ж ​Взгляните: он блещет, как горный снег,​

​Твой голос, и лицо твое, и руки...​трудных дорог!​

​Для чего нападок ​Кричи на них, бей! А чего стесняться?!​в моих руках!​

​Куда, к чертям, исчезнут эти муки?!​Романтики дальних и ​

​слово?​Заведомо зная, что не ответят!​

​И вот он ​А впрочем, что я, право, говорю!​

​пробы,​Так зачем худое ​черный труд,​

​предпринят рискованный рейс,​

​Победы, боль, страдания и счастье...​

​Это романтики чистой ​Близко-близко их сердца.​душу в тот ​

​За ним был ​и истину, и ложь,​

​порог.​И стучали чисто-чисто,​

​Вложив чуть не ​облаках.​

​Смешав в клубок ​погнал за родимый ​

​конца...​

​таких, кто жестоко бьют,​

​Царящий почти в ​в пасти...​

​Не рубль их ​Что-то пели без ​

​Но сколько ж ​сказал он: - А вот эдельвейс,​

​Ушли, у грома растворяясь ​

​не верьте! В глухие чащобы​Шли то медленно, то быстро,​

​Какое ж, простите, геройство тут?!​В конце же ​

​ночь, и грозовая дрожь​Но вы им ​

​Но упрямым по-мужски.​Вы только взгляните: пред вами - дети,​

​Одно непонятней другого.​Но вот и ​

​- Какая уж, к черту, романтика тут?!​По-мальчишьи неумелым,​

​вовек не смейте!​Мелькают названья - сплошная латынь -​Не так, как я, без памяти, тебя!​

​им - усмехнутся:​Поцелуй - он был несмелым,​

​Но делать такого ​

​Качаются важно, сурово.​

Воспоминания

​Не так, как я - стосердно и стокрыло,​Скажи о романтике ​Школьным догмам вопреки.​

​не любя,​вечная стынь​

​И все ж, признайся, ты меня любила​Приборы, спецовки - сплошной неуют.​созрела,​

​Неважно, любя их иль ​

​Слепящее солнце и ​

​Мы бурно жили, споря и любя,​

​Палатка геологов - сесть и пригнуться.​Если нежность их ​них сами себя,​

​- жгучая синь,​свете было!​

​стоптанных сапогах.​

​Людям, окнам, фонарям...​Поймите, вы бьете в ​

​В ладонях ботаника ​

​А что еще? Да все на ​В брезенте и ​

​Улыбаясь звездным вспышкам,​Не бейте детей, никогда не бейте!​ветров.​

​восторженный накал!​небритые люди​

​Бродит он, ее парнишка,​к списку​И дикого пенья ​

​И бьющийся ввысь ​Сидят у костра ​

​Если нынче где-то там​не можете!»​

​Дети отчаянной высоты​с нами!​

​на рогах,​

​из книжки,​Часто толком прожить ​

​снегов.​- мы. И счастье рядом ​

​Почти у дьявола ​

​Если счастье не ​

​Если даже мгновенья-то одного​Как светлые шапки ​

​А в центре ​

​А где-то в тайге, в комарином гуде,​поцелуй!​

​тревожите,​Стоят они гордо, хрустально чисты,​

​Аншлаги! Мир, заваленный цветами,​темноту.​

​Первый в жизни ​Вы мечтами себя ​

​Взбегающих к облакам.​в былом - за залом зал...​

​И улыбается в ​

​Было первое свиданье,​бы: «Для чего​

​горных высот,​Ты помнишь ли ​

​стоит Романтика​вешних струй​

​Но Судьба усмехнулась ​О редких растениях ​

​со мной...​А рядом незримо ​

​Если в звоне ​

​одно мгновенье!​нам​И все, что было исстари ​

​Курс - на Вайгач. Рулевой на посту.​опозданье,​

​А не наше ​С жаром рассказывал ​

​в мире, что люблю я,​грохочет Балтика.​Так ли страшно ​

​путь,​широт,​Все, чем живу я ​

​А возле Кронштадта ​дело, наконец?​

​бы путь как ​Ботаник, вернувшийся с южных ​

​безжалостно штрихуя​Уходят дозорные катера.​

​В чем же ​Вот тогда получился ​

​(Лирическая баллада)​Как будто бы ​

​до утра​клянут девчонку?!​

​Время каждого поколенья,​к списку​

​колючею стеной,​

Все равно я приду

​штормовую в туман ​Но за что ​

​на тысячу растянуть​Золотых есенинских волос!..​

​И снова дождь ​Но в ночь ​

​Жгут, пронзают, как свинец...​Хорошо б лет ​

​волною​Лишь ты, да я, да боль нечеловечья...​

​Севастополя,​

​мчат вдогонку,​нам, право.​

​Вперемежку с песенной ​И... никого... ни звука, ни души...​

​По плитам набережной ​Друг за другом ​

​Увидать не дано ​Тайна жгучих, смолянистых кос​

​речи...​Соленые брызги, как пули, захлопали​

​Хуже яростных шмелей.​вослед,​

​И, хмелея, кружит над землею​

​Твой образ... Без телесности и ​строже:​

​Оскорбительные, злые,​нас и придет ​

​поэт!​Да, было так, хоть вой, хоть не дыши!​

​красивей гораздо и ​Что пощечин тяжелей.​

​Все, что было до ​К красоте прославленный ​

​Дрожа губами, чокается с рюмкой...​Тут все и ​

​такие,​

​Темнота: миллионы безмолвных лет...​и восхищенно​

​Как человек, сутулясь у стола,​Она не пираты, не приключенья,​

​А слова звучат ​

​-​И шагнул светло ​

​с невеселой думкой,​

Все, что сердцу дорого и свято

​не очень схожа.​смущенья.​

​влево и вправо ​и законы​

​Глядит сквозь стекла ​Романтика с этим ​

​От обиды и ​А от лучика ​

​Что упали стены ​из-за угла,​

​Экзотика... Яркие впечатленья.​порога​

​свет.​

​Мнится ей, что расстояний нет,​Луна, как бы шагнув ​

​без одежды, конечно.​Дочь зарделась у ​

​Наша жизнь - как фонарика узкий ​И, быть может, полночью бессонной​

​к черту провалиться!​

​При этом почти ​

​За ночное возвращенье.​к списку​

​Шаганэ Нерсесовна Тальян...​

​Уж лучше сразу ​под грохот тамтамов,​строго​

​этом мире!​-​

​мерить эту жуть,​И пляшут туземцы ​

​Мама дочь ругает ​Стало больше в ​

​мрак седая женщина ​И чем шагами ​

​пальмах кричат обезьяны​к списку​

​ослом​Смотрит в синий ​

​А боль - ни шевельнуться, ни вздохнуть!​Где ночью на ​Нескладным пеликаном!​

​Что одним доверчивым ​

​морщинки-трещины,​

​когтит, как злая птица,​средь зелени вечной,​смешным,​

​о том,​

​Возле глаз собрав ​И снова мрак ​

​Слоны и жирафы ​Перед зобастым и ​Просто помнить следует ​

​Ереван...​

​И - с облегченьем - трубку на рычаг.​Конечно же, есть экзотичные страны:​

​ним,​задрожит в эфире.​Ровно дышит спящий ​

​рожденье,​трудных дорог.​

​- Снимите шапки перед ​

​И звезда не ​

​расцвечена,​Нет, не зашел, а вспомнил о ​

​Романтика дальних и ​

​Гогочущим болванам:​Что ж, пускай! Не загрохочет гром,​

​Ночь нарядно звездами ​мрак.​-​

​иным​

​коварстве...​

​умничать сейчас!​Звонок. Прниятель сквозь холодный ​

​есть славная штука ​Пусть так. Но я скажу ​

​И на примитивнейшем ​Эх, да что там ​

​же исключенье:​Ты знай, что на свете ​

​ужин...​глупейшей лжи​То, как знать, быть может, «Англетера»...​

​Однако было все ​тебе на порог,​

​Набитый впрок на ​А споткнулся на ​мерой,​

​Ни звука, ни визита, ни звонка...​Однажды присядет к ​

​И зоб - тугой как барабан,​мне не скажи!​

​И любовь, и дружбу полной ​растворились, позабыли,​

​попросту скука​

Встретились двое...

​ятаган,​

​Знал. И слова тут ​час​

​Вдруг как бы ​Прихлынет тоска или ​Громадный клюв как ​

​самовлюбленном барстве.​в свой нелегкий ​

​Бурля, как полноводная река,​к списку​

​Он грузный, неуклюжий,​Думал я в ​

​Ведь имей он ​шутили,​

​честь героев!​

​Смешная птица пеликан:​и хитрости ужи! -​

​бы одной?!​И все, кто поздравляли и ​

​Навечно зажженного в ​

​Отцовские - тускнели...​- Что мне зло ​

​Две дороги стали ​тихо-тихо... Ни души.​огня,​

​Светлели детские глаза,​

​предовольно.​

Вторая любовь

​иначе? И навечно​И в доме ​

​Как отблеск торжественного ​

​цели.​Преуспел я нынче ​

​Все пошло б ​Холодное, дождливое ненастье,​

​из души гоня,​Доплыв до высшей ​

​зле​

​той полночи хмельной​Где все добры, хмельны и хороши, -​

​Все мелкое прочь ​Сложились крылья-паруса,​о добре и ​

​Только вдруг с ​Что вместо тостов, праздника и счастья,​

​настроив,​

​ятаган!​Но в науке ​

​Можно все домысливать, конечно,​

​Почти как ужас, как безмолвный крик...​

​Горит, на взволнованный лад ​А клюв как ​

​земле,​

​глаз?!​

​Твой день. Холодным, жутко одиноким,​Пунцовая роза - подарок друга.​

​себе вспорол,​я знаю на ​

​Перед синью восхищенных ​безудержно жестоким,​

​на столе моем​И клювом грудь ​

​Пусть не все ​и распахнула двери​

​Что будет он ​И только горит ​

​Глазами мир обвел​

​думалось невольно:​Ты взяла б ​

​на миг,​за окном.​пеликан,​

​И тогда мне ​час​

​я представить хоть ​И скрылось видение ​

​Привстал на лапах ​людей.​

​бы, если в поздний ​

​И мог ли ​Но, смолкнув, погасла цветная вьюга,​

​Своей живою кровью.​В пешки превращающей ​

​Ну а что ​никак не понимаю...​

​атаку.​А выше, чем живой водой, -​

​или холодной власти,​Шаганэ... «Задумчивая пери»...​Я и теперь ​

​Ведет в отчаянную ​Не чудом, не водой живой,​

​И о злой ​

​почти...​Как я сумел? Как выжил? Устоял?​комсорг Самвел​

​Великою любовью.​осколки счастье​

​Светлым и торжественным ​- иная, неземная...​

​Бесстрашный и дерзкий ​любой ценой,​

​О разбитом на ​необычно тихим,​

​И ты уже ​

​сумел,​

​Он их спасет ​слышал от друзей​

​Только был он ​

​И вдруг - обрыв! Как ужас, как провал!​Всех, кто еще уцелеть ​

​Живое и горящее.​

​Сколько раз я ​яростно и лихо!​твое здоровье!​

​и мраку,​отца, вот здесь!​и тревог.​

​Тут вскипеть бы ​Пил вдохновенно за ​

​Поднявшись навстречу свинцу ​Оно в груди ​

​Из сплошных терзаний ​на пути,​

​Твой самый-самый преданный народ​

Высокий долг

​камней и тел,​

​Как радость, настоящее.​О любви, безжалостно сожженной,​

​Да, он встретил песню ​

​с искренней любовью​

​И то, как над грудой ​Но стой, беда! Спасенье есть,​О любви, как плетью оскорбленной,​

​явились.​В застолье шумном ​

​Перебегая, ведут огонь.​

​час!​на свете строк​

​свет бы не ​Да, в этот день, ты помнишь? Каждый год​

​Отважные, крохотные фигурки,​Ведь дорог каждый ​

​Сколько я прочел ​Строки те на ​

​день твоего рожденья...​смертью в жмурки,​

​Им не дождаться, не дожить!​

​к списку​

​То, как знать, быть может, никогда​В тот памятный ​

​Будто играя со ​просят: - Пить! -​

​до конца!​

​они тогда,​

​первый летний день,​

​вздыбленном, словно конь,​Птенцы ж глазами ​

​Надёжное навек и ​Ну а распахнись ​

​В тот календарный ​

​Как в зареве ​Но позже, не сейчас. -​

​В любое время, доброе и злое,​не открылись.​

​мир без сожаленья​кирпичи,​

​Сказали ветры: - Ливню быть,​

​такое:​Что ж, они и вправду ​Легла на целый ​

​С грохотом падают ​

​Да клювы раскрывают.​Кому досталось именно ​

​мог».​тень​

​видно, как там, в пожарах,​дрожат​

​скрою,​двери я не ​

​Но самая мучительная ​И вот уже ​

​Чуть только лапами ​Но счастлив тот, я этого не ​Но открыть те ​

​пустой квартире...​

​Он словно растет, обдавая жаром.​тают...​различные сердца.​

​такие двери,​Бродить ночами по ​

​горя в ночи,​Они как будто ​

​Да, в мире есть ​В Хороссане есть ​

​друзей,​

​Как маленький факел ​Птенцы затихли. Не кричат.​

​трудную минуту!​пери.​

​Застыв душой, без близких и ​Пламенно-алый цветок Самвела!​

​дождь полил!​Что удирают в ​

​Там живет задумчивая ​

​книжек и вещей,​окна -​

​Ну хоть бы ​

​дружбу, ни любовь,​порог.​Чем средь знакомых ​

​в синем стекле ​лужица пока!​Не признаю ни ​

​Где обсыпан розами ​мире,​

​Но ярче всех ​Ну хоть бы ​

​и круто:​такие двери,​

​И что-нибудь чудовищнее в ​Падает радостная волна,​

​Воды ни капли, ни глотка.​Я говорю уверенно ​«В Хороссане есть ​

​в жизни что-нибудь страшней​стрелы,​

​Один засохший ил.​вновь,​

​- Шаганэ!​Да есть ли ​

​И вновь, рассыпая огни и ​месте озерка -​

​лупят вновь и ​осталось:​

​смогут устрашить!​То гром, то минутная тишина,​И вот на ​

​И пусть невзгоды ​Все равно! Ведь имя же ​

​Меня уже не ​Гигантски-огненную печать.​

​Парит тяжелый зной.​ямам?!​

​Как на звездно-сказочном коне.​ни шок​звездный приказ прихлопнул​

​над землей,​Или друзья, что прячутся по ​

​волне,​ужас и ни ​

​Как будто на ​Как хищный беркут ​

​опаснее: враги​

​Взмыв на поэтической ​И никакой ни ​

​цветисто лопнул,​Жара - хоть не дыши!​

​Ну кто тебе ​

Гибнущая деревня

​фантазии смеялась,​

​Я жду. Ни саван, ни суровый рок,​

​Салют громыхнул и ​Трещат сухие камыши...​

​отчаяньем упрямым:​Ты на все ​

​можешь быть!​эту вешнюю благодать​

​Черны от суховея.​

​Ты думаешь с ​юг!​

​Клянусь, что ты любою ​Но вот в ​пера​

​пурги,​Перенес на хороссанскнй ​

​порог,​

​майский.​И даже кончики ​

​И вот, сражаясь среди злой ​персиянки,​

​вдруг ступишь на ​Праздничный, тихий и очень ​Стоит безбожная жара,​

​тихо отсидеться.​Он, одев в наряды ​И если ты ​

​и голубой,​мрачнее.​И где-то в ямке ​

​Школьную учительницу, вдруг​опалит.​

​Весь будто алый ​Все суше и ​

​и сберечь уют,​И беда ли, что тебя, армянку,​

​Встряхнув, всю душу разом ​в краски,​

​утра​А можно было ​

​и звучней.​сне,​Мягко долив позолоты ​

​утра и до ​ни сил твоих, ни сердца,​

​Так красивей было ​

​И голос твой, как в нереальном ​Москвой,​

​А степь с ​И не щадят ​

​Хороссаном -​позвонит​

​Вечер спускается над ​Хрустящих окуней.​бьют​

​Он Батуми сделал ​Что телефон однажды ​толком - тогда не очень!​

​Хватают жадно, кто быстрей,​Вот видишь, как они жестоко ​

​лирике своей​мниться начинает мне,​

​А если с ​зобу​это дело?!​

​В той восточной ​А то вдруг ​

​даром прошедших лет,​Птенцы в его ​и ввязался в ​

​тумана иль обмана​И где, как песня, ты и есть, и нет.​

​Ведь жаль только ​И, сунув шейки, как в трубу,​

​Ты взял да ​И не для ​

​уже​им вслед?!​

​Распахивает клюв.​Сурово укоряла: - Ну зачем​В «голубой пожар» его стихов.​

​и не живешь ​с печалью смотреть ​

​Потом он, голову пригнув,​стрелы,​

​завороженно​Где ты живешь ​

​Но нам ли ​солдат.​

​их кулаки и ​И смотрела ты ​

​впечаталась в рассвет,​крутых обочин.​Как сторож и ​

​Как бьют тебя ​

​оков,​Где ты навек ​

​Словно костры у ​

​невдалеке,​за тем,​

​Оторвав от будничных ​

​На нашем, на знакомом этаже,​

Главная встреча

​лет,​А он стоит ​

​И наблюдая издали ​влюбленно,​

​дверь...​Мелькают рассветы минувших ​озерке,​

​заранее.​

​Закружили жарко и ​И тихо-тихо постучишься в ​

​- тем паче!​Ныряет мама в ​

​Считая бой проигранным ​Загипнотизировали птиц!​придешь​

​Во всякой беде, а в войне ​галдят,​

​кусты отпрянула, спеша,​Голубые, вспыхнув восхищенно,​

​Мне кажется, что ты еще ​тяжелее всех​

​В гнезде птенцы ​А лишь в ​ресниц.​

​ветра потерь​А первым всегда ​

​на островке,​стане,​

​Спрятались за крыльями ​мрак и сквозь ​

​Вы первыми встали, голов не пряча,​Гнездо в кустах ​

​злом не оказалась ​Черные, как ласточки, смущенно​

​Сквозь боль и ​и тепло, и смех,​

​ужин...​

​И вроде в ​

​Две весенне-трепетных души.​

​ложь,​Чтоб миру вернуть ​

​Набитый впрок на ​

​душа,​

​голубые,​

​Сквозь звездный звон, сквозь истины и ​вправе!​

​И зоб - тугой, как барабан,​Нет, не сбежала близкая ​Черные глаза и ​

​Галине Асадовой​этом забыть не ​

​Громадный клюв, как ятаган,​

​пространство...​

​Россией -​

​к списку​

​И люди об ​

Гостья

​Он грузный, неуклюжий,​

​Рука хватает чёрное ​Встретились Армения с ​

​А сердце - чистейшей породы!​

​бой,​Смешная птица пеликан!​

​И вдруг - холодный ужас: нет плеча!​тиши​

​тело дворняги,​друзьями ты первый ​

​к списку​

​постоянство,​

​И вот здесь-то в утренней ​

​Ведь может быть ​

​Где принял с ​

​Останови! Подойди!​Чтоб ощутить родное ​

​солнечных лучах...​природы:​стеной,​

​сквозь людской поток.​обернулся сгоряча,​И Батуми в ​

​Старик! Ты не знаешь ​

​У Бреста. Под той крепостной ​Рванись к нему ​

​И вот ты ​упругий бубен неба​

​под коряги...​-​

​душе звонок,​

​друга!​Грохот волн в ​

​Труп волны снесли ​начало дороги славы ​

​Пусть вздрогнет в ​

​Тебя плечо единственного ​Пальмы, рыба, сулугуни с хлебом,​

​полетела...​

​И все же ​его в пути,​И ты решил, что тут-то и спасёт​

​Где-то в давних, призрачных годах:​Собака под мост ​

​с тобой,​И если встретишь ​

​пощады от невзгод,​Что же это: правда или небыль?​перила,​

​Ты прав: мы немало прошли ​кажется черным...​

​И нет нигде ​

​мог».​И, стукнувшись лбом о ​

​Любого «спасибо» здесь будет мало!​И снег ему ​лупит вьюга,​

​двери я не ​тело,​

​душу сейчас согрел,​идет человек,​

​бьёт беда и ​

​Но открыть те ​

​Вдруг разом оставили ​Ты так мою ​

​А сквозь метель ​Вот так же ​

​такие двери,​Не ведал хозяин, что силы​

​тебе, друг Самвел?!​

​узорным.​совсем наоборот,​

​В Хороссане есть ​раскрытой!​

​Ну, что мне сказать ​По стеклам шуршит ​

​А если всё ​

​пери.​Наружу из пасти ​

​тоскою сжало.​Падает снег, падает снег,​

​прочнее, чем алмаз.​Там живет задумчивая ​

​готово​

​Сердце вдруг сладкой ​ним или нет?​

​То этот сплав ​

​порог.​

​Что выпрыгнуть сердце ​

​словно бы онемел...​Знаком ты с ​

​сплавлены,​

​Где обсыпан розами ​о камни разбиты,​

​Стою я и ​

​к нему подойти,​

​А добровольно воедино ​

Грехи человечьи, или кто виноват?

​такие двери,​В кровь лапы ​

​Отчизны. -​Удобно иль нет ​

​разбавлены,​

​«В Хороссане есть ​Споткнувшись, кидается снова,​

​Первый военный рассвет ​Какой-то там этикет,​

​и дружба не ​стихи:​

​Собака бежит задыхаясь!​-​

​идти​Что коль любовь ​

​В памяти рождаются ​светом​

​был тот рассвет ​может в расчет ​

​раз,​спится,​

​За красным мелькающим ​

​Чьей кровью окрашен ​

​И разве тут ​И всё-таки добавим ещё ​

​Шаганэ Нерсесовне не ​По шпалам, из сил выбиваясь,​нет,​

​весть?!​воспеты и прославлены,​тополь серебрится,​

​Не ведал хозяин, что где-то​о тех, кого с нами ​

​Чтоб подали людям ​Пусть чувства те ​

​В лунном свете ​Не думали, не вспоминали.​

​И в память ​сигналы есть,​лице.​

​Словно золотые петухи.​Тут, видно, о рыжей дворняге​

​символ жизни,​Какие звонки и ​друг в одном ​

​мечутся зарницы,​Курили, смеялись, дремали...​

​Этот вот маленький ​флажка?​

​Когда жена и ​Где-то в небе ​

​В вагонах, забыв передряги,​Прими, дорогой мой, и как поэт​

​Два горьких черных ​- вместе,​

​Шаганэ Нерсесовна Тальян.​непогодь ночи.​

​брестских друзей-солдат.​тоска -​

​Но всех важней, когда всё это ​-​И ринулся в ​

​В подарок от ​глазах у него ​

​Всё это - сердцу дорогие вести.​мрак седая женщина ​

​На месте, как бык, потоптался​

​как солдат Севастополя​А если в ​

​крыльце.​Смотрит в синий ​

​есть мочи,​Прими же цветок ​дрожат?​

​Иль друга, что стучится на ​морщинки-трещины,​Взревел паровоз что ​

​всех наград,​И губы его ​Неважно чьё: жены, или невесты,​

​Возле глаз собрав ​

Грядущий день

​заметался,​

​За мир, что дороже нам ​идет человек​

​плечо!​Ереван...​

​Огонь над трубой ​протопали,​

​А если просто ​

​Иметь всегда надёжное ​

​Ровно дышит спящий ​простая дворняга!​

​Сказал: - Мы немало дорог ​визжат,​

​И рвут, как волки, яростно и дружно,​расцвечена,​

​А то ведь ​

​чудо свое вручил.​И тормоза не ​

​горячо​

​Ночь нарядно звездами ​породы...​

​И это вот ​А если просто: падает снег​

​В час, когда беды лупят ​С.Есенин​

​Эх, будь ты хорошей ​Примчался он, обнял меня по-братски​

​И «Скорая помощь» тоже.​

​важно, как же нужно​Шаганэ ты моя, Шаганэ!​

​Сказал:- Что? Оставлен, бедняга?​гудящий ИЛ,​есть всегда​

​Ах, как же это ​

​про одиночество​

​входа​Спиной еще слыша ​

​У нас милиция ​к списку​

​о любви​Старик у вокзального ​

​солдатский,​Звонки тишину встревожат.​

​сейчас люблю!​

​к списку​

​тоскою.​Девятого мая, в наш день ​

​Случись катастрофа, пожар, беда -​Я вас очень ​

​никакой не надо!»​С почти человечьей ​

​Самвел.​Да кто-то еще другой.​шлю.​

​Тогда мне совсем ​глаза​Мой жизнерадостный друг ​

​только он​Спите! Добрый привет вам ​

​встречу такой,​Следили два карие ​

​Еревана,​Знает об этом ​

​сны!​в жизни не ​

​знакомой спиною​Солнцем и песнями ​

​подлой душой?​Пусть красивые снятся ​А если я ​

​И лишь за ​Севана,​

​Друг ли с ​весны​

​Красивой-красивой! Большой-большой!​ни разу.​

​Вспоив голубою водой ​звон?​

​На пороге двадцатой ​

Дачники

​Ей хочется крикнуть: «Любви-звездопада!​Собака не взвыла ​

​взрастить сумел,​Измена? Мечты ли разбитой ​

​Спят девчата, ребята спят...​она ждет, какой?​

​экспресса.​Ее вот такою ​

​Выбросила тоска.​звездопад...​

​Какой же любви ​Вливался в вагоны ​

​Как-то по-царственному прекрасная.​

​черных тревожных флажка​С неба сыплется ​

​плечами.​муравейник​

​наряд,​В зрачках два ​

​в цветах.​И удивленно пожмет ​

​Где пестрый людской ​

​Стоит она, кутаясь в свой ​Лицо человека - обида и боль,​

​Я поставлю сады ​- Нравиться нравились. Ну и что? -​

​гулким навесом,​Благоухая, как целый сад,​

​хрустит, как соль,​в головах​

​Посмотрит мечтательными глазами:​

​И скрылся под ​Громадная, гордая, густо-красная,​

​Мороз под шагами ​И у девушек ​

​даже никто? -​ошейник​

​сберег.​

​дрожат.​ребят,​

​Неужто не нравился ​Швырнул под скамейку ​

​розу в душе ​

​И губы его ​Я поглажу чубы ​

​тридцати...​тебя я покину.​

​Я эту вот ​

​идет человек,​и старший брат,​

​Дело-то катится к ​Но все же ​

​особо​А по дороге ​

​Друг ваш добрый ​

​остаться!​- Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,​

​Люблю я цветы! Но средь них ​

​Тысячи белых ежат...​средь вас.​

​девах вот так ​Лохматую рыжую спину:​

​гроба.​Падает снег, падает снег -​

​Я незримо пройду ​Недолго и в ​Хозяин погладил рукою​

​чуть не до ​к списку​

​полночный час,​

​ведь ждать, учти!​к списку​

​Я людям признателен ​

​уверенно и навсегда!​

​Как дневальный в ​Мужчины не будут ​уже не пойдешь!​

​цветок​Пусть будут забыты ​

​Паутинками ваши сны.​

​Вокруг твердят ей: - Пора решаться.​

​Ни за что ​

​и за каждый ​Да здравствует жизнь! А слова «роковая ошибка»​

​всей страны​Смотришь - замуж вышли давно.​

​пойдешь болотом,​

Два маршрута

​За каждый букет ​труда!​

​Кружит ветер вдоль ​

​Подруги, порой невзрачные просто,​

​Но теперь не ​

​Самвелу Матевосяну​от вашего светит ​

​Комсомольской души моей!​

​звено...​

​Прямо к солнцу... И ты шагнешь!​

​и Герою Труда ​Пусть счастьем здоровья ​

​Крылья, битвы, горячность фраз​

​Мчатся, бегут за звеном ​лугам, к широтам,​

​крепости​гибко.​

​давних дней,​

​цепочкой пестрой​

​И потянет к ​

​Отважному защитнику Брестской ​

​Идите же дальше! Сражайтесь упрямо и ​Будто в зеркале ​

​Зимы и весны ​будешь стоять.​

​к списку​

​мире врачи.​в вас,​

​убегает домой.​Долго так вот ​

​Ни славою, ни совестью Отчизны!​часто первейшие в ​

​Да за то, что я вижу ​

​А эта одна ​

Два петуха

​Потрясенный и зачарованный,​

​торговать​

​Ведь рядом же ​Там, где ежатся старики.​

​кино провожают,​взволнованный.​

​Не позволяйте дряни ​

​кого поучиться,​легки​

​Ребята подруг из ​

​А, до самых глубин ​тризны,​

​воистину есть у ​За дела, что для вас ​

​душе живой.​

​не станешь рвать,​вправду гибели и ​У нас же ​

​любовь к стихам,​

​Душа стремится к ​Пусть цветов ты ​

​Не ждать же ​

​ключи.​

​За мечты и ​

​попарно летают,​цветах...​

​Вставайте ж, люди, подлость обуздать!​Ищите, ребята, смелее к наукам ​

​драм,​Птицы и те ​

​В солнце, в щебете и ​Да и себя, конечно же, в придачу!​

​и лечиться,​За отсутствие пошлых ​

​синим чулком.​застынешь​

​собственную мать​хворях уверенно жить ​

​сейчас люблю!​А третьи просто ​

​На краю поляны ​Страну свою и ​

​Чтоб людям при ​Я вас очень ​

​Другие - принцессою и гордячкой,​

Два слова о любви

​И, в ободранных сапогах,​- значит предавать​

​врачей.​шлю,​

​лоб - за спиной, тайком.​раздвинешь -​

​И продавать их ​выпускают одних прирожденных ​

​Спите! Добрый привет вам ​И пальцем на ​Но однажды ветви ​

​и знамена плачут!​И в жизнь ​

​сны.​чудачкой​

​комарный звон.​

​Что от обиды ​врачам настоящим​

​Им хорошие снятся ​Одни называют ее ​

​Ты идешь под ​докричаться? Как сказать,​

​Дипломы вручаются только ​всей страны,​

​к списку​шум осиный​

​Ну как же ​звенящим,​

​Спят под звездами ​человека!​

​Сквозь осоку и ​

​нравственной трясине?!​

​открытий взмыть крыльям, бесстрашно​Спят ребята, девчата спят.​

​В зависимости от ​Утомленный, забыв про сон,​Толкают нынче к ​

​Чтоб к звездам ​аромат,​

​до Казбека,​Ведь бывает, дорогой длинной,​

​только наш народ​до конца!​В переулках садов ​

​От кочки и ​светлей.​

​Так почему же ​и будет гореть ​

​страной и весна...​Бывает разного роста:​Чище сделала и ​

​Реликвии свои, свои святыни.​

Двадцатый век

​Кто трудится страстно ​Нынче мир над ​

​А счастье, по-моему, просто​

​меня вселила,​свете бережет​

​искорка божья,​Далеко позади война.​

​взлета!​Снова веру в ​

​Любой народ на ​Учить надо тех, в ком действительно ​

​и вам нужней!​И дерзкие крылья ​

​Ты пришла, зажгла, окрылила,​спускали!​

​Порой для престижа. Тут главное - ум и сердца,​Вам по двадцать ​

​Поиск, мечта, работа​

​красе твоей!​Глумясь, на рынках запросто ​

​бумаг и подножья​

​цветах -​Что счастье - это горение:​

​В этой гордой ​права,​

​Как быть? А вот так: нам не нужно ​и сирень в ​

​мнение,​

​Ты не знаешь, какая сила​Честь Родины, без совести и ​

​То «в ящик сыграет», простите, уже человек!​

​Вот вам вздох ​Еще есть такое ​

​раз!​дедовскую славу,​

​летит заготовка. А врач ошибется,​простой своей.​

​расставаться.​Что встречается только ​

​Чтоб сопляки ту ​Но в ящик ​

​Вместе с кладью ​

​И больше не ​

​мне такое,​

​мы доныне допускали,​брани его век,​

​мешках​

​признаться​Раз уж встретилось ​

​Так как же ​

​Ошибся лекальщик - и тут хоть ​Донесли в вещевых ​

​Однажды в любви ​торжества не скрою,​

​Не жизнь свою, а знамя полковое.​стократно придется:​

​боев.​до рассвета,​Я от них ​

​в сраженье​мне хотя бы ​Пронеся сквозь огни ​

​С милой сидеть ​

​Пусть завидуют. В добрый час!​Последний вомн защищал ​

​И пусть повторить ​для вас сберегли,​

​По мненью четвертых, это​порою.​

​уйти без боя,​терпеть, ни прощать!​

​Мы их все ​И общность переживания.​

​Пусть пошутят друзья ​Когда живому не ​

​нам нельзя ни ​снов,​

​Забота, тепло, внимание​

​коснулся губ.​Так повелось, что в битве, в окруженье,​

​Вот этих вещей ​Видеть этих хороших ​

​Это большое участие:​И твоих не ​

​и властно!​леченье -​там не могли​

​Третьи считают, что счастье -​тебя не обнял​

​в них пламенно ​в диагнозах или ​

​Но хотя мы ​И трепете подчиненных.​

​Хоть ни разу ​

​И что жило ​Но делать ошибки ​

​сном.​плененных​труб,​

​в них влагали​сдвинутся вспять.​

​Спали люди чугунным ​В глазах секретарш ​

​Звон победных фанфарных ​Какие чувства люди ​

​отменишь. И годы не ​

​гром​

Две красоты

​и власти,​душе сегодня​

​суть, а в том, над чем сияли,​И смерть не ​

​Потому, что под тяжкий ​В окладе большом ​

​Слышу ясно в ​Не в этом ​

​может быть мненья.​

​Ни гвардейцы - мои друзья.​Другие верят, что счастье -​

​пойдешь!​Андреевский, трехцветный или красный,​

​Да, доктор не бог. Тут иного не ​

​тогда ни я,​Все острые ощущенья.​

​И я горд, что ты не ​разными бывали:​только хорошим врачом!​

​Снов не видел ​

​Карты, вино, увлеченья -​

​пойдешь на это,​Пусть эти стяги ​Но врач, он обязан быть ​

​госпиталях.​

​Одни говорят:- Это страсти:​Только ты не ​

​нынче продаем!​прочим,​

​Я валялся в ​счастье?​

​ложь.​

​Мы на базарах ​так, между​

​в тугих бинтах​Что же такое ​

​сквозь боль и ​

​закона​

​быть слабым иль ​В эту пору ​

​к списку​Мчатся к цели ​

​И Жукова! - без чести и ​

​Но врач, он не вправе ​такие сны.​

​века!​ракетой​

​Рукой Петра, рукой Багратиона​

​Обидно, конечно, да ладно же, все нипочем,​Мне не снились ​

​и до скончанья ​Пусть иные сердца ​

​дыму пороховом​или слабым рабочий,​

​весны​

​От этих дней ​взойдет слезах?​

​Что вскинуты в ​Бывает неважной швея ​

​На пороге двадцатой ​сны,​

​Коль на детских ​великие знамена,​

​«Берясь за леченье, не сделай беды. Не вреди!»​

Девушка

​Даже дети, которых нет.​

​не снятся эти ​счастье - счастьем,​

​Не наши ли ​есть фраза такая:​

​гул ракет,​Пусть только вновь ​

​Только будет ли ​посылать?!​

​в Гиппократовой клятве ​Снятся матчи и ​

​жизнью человека.​

​Ради счастья - преграды в прах!​

​хоть в пекло ​

​Не зря ж ​глаз,​

​Живу я гордой ​

​напасти.​Кого не жаль ​

​обсуди.​И смешинки любимых ​

​доброй тишины,​Можно все разгромить ​

​распадстве,​с другими вопрос ​

​Снится все: и свиданья час,​

​И полный этой ​

​Может статься, на много лет,​зле иль нравственном ​

​Талмуды достань иль ​

​Снится легкий, как пух, зачет.​

​свете...​мы опоздали,​

​А как о ​

​Не видишь решенья? Возьми и признайся: - Не знаю! -​

​Пальма снится, и горный грот,​И женщина, и друг, и все на ​

​Что для счастья ​самом доблестном богатстве,​

​такой вот «ошибки» врачебной.​И целинные поезда,​

​Что ты давным-давно моя жена,​

​секрет,​

​Не как о ​Когда-то погиб от ​

​ночная звезда,​

Девушка и лесовик

​дьявольские сети!​

​и так не ​армии сказать​

​боец,​

​Снятся фильм и ​Что разорвал я ​Но для нас ​

​Посмели бы об ​

​Народный учитель, лихой комиссар и ​

​И застенчивая сирень.​рад, что кончилась «война»,​

​мы не сказали,​В каком, скажите, царстве-государстве​

​Да что миллионы, мой смелый, мой юный отец,​Снятся грозы, и летний день,​

​И как я ​Пусть о грустном ​

​водкой запросто меняли!​

​ведь их миллионы, с судьбою плачевной,​сны.​

​Во сне чему-то тихо улыбаясь.​Улыбаемся и молчим...​

​На джинсы с ​А в мире ​

​Снятся людям хорошие ​ты,​

​дороге двое,​отвагу на войне​

​Ошибка - конец. Вновь ошибка, и снова - конец!​весны​

​А рядом - ты... А рядом дышишь ​

​Мы стоим на ​Чтоб доблесть и ​А врач, ошибаясь, расплатится жизнью чужою.​

​На пороге двадцатой ​

​Я вновь живу, от гнева отрешаясь!​прозрачный дым...​где-нибудь встречали,​

​расплатится жизнью своей,​к списку​

​дачной красоты​Млечный Путь как ​Вы слышали иль ​

​Минер за ошибку ​любовью создадим!​

​И среди этой ​прибоя,​

​стране​

​решенье тут очень, наверно, простое:​Мы вечный май ​

​над розовой рекою.​Чуть доносится шум ​

​Ответьте мне: в какой еще ​

​И все же ​

​зим​И кружат вальс ​

​его дробить.​

​За ними кровь, бесстрашие и труд!​хоть сотни, мудреных мудрей,​

​вместо вьюг и ​юных обнялись​Сам не станешь ​

​овеяны,​

​Причины? Да будь их ​Давай же вместе ​

​А две рябинки ​

​большое,​

​Они высокой славою ​уж проще намного?!​

​сможет никогда!​

​И режут утро, слившись с синевою.​

​Просто, встретив хоть раз ​орден Ленина,​

​врач? Или все тут ​

​Уже остыть не ​черных молнии взвились​

​не рвусь прослыть.​Георгиевский крест иль ​

​А сколько же ​ни грянули напасти,​

​Стрижи в три ​Хоть святым и ​

​Неважно, как реликвию зовут:​

​раз,​Какие б вдруг ​

​звонкая зарянка...​такое,​

​Знамена, и кресты, и ордена?!​жизни один только ​

​о том, что наше счастье,​Свистит на флейте ​

​ни к чему ​

​продают сегодня​Минер ошибается в ​

​И твердо знать ​аромат,​Да и мне ​

​Когда на рынках ​

​Ведь честное слово, недобрая это дорога!​на свете холода​

​В цветочный погружаясь ​пойдешь.​

​нам новой преисподней,​

Джумбо

​тут риторика фраз?​Шагать сквозь все ​

​ветром спозаранку.​И я рад, что ты не ​

​К какой сползать ​

​Не надо, друзья. Ну к чему ​в нашей власти​

​Листва шуршит под ​

​пойдешь на это,​Скажи мне: что с тобой, моя страна?​

​в мире, ошибки?!​И, господи! Ведь это ж ​

​в сад...​Только ты не ​

​к списку​Нельзя совершить, как и всякому ​

​же нам подчинены.​

​Распахнутые окна смотрят ​К соснам, к морю, в хмельную дрожь...​

​кулаки?!​- Но врач - человек! Так неужто, простите, ему​

​Во многом все ​Встаю. Толкаю дверь... и ... просыпаюсь...​

​Можно скрыться, уйти от света​Разве тут помогут ​

​предвижу смущенье, с обидой улыбки:​сердце, и настрой, и жизнь​

​- Я ухожу! Немедленно! Сейчас!​

​головой...​пораженье,​

​В ответ я ​

​Ведь климат в ​почти что задыхаюсь.​

​Звезды кружат над ​

​Если сердце терпит ​

​Ошибка в диагнозе? Как? Отчего? Почему?!​

​лета и весны?!​От гнева я ​

​густой аллеей,​скулах желваки?​

​сделать!​

​Неужто ждать нам ​

​Довольно! Тихо! Хватит! Пробил час!​

​Парк нас манит ​И катать на ​

​и увидеть и ​

​Но я прошу: не надо, улыбнись!​

​тиранию с шеи!​немой.​

​готовить мщенье​смог он еще ​

​испуг.​

​И сброшу эту ​И взволнованный и ​

​Только для чего ​И сколько бы ​Не то морозец, а не то ​

​могу!​Потому и стою, бледнея,​

​жестко.​

​только сорок каких-нибудь лет,​

​в глазах​Вдруг чувствую: я больше не ​

​двадцать лет.​твердо и так ​

​А было ему ​Глядишь в окно, и у тебя ​

​лучше, тем измены злее!​Все пятнадцать иль ​

​Снег хрустит так ​все вовремя ведать?​

​на юг.​И чем ты ​

​Ждал я десять, а может статься,​

​его ногами​

​раньше? А если б ​Что улетели птицами ​

​врагу!​не вечер, нет.​

​И недаром под ​А если бы ​

​печалишься о днях,​Да, здесь любому предадут ​

​Только ждал я ​перекрестка.​

​нет!​А ты сейчас ​

​похлеще, чем на рынке.​

​том сомневаться!​Ходит парень возле ​диагноз... И вот его ​

​белою крупой.​И брань гремит ​

​Ждал? Тебе ли в ​Потому суровыми шагами​

​На пятые сутки ​И сыплет сверху ​

​кипит скандальный мрак​спросила: «Ждал?»​

​Зря он, что ли, боксом занимался!​

​помощь.​разноцветье​

​А за стеной ​

​И чуть слышно ​

​итоги подведет.​Уколы, подушки... Да поздно нагрянула ​

​Столбом взвивает листьев ​- к пишущей машинке.​Ты шагнула, ты стала рядом​

​Он им все ​Внесли кардиограф. Все точно: обширный инфаркт.​

​А ветер, по-напористому злой,​И вновь упрямо ​

​не пропал.​сдался.​

​Мгновенно поставил диагноз: обширный инфаркт.​

​стынут на рассвете,​на рычаг​

​Только образ твой ​Он отвергнут, только он не ​

​в полночь,​

​В саду деревья ​Кладу спокойно трубку ​

​Ветер дунул, промчал над садом,​не пройдет!​

​со «Скорой» примчавшийся​к списку​

​всякий час! -​

​Дунет ветер... и ты - пропала?!​Нет, им даром это ​

​На пятые сутки ​Не только вместе. Вместе, а не врозь.​

​так со мною ​это только снится,​Вот поцеловались раз, другой...​

​И только четвертый, мальчишка, почти практикант,​

​и как угодно,​Ведь ты и ​

​Вдруг мне все ​

​друг к другу,​в стену.​

​Ну что же, сбрось нас где ​

​хорошим людям.​боюсь шевелиться:​

​Вот они придвинулись ​и гвозди вколачивал ​

​бы птице быстролетной:​

​Читай мои стихи ​Вот стою и ​

​подругу,​Что чистил машину ​

​Я так сказал ​Трудись спокойно. Нервничать не будем.​

​мало.​Видел он, как обнял тот ​

​вероятней всего оттого,​мире ни стряслось,​

​- Спасибо! - говорю. - Держусь как барс.​

​Я избалован счастьем ​пустой​

​Плечо же болит ​со мною в ​

​Примчусь, переоденусь и приду?​И загадочная, и простая.​

​На площадке лестницы ​

​все повседневно.​

​И что б ​

​поле,​

​песни,​Он смотрел, молчал и ненавидел.​

​вирус. Все просто и ​

​готов!​И прилечу быстрей, чем верет в ​

​Будто сотканная из ​шевельнулись змейки,​

​Что вирус есть ​

​тобой расстаться не ​

​Но если хочешь, сокращу гастроли​

​пороге мая,​

​В сердце злые ​у него,​

​И лишь с ​

​Читу.​

​Ты стоишь на ​тюбетейке,​

​А третий нашел, что банальнейший грипп ​

​опасен,​Отсюда я - в Хабаровск и ​

​вестник,​длинным парнем в ​

​запущена пневмония.​Готов к пути, что тяжек и ​

​сверкают?​

​Как нежданного счастья ​

​С тем же ​

​О том, что тут явно ​

Дикие гуси

​согласен.​

​Неужто снова молнии ​к списку​

​увидел​Рецепт прописал и, прощаясь, промолвил ворча​

​Будь что угодно. Я на все ​почему?​

​поэт Эдуард Асадов!​Но когда любимую ​

​стуча,​

​громких слов.​А голос невеселый ​

​Твой друг и ​

​своим.​Другой, молоточком по телу ​

​на все без ​

​не окрыляют?​

​Всегда будет жить, Севастополь мой,​

​Все еще сокровищем ​хирургии.​

​И я готов ​Тебя мои слова ​

​фанфар боевых парадов​

​верил, что владеет​о грыже и ​

​и ясен.​

​Постой, постой! Я что-то не пойму:​

​И в звоне ​Час назад он ​

​Одна все твердила ​Закон вселенский, он и прост ​

​В глазах восторг, особенно у женщин!​музыки трудовой,​

​Подозрений горьковатый дым,​врача.​

​все-таки с крыла.​

​Народу - негде яблоку упасть!​

​И в грохоте ​думал, что развеет​

​три очень солидных ​Возьмет и сбросит ​

​Тебя тут знают, как в Москве, не меньше,​

​Сапун-горою,​Час назад он ​

​К нему приезжали ​когда-нибудь беспечно​

​твои сейчас,​В листве, что шумит над ​молодежный бал.​

​к списку​

​Но птица нас ​Читала здесь стихи ​

​кораблей,​Был в разгаре ​

​земле!​

​сердечно,​чем скучаем?​

​В торжественном мужестве ​

​Пело сердце, рокотали трубы -​

​нету ей на ​

​ни любили мы ​Как жизнь? И вообще о ​

​светлых сердцах друзей,​Пестрый вихрь кружился, бушевал,​

​Что равных и ​И как бы ​

​- Ну, здравствуй, здравствуй! Ты сейчас один?​

​В горячих и ​клуба,​

​красивая,​И нет, увы, рецепта против зла.​И голос твой... из тысяч узнаваем:​

​прибое,​Час назад, в просторном зале ​

​Такая умная и ​быстротечно,​

​- Алло! Вас вызывает Сахалин! -​Пусть годы летят, но в морском ​

​и жестко.​горделивою,​

​Однако счастье слишком ​Заливистым звонком междугородным.​

​сердца!​Снег хрустит решительно ​

​Горит она радугой ​крат становится красивей,​

​ожил телефон​И всю благодарность ​

​под его ногами​

​мгле​

Дневной свет

​Мир во сто ​

​И вдруг внезапно ​зарю​

​В этот вечер ​

​дали, и в ненастной ​

​глаз,​

​падении свободном...​Любви моей трепетную ​

​перекрестка.​И в синей ​

​И, озарен лучами этих ​Грохочет стул в ​

​подарю?​

​Ходит парень возле ​соткана.​

​счастливей.​

​и посудный звон,​в ответ тебе ​

​Сдвинув брови, твердыми шагами​

​Ну, словно из радости ​

​свете глаз твоих ​

​В гостиной буря ​А что я ​к списку​

​Самая-самая необычная,​

​И нет на ​молчу...​

​уже не стереться.​

​тер кулаками.​Бесспорно же, самая романтичная,​

​сейчас​Сижу, курю и холодно ​

​Той дружбе навеки ​И только щеки ​

​Нет, если ты любишь, то вся она,​Ты тихо улыбаешься ​

​железно,​Мы спаяны прочно, и я говорю:​

​не сумел​

​сущности отличаться?​будни человечьи?!​

​кулак собрал себя ​

​Почетного гражданина.​Мальчишку, что драмы понять ​

​Не может в ​И где остались ​

​Я лишь в ​

​звание​Прошу только вспомнить, увидеть глазами​

​других людей​и ты​

​бесполезно.​Присвоил сегодня высокое ​драме​

​Ничем-то от сотен ​Смотреть туда, где были я ​

​Все это абсолютно ​О, мой Севастополь, ты мне, как сыну,​

​в острой сердечной ​И думать, что милая, может статься,​

​с этой высоты​отвечаю. Не хочу.​

​За битвы, за песни, за все дерзания​В ссоре иль ​

​ней​Тебе не страшно ​

​А я не ​

​к списку​

​дел,​жарко мечтать о ​

​речи.​жить.​

​Наверно, счастьем надо называть...​

​порой в сумятице ​Ну можно ли ​

​Надежды и восторженные ​не дать мне ​

​плачешь глупая, ведь это,​И все же ​

​очень-то и красива.​мечты,​

​И вообще чтобы ​Ну что ты ​и где расставаться?​

​И вроде не ​

Доброта

​все - и планы и ​Запрятать, скрыть любые прегрешенья​

​не умирать!​И где сходиться ​

​Не слишком-то, кажется, и умна,​Тут с нами ​

​похожденья,​Что впору никогда ​

​Пусть каждый решает, любить или нет?​Хотя бы помыслить, что вот она​

​ты, да я, да небосвод!​Чтоб оправдать хмельные ​

​столько радужного света,​

​делах разбираться.​вдруг человек счастливый​

​А здесь лишь ​Она кричит, чтоб совесть заглушить,​

​И в сердце ​Трудно в чужих ​

​То может ли ​Остались в прошлом, сгинули, пропали.​

​Кричит, себя нарочно распаляя!​тебе приподношу!​

​В любви излишен, друзья, совет.​от любви хмельна,​

​А все невзгоды, боли и печали​Сощурив близорукие глаза,​

​Свой скромный труд ​

​Так лучше ему, папе и маме?​Ведь если душа ​

​Все выше, выше солнечный полет,​И женщина, красивая и злая,​

​И, словно рыцарь, на одном колене​никак: почему​

​Любить ты, пожалуй, ее не любишь...​

​несется!​- новая гроза!​

​строках стихотворений.​Понять не умея ​

​дальше? Но только нет,​

​Куда-то ввысь неистово ​И вот сегодня ​

​Дарю тебе в ​лишь тер кулаками,​

​И что будет ​крыло,​

​свет.​

​все то, чем дорожу,​Он мокрые щеки ​

​это лет​Что счастье, усадив нас на ​

​И лгали так, что даже гаснул ​

​И нынче я ​

Добрый принц

​ему,​Много ль протянется ​

​тебя. И мне сдается,​

​угодно вечно изменяли​

​Да здравствуют слова: «еще» и «будем»!​Мальчишка! Как ни внушали ​

​будешь,​Что я нашел ​

​Мне с кем ​Долой глаголы «было» и «уже»,​

​отца!​Не знаю, насколько ты счастлив ​

​безбожно повезло,​хищно обирали,​

​И повоюем, и послужим людям.​на мать и ​

​подумал ему вослед:​

​Нет, все же мне ​Меня хитро и ​

​на последнем рубеже,​

​Никак не делилось ​

​А я вдруг ​Галине Асадовой​

​много-много лет​Но мы не ​

​не делилось,​

​сосед,​к списку​

​Здесь, в этом доме ​и соловьиным.​

​Не выбирало и ​Умчался приветливый мой ​

​это знаю...​

​бой.​Таким же золотым ​

​конца.​

​Но я, между прочим, ее люблю!​Я по опыту ​

​Опять гремит неукротимый ​нас закат​

​силах понять до ​Такая, как сотни. Ничем не славится,​

​- да!​моем бывшем микромире​

​будет и у ​Взрослых не в ​и не красавица,​

​Вот серьезная дружба ​И в этом ​

​То пусть же ​билось,​

​Она не мыслитель ​Все влюбленности - ерунда.​

​квартире​синим,​

​Упрямо сердце мальчишечье ​хвалю.​

​так считаю:​

​строю в былой ​нам вечер глазом ​

​кривит...​

​не слишком ее ​И отныне я ​

​Как будто я ​

​Когда ж мигнет ​

​И подозрительно губы ​

​Да я и ​Запрещается пожениться?​

​снился злой-презлой:​не тлеют, а горят.​морщит облупленный нос​

​Не знаю, насколько она понравится,​

​Что надежным, большим друзьям​Сегодня сон мне ​

​И наши дни ​

​Но сын уже ​моею давно пора.​

​не говорится,​

Дорогие оковы

​к списку​И трудных, и сияющих, как солнце.​спешит.​

​Вам с милой ​Ведь нигде же ​

​Ничтожно-серого цвета!​

​множество дорог​

​Каждый ему втолковать ​

​И, кстати, я думаю, познакомиться​чем помешает нам?​

​Чувства, крохотные, как мышь,​Но за спиною ​

​- Нет, ты не понял! - И сложный вопрос​

​- Прошу, по-соседски, не церемониться!​Кто и в ​Одно, хоть убей, я отвергну! Это​

​раздается,​ответ.​

​меня приглашал вчера.​нас выходит?​даже и повелишь,​

​До тех краев, где песнь не ​

​и с папой,- сказал он в ​

​Он в гости ​Разве плохо у ​Но если ты ​

​Не знаю я, какой отмерен срок​

​- И с мамой ​

​к списку​всерьез.​

​не испугаюсь.​

​А может быть, туман, густой и влажный...​положил настороженно.​больших открытий!​

​Мы решили дружить ​И даже черных ​

​пар,​Палец в рот ​Счастливых дорог и ​

​небосводе.​готов, не моргнув, принять​

​И вдруг, нырнув, с шипеньем поднял ​

​Оба взволнованны... Шутят иль нет?​Красивой мечты вам, друзья мои!​

​Тихо гасли на ​Я все их ​

​речке, медленный и влажный,​

​них встревожено.​

​соловьи.​Улыбаясь, десятки звезд​мне чувства дать,​

​Сполз прямо к ​

​Смотрит мальчишка на ​

​всю жизнь поют ​

​-Это я тебя, как сестра...​Ты можешь любые ​

​жар,​ты жить?​

​И пусть вам ​И, целуя, все повторяла:​

​вьюгами не шатаюсь.​

​Закат, неся еще полдневный ​

​с папой будешь ​ветрам событий,​

​ты целовала​

​Что я под ​

​мое давным-давно.​С мамой иль ​

​Идите ж навстречу ​А потом и ​

​тобой не знать,​Что все это ​

​Ты не пугайся. Слушай внимательно:​Есть близкие люди: отцы и дети!​

​до утра,​

​Судьба моя! Нам ли с ​превосходно понимаю,​

​Так нужно, так лучше... И надо решить,​Нелепой проблемы «отцов и детей»,​Целовал я тебя ​

​земле и красок.​Ведь я же ​

​- Мы расстаемся... совсем... окончательно...​свете​

​Поцелую тебя... как друг...​Столько цветов на ​

​тем самым подымаю,​им.​Не верьте. Нет никакой на ​

​поцелую!​чувств,​Я свой престиж ​

​И улыбнулся приветливо ​всех мастей​

​- Я тебя сейчас ​Наверное, сколько на свете ​

​таинственное «но»:​

​папе и маме​И вы хулителям ​

​стук:​

​горьких встрясок.​

​Тут есть одно ​Сын повернулся к ​

​когда-то.​Слыша сердца набатный ​

​Все их - от ласки до ​

​восхваляю.​

​хотим...-​Так же, как мы смотрели ​

​И, обняв, я сказал ликуя,​не берусь​

​Но не гордись. Я зря не ​Молвили оба.- Мы вот что ​

​ей в глаза​Ты меня обними... как брат...​Назвать даже попросту ​

​Все правильно. Лукавить не хочу.​

​- Милый! - подавленными голосами​Вы твердо посмотрите ​

​стало,​Жаркое, солнечно-золотое!​

​нимало,​

​Пестрый, как сказка, вырос дворец.​

​Но знаю я, если хлестнет гроза,​- Что-то очень прохладно ​

​Мне кажется, счастье как луч. Оно​

​же не шучу ​Кубик на кубик. Готово! Конец!​бог, ребята,​

​Ты, прильнув ко мне, вдруг сказала:​Счастье, какое ж оно, какое?​

​А в остальном ​Сын их трудился, сопя, на полу.​Конечно, не дай только ​

​к вокзалу,​хмельным-хмельно,​

​Шучу насчет ворчушки-генерала.​Там, за стеною, в ребячьем углу​делах настоящих.​

​От бульваров ушел ​Если же сердце ​Смеешься? Верно. Я это шучу,​

​могло разделиться.​И в ваших ​

​Как-то в сумрак, когда закат​А цветом темная, словно сажа.​

​в доме генерал!​

​Это одно не ​

​пожатье рук​

​Просто-напросто был смешон!​

​Тоска эта будет, как дым, горька,​И самый грозный ​

​не смогли согласиться,​А в правде, а в честном ​подобный вопрос​

​даже,​

​А в-пятых, ты ужасная ворчунья​

​Только в одном ​Не в платьях, порой кричащих,​

​Да для нас ​Да так, что вздохнуть невозможно ​

​В-четвертых, ты, как пчелка-хлопотунья,​Все, что раздела ждало,- разделили.​

​брюк,​сердца звон...​

​тебя вдруг тоска,​все еще сказал,​

​Все, что решить надлежало,- решили.​в новейшем покрое ​

​А влюбленность и ​

​Когда ж захлестнет ​Постой! И я не ​

​Нынче конец отношений. Разрыв.​И суть не ​

​тобой всерьез!​Цветом пожара - багряным цветом.​

​одна.​

​домашняя ссора,​только.​

​Мы дружили с ​То чувства, наверное, в нас горят​

​Такая, что из тысячи ​Нынче не просто ​

​Вот бойтесь цинизма ​с этой дурой!​

​грозовым рассветом,​

Дорожите счастьем, дорожите!

​Хозяйка, в-третьих, самая блестящая,​

​Каждый умолк, губу закусив.​

​- ничего!​

​Не танцуй больше ​Иль гнев опалит ​

​А во-вторых, артистка настоящая,​до споров.​

​И даже дерзкими ​

​- Заявляю тебе, как друг:​

​ревность сощурит взгляд​

​Во-первых, ты сердечная жена,​Тихо. Обоим уже не ​

​Резкими будете - ничего!​И, шепнув, добавляла хмуро:​

​А если вдруг ​

​и на стену!​забывается.​

​нисколько.​вокруг.-​

​Небесного цвета: синие-синие.​

​Какие ну - хоть в рамку ​

​В ссоре хорошее ​

​Не бойтесь шуметь ​Всех людей насмешил ​

​То чувства, наверно, пылают в нас​

​приводить,​

​так получается:​

​и для чего?​- Молодец! Нашел кенгуру!​

​От дружеской встречи, улыбок, фраз,​И качества такие ​Часто на свете ​

​Кому это нужно ​тонко:​

​Трели, по-вешнему соловьиные,​хвалить​

​сожаленья.​Платочками-уголочками?!​

​Говорила потом мне ​душе подчас​

​Вот хочешь, я начну тебя ​

​Все перечеркнуто без ​

​Короче: крахмально белея, быть​сторонке,​

​Когда засмеются в ​

​вся доброта вселенной.​

​-​

​Ни выпить пива, ни закурить,​

​Ты, плечами пожав в ​

​кажется, что имеют.​В душе твоей ​

​Годы их дружбы, сердец их биенье ​Ни станцевать, ни спеть, ни сострить,​

​вешнем ветру,​Но часто мне ​

​на свете...​Все, не щадя, на свет извлекли.​

​Стерильными ангелочками?​Я кружил на ​

​нет,​Припомним все хорошее ​

​каждое слово -​Но быть хорошими, значит ли жить​

​с другой девчонкой​Не знаю, смешно это или ​

​тобой​

​Каждый поступок и ​

​потом держали.​

Древнее свидание

​Ну а если ​зреют?​

​Так сядь поближе, и давай с ​Вспомнили все, что было плохого.​

​Надежно и прочно ​мне? Я же друг!​

​душах кипят и ​дети.​

​собою сожгли,​счастье земли​

​Что за дело ​Когда они в ​

​Они прекрасны, как цветы и ​Все корабли за ​

​Большое и звонкое ​хоть навек остаться.​

​какой-нибудь цвет,​

​Летят, взвиваясь, трели над рекой,​глаза.​

​Чтоб вы, их наследники, в светлой дали​Можешь с ним ​

​Имеют ли чувства ​

​сделать невозможно!​Сузив от ненависти ​

​Хотели, надеялись и мечтали,​

​презрительно пальцем -​к списку​И ничего тут ​

​против друга,​

​Но те, что погибли, и те, что пришли,​Я лишь щелкал ​

​измен!​

​околдованной травы,​

​Молча стояли друг ​

​и вашим светом.​шумный круг,​

​Самая худшая из ​От звезд до ​

​Полные гнева, супруг и супруга​

​Меж их темнотою ​

​Приглашал тебя в ​такая измена -​

​Москвы,​

​гроза.​Ведь сам я, лишь выживший чудом, стою​

​танцах​

​Быть может, как раз вот ​

​под боком у ​Битвы словесной стихла ​

​вам об этом,​Если кто-то порой на ​

​И все-таки, если сказать откровенно,​А вот поют ​

​к списку​

​Я вправе рассказывать ​

​Мы - серьезнее и умнее!​средь домашних стен.​

​Не пишут. Мол, банально и несложно.​это?​

​бою.​Эти глупые «ах» да «ох»!..​

​Мир и покой ​уже, увы,​

​Ему-то зачем все ​Я знаю их, встретивших смерть в ​

​Звезды, встречи... скамья в аллее?​

​чем нельзя упрекнуть.​Про соловьев давно ​

​А вот - человек. Он сильнее всех!​

​девчата.​вздох,​Ее ни в ​

​Вдохнуть цветочно-хвойный аромат...​лучик света.​Еще не целованные ​

​Для чего непременно ​получала,​

​Давай-ка, Галя, сядем на балконе​

​Тот бьется за ​нежных слов,​поцелуя...​

​Запретных писем не ​соловьином звоне...​

​Те - жизнь защищают. А эти - мех.​И не слыхавшие ​

​Выше вздоха и ​

​свиданий не назначала,​

​Хмелеют ветки в ​Ноги не полагаются...​

​усов,​Мы решили, что надо быть​

​Ни с кем ​

Друг без друга у нас получается все...

​розовый закат,​Она б, может, встала, но ей, увы,​Мальчишки, не брившие даже ​

​волнуя.​на ложный путь,​

​Горит над Истрой ​Ползает, пресмыкается.​- солдаты:​

​Пустяками сердец не ​

​Она не вставала ​до Калуги!​

​травы​Погибли ровесники ваши ​

​тобой дружить,​И только, увы, не его самого...​

​Наверно, от Москвы и ​

​Змея премерзко среди ​

​снов,​Мы решили с ​

​То адмирала, то киноактера,​абсолютно нет,​полны привета.​

​За вас, за мечты, за весну ваших ​о любви​

​Порой то этого, то того,​

Дружеский совет

​И хвастовства тут ​Друг к другу ​

​И жить им, конечно, до слез хотелось.​

​к списку​

​затаенным взором​букет,​

​всем,​столько же, сколько вам,​

​ног твоих...​Что видит она ​

​Собрать в один, то вышел бы ​А в поле, где солнца хватает ​

​А было им ​

​И свернется у ​его подчас!​

​руки,​нет без света.​

​лесам,​нос​

​Творится в объятьях ​Вручали нам восторженные ​

​Что жизни им ​По рощам, балкам и по ​

​На колени положит ​

​Какое коварнейшее злодейство​

​цветы, что столько лет​

​друга затем,​

​И умирали, не встретив зрелость,​

​верный пес,​

​себе хоть раз,​

​И если все ​Деревья глушат друг ​

​Но шли ребята, назло ветрам,​Словно добрый и ​

​Мог только представить ​

​близких и друзей!​Зато абсолютно целым.​

​Шинель, оружие и война.​

​глаз чужих,​Эх, если б добряга, глава семейства,​

​Встречала нас как ​- Пусть буду двуличным, - решает он. -​

​росту​И незримо для ​

​порою.​Ты вспомни: всюду, каждая республика​Бессовестно и умело.​

​еще не по ​и слез​

​чего не свершишь ​

Дума о севастополе

​публика.​Меняет окраску хамелеон​

​Когда тебе вовсе ​

​Подойдет без жалоб ​А в мыслях ​

​Билетик лишний спрашивала ​природы.​

​страна,​

​А останется тут, с тобой.​

​была, то с тем...​

​квартала до дверей​По всем законам ​

​Жить так, чтоб гордилась тобой ​

​уйдет,​

​то с этим ​

​Порой за два ​тотчас всплывет​

​просто​Знай: любовь моя не ​

​Но в мыслях ​А в Киеве? А в Минске? А в Баку?​

​Она кверху брюхом ​

​Поверьте, это совсем не ​путь земной,​

​ни с кем!​Ленинграде?​

​воды,​

​Не провалились. Не подвели.​И окончу я ​

​Нет, нет, не встречалась она ​

​Ты помнишь, что творилось в ​Но сделайте мирными ​

​самом сложном​час пробьет​

​другое.​ростку.​

​жрет,​Мы на экзамене ​

​И когда этот ​Зато появилось теперь ​

​Всходило по горячему ​Щука жестоко собратьев ​

​свинцово-грозном,​не сильней.​

​всегда.​для нас, как по награде,​

​магазине.​И в лихолетьи ​Но любви моей ​

​было как и ​В сердцах везде ​

​Уже лежит в ​колеблясь, мы прямо шли.​

​Смерть, конечно, сильней меня,​Хоть внешне все ​

​сцене: рядом, как всегда!​Чуть зазевалась - и все! Твой мех​Мы шли не ​

​скажу речей:​прежнего больше пыла,​

​И нас на ​причины:​

​И все-таки в главном, большом, серьезном​Но без громких ​

​И не было ​грозные обвалы,​

​Тоже не без ​срочном порядке мать!»​

​последнего дня,​постепенно остыло.​И всех оваций ​

​дурачит всех​«Пусть явится в ​

​Я не знаю ​Но сердце ее ​

​залы,​

​Лисица хитрит и ​И нам, как и вам, в дневниках писали:​может.​

​Кто может ответить? Возможно - да.​

​Ты вспомни переполненные ​

​убитым.​Дурили. Скелетам усы рисовали,​

​Навсегда погасить их ​не любила?​

​года и города?!​Не хочется быть ​

​девчонкам мышей совали,​Говорят, будто только смерть​

​Любила мужа иль ​В восторгах сквозь ​

​А зол оттого, что, наверно, ему​

​Мы в парты ​тревожит.​

​руками тогда развел!​ярко не сияло​

​сытым,​порою - чего скрывать!-​

​Настоящих чувств не ​Он только б ​

​И разве счастье ​

​Что редко бывает ​И все же ​Говорят, что дней круговерть​

​посещают,​

​стучится!​всего потому,​

​Мы бурно дружили, мы жарко мечтали.​тебя люблю!​

​Какие мысли ее ​пор стучалось и ​

​Волк жаден скорее ​

​когда-то были!​Все равно я ​

​втайне порой мечтает,​И до сих ​- ноги.​

​- Нет, мы не такими ​сплю,​

​О чем она ​и сильней,​

​А все спасение ​

​иногда:​Даже если крепчайше ​

​прочел,​Стучалось все упрямей ​

​клыков у него,​Мы тоже слышали ​тебя люблю.​

​И все-таки, если бы кто ​и словах друзей,​Что нету могучих ​

​небес звезда,​И в несчастье ​

​модным женам.​В потоках писем ​

​в тревоге,​Да так, что срывалась с ​

​тебя люблю я,​Своим беспокойным и ​

​радостной жар-птицей​

Дым отечества

​Что вынужден жить ​

​мы или бузили​И в веселье ​

​в образец​Стучалось в сердце ​

​Заяц труслив, по труслив оттого,​

​Когда ж танцевали ​терплю,​Друзья ее ставили ​

​сколько благодатных дней​к списку​

​были не те.​

​И когда обиды ​устав наконец,​

​И все же ​- Не хочу...​

​То просто возможности ​грущу я​От споров сердечных ​

​острее всех страстей.​

​тихо:​

​очень-то были модными,​

​Когда радуюсь или ​резонов,​

​Порой в сердцах ​

​Я сказал бы ​А если не ​

​с тобой вдвоем.​И часто, иных не найдя ​

​К примеру, зависть, говоря практически,​Сытой и бесстрастно-ледяной? -​

​в своей правоте,​

​И уже мы ​

​Ни к киногерою, ни к адмиралу.​

​Вопрос, наверно, чисто риторический.​удачливой душой,​

​И были горласты ​твое имя —​

​в разлуке жила,​

​столько злых людей?​В существо с ​

​порой пижонами​Стоит мне шепнуть ​

​сто лет бы ​

​Откуда в мире ​Вдруг сказал мне: - Хочешь превращу​

​Мы тоже считались ​сижу столом,​

​Хоть с мужем ​

​сами, коли так! -​

​маг или святой​же, как и вы.​

​Иль за шумным ​

​зов не пошла,​То лопайте их ​

​Ну, а если б ​Мы были такими ​

​большими​Смеялись: - Она бы на ​

​А я шутил: - Ну, коли вам виднее,​расстаюсь!..​

​Вы только, пожалуйста, им не верьте.​Площадями ль иду ​

​Ничьих, кроме мужниных, ласк не знала.​моднее, -​

​И ужасно трудно ​

​правы!​Днем и ночью, зимой и летом!​

​такой была.​

​и лучше и ​прикипаю​

​Пускай. Ворчуны же всегда ​я всегда, всегда,​

​Она и вправду ​Есть сто актрис ​

​Все равно душою ​

​их не мерьте.​Но с тобой ​

​По-фатоватому не шутите!​- Смени артистку, не дразни собак!​

​Все равно, встречаясь, - доверяю,​Вы строгою меркою ​

​и когда?​без гордости скажут, что с ней​

​- Ты с ней! Все с ней, - шипели фарисеи,​

​не научусь.​такими были тогда!​

​Чем взяла меня ​И вам не ​

​нигде не задрожал.​Только быть другим ​

​- А мы не ​владеешь секретом?​

​Соседей спросите, если хотите,​И голос твой ​

​и не ругаю,​осужденьем скажет:​

​Ну каким ты ​Спросите мужа, спросите гостей,​

​невзгоды,​Не хвалю себя ​

​Вам кто-то порой с ​к списку​

​командир.​

​стихи сквозь все ​мог.​

​Танцуете так, что дрожит звезда,​Какой-нибудь счастливый человек!​Душа семейства и ​

​А ты несла ​лжи никак не ​

​или даже​планете​

​инженера,​и стенал,​

​И привыкнуть к ​Когда веселитесь вы ​

​миг родится на ​Живет молодая жена ​Хор критиков взрывался ​

​И, подчас, по-идиотски верил​

​рассказать немного.​Пусть в этот ​Гордясь изяществом интерьера,​

​зал.​лицемерил​

​О ваших отцах ​вычеркнет навек,​

​квартир,​и каждый шумный ​

​Все равно: при лжи не ​

​хотел вам, как старший брат,​Когда судьба нас ​

​Здесь, на девятом, в одной из ​Злил мой успех ​

​множество дорог,​

​И я бы ​

​вопреки примете,​С буквами «Кинотеатр» на пряжке.​

​мутили воду?​Много душ и ​

​не две, а одна дорога.​

​И я мечтаю ​

​с лепным козырьком,​они так зло ​

​Кажется, и понял, и измерил​У нас же ​

​зря!​

​В железной фуражке ​За что ж ​

​глаз!​хотят твердят,​

​Не скажут нам, что мы горели ​верзила-дом,​

​плели.​

Ее любовь

​Лгали взгляды преданнейших ​Пускай болтуны что ​

​И в час, когда ты, вздрогнув, оборвешься,​

​Вырос в проулке ​И козни всевозможные ​

​и лгали руки.​

​отцы и дети.​

​горя!​

​на белой рубашке,​терзали​

​Лгали мне слова ​

​В котором воюют ​

​Как я, таким же пламенем ​С кармашками окон ​

​А недруги завистливо ​

​правде, сколько раз​Какой-то нелепый, извечный спор,​

​сдаешься,​дома плечом,​

​не спали,​Ведь сказать по ​

​свете​

​Звезда моя! Ты тоже не ​Раздвинув два стареньких ​

​А недруги ревнивые ​муки?!​

​Когда утверждают, что есть на ​

​тоски!​

​или нет?​Мы светлое творили, как могли.​

​А любви безжалостные ​По-моему, это пустой разговор,​

​выл бы от ​

​Измена может быть ​Мы верили, мы спорили, мечтали,​

​Кем-нибудь обещанный звонок.​пять.​

​Где слабый духом ​Ничто не случается, не совершается,​

​доброты.​

​И сижу, и глупо ожидаю​Кому удивительных двадцать ​

​даже там смеяться,​никто не встречается,​

​Стократ активней всякой ​Я ж, как прежде, к людям прикипаю​

​Кому окрыленных, веселых двадцать,​И я умею ​

​А если тайно ​

​Возможно, так. Да только зло, наверно,​получал урок!​

​Всем тем, кому золотых семнадцать,​Я знаю цель. Тверды мои шаги.​

​Крупными, мелкими и случайными.​скверных.​

​Сколько раз ведь ​хочу сказать​

​А я достиг... Чего мне прибедняться!​Злыми и подлыми, как гиены,​

​Распространенней гаденьких и ​

​бы жить позабывая,​Сегодня я слово ​

​бы счастья никогда!​Измены бывают явными, тайными,​

​добрые черты​

​Вот и мне ​

​к списку​Я не достиг ​

​бывают измены?​Твердят, что в людях ​

​не на век!​тобой...​

​не горела,​Какими на свете ​

​кидался защищать.​Позабыли чуть ли ​

​у нас с ​Да, ты горишь! А если б ​

​к списку​То я тебя ​

​в городских трезвонах​

​Совсем не как ​

​Звезда моя! Горячая звезда!​

​вечно готов служить!​

​в невзгодах выручала,​

​Как друг друга ​кругом,​

​и стрелы!​

​И такому я ​То ты меня ​

​из вагона,​И станет радостно ​

​А впрочем, что мне недруги ​

​ясно,​трудного немало:​

​Не успели выйти ​Придет, швыряя гулкий гром,​

​мною или нет!​

​очень и очень ​И бурного и ​

​человек) -​С веселой, клейкою листвой,​

​Горишь ты надо ​Вот такое мне ​

​тобою, что скрывать,​

​(Так порой устроен ​

​тугим дождем,​не знаю,​

​--​Досталось нам с ​

​же взбалмошным законам​

​Оно придет с ​

​Тогда сижу, курю я и ​

​нечистью биться страстно ​

​и боях.​И по тем ​

​И настоящее тепло.​

Если любовь уходит

​не умолкая,​

​И со всякой ​Израненные в драмах ​

​делят пополам.​есть​И недруги бранят ​

​не слыть, а быть,​

​птицы,​

​Чуть не душу ​Однако у природы ​

​мне вослед​

​И действительно честным ​Мы встретились, как две усталых ​

​или кружкой пива​куралесить зло,​Когда несутся стрелы ​

​-- прекрасно.​

​тридцать,​И за чаем ​

​И как не ​нелегко бывает,​

​-- это и есть ​

​и каждому за ​Ворох тайн соседям, как друзьям.​

​пурге не месть,​Ведь как порою ​

​Жить по совести ​Где ветры злы ​тихо​

​Но сколько бы ​

Если ты любишь...

​иногда...​учил.​

​далеких днях,​Поверяют искренно и ​

​тобой...​ты свети хоть ​

​труду и любви ​Ты помнишь: в тех уже ​

​превосходно знают.​у нас с ​

​И все же ​Где учил бы ​самый «ОН»?!​

​И тебя все ​

​Совсем как и ​работаю, сражаюсь,​наших душах,​

​Как звать «ЕЕ»? И кто тот ​со всеми ты,​

​вновь,​

Жар-птица

​Я снова сам ​живет только в ​

​с юности известно:​И уже знаком ​

​И все заледенеет ​

​Всего добиться даром, без труда.​Пусть Он вечно ​

​Ах, если б было ​

​доброты.​Дохнет колючею тоской,​

​стараюсь​торжеств, не казнит, не рушит.​

​Как, впрочем, и мужей, добавим честно!​

​Чувства теплоты и ​

​бровь,​Звезда моя! Я вовсе не ​

​Бог не жаждет ​жен?!​

​вечно обостряет​Метель, надвинув шаль на ​

​старуха прождала!​кадил?​

​мире самых разных ​А закон тот ​

​опять.​Но только зря ​

​Жар свечей, песнопенья и блеск ​О сколько в ​

​По дорожно-доброму закону.​Когда мороз придет ​

​Иль потому, что комсомольским было,​глаза и уши​

​Чем быть, и думать, и шагать вдвоем.​

​успели подружиться​без следа,​

​То ль потому, что молодость жила,​

​ль, чтоб лезли в ​большего не надо,​

​Все в купе ​С утра исчезнут ​

​Да не сумела, не остановила.​Да и надо ​

​И ничего нам ​мчится,​

​и вода,​моим.​

​и страх.​

​рядом,​

​Едут. И покуда поезд ​

​Ведь это солнце ​за сердцем за ​

​Надо нам. Нам самим, на свой риск ​

​с тобою всюду ​

​по вагону​

​не сверкать.​И смерть пришла ​

​скверно,​

​Мы тридцать лет ​В поезде соседи ​

​Но долго лужам ​

​время наступает,​Значит, биться со всем, что черно и ​

​Держа бокал, сверкающий вином.​А порой, глядишь, и так случится:​

​тобой...​Тогда для смерти ​

​И не все, может статься, в Его руках,​

​чуть увлажненным взглядом,​рвать, ни забывать.​

​у нас с ​Уходят силы, а сознанье - дым...​

​Да, согласен: ОН есть. Но иной, наверно,​

​Ты смотришь вдаль ​Не терплю ни ​

​Совсем как и ​

​И вот, когда дыханье пропадает,​всякой дряни?!​

​к списку​- злая вьюга,​

​Сегодня - временно тепло,​

​горя не смогла.​

Женский секрет

​По жулью, подлецам и по ​любить и верить!​

​Только мне разлука ​

​над мостовой,​И уберечь от ​

​грянет святым огнем​

​Кто сердцем способен ​вспоминать.​

​И легкий пар ​Ты, видимо, меня не разглядела​

​Почему ОН не ​тех,​

​Может, и не будут ​Сегодня - в радуге стекло​

​мгла,​заране,​

​мои лишь для ​

​Люди разлетелись. И друг друга,​- мир наоборот!​

​И Севастополь затянула ​нас на земле ​

​Ведь эти стихи ​Что поделать? Жизнь - ведь это жизнь!​

​И в лужах ​бою, когда земля горела​

​Что свершится у ​не мерить.​

​разлуку осень,​

​Сегодня - синяя капель​

​И в том ​том,​

​Того, кому звездных высот ​Но уже трубит ​

​у ворот.​

​блещет не всегда...​

​Богу всегда о ​на циничный смех​

​Подружились, мыслями зажглись,​Вползла под арку ​

​И полным жаром ​И коль ведомо ​

​И мне наплевать ​Встретились и раз, и пять, и восемь,​Сегодня злобная метель​

​приветливо мигает​темени?!​

​Любовь же, как солнце, живет всегда!​живой.​

​тобой...​Не всякий раз ​

​А порядочным -- вечно щелчки по ​увлеченья.​

​С доброю компанией ​у нас с ​

​звезда​

​Жизнь мерзавцев, как правило, - рай земной,​Временны только лишь ​

​прогулке в роще​

​Совсем как и ​Что дальняя счастливая ​

​времени​вода.​Свел знакомство на ​

​- зима и снег,​в мире, кажется, бывает,​

​былом, и при нашем ​Все чувства уйдут, как в песок ​

​порой​

​И было все ​

​Но так уж ​

​Почему и в ​жалкие рассужденья,​

​Где-нибудь на отдыхе ​стужей ледяной.​

​светишь впереди.​душой,​

​И к черту ​

​Впрочем, дружба - ладно. Чаще проще:​

​Дул в лица ​

​Я знал, что ты мне ​могу я постичь ​

​добрый.​дверь!​

​Вчера буран, беря разбег,​пекле боя​

​И никак не ​Может быть, самый большой и ​

​А вовсю распахиваю ​

​Еще январь, а не апрель.​

​час, и в самом ​И униженно-жалкое раболепье!​

​талант,​что дверцу,​

​весна,​

​И в тихий ​ОН Божий страх​

​Любить — это значит иметь ​я не то ​

​Однако это не ​мучился в пути,​С удовольствием видит ​

​ребра.​

​И для дружбы ​От-те-пель, от-те-пель!​

​Когда от жажды ​глазах​

​И не упреки, что бьют под ​привязчивое сердце,​

​Звенит капель, звенит капель:​под вьюгой ледяною,​

​тому, что в людских ​

​бант​

Женщина сказала мне однажды

​Дал мне бог ​к списку​

​Когда я стыл ​Я не верю ​

​Любовь — не веселый бездумный ​

​Видимо, и в прошлом, и теперь​дорожу!​

​за Родину мою,​И оттуда -- из гордого великолепья​

​униженья!​подлость не могу!​

​Я просто головою ​Сквозь сто смертей ​

​самому себе?!​Не соглашаться на ​

​И смотреть на ​не напишу.​

​и погонах​И вдыхать фимиам ​

​час,​несправедливость​

​Я лучше ничего ​сна в шинели ​

​быть по-людски тщеславным​Но никогда, даже в смертный ​

​Не могу терпеть ​

​За этакое «злое преступленье»!​

​Я шел без ​

​Разве может он ​

​все лишенья,​вздернут на суку!​

​меня потом​Под пенье пуль, навстречу воронью,​

​чем-нибудь их судьбе.​

​С гордостью выдержать ​Пусть хоть завтра ​

​Что будет ожидать ​эшелонов,​

​Уподобясь хоть в ​раз​

​злобную спесивость,​заблуждаться в том,​

​И в дни, когда под грохот ​быть людям равным,​

​Любить — значит сколько угодно ​Мне плевать на ​

​Мне не придется ​мной!​

​Бог -- есть Бог. Он не может ​измены.​рожон!​

​решусь на посвященье,​

​жар сияла надо ​

​Ему постоянно льстит?!​Все, кроме подлости и ​

​Ну, буквально лезу на ​И если я ​

​Ты в полный ​И в молитвах ​

​уметь прощать​Встречу подлость - бурно протестую,​

​навряд ли приведет.​

​счастливым и крылатым,-​пред Его порогом​

​Любить — это в горе ​жду, чтоб вспомнил он.​

​В восторг тебя ​

​Когда я был ​

​Кто склоняется ниц ​всей вселенной.​

​Сам пишу и ​чистосердечно,​утренней Москвой,​

​Богом,​

​Даже восстав против ​

​другом и тоскую,​И то, что я скажу ​

​В лучах надежды ​тот и отмечен ​

​Любить — значит истину защищать,​

​Вот расстанусь с ​так, что все наоборот,​

​с аттестатом​

​Что повсюду лишь ​ни разлуки.​

​Мне, видать, такого не дано.​

​Что все не ​И в час, когда шагал я ​

​Писание нам гласит,​Ни обольщений и ​

​не живется,​знаешь и сама, конечно,​

​в последний раз,​

Задумчиво она идёт по улице...

​И правдиво ль ​ни черных дней,​

​так в мире ​

​Но ты же ​На выпускном стихи ​благе.​

​Она не страшится ​

​А вот мне ​написал!​

​в нашей школе​говорившего лишь о ​

​жизни руки,​спокойно бьется,​

​вот так и ​И в час, когда читал я ​

​И всю жизнь ​Любовь — это верные в ​

​Сердце ровно и ​Я б именно ​

​удивленных глаз,​А того, не свершившего ничего​

​страстей.​

​зажжено,​это правдой, уверяю,​

​При свете милых ​

​и соленой влаге,​

Заколдованный круг

​Любовь — не сплошной фейерверк ​И, ничьей бедой не ​И будь все ​

​радостно до боли​был в труде ​

​пустячного не бывает!​в крови.​похвал.​

​Когда мне было ​Кто весь век ​

​А в счастье ​С равнодушным холодком ​

​Ты жаждешь поэтических ​в тебя.​

​возвысили не того,​стяг,​шоссе,​

​Вот так: то хмуря бровь, то намекая,​

​лет я верую ​Но в святые ​

​Любовь — это счастья вишневый ​Мчит он, как по гладкому ​

​меня.​Но с детских ​лица трудиться!​

​каплею жизнь спасают.​

​все.​За то, что ты заметила ​

​не знаю.​

​Нет, молиться -- не в поте ​

​Порой ведь и ​

​Ибо втайне безразличны ​я вечно благодарен​

​- я в точности ​валить.​

​Пустяк? Отчего? Почему пустяк?!​У него - ни дружбы, ни любви,​

​И где тебе ​Как ты добра ​

​сосны в тайге ​эта груша?​Ни души, ни сердца своего.​

​верного огня;​

​Всю жизнь воюя, споря и любя,​

​Плавить сталь иль ​

​Груша... А как ему ​отдает​

​И сердце полно ​

​Звезда моя! Прозрачно-голубая!​

​кузне бить,​или нет?​

​Тот, кто никому не ​коварен​

​больше нет.​Много легче, чем молотом в ​

​Вот книга — читал он ее ​любит никого.​

​Где взгляд приветлив, добр и не ​И что кого-то в мире ​Он молился. Все правильно. Но молиться​

​душу:​Кто всерьез не ​

​ангельски хорош;​

​То где-то, значит, жизнь остановилась​

Зарянка

​борьбе головой своей.​Чувствуя рядом родную ​

​Да, легко живет, наверно, тот,​

​Где твой характер ​

​прочерчивая след,​Не платился в ​

​предмет,​к списку​

​ласково-простая,​В глубокой тьме ​

​тревоги​Любить — это видеть любой ​дело...​

​Стихов, где вся ты ​

​по небу покатилась,​

​И за чьи-либо горести и ​на земле!​

​Молчите? Вот в этом-то все и ​

​неотступно ждешь.​

​А коль звезда ​хлебов, не растил детей​

​На все хорошее ​

​так дружить?​Каких стихов ты ​

​Далекая, счастливая звезда.​Он не сеял ​

​откликаться​в жизни вот ​

​превосходно понимаю,​

​у человека​домов, не мостил дороги,​

​Любить — это с радостью ​

​Желали б вы ​Ведь я же ​

​Что где-то есть порой ​

​Он не строил ​

​замыкаться.​Иль попросту дерзким, хочу спросить:​

​покривить не может.​

​иногда,​поклоны бессчетно бил?​

​Песне не свойственно ​

​слишком смелым​А вот строкою ​

​Птичьих радостных голосов.​

​В народе говорится ​И в молитвах ​

​в зашкафной мгле.​

​А тех, кто сочтет это ​

​Всем, чем угодно: злом или добром,​

​от века,​изнурял сурово​

​Любовь не копилка ​не надо.​

​«покривить» рублем,​

​Наверно, так уж повелось ​Кто постами себя ​

​Отдано столько-то, взято столько.​ниц перед ней ​

​Способен в жизни ​к списку​

​влачил,​

​ведет:​Но падать вот ​

​рожден,​я, понимаешь, вижу.​

​Тот, кто где-нибудь схимником век ​Подсчетов бухгалтерских не ​

​Осмысливать, трепетно изучать,​Что тот, кто для поэзии ​

​Я во сне ​в ранг святого​

​и тепла, но только​

​уважать​все же,​

​тьме я, а во сне,​Отчего возвеличен был ​

​И нежности ждет ​Что классику следует ​

​Эх, люди, люди! Как внушить вам ​

​Днем живу во ​всегда и всем?​

​любовь? Ну конечно, ждет!​жизнь непреклонных взглядов,​

​не мешает!​безразличен мне.​Уступающий в страхе ​

​А ждет ли ​Держусь я всю ​

​Одно другому вовсе ​Сон совсем не ​

​Раб, повсюду о чем-то всегда молящий,​вечно рядом.​

​познавать,​- воспой.​

​Ты смешна - прости, коли обижу.​лишь раб скорбящий,​

​и в радости ​Стараясь все мудрое ​

​- Купить - купи, но и воспеть ​«Лес... пингвин... какая ерунда!..»​

​Божьим силам угоден ​И в горе ​

​в придачу!​перстень золотой?!​

​И, зевнув, спокойно перебила:​пойму: почему, зачем​до конца свои​

​Деньги, жену и себя ​Куплю тебе я ​

​Сладко потянулась, как всегда,​

Звезда

​Вот никак не ​

​Чтоб были сердца ​

​дом,​Зачем стихи? Не лучше ль, дорогая,​

​улыбкою закрыла,​

​Только все-таки это -- глухие двери.​словом, и каждым взглядом,​Лишь тот, кому твердо доверишь ​

​тебя в стихах.​Ты журнал с ​

​Непонятное, правда, порой занятно,​

​За верность и ​

​Что подлинный друг, ну, а как иначе,​О том, чтоб я воспел ​

​стихи».​

​же возможно верить?​

​бои​

​том,​

​раз,​

​Вдруг прочел Есенина ​

​В непонятное как ​Любить — значит страстно вести ​

​до могилы в ​Ты говоришь, уже в который ​

​А пингвин, малюсенький такой,​

​в то, что всегда понятно.​

​всей душою?!​А вера моя ​

​на губах,​

​листвой.​

​Верить можно лишь ​Того, кого любишь ты ​

​дорогое?!​С упрямою улыбкой ​

​Лес кивал зеленою ​

​к списку​

Звездный барс

​порадовать, одарить​

​У друга самое ​подымая глаз,​

​петухи,​и слушал. Ну что ж! Пускай!​

​Ну чем бы ​и навек отнять​

​От скромности не ​Хором песни пели ​

​Я сидел бы ​еще с зарею:​

​Что можно дружить ​к списку​

​Дятлом на какой-то птичий бал.​часа,​

​И сразу подумать ​уверовать и понять,​

​живет твоем!​нынче приглашен​

​цыгане до смертного ​открыть​

​Так как же ​Он в сердце ​

​Будто был я ​Если б пели ​

​Любить — это только глаза ​Ведь дружба - есть чувство, как жизнь, святое,​

​вечно рядом -​

​забавный сон,​говорю, хоть шути, хоть ругай,​

​человеку.​светлой веры.​Что остров тот ​

​«Видел я сейчас ​Ну а я ​

​На радость близкому ​Нету великой и ​

​том,​и сказал:​

​согласен.​

​расплескать​меня​

​О картах. Все дело в ​

​Я проснулся утром ​До утра, может, каждый сидеть бы ​

​С весенней щедростью ​Дружбу, в которую у ​

​Но, право, грустить не надо​к списку​

​тут до утра!​Любить — значит чувства свои, как реку,​

​примеров,​

​нанесли.​Мой лучший друг! Мой самый светлый, Борька!..​

​До утра? Да какое уж ​отдавать.​

​Внушать мне, как высшую из ​На карты не ​Дай поцелую... добрый, славный мой...​

​черной разлуки...​Любить — это прежде всего ​

​И надо ли, правды не уроня,​Романтики​

​живой...​Эти чувства: от счастья до ​

​к списку​тут, быть может, свято.​И только остров ​

​я... Я тоже ведь ​летящие крыльями руки,​существует тоже!​

​Считать, что не все ​прошли,​

​Не то и ​Эти в кольцах ​

​При жизни пускай ​грузом дум​Люди весь мир ​

​Не смей, злодей, покашливать так горько!​костра,​

​людской, человечий гром​могу я под ​

​Антарктики​

​Москву... В дорогу собираться...​

​Словно искры, что сыплются из ​И все же ​

​И все же ​

​От Арктики до ​А мне в ​

​Эти гордые, чуть диковатые звуки,​Суд божий прекрасен, но он - потом.​

​набатом,​Влюбленные говорят.​

​Тебе, наверно, скоро на завод,​тебе душу щемит!​

​от дрожи!​За «колокол», бивший в сердца ​

​стихами​

​расставаться.​И хмельным холодком ​

​Да так, чтоб подлец побелел ​

Здравствуй, город Одинцово!

​за могучий ум,​

​Там только всегда ​вновь нам надо ​

​И бесстрашно тебе, и немножечко жутко,​

​Свершайся, свершайся же, суд над злом!​Я гению чту ​

​мчат,​Ну вот и ​

​опять летит,​состоялось!​

​власти!​К созвездьям ракеты ​

​Киевом встает,​То взмывает, то в пропасть ​

​И наше возмездие ​Вот это все-таки в нашей ​

​Гитары звенят ночами,​Уже рассвет над ​

​шутку,​И вышло бы, может быть, кровь за кровь,​и как поступать,​

​Сжигается на костре.​

​Ни я, поверь, в цеху литературном!​И оно, распаленное не на ​не так сжималоь,​

​Но что допустить ​А оскорбивший женщину​

​Ни ты, я знаю, в цехе заводском,​гребень крутой волны.​И все-таки сердце б ​

​управлять,​серебре,​делаем халтурно:​

​И швырнули на ​бы вновь,​

​Пусть трудно чувствами ​Кубком в цветном ​

​И ничего не ​шальной рукою​

​Конечно, поэт не воскрес ​

​вспыхнут страсти,​увенчана​

​Мы хорошо, мы горячо живем​Будто сердце схватили ​

​не всадил, увы!​Не знаю. Но если и ​

​Там песня часто ​не сробел!​

​В этом вихре, катящемся с крутизны,​

​Никто ведь потом ​тут приказать?​

​ром.​и в пекло ​

​в этом зное.​тупую башку Мартынова​

​Сердце... Но можно ль ​Под крепкий ямайский ​За друга бы ​

​Что сказать? Надо просто побыть ​И пули в ​

​бесконечно.​

​укропом​нас с тобою​них до рассвета?​

​смельчака ни единого,​Любил свою милую ​

​Едят черепах с ​час любой из ​

​сидел бы у ​Опять не нашлось ​

​Тем паче, что друг его, что скрывать,​костром​

​Но в трудный ​

​Что ж, ты так и ​

​И позже, и позже, вдали от Невы,​

​не показать,​

​И перед каждым ​

​дел...​до зари,​

​швырнуть перчатку!​

​Даже и взглядом ​тропы,​

​и сотни разных ​бы пели они ​

​Со злою усмешкой ​сердечной​Там сплошь туристские ​

​Ведь тыща верст ​- Ну а если ​

​усы​Влюбиться, но смуты своей ​

​- «честь»!​часто видимся порою,​

​лишь усмешка эта:​В надменно закрученные ​

​в супругу друга.​А первое слово ​

​И хоть не ​

​Все сказала одна ​

​замирая сладко,​Мог даже влюбиться ​

​почете,​годом.​

​Понимаю, не надо! Не говори!​

​От мести святой ​друг​

​Гитара в большом ​надежней с каждым ​

​вздохнуть, ни шагнуть невозможно!​

​на весы,​приехавший в гости ​

​есть.​

​Она лишь все ​И опять ни ​

​И, кинув все бренное ​Что к другу ​И мыс Робинзона ​

​А дружбе нашей, видно, сносу нет,​

​Но цыгане запели, запели опять -​к барьеру?!​

​Но я допускаю, хотя и туго,​Дон-Кихота,​

​уплыло вешним ледоходом?​

​руки пожать,​Сурово швырнуть подлеца ​

​круг,​Там есть залив ​

​С тех пор ​

​Песня кончилась. Взять бы и ​никому -​

​Да, не был. Пусть сложен житейский ​И алые паруса.​

​Эх, Борька, Борька! Сколько звонких лет​страсти безбожной!​

​Решенье не врезалось ​был!​

​Белые альбатросы​компот.​

​Ни избыть, ни забыть этой ​И главное, главное: почему​

​другом высоким не ​

​голоса,​

​в нос тебе ​А цыгане запели, да так, что ни встать,​их терпенья меру​

​Другой же тем ​И всех ветров ​

​Когда я пролил ​А они, окаянные, и запели...​Я жажду постичь ​

​из двоих дружил,​утесы​

​расхохотался,​

​пути.​тьму​

​Что только один ​

Зимняя сказка

​Там есть голубые ​

​боль ты вдруг ​Я к цыганам-друзьям заглянул по ​

​И вот, сквозь столетий седую ​союзе, клянусь хоть небом,​

​Влюбленные и чудаки.​И как сквозь ​

​или метели:​и понять.​

​Но в этом ​мечтатели,​

​пытался,​Тут серьезней пожаров ​

​Чтоб как-то осмыслить все ​

​жизнью жил,​

​Живут там одни ​

​ты, а я кормить ​хочешь, но ты прости.​

​размышляю,​

​Пусть каждый ярчайшею ​

​ни тоски.​

​Был в лежку ​Но сегодня как ​

​Я просто взволнованно ​был разочарован.​

​Ни скуки и ​

​А помнишь, вышло раз наоборот:​пришел к тебе!​

​мы классиков осуждать?!​

​И в чем-то вдруг не ​Ни шепота обывателей,​

​не лопались бинты?!​бы к сроку ​

​И вправе ль ​Пока не осмыслил, пока не познал​

​резонера.​

​Что чуть порой ​Все равно я ​

​О нет, я, конечно, не осуждаю,​

​канонами околдован,​И ни одного ​

​И хохотали так, ты помнишь, Борька,​пришествие,​

​смея.​

​И как был ​единого скептика​

​«ты»​Даже, кажется, будь хоть второе ​

​Печалились, шагу шагнуть не ​дружбе такой мечтал​

​Но нет ни ​с шуткою на ​

​бедствие,​

​и Баратынский​О, как я о ​

​луна и горы,​

​Мы часто были ​

​Будь пожар, будь любое стихийное ​

​А рядом Языков ​горячо и свято?!​

​Там есть и ​

​бывало горько,​

​моей судьбе.​Апухтин, Вяземский и Белинский,​

​На веки веков ​А он существует, заметьте-ка,​

​И все же, как нам ни ​

​ветер залетный в ​

​злодея​

​высот Воробьевых гор,​

​нанесли.​

​этом знал.​

​Ты ж не ​Пассивно гневались на ​

​Два сердца с ​

​На карты не ​

​Сидел и ждал. И я об ​

​сурового следствия.​

​решались?​

​Жарче того, что зажгли когда-то​

​Романтики​

​в коридоре​

​Не сердись, и не надо ​

Знаю, больно тебе, дружище...

​же они не ​

​костер​

​И только остров ​Ты, верно, ждал за дверью ​

​и очень жаль...​На большее все ​

​есть на земле ​прошли.​

​и зашивал,​Если да, то мне очень ​

​Ну почему, всей душой горя,​

​Но разве же ​

​Люди весь мир ​

Золотая кровь

​Меня хирург кромсал ​Может, буря, пожар или наводнение?​

​И все-таки, все-таки, думал я:​нет!​

​Антарктики​в трудном споре​

​дороге? Открой печаль.​

​Страдали, гневались, возмущались,​Такую, какой и прекрасней ​

​От Арктики до ​И в дни, когда со смертью ​- Что стряслось по ​

​Да, были соратники, были друзья,​

​костром летящую,​к списку​

​Ни как, бывало, с ложечки кормил.​Голос, полный холодного отчуждения:​

​Каждою яростною строкою.​До самого неба ​

​не возвращается.​часами,​

​серьезно...​

​сердце мое сжигал​

​действительно настоящую,​Назад к человеку ​

​ты книги мне ​

​Вижу, как преступленье мое ​

​И автор их ​Но только в ​

​И счастье, когда оно промелькнет,​Ни как читал ​

​По молчанью, таящему столько «тепла»,​

​кипя душою.​лет,​

​повторяется,​

​Нет, ничего я, Боря, не забыл:​

​И за то, что, бессонно сердясь, ждала.​В отчаяньи гневной ​

​верил с мальчишьих ​

​Молодость снова не ​добрыми руками!​

​тебе поздно-препоздно,​те слова читал,​

​В дружбу я ​зацветет,​

​Моя сиделка с ​Ты прости, что пришел к ​

​Я тысячи раз ​своей не грешу.​

​Отцветший шиповник не ​И что-нибудь смешное говоришь.​

​к списку​М.Ю. Лермонтов​

​Что против души ​

Иванам не помнящим родства

​не прозвучат.​запекшиеся мочишь,​

​на душу греха!​

​божий суд, наперсники разврата...​я, видно, живу на свете,​

​Над книгой раскрытой ​И губы мне ​

​И не берите ​...Но есть и ​

​Но так уж ​грудные звуки​

​сидишь,​

​Угомонитесь, милые, не надо!​дрогнул пистолет...​

​спорными строки эти,​И тихого смеха ​

​Потом очнусь, а рядом ты ​такая чепуха?​

​В руке не ​И пусть будут ​

​грустью взгляд,​Я трудным был. Порою брежу ночью,​

​И для чего ​ровно,​

​скажу,​Не вспыхнет задумчивой ​

​собрать...​высшая награда?​

​Пустое сердце бьется ​

​Возможно, я что-то не так ​

​к солнцу руки,​

​Пожалуй, сложно было бы ​Неужто в этом ​Навел удар. Спасенья нет.​

​к списку​Не вскинутся весело ​

​и одного солдата,​В других - артисты, в третьих - скрипачи!​

​Его убийца хладнокровно​доблести считать?​кем не схожа...​

​Где из троих ​В одних «безумно влюблены» поэты,​

​к списку​

​С других позиций ​вселенной ни с ​

​пять,​

​хвастливо-горячи:​

​И рассеивать тучи, и ждать удач!​ль действительно начать​

​Что в целой ​нас было двадцать ​

​И души их ​улыбаться,​Так не пора ​

​той,​В которой всех ​

​Шумят, лукавят, рыскают по свету,​И знакомым приветливо ​

​то, что истинно хороший!​будет здесь больше ​

​палату,​«больше чем знакомых».​не натыкаться,​

​А не за ​Но только не ​Ты помнишь госпитальную ​

​Вот этих самых ​Делать все, чтоб на споры ​

​«Прекрасный» - лишь за то, что не плохой,​кожу,​

​крат!​земле,​решать миллион задач.​

​носимся порой:​И ветер, что бойко щекочет ​

​прочих во сто ​их мало на ​

​Будем жить и ​Со странной меркой ​

​Вернутся и шутки, и дождь, и зной,​Она сильней всех ​Небось не так ​

​нам, право же, притворяться.​ношей,​

​совсем иначе.​рождена в невзгодах,​

​Но, жаждою тщеславия влекомых,​И не надо ​

​Смешно, но факт: мы, будто с ценной ​Отныне все будет ​

​Ведь если дружба ​Пустяк, конечно. Облачко во мгле.​день!​

​он «прекрасный человек».​как будто... но только... нет,​

​проб, каких преград?​

​Да как-то услыхала комплимент.​Что ж, пойдем распечатывать новый ​

​И вот уж ​Все то же ​

​Каких еще нам ​месткома пригласила​

​свистом кипит кофейник.​предал,-​

​дача,​тобою годы?​

​На вечер от ​Слышишь: в кухне со ​

​Нет, не помог ничем, а лишь не ​скамейка, и та же ​Но что, скажи, для нас с ​

​однажды говорила,​

​Ты в работе. И я - не совсем бездельник.​предал.​

​И та же ​и мал.​

​О том, как с ним ​Встал рассвет, поджигая ночную тень,​

​Он мог добить, предать, но он не ​малинник, и мрак, и свет,​

​А кстати, «гак» не так уже ​всего-то на момент,​прыгнешь. Что есть - то есть!​

​проведал.​Все тот же ​

​с тобою,​А ведь рассказ ​

​Выша сердца не ​Свалилось горе. Друг о том ​березами за столом.​

​гаком дружим мы ​Вот только правды, очевидно, нету.​

​насилуй себя, не мучай:​голову снег​Пить чай под ​

​Уж двадцать с ​фраз,​

​Только ты не ​вам как на ​И снова какие-то будут люди​

​перевал,​Полунамеки и туманность ​

​весть.​А то вдруг ​

​голосами дом,​Беря за перевалом ​

​вздохи до рассвета,​подаст нам благую ​

​герой и молодец!​И вновь зазвенит ​

​летом и зимою,​и страсть и ​

​И никто не ​И вот уже ​

​май, и цветенье будет,​

Именем совести

​Как два солдата ​В нем есть ​

​нас, видно, нелегкий случай.​Не оскорбил, не бросил, а женился -​

​Но будет и ​прямодушен, как всегда.​

​рассказ.​

​Вот такой у ​Жениться обещал. И под конец​

​до весны...​И так же ​

​Легко течет обкатанный ​на грош.​

​влюбился,​В спячку погрузится ​

​«р» отчаянно картавишь,​он кое-что иное...​

​быть дорого ни ​

​Иль, скажем, парень в девушку ​Словно медведь, под напев метели​

​И так же ​А для нее ​

​И не может ​совершил.​

​И дом, средь морозной голубизны,​восклицаешь:- Это да!​

​для кого-то знаменит,​враждебное, и чужое​

​уж не подвиг ​

​сугробах утонут ели​И так же ​

​И пусть он ​

​Для меня и ​И чуть ли ​

​Зимой здесь в ​ногу раненую ставишь,​

​ней одною,​твоей самое дорогое,​

​утащил​в глубине окна...​

​И так же ​

​бы только с ​Что в душе ​

​Мог утащить, а он не ​

​Не вспыхнет огонь ​ходишь чуточку плечом,​

​А он сидел ​и чем живешь,​

​- приветствуем его.​

​стеной будильник,​Все так же ​

​городе висит,​Ведь все то, чем ты дышишь ​

​Не сделал зла ​Не прозвенит за ​

​Нет, ты совсем, совсем не изменился,​

​Его афиша в ​я, в сущности, дорожу.​

​Не прямодушен - ладно, ничего!​

​И снова - осенняя тишина:​

​А мы идем, идем по-над Днепром.​того...​

​И не этим ​

​друзья действительно друзья?​И вдруг, рассмеявшись, нырнул в малинник,​

​звездах растворился,​Но что-то вроде около ​

​награда,​И все ль ​

​И что-то шепнул ей, хитро дыша.​Вечерний город в ​

​уши влюблен,​

​Ведь искусственность - это же не ​

​истинных сердец?​Погладил краснеющую калину​

​робкий человек.​то что по ​

​себя, ни меня. Не надо.​Но сколько рядом ​

​Ветер, лихая его душа,​Шагал отнюдь не ​

​В нее не ​

​Не терзай ни ​Хвалю порой того, кто не подлец?​

​Рядом, продравшись через малину,​Украину​выдавать его,​

​скажу:​ли я​

​ковром.​

​сквозь бои за ​

Как мне тебе понравиться?

​Хоть и неловко ​так от души ​

​И тут мелькнуло: а не так ​Затянутый ряски цветным ​

​Хоть в прошлом ​

​том, что он,​

​Только я тебе ​И все-таки он неплохой, ей-богу!​

​А прудик пустячный, почти игрушка,​

​весь свой век.​

​Туманно говорит о ​

​И сама-то, пожалуй, не убеждаешься...​Мой друг вздохнул:- Да вроде ничего.​

​за прудом.​

​Видать, таким ты будешь ​

​просто Ванечкой порой.​

​сама себя,​людям сделал много? -​

​Усевшись на мостике ​скромник, милый чудачина!​

​А то и ​Но стократ убеждая ​

​- А доброго он ​

​ведет лягушка,​

​Ах ты мой ​Ваней,​

​Говоря, что живешь, горячо любя.​я друга своего:​

​Вдали свое соло ​

​и, дескать, он не он...​Его развязно называет ​

​порой подарить стараешься,​И вновь спросил ​

​Забытый, валяется под столом.​Мол, я не я ​

​Она, рассказ придумывая свой,​Сколько ласк ты ​

​Не лицемер, не склочник, не подлец...​

​в боях удачи,​зала,​

​в какой-нибудь компании​

​года!​не причинял,​

​Искал для хозяев ​Ты спрятался куда-то в гущу ​

​И за столом ​мне через все ​

​- Он никому вреда ​

​А шахматный конь, что, главы не пряча,​я приглашен,​

​знаком...​

​И светил только ​

​наконец:​

​Щегол, заливаясь, горит крылом,​

​Куда стихи читать ​Но ей, увы, он больше чем ​

​был мною​

​Ходил, курил и молвил ​

​напротив дачи​«Арсенала»,​Иваныч знаменит,​

​огонь тот зажжен ​растерянно молчал.​

​На спинке скамейки ​

​Под сводами завода ​

Когда мне встречается в людях дурное...

​Что хоть Иван ​Если б только ​

​С минуту друг ​блин.​

​с тобой.​Весьма многозначительно притом,​

​бы я тогда,​

​этот человек?​Жарит румяный солнечный ​

​вновь мы встретились ​

​говорит,​

​Сколько счастья изведал ​

​А чем прекрасен ​А бабушка-ель на пне-сковородке​

​Ну вот и ​

​Она частенько людям ​радостно за собою.​

​называл его.​розово от рябин,​

​старинный,​к списку​Что зовет тебя ​

​- Вот ты прекрасным ​В саду стало ​

​Эх, Борька, Борька! Друг ты мой ​может.​

​Да, сверкнула ты искренно, как звезда,​у друга своего:​Тучки, качаясь, плывут, как лодки,​

​листвой.​свете жить не ​

​Чем зажегся я, мучаясь и любя.​

​И я спросил ​через сад.​Играет ветер клейкою ​

​Без любви на ​быть что-то, наверно, тоже,​снег...​

​К крыльцу пробирается ​Над Киевом апрельский, журавлиный​

​Человек, когда он человек,​Ведь должно же ​

​в темноту и ​

​дачной калитки​к списку​

​растревожит.​Ну - наивность. Допустим, а все же, все же,​Ушел и канул ​

​Дорожка от старой ​И жизнь, как песня, вечно продолжается!​

​Новой песней сердце ​свете избрал тебя?​ушел домой.​

​лежат.​Пылает зелень, буйствуют моря,​снег,​

​Почему я на ​Потом простился и ​

​Свернувшись, на влажной земле ​земле не зря:​

​Он придет, в душе растопит ​радости получает.​

​Смеялся шуткам, подымал бокал,​Багряные листья, словно улитки,​

​Дожди бывают на ​солнечный восход!​Тем щедрей оно ​

​Сел за рояль, Прокофьева сыграл,​к списку​

​У каждого когда-то обрывается.​Твердо верю в ​

​дерьма,​живой.​

​солнце не мигая!​

​И пусть судьба, как лист календаря,​

​тобою,​скрывается в нем ​

​«Прекрасный парень» в меру был ​Один смотреть на ​сердце у него!​

​И, закрыв окошко за ​И чем больше ​

​полюбишь непременно!​среди всех живых​

​Когда-то вспыхнет в ​

​Сильный духом, я смотрю вперед.​

Когда мне говорят о красоте...

​чаще цветы срывает.​И ты его ​

​Способен в мире ​

​в нас - достойно​

​бедою.​Что нахальство всех ​

​душою чист,​

​Тот, кто, зенит крылами разрезая,​

​Все, что светло горело ​

​И довольно! Рву с моей ​

​жизнь сама,​Прекрасный парень и ​

​походить на них​спокойна:​

​тебе...​Видно, так уж устроена ​- Рекомендую: Коля. Пианист.​

​И разве может ​

​и будь всегда ​

​Нынче низко кланяюсь ​

​миллионы раз...​сокровенно:​

​краю.​Ему ты верь ​

​все хорошее, что было,​

Когда порой влюбляется поэт...

​И способен прощать ​Знакомя, друг сказал мне ​

​в родном своем ​моего.​Все ж за ​

​почти до дури,​

​к списку​С любым врагом ​

​Не запугают парня ​твоей судьбе,​

​И доверчив порою ​

​назначат!​Сражается до гибели, до праха​

​И знаю я: ни тяготы, ни войны​Я, почти чужой в ​бури,​

​Пусть меня волшебником ​орла, не зная страха,​

​когда-то, провожу.​

​горе не простило,​укрыться от всякой ​

​Хлопочите, милые мои,​

​Что сердце у ​

​Как ты меня ​И хоть сердце ​

​Где так славно ​

​соловьи,​

​тупому воронью,​райкома,​

​Разлюбивши - вновь не полюбить.​

​час,​

​Чтоб всегда звенели ​

​И как понять ​с рассветом до ​

​Разбранившись - можно помириться.​

​лагуны в нелегкий ​удача,​крупнее да сильней!​

​Я сам его ​воротить.​

​Я был вроде ​

​Эх, девчата! Чтоб во всем ​

​Ну разве что ​дверей не удержу,​Ничего уже не ​

​прыть?​восьми часов!​

​от вороны отличается?​Я сына у ​

​счастливой, птица!​чье-то, а то ли ​

​трех и до ​То чем он ​

​беды и грома​Что ж, прощай и будь ​То ль везение ​

​В день от ​похитрей,​

​Но ты поверь, что в час ​моего?!​себе получалось -​

​от счастья​Но если поразмыслить ​

​дорогу провожают.​Глупый аист счастья ​

​Там все как-то само по ​Чтоб смеялась каждая ​

​как угодно прозывается,​Своих детей в ​

​наделал, непутевый,​старалась.​

​Царство весен, света и стихов,​И пусть он ​

​бури и свинец​Что же ты ​

​когда-то и не ​бы властью​

​падали не ест.​Когда они под ​

​тихо... никого...​

Комары

​Хоть с другими ​

​Я волшебной утвердил ​

​Ни даже просто ​сердец,​

​В доме нынче ​

​стараешься мне открыть,​

​выбор преподнес!​

​Ни каркать по-вороньи не умеет,​Тот героизм родительских ​

​День окончен, завтра будет новый.​

​Сколько чувств ты ​

​Каждой бы на ​не владеет,​

​Я до конца, наверно, понимаю​сейчас.​

​к списку​лучших кавалеров​

​Ни тайной долголетья ​

​сам уже отец,​Стало быть, не дрогну и ​

​никогда!​Я по сотне ​

​почтение и честь?​Да, лишь когда я ​

​Твердо знал: сдаваться не пристало,​И не выпадет ​

​Ни тоски, ни одиноких слез,​

​С чего ему ​в руке.​

​раз,​Многим людям уже, наверное,​

​было примеров​славу издавна имеет?​

​С забытыми гвоздиками ​Я солдат. И, видя смерть не ​

​безмерная​Ну, а чтобы не ​

​За что он ​

​ссутулившись знакомо​

​Значит, баста! Что ушло - пропало.​Наших встреч красота ​

​звезде.​

​житье.​До боли вдруг ​

​много воли.​

​сквозь года:​

​По живой мерцающей ​

​На гордое орлиное ​райкома,​

​И давал преступно ​Только знаю я ​

​каждой персонально​ненавистью тени​

​мне машешь у ​золотых​

​есть и скверное.​Я вручил бы ​

​Бросать с ревнивой ​

​Как ты платком ​

​Лишку сыпал зерен ​В мире светлое ​

​к красоте​отдаленье,​

​в дальнем далеке,​

​Люди говорят, что очень холил,​

​свежих роз!​

​В виде дополненья ​

​Усевшись на приличном ​Все виделось мне ​

​Как же вышло, что огонь утих?​Вместе с ворохом ​

​и нарядов бальных​воронье,​

​грома​

​ты веселым летом.​вам строки эти​

​А для танцев ​О, сколько раз пыталось ​

​И долго-долго средь сплошного ​

​В добром клюве ​

​Я послал бы ​

​Я оставил! Боже упаси!​вздымает свой полет.​

​меня благословила.​

​принес​его карете​

​недостатки​И выше туч ​

​Сама в поход ​И за то, что сына мне ​

​То в прозрачной ​Ну, а чтоб какие ​

​силой поражает​И что тогда, в нелегкую зарю,​

​согретым,​до вас донес,​

​в музей неси!​Всех смелостью и ​

​лет не тлею, а горю,​

​И за то, что лаской был ​

​Мой привет вдруг ​

​Каждый профиль хоть ​будто это понимает:​

​Что с детских ​предан, словно пес,​

​синекрылый ветер​все в порядке:​

​И он как ​

​сгибаться не учила,​

​Был тебе я ​

​И когда б ​

​С красотою будет ​его зовет.​

​Что ты меня ​

​может.​молю простить!​

​раздарю.​Царем пернатых мир ​

​то тебя благодарю,​

​свете жить не ​

​И почти что ​Небо на отрезы ​

​к списку​И я за ​

​Без любви на ​целую руки​

​косынки,​

​истинная любовь!​

​кур, наверно, превращались!​

Кристина

​Человек, когда он человек,​Я вам тихо ​

​Радугу разрежу на ​Что, может, такой и бывает ​

​Они бы в ​

​тревожит.​дымы разлуки​

​зарю,​знали,​

​носили на спине,​Жизнь, что обжигает и ​

​Сквозь года и ​

​Раскрою на кофточки ​

​Мещане! Они и не ​

​Когда б орлят ​

​разбег!​вам, может быть,​

​Я вам всем, брюнетки и блондинки,​

​простил - слыхали?»​

​не нуждались.​О любви неистовый ​

​Что принес я ​

​ног!​А он не ​

​Сыны в перестраховке ​посулив.​

​иль даже муки,​Я, как бог, сложу у ваших ​Ну целовалась, ошиблась... немного взыграла кровь!..​

​в труде, ни на войне​Счастье мне навечно ​

​А за горечь ​свете,​

​«Скажите, какой Отелло!​Да только ни ​

​в окошко,​

​Вы стократно отомщены!​Все цветы, какие есть на ​

​гудела:​головы подставить!​

​Ранним утром постучал ​Так что помните, знайте вечно:​Сразу ни обманов, ни тревог.​

​С неделю кухня ​Под все невзгоды ​

​Юный аист, птица - длинноножка,​бесчеловечно,​-​

​назад...​них​А былое - песня и порыв.​

​Был я предан ​того, что на планете ​

​рубля, ни рубахи, а молча шагнул​было бы за ​былом не пожалев.​

​- тупей стены.​Я начну с ​Не взял ни ​

​Стократ нам легче ​Ни о чем ​

​Если мозг твой ​чудеса.​

​отношений,​и лишеньях грозовых,​

​проститься,​Но расплата придет, конечно,​И тогда наступят ​

​Не стал выяснять ​Что в бедах ​

​Не горя желанием ​прозвенел судьбе...​

​назначат,​

​Не выслушал объяснений,​(для чего лукавить?!),​

​помолодев,​И в другой ​

​Пусть меня волшебником ​взгляд.​

​И скажем прямо ​От иной мечты ​

​Я считал, что я - рыцарь долга​краса,​дверях стоял он, уставя в пространство​

​Во все века, наверно, остается.​Улетела, словно аист-птица,​

​в злой борьбе.​Чтоб была нетленною ​

​С минуту в ​тревога все равно​

​моя ушла.​Рвали сердце мне ​

​удача,​Умер бы лучше, что ли!​

​Но за детей ​От меня любовь ​

​брызжут долго.​Эх, девчата! Чтоб во всем ​

​острее боли.​

​не трясется,​

​-​Искры счастья не ​

​(Шутка)​Нет в мире ​

​От дьявольских разрывов ​не просто осень ​

​души...​к списку​

​другим.​ни одно окно​Нынче для меня ​

​И ошибки моей ​расставайся!​

​однажды целующейся с ​

​И хоть сегодня ​крыла.​

​И упреки, и ваши слезы,​

Кроткие мужчины

​Или со мной ​Жену он застал ​

​принимаю.​Слышать шум прощального ​

​тиши,​

​расставайся с ними,​работы,​

​Все обостренным сердцем ​Сердцу трудно, сердцу горько очень​

​Шутки. Дятел в лесной ​Или же ты ​

​Вернувшись домой с ​

​десятки лет назад,​дали...​

​Были праздники. Были грозы.​что-то одно решайся:​

​После собранья, в субботу,​

​Я, как и ты ​Исчезая в розовой ​

​отнять!​Пойми и на ​

​как дым.​

​по возрасту - солдат,​

​улетают,​Никому уже не ​

​и ими!​Но счастье - капризная штука, нестойка порой,​

​Когда мой сын ​

​Птицы, птицы к югу ​было,​

​будет меж мной ​ссор и печали.​

​И лишь теперь, мне кажется, родная,​будто корабли -​И действительным счастьем ​

​Но мира не ​Шли годы без ​творилось.​

​В небе стаи ​

​светило​

​рождает!​Они инженерами стали.​сердцах у матерей ​

​Осень паутинки развевает,​

​И все то, что для нас ​Только пустые слова ​

​истинная любовь!​

​И что в ​

​к списку​двинешь вспять.​Душа, не рождающая тепла,​

​Что, может, такой и бывает ​из-за нас отцам​

​за спиной.​Только время не ​бывает.​

​они понимали,​

​Как трудно было ​Стоит у них ​

​жизнь ни била,​Которых как раз-то и не ​Но вряд ли ​

​не снилось,​

​А счастье... Счастье весь вечер​Впрочем, как бы там ​

​дела,​любовь стояли,​

​Быть может, даже до конца ​мечтой...​

​и для чего?!​А впрочем, за все говорят ​

​И хоть за ​молодым бойцам,​

​За дальней летя ​Что творим мы ​

​Ответь мне, шут тебя подери!​

​морковь.​

​Ведь нам, в ту пору ​речи,​не понимаем,​

​эта бутафория,​Могли судачить соседки, шинкуя лук и ​

​званье!​

​Звенят их умные ​

Лебеди

​И при этом ​Зачем тебе вся ​

​Трескучими голосами​Дает навеки воинское ​

​найти!​

​вдруг разрушаем​Слова — точно мыльные пузыри.​

​часами​

​наравне​Чтоб счастье свое ​

​И как просто ​Жизнь — как придуманная история,​

​Нередко вот так ​Родителям с сынами ​

​очень зорким,​Замки праздника своего!​

​— лживые, что ли?!​жены под пятой.​

​Что кровь детей, пролитая в огне,​И надо быть ​

​воздвигаем​А все остальные ​

​Вздыхали, что парень - тряпка и у ​сказать без колебанья:​

​пути,​Ах, как трудно мы ​

​Зачем произносится: «Честное слово!»​Его - ехидно - «хозяйкой»,​

​Но я могу ​

​К нему нелегки ​Не слукавите никогда...​

​ли?!​Ее называли «лентяйкой»,​

​сражалась на войне,​

​на пригорке,​с глазами вашими​

​«Честное слово!» Ну не смешно ​осиный рой.​

​Пускай ты не ​Счастье не ждет ​

​А тем паче ​готово:​

​паром их дружный​к списку​

​Нельзя, невозможно жить.​с душою вашею,​

​местах у тебя ​Жужжал над кастрюльным ​

​человек!​

​людям​Все равно вы ​

​А в шатких ​Тот магом, пожалуй, станет.​

​Умный и красивый ​О том, что без счастья ​

​-​

​жутковато.​обманет -​

​своего народа​дружить,​

​Сладкой тайной? Да вот беда ​Что даже становится ​

​Но кто соседок ​Для себя и ​

​С улыбкой душа ​Может, скрыть эту муку, ставшую​

​произносишь их,​

Ледяная баллада

​ночам стирал.​Пусть живет, исполненный свободы,​

​о том, как будет​Не о ком-то, а обо мне?..​

​Ты так легко ​

​дверью белье по ​весь век!​

​А речь шла ​соскучитесь​

​«Верность», «любовь», «счастливая дата!»-​Тайком за закрытой ​

​Хватит быть бездарными ​

​Она кивала ему.​Вот припомните и ​

​моих!»,​

​стесняясь,​мире всяческие моды!​

​красиво!​Ну, а что, если вдруг соскучитесь,​

​Слова: «до последних минут ​И взглядов косых ​

​К черту в ​

​Он очень мечтал ​в тишине?​

​И зло-недобрые, как крапива.​

​Потом, не шуметь стараясь​Всей душой - потенциальный раб!​

​тьму.​

​То ль мечтаете ​Красивые, точно люпин-трава,​

​комнату подметал.​

​мнение,​Смотрели в речную ​

​новой мучитесь,​счастливых,​

​краном посуду и ​И, забыв про собственное ​

​обрыва,​То ли радостью ​

​Фальшивые копии слов ​Он мыл под ​слаб​

​Уселись на край ​

​сейчас у вас?​

​Пустые слова, пустые слова!​засыпала,​

​Ибо модник бесхребетно ​- Я тоже... - вздохнула она.​

​Что на сердце ​

​обещанье верит.​И если вдруг ​

​смущения,​- Люблю я мечтать! - сказал он.​

​Как живется вам? Как вам дышится?​Что кто-то в твое ​

​Она легко уставала,​Давят без малейшего ​

​Кружила, плыла луна.​

​двенадцать раз...​звонка,​

​вдвоем.​

​повторять?​звездному залу​

​Бьет за стенкой ​Что где-то ждут твоего ​

​ночи сидели они ​Чепуху их всюду ​

​Над ними по ​Звезды с вьюгой, кружась, колышатся,​Плыть дальше, зная наверняка,​

​Нередко до поздней ​

​мы, как бараны,​назад!​

​Было, кажется, всех важней!​

​в малой мере,​блокнотом​

​И зачем должны ​

​И не уйдешь ​

​Но прадивость - вот это качество​

​И, не смущаясь и ​Над книгою или ​

​их карманы?​с обрыва -​

​людей.​не будет сделано!​

​зачетам,​Кто набил правами ​

​Что глянешь вокруг ​

​Качеств множество у ​И знать, что ни грамма ​

​Готовясь порой к ​поучать?​

​закат,​любые чудачества,​

​говорить​дом?!​

​Что стремятся всюду ​

​И так полыхал ​

​У людей есть ​Без тени сомнения ​метров - чем не семейный ​

​Кто эти «премудрые» гурманы,​

​смотрелись ивы,​

​до наших встреч.​

​— Приеду. Сделаю. Буду звонить.—​

​Комната в восемь ​Модерновой модности язык.​Так в речку ​

​Не от детства ​

​уверенно:​любили.​

​И понять вам, видимо, едва ли​

​Касались его щеки.​

​вздох. Едва ли​Возможно ли говорить ​

​Они друг друга ​говорят: - Отстали!​

​Девичьи пушистые волосы​Каждый шаг или ​

​на земле живется?!​Они студентами были.​

​А теперь вам ​реки.​всегда мы знали​

​И впрямь хорошо ​к списку​

​лучших книг.​Дошли они до ​

​Друг о друге ​вот так​

​торжественно явиться!​

​Музыка и сотни ​Что-то мурлыча вполголоса,​

​И, теплом согревая речь,​

​Прости, но неужто тебе ​Могу и я ​

​сердце обжигали​

​к списку​не держали,​

​Слово дается, слово берется...​чьей-то трепетной души​

​В юности вам ​Белые затихшие пути...​

​Никаких-то мы тайн ​не все — пустяк:​

​И в песне ​духовное кругом.​

​Вьюга кружит, кружит, заметая​

​раз.​Выходит, что чуть ли ​

​из глуши​И во все ​

​«Счастье будет! Будет, не грусти!»​Проверять, ну хотя бы ​все подряд!​

​я не олух ​

​Ибо кто-то моды насаждает​Да стучится сердце, повторяя:​

​не нужно было​к черту их ​

​Что ведь и ​бывает,​

​в ночи.​

​Нам ни разу ​Я б выбросил ​

​Однако может все-таки случиться,​

​Тут гораздо худшее ​Да фонарь качается ​

​правды силу​Какие противные прилагательные!​

​остро-хороши,​

​переживем.​ветер,​

​Честность чувства и ​«Необязательный», «необязательная» —​

​Пусть сны любимой ​

​Это мы еще ​Вот и все. И только кружит ​фраз,​

​Люди о ком-то порой говорят:​Душе, готовой восхищаться мною...​

​решают.​

​Нет, не обернулась. Хоть кричи...​Только искренность наших ​

​мне.​

Ленинграду

​приснюсь​Впрочем, тряпки жизни не ​

​горькое на свете!​ни штормила,​Целыми гроздьями даришь ​

​Вот именно, возьму да и ​стыда.​

​Я прощу все ​Все же, как бы жизнь ​

​И ты их, словно шары воздушные,​

​когда-нибудь явлюсь,​

​Что весомей всякого ​лестнице! Назад!​

​вновь.​тишине.​Я все равно ​

​есть порою сила,​И скорей по ​

​И восторгами вспыхнуть ​

​Они кувыркаются в ​

​Ведь может статься, озарен судьбою,​

​Ибо в моде ​

​вещи и билеты!​

​мириться,​

​Цветистые, пестрые, равнодушные.​игл не устрашусь,​

​не деться никуда,​К черту разом ​

​Огорчаться и вновь ​

​Тебя, точно облаком, окружают.​

​И я ревнивых ​А ведь впрямь ​

​Обернись! Разлуки больше нету!​раз сразиться,​

​Все время пустые, пустые слова​равно!​мило!​

​Отрезвит, ударив, как заряд!​

​Нам случалось не ​голова:​

​не трону все ​

​- Сдохнуть можно!.. И остро и ​

​Стой! Ты слышишь? Пусть минута эта​

​И, признаться, что, хмуря бровь,​Просто кругом идет ​

​Я снов чужих ​до пупка!​

​сердец.​горит жар-птицей.​

​можно, не понимаю!​

​острых головокружений,​

​В мини-юбках чуть не ​

​Горьким правом любящих ​Жизнь не вечно ​

​Ну как это ​

​Иль в тайне ​фото​

​что заклинаю​Чтоб хоть что-нибудь изменить.​

​про отношения​дымке восхищений​

​Видя прабабушек на ​Я его почти ​

​нас их было,​

​к списку​

​Быть тем, кто снится в ​

​Будут хохотать наверняка,​призываю,​

​Слишком много у ​

​же медяк!​

​никак не суждено​Убежден: потомки до икоты​

​Я безмолвно чудо ​ветрам ни выть,​

​Золота на первый ​

​И если мне ​не обозначить след!​

​- и конец!​

​И каким бы ​

Лесная река

​Будьте горделивы. Не меняйте​

​Что дорогое что-то воскрешают...​Лишь бы свой ​

​Дверь вагона хлопнет ​Чувства - страшная это сила!​

​себе вы знайте.​лишь такие сны,​

​в моду, словно в реку,​Вот одна ступенька, вот вторая...​

​все равно!​Сами цену впредь ​

​Ей сладко снятся ​Лишь бы прыгнуть ​

​К той, к другой, к придуманной судьбе.​Не сумели бы ​

​Чтоб ценили вас, и это так,​

​тишины​Что ему идет, что вовсе нет,​

​ты по перрону​ведь не сумели,​

​понять:​

​Ну что ж, пускай средь вешней ​человеку,​

​И уже спешишь ​Все равно бы ​

​Вы умны, и вы должны ​не достигают.​

​И порой неважно ​

​Подмигнул приветливо тебе,​Как там, может быть, ни смешно,​

​не мораль читаю,​И споры ничего ​

​Пусть подчас нелепо, лишь бы модно!​

​Семафор фонариком зеленым​захотели,​

​Я ведь это ​не должны,​

​-​Побелевший краешек щеки.​

​Впрочем, если б и ​некого ругать.​

​в мысли люди ​Той же формы, цвета и длины ​

​и трешь перчаткой​

​ни было, не смогли!​

​Но сейчас вам ​Лезть к ближним ​

​Платья, кофты, куртки и штаны​Только ты молчишь ​

​Что б там ​Трудно вам. Простите. Понимаю.​

​Совсем по-детски тихо улыбается...​

​Все стандартно, все, что вам угодно:​Мы - близки! По-прежнему близки! -​о друге,​

​А с души, вы слышите,- с души!​

​Любимая моя, согрета сном,​у всех!​Крикнуть мне: - Любимый, помоги!​

​Но забыть-то мы друг ​тела,​

​потолком сгущается...​Непременно только как ​Или вдруг тебе, отбросив прятки,​

​и память жгли!​Пусть любовь начнется. Но не с ​

​Неслышно ночь под ​

​до одежды,​не в силах, хоть убей.​

​Как нам веру ​Что горят красиво, гордо, смело.​

​плече моем,​

​От словечек модных ​

​А вот я ​сквозь вьюги!​

​тем и хороши,​Она уснула на ​

​Но ведь мысли, вкусы и надежды,​забыть мою обиду,​

​Ах, как мчались они ​Но ведь чувства ​

​Хоть в прошлом, хоть теперь, но только стать​- смех и грех:​

​Мне б сейчас ​

​догнать!​

​и дворняг!​непременно стать,​

​Честное же слово ​

​своей,​И попробуй теперь ​

​Человек от кошек ​

​То должен тоже ​таким, как все.​Что беды пугаемся ​

​Прогремели года бубенцами,​чем-то отличаться​

​звездным небосводом,​

​А стремится быть ​Говорим, не подавая виду,​

​с лихими конями,​Но ведь должен ​

​Вдруг чьи-то сны под ​Часто самобытности стесняется,​

​Голубые звездочки дрожат.​Как в упряжке ​Если страсть. Допустим, что и так.​

​захочешь навещать​и красе​птицы,​

​считать!​Говорите, трудно разобраться,​А если сам ​

​Человек при силе ​Словно две растерянные ​

​Даже страшно уже ​

Листопад

​обнимают вас!​поцелуя...​

​как странно получается:​

​А под ними, освещая взгляд,​

​вами -​Что за руки ​

​для ласк и ​И ведь вот ​

​на ресницах,​не виделись с ​

​хоть разглядеть успели,​Но толко не ​

​Всюду превосходное сырье!​

​У тебя снежинки ​Сколько лет мы ​

​Вы б сперва ​Короче, абсолютно для всего,​

​про это, -​

​не могу.​к списку​

​Но ведь мало, мало две недели!​сего,​

​Будем честно говорить ​И никак расстаться ​

​восторге серенаду!​Пусть весна, пускай улыбка глаз...​

​того и для ​Ибо человеки-трафареты,​

​Понимаю: надо расставаться.​

​Пою тебе в ​признаться на восьмой?!​

​Он нужен для ​Подгоняй под моды, дурачье!​

​хмурую пургу.​

​И песнь души. Считай, что это я​И в любви ​

​любую.​Трудятся и фильмы, и газеты -​

​Мне шагать сквозь ​сердце не тая,​

​вечер​Чтобы нести обязанность ​

​мешке.​в экспрессе мчаться,​

​Я отдаю и ​Целоваться на четвертый ​

​доме для того,​Рядовой горошины в ​

​Через миг тебе ​

​счастья, что в награду​

​гордою душой​Муж существует в ​

​Или, извините, чем-то вроде​

​хмарь.​Ты мне дарила ​

​Как возможно с ​волноваться!​

​какой-нибудь реке​А вокруг клубящаяся ​

​И столько, хлопотушечка моя,​

​вам при встрече,​Ах, нет? Тогда не стоит ​

​Быть мальком в ​двое на платформе,​

​Коль, обнявшись, хмелеем допьяна!​ни шептал он ​

​Нет, я серьезно: ты запретный плод?​

​жить по моде?​Мы почти что ​

​мы поздние,​Что б там ​

​мне: ты запретный плод?​

​Ну, а что такое ​

​фонарь.​тобой... Ну разве же ​

​Вот и все, пожалуй, в основном?​

​Но вот скажи ​единое мышление.​

​На ветру качается ​А мы с ​

​-​Ты - муж прекрасный! Глупо сомневаться!​

​Вбить в мозги ​

​Поезд ждет, застегнутый по форме.​солнцем задышали озими.​

​Комплимент, цветы, по моде брюки ​все наоборот:​

​всем,​к списку​

​В полях под ​есть губы, руки,​

​На свете часто ​

​Чтобы многим, если уж не ​Вот то-то, брат, и оно-то!..​

​ранняя весна:​

​To, что у него ​

​снятся!​Да затем, без всякого сомнения,​

​с возмущенным лицом?!​У нас сегодня ​

​Что вы знали, ведали о нем?​А им мужья, как правило не ​

​Подгоняют? Для чего? Зачем?​Ну что стоишь ​май!​

​душу заглянуть?!​

​Пусть милая, а все-таки жена,​вкусы, и сердца.​

​Чтоб грабить, топить кого-то?​нас еще согреет ​Как успели в ​

​Ты прав, конечно, но она - жена,​Под стандарт и ​

​подлецом,​

​То как же ​съели?​

​Вдруг рассмеялась: «Чур, не обижаться!​

​подгоняют​

​А согласишься стать ​в апреле -​

​с ним соли ​добрая луна​

​Где всегда упорно ​судьбою?​

​так я говорю ​

​Сколько вы пудов ​

​Но мудрая и ​

​Мода вечно там, где оглупляют,​С безоблачной той ​

​И раз вот ​Но полшага - разве это путь?!​

​выручая.​

​до конца?!​

​жизнь дурака​

​самом деле.​

Литературным недругам моим

​Вы его любили? Неужели?​час друг друга ​

​Как ее постигнуть ​

​Ты согласишься на ​Тут нет «словес», здесь все на ​

​о вас.​

​И в трудный ​

​Мода, мода! Кто ее рождает?​с собою:​

​что непременно знай:​Тут важнее говорить ​и бед​

​к списку​

​Но не лукавь ​И вот еще ​

​долгого вниманья,​Встречая бури радостей ​

​огня!​Конечно, дорога глупца легка,​

​не состарятся.​Дрянь не стоит ​

​Идем мы рядом, устали не зная,​Святое пламя вечного ​

​удается!​

​ни на день ​сейчас?!​

​зрелость столько лет​

​возгорелось пламя -​Им все всегда ​То чувства здесь ​

​толковать о нем ​Сквозь молодость и ​Как символ славы ​

​сердцах: - Хорошо подлецам,​погаснув, свет,​

​Что ж нам ​

​и непременно дорог!​звеня,​

​Иль скажешь в ​Горит, ни разу не ​

​Вы общались, дорогая, с дрянью.​Ведь я любим ​

​Весенним днем фанфарами ​Безоблачно им живется!​

​лет​прожил и удрал?​

​- мне,​багровое, как знамя,​

​Ты часто вздыхаешь: - Легко дуракам,​

​сердце уже столько ​

​Месяц с вами ​Улыбки эти безусловно ​

​И от лучей ​к списку​

​Ведь если в ​

​через две недели,​и зорок!​Кремлем!​

​чему!​

​все равно красавица!​Стал вам близким ​

​Я знаю. Ибо я умен ​земле перед седым ​

​просто ни к ​

​Знай: для меня ты ​Тот, кто вас, придя, околдовал,​

​во сне?​Что спит в ​

​Быть другим мне ​ты или нет,​ли, в самом деле,​

​приходит к ней ​солдата,​

​Я хороший. Ты не сомневайся!​Красива для других ​

​Да и человек ​А кто сейчас ​

​Над прахом Неизвестного ​Выбрось все «зачем» и «почему».​

​тобой!​Только вы нахмуритесь, бранят.​славно улыбается?​

​пожатии немом,​Выходи ж навстречу, не смущайся!​

​ярких праздников с ​словами,​

​Чему она так ​Чтоб встретиться в ​

​мире человек!​В дни наших ​

​А его последними ​сегодня сны?​

​и свято,​Самый милый в ​

​почаще возвращаться​норовят,​

​Какие снятся ей ​Лучи летят торжественно ​

​-​Давай с тобой ​

​Вас сейчас утешить ​

​друге растворяются,​пятиконечной.​

​Просто потому, что ты такая ​телом, ни душой,​

​делите с друзьями,​мрак друг в ​

​Лучи родной звезды ​половодьях рек,​

​В прострацию ни ​Боль свою вы ​Где свет и ​

​ночь горят​О весне и ​

​погружаться​

​к списку​лунной тишины,​и день и ​

​Просто потому, что я мечтаю​

​годами нам не ​в праведниках, видно!​

​И среди этой ​В живых цветах ​приятнее, чем зло.​

​А чтоб с ​Нет, не бывать мне ​

​уже не слышит...​Карпат​

​Во сто крат ​праздники творить!​А я молчу... Мне нечего сказать...​

​Ни чувств, ни слов моих ​

​от Волги до ​на свете​В любые стужи ​

​прощать!​И, вешним заколдованная сном,​По всей стране ​

​Просто делать доброе ​с тобою​

​Как просто тем, кто может все ​И, чуть вздыхая, как ребенок, дышит,​знак памяти сердечной​

​и дети.​

​Когда мы ухитряемся ​

​ясно и солидно.​

Лунный вечер

​плече моем​

​И потому в ​

​Оттого, что есть цветы ​даже говорить,​

​Вопрос мне задан ​Она уснула на ​

​Как воина, стоящего в строю!​

​мне всегда тепло​Об этом глупо ​

​я должен дать?​к списку​

​выкликают​Просто в жизни ​

​бодрячество пустое?​

​Какой ответ сейчас ​забывать.​

​Старшины на поверке ​

​крохотным жучком.​

​И разве то ​

​ты предательство простить? -​Возможностей своих не ​

​в бою​Жить на свете ​

​судьба не отняла!​А смог бы ​

​жизни, помня о желаньях,​

​Вот почему погибшего ​

​Просто потому, что не желаю​

​Но главных сил ​

​стоит перед тобою:​Как важно в ​

​бывает.​с огоньком.​

​Ну, может статься, в чем-то визуально,​Вопрос вот так ​

​повелевать?!​

​Да, мужеству забвенья не ​

​За дела хватаясь ​

​Ведь мы сдаемся, в сущности, формально,​

​душою.​Ей, так привыкшей всем ​

​матери всегда!​

​я вовсе ожидаю,​

​И кто сказал, что молодость прошла?​злей, а кто добрей ​

​терзаньях,​Того, кто жив для ​

​И не благ ​

​А вот смотри: уже опять весна!​Кто в мире ​

​ей в ее ​пропавшего,​

​весь секрет.​весною...​

​- Ну, а теперь... Не будем говорить,​

​Легко ли было ​Ни павшего, ни без вести ​

​Жить светлей. И в этом ​Грустила перед завтрашней ​

​мне искренне призналась.​

​шелохнулся.​

​забывает никогда​интересней.​

​осеннею порою​

​Когда б она ​

​Пробормотал, а сам не ​

​Как мать не ​

​Просто быть правдивым ​Давно ли ты ​

​- Пожалуй бы простил,​

​пробормотал: - Сейчас, -​забывает павшего!​

​нет.​

​неспроста дана:​Простил бы ты?​

​И только муж ​

​Но Родина не ​Уверяю: позы в этом ​

​И нам надежда ​

​осталось...​

​не поднял глаз.​

​Могила Неизвестного солдата...​

​песне.​мороз грохочут соловьи!​

​Потом - конец! И чувства не ​

​На божество никто ​

Лучший совет

​полевых цветах -​

​и ни в ​Где и в ​

​- Ну, а любовь? Вот кто-то полюбил,​

​И вдруг удар: никто не встрепенулся,​

​Зеленый холмик в ​ни в слове ​свойства,​

​солжет - прощу, наверно.​Она сказала: - Я хочу пионов!​

​двадцати шагах,​

​Я не лжив ​

​с тобой такого ​И больше не ​

​И как-то раз, капризно сморщив нос,​А здесь, от речки в ​

​в этом верь.​Сердца у нас ​

​раскаялся, ну что ж,​

​чтила никаких резонов,​сражаются ребяга.​

​Я горжусь. И ты мне ​

​устройства,​Но если лгун ​

​Она ж не ​

​За сотни верст ​Знай одно: что человечьим званьем​

​И мы - иной закваски и ​скверно.​

​А время шло, тускнел пожар волос,​на ней.​

​меня ни мерь,​

​иной состав крови,​- Ложь? - я сказал, - уж очень это ​

​Бросались выполнять наперебой.​И никакой фамилии ​

​На какой аршин ​Ну, а у нас ​

​ты простить, к примеру, ложь?​Любой каприз, любой ее приказ​

​Кусок промокшей, вздувшейся фанеры,​

​бичеванье.​

​будней погружен навек.​Ну мог бы ​

​раз​

​темно-серый​Впрочем, что хвальба иль ​

​Кто в скуку ​

​говорить:​

​с жаром каждый ​

​И остается только ​говорить, что нет?​

​безрадостно и сиро,​Давай иначе будем ​

​Что все мужчины ​ливневых дождей,​

​Ну зачем мне ​Лишь тот живет ​

​просто невозможно!​хороша собой,​

​Но две недели ​

​Есть во мне, конечно, недостатки,​ощутить величье мира.​

​- Нет, ну с тобою ​

​Она была так ​его.​

​туманю свет.​

​Не в силах ​

​- Смотря каких... - сказал я осторожно.​

​к списку​Рождения и гибели ​

​Что хитрю или ​И это глупость: будто человек​

​врагов своих простить?​трудным, как у всех.​

​две коротких даты​прятки,​

​И горный ветер, и моря, и лес...​Вот ты готов ​

​Но счастье стало ​

​А чуть пониже ​Не подумай, что играю в ​

​Прислушивайся, как ласкают уши​

​души. Итак, прошу!​И виноват никто, как будто, не был,​«Иван Фомин», и больше ничего.​

​чему!​

​лицо и душу,​А просто для ​

​как на грех.​

​Последний «послужной листок» солдата:​просто ни к ​

​И, погрузив в нее ​

Любим мы друг друга или нет?..

​какого-нибудь теста,​Не клеилась работа ​

​рукой!​

​Быть плохим мне ​

​синеву небес​Не ради там ​

​бесцветным...​все, что было под ​

​Ты не сомневайся: я хороший.​

​Хватай в ладони ​спрошу​

​Вдруг стало всё ​Ведь вот и ​

​тьму.​и рассвета.​

​Воскликнула: - Вот я тебя ​

​«Выбыл адресат».​

​огрызки,​В переулки загоняя ​

​Снопы лучей заката ​места,​

​Чем эта надпись ​

​Доска да карандашные ​

​порошу,​

​огненный клубок​

​И, возбужденно вскакивая с ​такой обидою сравнится,​

​строить обелиски?!​Кружит ветер звездную ​

​И сматывает в ​

​грехи подряд. -​Ну что с ​

​Когда же было ​к списку​

​кружится планета​Прощать буквально все ​

​получил назад.​

​За маршем - марш, за боем - новый бой!​намного хуже!​

​В душистой дымке ​

​способен​А через месяц ​

​Когда копал «окоп» ему последний.​Разлука все равно ​

​где-то​

Люблю я собаку за верный нрав...

​Тот людям окружающим ​на трёх страницах,​

​ярость полностью познал,​поссоримся - ну что ж,​

​И ты - в зените... А в тумане ​подобен,​

​Ей написал письмо ​Тот боль и ​

​А если и ​

​Еще порыв! Еще один рывок!​Что тот, кто душам праведным ​

​Он, засыпая, думает о той.​товарища терял,​

​- и ни тоски, ни стужи?​

​сплошной голубизне потонет!..​

​на свете говорят,​том, что каждый вечер​

​Кто на войне ​К плечу плечо ​

​И мир в ​- С древнейших лет ​

​Ловя себя на ​край передний,​

​поймешь:​ветром унесешься ввысь,​

​прощаю!​домой.​

​боях и знает ​Я думаю, что ты меня ​

​И вместе с ​- И я тебя ​

​Других красивых провожал ​Кто был в ​

​Сказать тебе: - Давай не разлучаться!​

​Затем подпрыгни, разметав ладони,​Торжественно:​

​Ушёл, уехал, ждал особой встречи.​

Любовь

​Безвестного защитника страны.​

​Мне хочется, наперекор всему,​

​Вот кажется: немного разбегись,​

​И, поцелуем сердце опьяня,​

​не то.​Мечты, надежды, думы и тревоги​

​И все-таки, не знаю почему,​облаков...​

​Уж ты прости, пожалуйста, меня. -​И он решил, что это всё ​

​погребены​

​Конечно, это мудро, может статься,​Под невесомым снегом ​

​Коль в чем-то провинилась, допускаю,​И он решил: ему такого мало.​В котором навсегда ​

​раздоры.​

​душистой нежностью​дня,​

​шапку и пальто.​

​у дороги,​только споры да ​

​Немного клейкой и ​

​И вот, во имя этакого ​На стул бросала ​

​Зеленый горький холмик ​А были б ​

​свежестью,​Сплелись, быть может, лучшие начала.​

​в морозы прибегала.​

​Саперными лопатами солдат.​

​б и встреч,​

​Она сияет первозданной ​- Сегодня День прощенья. Значит, в нем​

​А тут сама ​вырытых когда-то​

​Не будь разлук, так не было ​ни пыли, ни жучков,​

​и сказала:​

​Его же новый, синенький костюм.​

​В дыму сражений ​счастья не сберечь.​

​На ней еще ​Уселась на диване ​

​для свиданья​

Любовь и трусость

​Волги до Карпат!​Что без разлуки ​

​И зелень ослепительно-прекрасная!​

​мотыльком,​А вечером просили ​

​О, сколько их от ​слышим разговоры,​

​-​

​Чуть покружившись ярким ​и дум.​

​Могила Неизвестного солдата!​Ах, как мы часто ​

​То брызги, то ликующий поток ​почти.​

​Худели от бессонницы ​к списку​

​я.​-​

​И совершенно взрослая ​в ожиданье.​

​Спи, мама. Спи крепко. Спокойной ночи!​же, что пишу и ​Рассвет-закат, как апельсинный сок ​

​девчонка​Его друзья томились ​

​Не бойся, родная. Я скоро вернусь!​Точь-в-точь все то ​

​Вернее, две - зеленая и красная:​

​Совсем еще зеленая ​Ему сказала: «Я люблю тебя».​

​тебя не точит.​И о тоске-разлучнице бессонной,​

​всех яростней одна.​обойти,​

​Она сама, однажды, чуть робея​И пусть тревога ​

​любви своей бездонной,​Средь красок же ​

​Способная всю землю ​

​Не объяснялся, кепку теребя...​грусть,​

​И пишешь о ​на раскрашенной картинке!​

​звонко,​за нею.​

​Прошу тебя: выбрось из сердца ​от меня​

​Мир вновь как ​

​Хохочет заразительно и ​Он не страдал, он не ходил ​

​меня всерьез.​

​Ты далеко сегодня ​и волынки!​

​Моя самостоятельная внучка.​

​к списку​Пойми. И взгляни на ​

​к списку​Под птичьи свиристелки ​

​ко мне​подруге...​

​не шестнадцать, мама.​знаешь, какое ты счастье!​

​снова грянула весна​

​Впорхнула вместо ангела ​

​цветами к ее ​Мне ведь уже ​

​И даже не ​Ну вот и ​Веселая, как утренняя тучка,​

​И ходит с ​за вопросом вопрос.​

​знаешь, какая ты песня,​Галине Асадовой​

​И тут, в весенне-радужном огне,​с тобой!-​

​Готовя в душе ​Ты даже не ​

​к списку​

​Прощеное святое воскресенье!​

​сказал:— Ну и шут ​

​упрямо,​и свет, и любовь, и участье,​

​хороший человек!​Сегодня на Руси, как говорят,​Он взял и ​

​сиди у окна ​А в сердце ​

​И это был ​На масленицу - всюду разговенье!​

​Ответ до смешного, увы, простой:​И ты не ​

​поднебесье,​подарили,​

​Пекут блины. Стоит веселый чад.​

​причина сердечной вьюги?​вечно дети!​

​добрее, чем синь в ​

Любовь, измена и колдун

​мне в жизни ​

​Кристине Асадовой​Но что за ​

​Дети, они же не ​Когда ж ты ​

​Но счастье раз ​к списку​

​к телефону.​Не надо, мама, меня ревновать,​

​знаешь, какое ты горе.​были,​

​Непременно, товарищи, проверяйте!​То требует вечером ​

​целом свете.​И даже не ​

​- Все было: беды и ошибки ​

​- Проверяйте любовь, проверяйте любовь,​

​сердитые шлет,​

​Самые добрые в ​знаешь, какая ты мука,​

​Скажи, устало подытожа век:​

​повторяет вновь:​То письма ему ​расцеловать,​

​Ты даже не ​пыли,​

​же нам жизнь ​

​корону,​Дай твои руки ​

​споре,​

​Тогда, вдохнув прохладу звездной ​Ведь не зря ​

​«Царица», забыв про свою ​

​И лучше синяк, чем стеклянный колпак.​в раздраженье и ​

​когда-то за собой,​принимайте.​

​включили обратный ход:​

​умнее,​Когда ты живешь ​

​Что всех зовет ​Ничего голословно не ​

​И вдруг как ​Ну что ж, значит буду потом ​

​скука,​

​колокольчик дальний,​И плевать, если кто-то нахмурит бровь.​

​ему в ответ.​поступлю не так,​

​твоем холод и ​

​И ты услышишь ​серная кислота.​

​Она лишь смеялась ​А если порой ​Когда на лице ​

​почти что нереальной​Как для золота ​

​Но все понапрасну: держась по-царски,​ведь быть смелее,​

​к списку​Вдруг станет жизнь ​

​не страшны,​букетом дарил букет.​

​Когда-то же надо ​

​впрямь достойнейший поэт!​

​чертой​Для любви испытания ​

​И вновь за ​приду.​

​То я и ​пути за смутною ​

​Легкомыслие, трусость и пустота.​Он пробовал все: и слова, и ласки,​

​Сразу почувствую и ​

​И, гордость позабыв, вовсю ревнуют,​Когда ж в ​

​Пусть не выдержат, может быть, крутизны​

​дома нету!..​за советом, мама,​

​такие негодуют,​обо мне.​

​прямоту.​

​Он к ней, а любимой и ​

Люди слова

​Я тотчас приду ​

​Уж если вот ​Не вспоминай недобро ​

​На сердечность, на верность и ​

​придет.​пути беду,​

​Ну что ж, пускай! Зато сомнений нет,​

​Ты знаешь, если можно, в этот вечер​испытанья,​

​Скажет: «приду!»— а сама не ​Коль повстречаю в ​

​должностей, ни званий!​снежной тишине...​

​На любые житейские ​расчет.​

​куда-то в яму,​И никаких ни ​

​Застыли сосны в ​на расстоянья,​

​не брала в ​

​И не полезу ​

​страны​все. За окнами, как свечи,​

​Проверяйте на время ​

​Его же почти ​не свяжусь.​

​лишь вешний пульс ​

​Ну вот и ​и доброту,​

​свету.​

​С дурной компанией ​

​А у меня ​

​приснится.​Проверяйте на смелость ​

​Она всему улыбалась ​кому придется,​

​и званье, и чины,​в стужу не ​

​проверяйте.​

​встречались: огонь и лед.​

​Не выйду навстречу ​Есть у него ​

​И сон счастливый ​

​На правдивость придирчиво ​Вот так и ​

​Ведь я по-глупому не влюблюсь,​заседаний,​

​не вырастут цветы​тепло и свет,​

​Она — снисходительно разрешала.​не бьется,​

​Трибуны самых громких ​Как на песке ​

​Проверяйте любовь на ​

Люди стараются быть счастливыми...

​ей своей твердил,​пусть сердце твое ​

​даны​возвратится,​

​не решайте.​Он о любви ​

​И в страхе ​

​О жадность, ведь ему давно ​нам уже не ​

​Ничего в торопливости ​

​Она — с усмешкою принимала.​

​Верь мне, пожалуйста, очень верь!​Его стихи, всегда его стихи!​

​Что праздник к ​на свете нет.​

​цветы дарил,​

​плохо меня воспитала?​

​адово!)​И знаю я, да и, конечно, ты,​

​Пусть готовых рецептов ​

​Он ей восхищенно ​Ну разве ты ​

​(вот ведь племя ​уже не встрепенется.​

​Или ужин, заказанный в ресторане?!​к списку​

​еще теперь.​Читать же надо ​

​Тот в зрелости ​

​Чей-то редкий подарок, театр, кино​же надо человеку!​

​Любовь наша крепче ​Асадова?!​

​любовью пренебрег,​покорить заране​

​Как много все ​Родная моя, не смотри устало!​

​в душе стихи ​Кто в юности ​

​Могут сердце порой ​мир.​

​к лжи.​Зачем у них ​

​И книг, и прекраснейших голосов,​

​Теперь, увы, ничто не отзовется.​Неужели же вправду, сказать смешно,​

​Твое письмо, в котором целый ​Тебя вынуждают прибегнуть ​

​грехи:​строк​

​дороги тут ошибки.​Тайгу и звезды, море и Памир.​

​помимо охоты​ребят он за ​

​А впрочем, нет, на трепет этих ​Ибо слишком уж ​

​Мне подарили птиц, рассвет и реку,​То этим нередко ​В стихах громит ​

​не дадим.​

​любовь,​богаче, чем банкир.​Когда ж заставляют: скажи да скажи! -​

​- Евтушенко.​Доклевывать нам души ​

​Все же как-то всерьез проверять ​И я теперь ​

​Ведь есть же, ну, личное очень что-то!​Теперь уже вчерашний ​

​ни филинам, ни совам​И отвергнув жестокость, умно и гибко,​

​сердце радостно-хмельное!​не нужны.​

​друг.​

​То уж давай ​и нам, отрицая кровь​

​А есть лишь ​

​Уже обидны и ​Ну вот - сегодня нож вонзает ​

​Сберечь хоть что-то доброе хотим,​

Магнетизм

​Не пора ли ​ни нервов, ни хандры,​должны.​

​окаменел, как стенка:​

​перед коварством новым​под пулю лба!​И больше нет ​

​Как-то меняться уже ​На краткий миг ​Но если мы ​

​Никогда не подставишь ​

​вишнево-золотое...​средства​

​развернул и вдруг​Жаль и себя, и молодости жаль...​

​-​И все вокруг ​с годами былые ​

​С утра газету ​жаль тебя душою,​

​горячо не любишь ​костры,​И все же ​

​Не весь сграбастал, кажется, почет!​Мне просто очень ​Если женщину впрямь ​

​Зажглись рябин веселые ​двадцать, хоть тридцать лет​

​Порой, глядишь, не выдержав, срывается -​Не злость моя, а тихая печаль.​

​рисковать не будешь.​больше не темно...​

​Пускай им хоть ​Кому б, казалось, слава улыбается,​

​тобою​Из-за маленьких чувств ​

​И за окошком ​для матери дети,​

​Ну, а всего смешней, что даже тот,​вечер говорит с ​Поединок - не водочная гульба!​

​садом,​Что дети всегда ​До боли жаль, да и обидно, право!​

​И в этот ​

​тогда была!​

​дождя над мокрым ​твой ответ,​попросту терять​

​с лихвой.​Как-никак, а у предков ​

​И нет уже ​И даже предчувствую ​

​На это время ​

Маленькие герои

​лет хватило бы ​деле​

​Одно письмо. Всего-то лишь одно.​на свете,​

​ревновать?​Что на сто ​

​Скажем прямо: проверка любви на ​же человеку надо!​

​Я знаю, уж так повелось ​ним друг друга ​тебе хорошего,​

​зла,​Как мало все ​

​Мне больше! И в этом, пожалуй, суть.​Ужель нам к ​

​в жизни дал ​К черту кровь! Но, добро отделив от ​

​к списку​не шестнадцать, мама!​

​Успех, известность, популярность, слава...​Я столько б ​

​сражения устарели.​

​Что и одна, она верна ему!​

​Мне ведь уже ​А вы-то, черт вас подери, зачем?!​

​мной -​И пускай те ​

​никому,​Не надо. Тревоги свои забудь.​

​понятно.​

​сердцем намертво со ​пистолетах.​

​И было непонятно ​все ждешь упрямо?​

​Ну, там клянут, так это все ​

​То будь ты ​На дубинах, на шпагах и ​

​кто-нибудь да есть.​не спишь и ​

​что-то ищет, вероятно,​прошлое,​

​яростно на мечах,​Или давно уж ​

​Ну что ты ​Кто в распрях ​

​же оглянуться в ​

​Бились честно и ​Одно из двух: иль цену набивает,​

​к списку​порою тем,​

​И если все ​

​света,​Скажи, какую сберегает честь!​

​сверну!​И хочется сказать ​

​действительно любил.​против тьмы и ​

​Не верили: ломается, играет,​

​той вовеки не ​все равно.​

​Но я тебя ​Став бесстрашно порой ​

​плеча.​И с веры ​

​А недруги кусают ​о том, чего я стою,​

​на устах,​колена иль с ​

​верующим в мире​

​полно друзей-поэтов,​Не мне судить ​

​И, с единственным именем ​

​Она стряхнет с ​Я стану самым ​

​И хоть вокруг ​

​так я жил,​рыцарские турниры.​

​руку​мир и тишину,​

​доме где-то,​

​Не знаю, так или не ​На дуэли и ​

​Коль чью-то слишком ласковую ​И обрету я ​

​и в нашем ​

​былое,​войну,​

​сгоряча,​сердца кто-то снимет гири​

​Что злость шипит ​

​Сегодня поздно ворошить ​

​плаху и на ​

​И даже раздражатся ​

​И если с ​Мелькнула мысль: досадно и смешно,​

​тобой - осколки собирать...​Шли мужчины на ​скуку​

​не могу.​

Маленькие люди

​отчаянно хотелось.​

​А нам с ​зажег весну,​встрече предрекут ей ​

​Бездумно верить просто ​Куда б врагам ​

​Живут, жиреют, берегут здоровье,​

​Ради взгляда, что в сердце ​

​А то при ​

​не понимаю -​

​туда,​гнездовьях​

​ради той, что дороже мира,​

​на это...​Но там, где суть вещей ​

​их вовсе не ​давно в своих ​

​С давних пор ​Порою намекали ей ​

​пор надежду берегу.​И я зову ​

​А совы все ​к списку​

​на то,​И до сих ​

​жар и смелость,​не знаем: что сказать?​

​И двух, и трех, и пятерых мужчин!​Порою намекали ей ​

​так уверовать мечтаю​Со мною обретает ​

​Стоим мы и ​

​стоить может​лаской не согрето,​

​Я в Бога ​Клянет за то, что молодежь всегда​

​нашей сломанной любовью​Она сегодня часто ​

​Коль будет сердце ​на Него!​фраз.​

​И вот над ​тоже​ничто,​

​И уповать нелепо ​Густым потоком обозленных ​

​не принимаю тоже.​Когда умом, да и силенкой ​И, говоря, что жизнь почти ​

​Или жесток, суров и равнодушен,​припадочной истерике​

​Да и сейчас ​множество причин:​

​решались никогда.​

​в силах никого.​Бранит меня в ​

​насилий не терпел​Чтить женщину есть ​

​При муже не ​И защитить не ​«Голоса Америки»​

​Но только я ​

​где-то применить:​былые​

​словно бы воздушен​

​Какой-то прыщ из ​

​нравится, похоже,​

​И даже силу ​Уже шутили так, как в дни ​

​ОН добр, но слаб и ​

​раз!​

​И часто это ​

​Мужчин, способных женщину обидеть​

​по дружбе иногда,​Одна из двух. Одна из двух, не боле:​

​Включил приемник. Вот тебе и ​чем-то преуспел,​

​предупредить​К ней заходя ​

​одна лишь мысль, увы,​

​и в счастье, и в беде.​Возможно б, тут я в ​

​И все-таки не грех ​Приятели, сердцами молодые,​

​То тут права ​Всегда со мной ​

​суровой хворостиной!​все предвидеть!​

​сразу разберешь:​волос с головы,​многомиллионный​

​Обратно в дом ​О, люди! В жизни трудно ​

​Чего порой не ​

​Не упадет и ​

​Что мой читатель ​

​ту глупую «козу»​Рыча от боли, корчились в кустах...​

​и такое,​воли​

​на них спокойно,​

Маэстро

​Да и загнать ​насильника и хама,​

​Но что-то вдруг возникло ​

​Да, раз выходит, что без Высшей ​Я потому смотрю ​

​стать «хозяином-мужчиной» -​А сзади три ​

​то ж,​

​смертные грехи?!​

​свойственно нигде.​Вдруг взять и ​глазах,​

​друзья и уваженье ​И за какие ​Такое мне не ​

​вот грозу​горел в ее ​

​И те ж ​Скажите, за какие преступленья?​

​вражде,​

​Быть может, мне в такую ​

​И строгий свет ​чередою.​

​глухи,​

​Терзается в завистливой ​приносили.​

​и упрямо,​Бежали будни ровной ​

​- все спокойны и ​

​Но не тому, что кто-то раздраженный​

​Ни счастья, ни тепла не ​Шла женщина спокойно ​

​одна...​

​А в небе ​Ну что ж, я рад... Спасибо от души...​

​Приятелей, знакомых и подруг​двинулась вперед.​- и вот она ​

​в черные лишенья,​Ведь это зависть! Радуйся, дружище! -​

​и пожатья рук​И легким шагом ​

​Был рядом муж ​Свалиться в двадцать ​

​Мне говорят: - Не хмурься, не греши,​И все улыбки ​

​Неторопливо кофточку надела​обошлась без сожаленья:​

​вот такая доля?​За что бранят? А так, причин не ищут.​

​А людям что! Они домой спешили.​рот,​

​А жизнь вдруг ​Была дана мне ​настойчиво и зло.​

​каких-то потрясений.​Губной помадой освежила ​добрая жена.​

​год​Бранили б так ​И все ждало ​

​Чуть улыбнувшись, строго посмотрела,​И труженик и ​

​в тот беспощадный ​где-то​

​души и глаза​

​даже смысла нет!»​относились с уваженьем:​

​За что тогда ​в ревнивом выступленье ​

​Смотрело людям в ​

​И рисковать вам ​К ней всюду ​

​головы не упадет,​А то и ​

​представлений,​

​в пулю​

​к списку​И волос с ​

​в журнале, то в газетах,​Бродило среди ложных ​

​почти что пулю ​Вновь, быть может, до радости долечу.​

​воли​

​Чтоб то его ​И сердце то, как глупая коза,​

​Ведь я кладу ​

Медвежонок

​И, разбив одиночество, как темницу,​А если так, и без Всевышней ​

​крупно «повезло»,​

​Оставя сердце где-то за порогом.​

​ответ:​Словно перья прекрасной, как мир, жар-птицы,​

​солдата.​

​Которому б так ​

​не была,​

​Намного хлеще сыщете ​их бережно: луч - к лучу,​

​был священный долг ​

​поэта,​

​и была и ​вдруг найдете пистолет,​

​Я сложу все ​И в этом ​Наверно, нет в отечестве ​

​Ты в доме ​А если ж ​

​Чтобы вспыхнуть, чтоб заново возродиться,​пресечь,​

​Дм. Кедрин​

​эти всходы зла!),​

​вашим же ножом!​лучится,​

​Я честно встал, чтоб это зло ​В круг сойдясь, оплевывать друг друга...​

​(О, как же цепки ​Вот этим самым ​

​в едином пучке ​Родиною меч,​

​такой обычай,​И, следуя сочувственным тревогам​

​жеребячьей чести​

​Пусть огонь их ​Фашизм занес над ​

​У поэтов есть ​втайне предлагали.​

​Лишу вас вашей ​

​ваших живых сердец!​

​в трагическую дату​

​к списку​

​Свои сердца мне ​этом месте​

​И по лучику ​Когда ж потом ​

​«Трус» и «воробьиная душа».​

​за твоей спиной​Тогда, клянусь, что я на ​

​руки​

Микроклимат

​ребятами в полъезде.​И девчонка - слабая натура,​И что буквально ​

​А притаитесь где-то за кустом,​

​Люди! Милые! Дайте мне ваши ​Порой курил с ​

​фигурой​верою иной​

​не было. Понятно?!​

​же, наконец!​

​Учился, дрался, сочинял стихи,​Парень со спортивною ​Что сами жили ​

​Здесь просто близко ​Тяжелы. Но не гибнуть ​

​меня грехи?​шурша,​

​те совы умолчали,​вашего в саду​Ложь, обиды, любые земные муки​

​Какие были у ​

​Шли, чуть слышно гравием ​Лишь об одном ​Чтоб даже духу ​

​сражался!​прежде?​

​по набережной хмурой​краса...​иметь в виду:​

​вставал и опять ​я. Что совершал я ​

​Где без слов ​И захиреет женская ​

​Однако же прошу ​Только вновь я ​

​Да вот хоть ​спящий городок,​

​радости достанется​два часа - обратно.​жестокую боль везло!​

​осмыслить и понять?​Сверху вниз на ​То мало сердцу ​

​А ровно через ​Ах, как мне на ​

​Ну как его ​и строго​

​протянется,​в кинотеатр иду,​

​терзался,​

​явно есть противоречье,​И смотрел задумчиво ​

​лишь ко мне ​Сейчас я вновь ​

​до зверской тоски ​Ведь тут же ​

​Выбравшись, шагал наискосок​Что если сердце ​

​жизни нынче сохранила!​Сколько раз я ​

​благодать.​Лунный диск, на млечную дорогу​

​голоса,​Что я вам ​било тупое зло,​

​Зло попирает грубо ​за углом.​

​И лезли, лезли в душу ​мне за то,​

​Сколько раз меня ​- мука человечья.​И фигуры скрылись ​

​зачем-то в разговор.​

​Скажите же спасибо ​Только что оно, в сущности, рядом с вами?!​

​Любовь небес и ​

​черту! -​

Мне так всегда хотелось верить в Бога!..

​Вступая с ним ​Насильничать решили? Дескать, сила?​Одиночество - очень когтистый зверь,​

​власть?​А второй промямлил:- Ну их к ​

​наклоняла ухо.​«Ну что, мерзавцы? Отвечайте, что?!​

​шагами.​Как понимать Божественную ​Тот смешался:- Ладно... тише, гром...-​

​Ты к лицемерью ​с подобранным ножом.​

​Боль крадется таинственными ​честно и толково,​

​глаза взглянула твердо.​подлость вымести, как сор,​

​Шагнула к ним ​дверь.​

​Кто объяснит мне ​И глаза в ​

​Чтоб лесть и ​воли,​

​мне словно закрыли ​мудрейшего святого,​

​ни был, все равно найду!​достаточного духа,​

​Она, как вспышка воплощенной ​

​Нынче в душу ​

​К ногам того ​Где б ты ​

​И не найдя ​Они стонали, мучаясь от боли,​

​сегодня везде-везде!​припасть​

​То запомни: выживу, узнаю!​

​раскидать.​

​И тут, покуда, ползая ужом,​Я - ваш друг и ​

​И я готов, сто раз готов ​раны упаду,​

​есть по ветру ​грохнулся детина.​

​нарушу,​

​или Бухенвальда?!​Ну, а коль от ​И все как ​

​На землю третий ​любви своей не ​В печах Треблинки ​

​За убийство - стенка ожидает.​

​готовы​И вот, роняя зазвеневший нож,​

​Я и нынче ​детей​

​нож!​Чужое счастье расклевать ​

​И, сжавшись, распрямилась как пружина.​и в беде.​

​Когда сжигали заживо ​- Нож в кармане? Мне плевать на ​

​создать,​вымолвила: «Врешь!»​

​был в праздниках ​было дьявольское сальдо,​

​Голос рвется, яростен и звонок:​Что, не умея радости ​

​Она же резко ​Рядом с вами ​

​В чью пользу ​пьешь!-​

​завистливые совы,​с бранью беспощадною.​

​и сердце свое, и душу,​насилью палачей?​Ты же враг! Ты жизнь людскую ​

​На свете есть ​И прыгнул кошкой ​Я дарил вам ​

​Кто допускал к ​- Комсомол пугаешь? Врешь, подонок!​слушай никогда!​

​нож из-под плаща​ваших рук!​

​нагрешили?​обожгла.​

​И никого не ​Вдруг резко вырвал ​

​Протяните мне искренность ​

​А дети? Чем же дети ​Как огнем детину ​

​нею рядом​в горло пятернею,​

​трудно,​и тихи,​

​И словами:- Мразь! Фашист проклятый!-​Поверь в нее, будь вечно с ​

​И целясь впиться ​Люди! Милые! Нынче мне очень ​

​них есть честны ​Девушка беретик сорвала​

​звезда,​А третий, зло зубами скрежеща​

​друг.​Хоть и средь ​как взрыв гранаты:​

​и для тебя ​в землю головой...​

​Одиночество - злой и жестокий ​Ну хорошо, пусть взрослые плохи,​

​Дальше было все ​

​- Ну вот зажглась ​Как бык уткнулся ​

​людно.​муки небосвод.​

​глаза.​

​Кого всерьез, скажите, убедили?​

​не упадет...»​

​в том жестоком ​Когда нас всех ​Господней воле,​

​И можно ль ​Мне говорят: - Не рвись быть ​

​Ведь я мечтал ​вновь я с ​

​Все знающий вперед ​зелено-райской куще?​

​И поселил потом ​за первородный грех.​

​-​Подумать так хотя ​

​И в жажде ​понять​

​Недаром даже волос ​объяснял,​

​И вот, кого ОН сердцем ​и ладан благовонный​

​час и душу ​Ведь с верой ​

​Где живет красота, и любовь, и ты...​стекла и рвет ​

​В ней тогда ​Только если тоска ​

​яростно ни бесилась,​Вот он - мудрый и очень ​

​Не навеет ни ​Ни от хмурых ​

​Лужи, холод да злющие ​просто стакан воды​горячих песках следы​

​Даже странно представить, что есть края,​Небо, замысла скверного не ​

​На кого и ​

​жди,​День и ночь ​

​- разорвет! -​Невелик еще, а сколько злобы!​

​лапой в стены, дверцу​расцарапал пасть.​

​Как тесна и ​медвежонка,​

​тайгу во все ​Солнца блеск, смеющиеся губы,​Город суетливый, непонятный,​

​и меткий.​Но нынче, взяв подаренный портрет,​

​голубоватый свет,​И как душе ​

​И снова горячо ​И если рвется ​А если ей ​

​не пошлость и ​И всяческие в ​

​Толстой.​Ведь были же ​

​Но разве чувство ​Ощиплют под чистую, как цыпленка,​Ведь оболгут, опошлят, заедят,​

​невозможно?​

​на этот буйный ​Он трубку, улыбаясь, положил.​

​Люблю несокрушимо и ​цирке «Шапито».​

​Грохочет зал, дрожат огни лучисто.​цирке в третий ​

​И снова извлекают ​И вот факиры, щурясь плутовато,​

​душой​

​И распахнув глазищи-фонари,​- Эгей, сюда! Смотрите-ка скорей! -​

​жить не так ​А к людям ​

​Случается, что пьяному в ​

​Мы часто пониманье ​любовь к уединенью ​

​Тут не желанье ​В моей квартире ​

​обиды, ибо с ними​Нет, я живу не ​

​поставили навек.​Жонглеры-обезьяны с обручами​

​С большим аттракционом ​к списку​

​Большим и очень ​чистоты,​

​черноты,​не гнев,​

​золотом с небес.​Но тьма уйдет, как злобная старуха,​

​скручивая туго,​Отчизну почитают выше ​Суть в том, без громких слов ​

​Ведь в тех ​

Мне уже не шестнадцать, мама!

​Семь тысяч верст ​мужеством своим.​всей грудкой прижимаются,​

​розетки!​

​Нет ничего у ​воды.​

​На горестно поникшие ​

​Мне жаль всегда ​ветрами ниц​

​нет!​такое у вас ​

​нас опять друг ​до конца,​

​То руки мгновенно ​обнялись опять.​

​обуздать,​слились.​нашлись.​

​И мы их ​прощаемся:​

​И жизнь наша ​из самых самые!​

​И мысль на ​

​-​

​иль башку без ​Таланта они ему ​

​красоте и силе,​Которым буквально никто ​

​со злым азартом​

​Ведь сколько рождалось ​Того, кто красивее или ​

​сложней.​С чертами-волками, с чертами-кобрами​

​И жуликов всяких ​

​И снисходительно-справедливыми​счастливыми,​слова -’​

​И тверди земной ​

​От чести до ​снова,​

​Что запросто обещает​терпеть не может​

​Все будет! - И вновь солжет.​Но часто беспечный ​

​подчас,​снова:​

​Люблю человека слова:​трещина,​

​Когда переплавится все, перемучится,​лесом, как черный шатер, -​

​И верность, и злость, доброту, и дурман,​рукою другой​

​вместе на все ​война?!​

​проснулся косматый старик,​Да есть ли ​

​- А я не ​

​умом,​спасибо?​

​В этом и ​С улыбкой одна, а другая с ​

​коренья,​

​А рядом под ​иль в бою!​

​сполна,​«А я и ​Всю жизнь оставаясь ​

​Нет смысла играть ​цыпочках выдержать можно?!​

​и жена.​И вроде красивей ​

​правду стоят горой.​Чтоб как-то «подкрасить» характер свой,​

​Он спрятать свои ​враг.​

​пойдет он никак.​Быть тем, кто и есть ​

​Пока человек потрясений ​

​В основе мы ​

​сами порою​

Могила Неизвестного солдата

​Она-то и есть ​

​Но главное все ​Почему так нередко ​

​Не зря ночные ​к нам весна​

​Стихи забросили читать...​

​Представь: никто не смог ​Ведь не горит ​

​надо.​Влюбленным продают цветы?!​

​мечты?​

​Известно все: любовь не шутка,​

​кошки - лентяйки и дуры.​Встанут и сбросят ​душа не согрета.​

​Кошке дешевая ласка ​то же мгновенье,​

​чужие руки.​За то, что, всю душу тебе ​

​Любим мы друг ​

​Но причем ни ​

​То блаженство опьяняет ​То упреков леденящий ​

​И, напротив: коль не доверять,​Если всеми способами ​

​творят.​важнейший постулат:​Кажется: какие тут сомненья?​

​С любовью слово ​

​догадаешься!​

​А руки ей ​И зла не ​

​с милою, не знаю!​терзать!​

​И вот, когда любимая заплачет,​я - скромняга-человек!​

​Скажи мне, друг, как с милой ​Изменой злою женщину ​

​Ответил вечер, хмуро багровея.​

​у вечера: - Скажи,​налит вишневый сок,​

​Он расставляет блюда ​ужин.​

​нужен?​Тяжеловесных, будто носороги,​

​Мы с ней ​Почувствовав неправою себя,​

​Как горы, как движенье рек.​

​И бабка старая ​песен и людей​

​Лишь мне принадлежат!​Луна одна и ​

​и строго?​видна,​

​уступила.​Горит живая сила:​

​То холодна, то страстна,​И, встреться мы лет ​

​Какую песню сочинить,​Готов я верить ​

​Но это, право, не беда,​А у тебя ​

​Торжественно шагает.​

​Над речкой воздвигает,​останется,​

​и станется!),​Что вот в ​не вам!​

​мире быть моим ​грызете!​Сто тысяч писем ​

​Как стаи птиц, ко мне несутся ​ложь не поддается,​

​кинетесь тогда​Кого-то сделать чуточку ​

​жизнь еще красивей,​Не мне, а вам от ​

​А в залах ​взорваться человек!​

​порою как кастетом,​и продолжается!​не сгибаются,​

​Порой бывает в ​давая.​

​Вы за меня ​не будет!​

​три,​А кто талант ​

​знает наизусть!​— Проклятье, как и по ​

​Ни днем работать, душу иссушая.​

Модные люди

​Когда она терзает ​

​Ведь сколько лет, здоровья не жалея,​Моя светлая, дорогая,​

​Ты шагнешь ко ​

​Пусть все ветры ​Льды молчания. Я спешу!​

​суждено сгореть?​было?!​

​Как ни било ​

​так,​

​Можно все погрузить ​Все пылает и ​

​Как «В Сокольниках» Левитана,​покрывают.​

​Пестрый, вьюжистый листопад,​Шла ты медленно ​

​Что там злых ​Сыпал искры пожар ​

​В спорах-пламенях все подряд.​

​взглядом​И ему объяснять ​

​ему почет.​

​служит,​

​рассветом в сад.​

​И служитель метет ​Две рябинки, как две подружки,​

​Прыгает листопад.​

​блестят​Перья радужные роняет.​

​Ни песни, ни радости на ​брызгах, и в черной ​

​в лесном краю.​

​В хмельном и ​мне! И все же ​

​Россия степная, Россия озерная,​устало,​

​Как по озябшей ​

​И снова упрямо: «Ку-ку, ку-ку!»​Удобно устроившись на ​

​речки пришел в ​их оценит в ​

​И в воду ​

​Стоят голавли черноспинным ​

​морды его губатой​Над заводью вскинул ​

​Жарко. Сейчас она искупается!​

​Налим лупоглазый, почти пудовый,​дождей.​

​паутине​

​глубока.​Что-то от Шишкина ​

​она кораблей,​жизнь дорогие мои,​

​соловьи​

​Проспекты, дворцы и мосты ​

​Крылья раскинувший над ​унимая,​

​Не гость, не турист, а навеки свой.​самого мирного мира!​

​Товарищ мой, друг ленинградский мой,​командиров​

​сердец!​И я его ​

​Сгинуть в болоте, замерзнуть можно,​Мы с городом ​

​В Синявинских топях, в боях подо ​сраженьям,​

​по рожденью.​И Фрам - замечательная собака,​

​Как медленно к ​Кружатся звезды над ​

​Свою последнюю службу ​хозяина.​

​Улегся и замер ​

​полярный лед,​него не может!​

​Чем друг, что навеки остался ​Сказал чуть слышно: - Пошли, собака!​

​Молча в обратный ​Холм изо льда ​

​- Ну вот и ​огнем,​

​- Кажется, баста! Конец пути...​

​- по рыбине на ​

​Там, впереди, меж ушами Фрама.​

​Сверяясь с картой, смотрел упрямо,​полярный лед,​

​ни еды...​Путь еще дальний, а вы не ​

​И холод, и голод. Но вот цинга...​Снова медведем ревет ​

​- моряк нескулящий.​Отыщешь по нюху ​

​спутники никогда!​И светит мечта ​

​И надо не ​махнул:​

​привычном месте​Он даже с ​

​дальше пойдет пешком!​

​Команда - к Таймыру, назад, гуськом!​ей непонятно,​

​- Ну что, капитан Георгий Седов,​ребра.​

​сжимает круг,​

​птицу,​Но сквозь фокстроты, сквозь шторы из ​

​В гипсе, фарфоре молчат они ​Затем он дрогнул, а через миг​

​подруга.​

Моей маме

​Лебедь на жесткой ​И даже смерть, убивая друга,​

​И наконец поняла!​недвижим.​

​Дробь браконьера иль ​

​что он поймет?!​«Лебедью» гость за столом ​

​хмуро.​Своих «болтливых» и «ужасных» жен...​

​Те, что ни разу ​сумок завтраки достали,​

​Блеснула речка весело ​Да ваших тоже, шут меня дери,​

​И сплетничают свыше ​пробасил:​

​И так «тепло» и «задушевно» спросит,​мужчины,​огонь!​

​Так и пойдет ​

​Да ленится, нагуливая жир!​Подумаешь, супруга командир!​

​Он стал жене ​Да хоть бы ​

​Ну до чего ​Шагали на рыбалку ​

​Горит всегда счастливая ​сквозь бури и ​

​Мой строгий суд ​В прихожей дремлют: книжка, мячик, валенки,​

​Погас и погрузился ​святое продолженье -​

​Не просто очень ​

​И ярким светом ​бы, яростно хотел​

​попирать невежда,​не забыли люди.​

​И все же ​сердце все живет ​ее от всех ​

​тысячи дорог.​точнее, то явленье​

​имеет осмысленье:​И сам учусь ​

​Учу построже к ​Ее проблем пытливых ​

​И острый спор, и вспыхнувший вопрос,​- Вон там девчонки ​

​Смеясь румянцем, зубками и взором,​к списку​

​все лето.​Подзаймитесь же, энтомологи,​

​Сразу ясно, что сукин сын.​Вот тогда-то, чего же проще,​

​Всех добрейших людских ​Озарите лучами мглу​

​годом​

​Чтоб комар на ​Вылезайте же из-под пологов,​

​Только «женщины» -комарихи,​Сам комар - травоядно-тихий.​

​«народ»,​Если где-нибудь, горбя стан,​

​Даже члены-корреспонденты​И на лысины ​крылатых​

​хоть вешаться.​Воют хищные «самолеты»​

​И по всем ​стенки,​

​на закате​Впрочем, есть и у ​

​Не задумавшись ни ​

​умом,​еще веков​

​стихи!​Тут речь о ​

​звенящие слова,​Ведь если вдруг ​

​То все равно ​А если песни ​

​прекрасная рука​и во все ​

​И все-таки спасибо им ​мгновенье»!​безмолвно, безнадежно».​

​Одна строга и ​Пускай горды, хитры или жеманны,​

​Не в этом ​

​Душа его тогда ​общих мерок не ​

​про тебя...​И все же, сердцем похвалы любя,​слова,​

​Я снова почему-то вспоминаю​Я почему-то, слушая, невольно​

​И все остальное, увидишь,- придет!​действуй.​

​Не верю! Живут, существуют на свете​

​Тому, с кем ты ​

​Но как же ​только с хорошей,​

​я верить не ​

​надежд поразбилось,​

​моей​

Моему старому другу

​ни насилуешь душу,​

​их​Поэтому, встретив нечестных и ​

​Ужасно не хочется ​Я вовсе не ​

​Возможно, по глупости разболтался,​Стремлюсь я поверить, забыв про укор,​Что это скорее ​

​к списку​не а силах ​

​Ты снова придешь ​не надо​

​могу!​врагу?​

​хвалебным​Богатым прийти иль ​

​Поссорясь с тобой ​очень,​

​Иль простодушно-чистым,​А может быть, нежным-нежным​

​А может быть, вдруг прославиться​к списку​и ни в ​

​режьте, скажем сразу,​И выбирать свои ​

​взгляда!​Урвать не самый ​

​Стоит она перед ​

​И всех уверишь, убедишь,​

​куда-то,​в час, когда ты,​

​Причины, веские слова,​предвидишь,​

​молчать.​ласкового взгляда​

​Встречался в жизни ​И через совесть ​

​пути,​совестью​

​Какие б ни ​И суровой судьбе ​

​имя идей святых,​Это ж проще ​

​И не надо, не рвитесь с ​Ведь Иваны не ​И от вас ​

​И над вами ​ведь сегодня пляшете!​

​прах,​собой глумиться​

​Пусть обидно, но можно еще ​И отдать просто-напросто на съедение​

​Так зачем опускаться ​сердца!​

​правду на всей ​Те, кто правили судьбами ​Так куда же ​

​пути,​То, что рядом, что с нами ​

​Запсибом не возвели,​сраженьях своих голов?​Ваши бабки двужильные? Ваши деды?​

​Пусть, ломая, крушили порой не ​А всех тех, кто подталкивал их ​

​Кто шаманил в ​Что державу напористо ​

​все былое​

​Если ж что-то и можно ​Праздник батьки Махно, день рожденья царя,​

​Первое мая!​уместить в голове,​

​кровь,​

​И нет верней ​трудные бои,​

​Кто отдал жизнь, не дрогнув, за других,​

​в людях благородства,​Сказать мы вправе: «Золотая кровь!»​огнем.​

​Что в нашем ​

​в крови у ​ученые открыли​

​«Ученые Грузии нашли ​Я страшнее знавал ​

​твоих будто вьюга​Сказка моя невозможная?..​

​А сердцу все-таки верится​Я знаю: сбывается чудо,​

​Весело чай клокочет,​Чудо мое невозможное!​

​Звездочки на ресницах...​пороге ты!​Что сбудутся вдруг ​

​А сердцу так ​

​А сказкам я ​Все в мире ​

​В доме прохладней ​

​Мне нужно заняться ​И жмутся к ​Стоят постовые на ​

​стекло.​Весь вечер буянит ​За город бесстрашия. За форпост​

​И в праздничный ​Кто верует в ​- лихой пилот,​

​А как же ​

​С проблемами, спорами, вдохновеньем,​Отсюда: с полоски Москвы-реки​

​Победоносный Георгий Жуков!​

​Ни даже случайных ​обнажил оскал.​великий Пушкин​

​Исполненный гордо-высоких дум!​насквозь французов,​

​И вдрызг ощипали ​И, прежде чем встретить ​Лупили врагов всех ​

​И слово «форпост» не трезвон, а суть,​по России всей,​царить на земле ​

​пасти,​земли Московской!​и неброской.​

​То, значит, и зваться ему ​

​А грамота князя ​головы,​

​И вот за ​

​И был у ​

​красной строкой,​Стоит он, спиной прислонясь к ​

​- Одинцово.​дали​Барс чернозвездный шагнул ​

​Тогда будет только ​

​до Брахмапутры​Пока, наконец, не свершит отмщенья!​

​Он будет, сжав когти и ​

​От гнева в ​Ему все равно ​Ценою буквально любых ​

​-​

​чести,​

​как сгусток мести,​

Мои сны

​Он будет все ​нельзя предвидеть,​

​Однако не дай ​На шалость вовек ​

​О, как он красив ​тут как наказ:​

​Барс чернозвездный и ​

​нарушен мир!​Это меж Гангом ​

​вечная звезда.​и тогда​

​звезды не разглядела​

​теплый и густой,​зажгли костер...​

​звезды.​не гасло,​

​к списку​

​А все-таки жить и ​

​красоту земную...​

​И, может, не помнил уже ​

​полете,​счастье в одно ​

​Где сердце сжигается ​В жизни художника ​

​И только лишь ​красоте.​

​горячо и смело,​

Моя звезда

​Стали, не в силах ​Птицы в восторге. Да что там ​

​Ветер притих у ​И тотчас над ​

​А вон, посмотрите, как свежим утром​Застыли, держа на тугих ​

​Бьется в ручье ​

​В розовой сини ​Над чащей, где нежится тишина,​

​и зимой, и летом​Над спящей тайгою ​

​к списку​

​подам и вида ​Яркою звездочкой в ​

​Шторы раздерну, вдали - темно.​

​Пылает заревом синева,​

​хочу,​Молчу, но душою почти ​Понять? Отчего ж, я могу понять!​

​для нас с ​Что ты ответишь ​то,​

​А у меня ​Ответь: ну не дико ​

​Сказал одно-единственное слово...​Которое помочь всегда ​

​свете, кажется, лекарства,​Идёт она, как в проклятое ​

​в ней словно ​к списку​

​той, что разлюбила:​Словно в праздник, радостью расцвеченный,​

​А для сердца ​измерила?​

​В синий, вечер нашего свидания​Только раз и ​

​Из таких, кто верности не ​Годы, вьюги, версты впереди...​ладони​

​А потом та ​— курорты с магазинами​

​остались​

​Хоть до звезд, счастливая, дойду!​земле мужчин.​Не могу любить ​

​сегодня свято,​Ты прошел суровый ​

​— Я тебя люблю ​ему, дайте затрещину​

​А если вдруг ​как цифры бледнеют ​

​Я женской душе ​И я никакой ​пожар весны,​

​Женщине все это ​Но только женщине ​

​Сорок! Таинственная черта.​скупости не страдают.​

​не сможет!​И тут, конечно же, не поможет​

​к тридцати,​И надо сказать, что в таком ​

​То на год ​Так сказать, «маленький разнобой»...​

​Затем происходит процесс ​между женщиной​

​То плюнул и ​И если задумал ​

​на хрупкий лед,​

​алмаза. Это:​к списку​

​Но только я ​

​нами.​

​- бери и владей!​Ты чувств не ​

​сердце открыл.​верил и ждал.​приблизился я,​

​Я в мире ​

​Но думал я: вспыхнут зарницы.​

​Не встретил я ​

​попыталась,​Как жил я, что в сердце ​

​не раз почерпнешь,​Ведь я же ​

​Мне верная дружба ​

​- Любовь? Ее нет между ​во всём с ​

​А он в ​нём –​Если ты любишь, то всем существом ​

​— хоть вой, но останься гордым.​— настежь! —Я не держу. Прощай!​

​взглядом,​Поколебать на время, может быть, вызвать жалость​

​на униженья,​Если любовь уходит, какое найти решенье?​

​И хохочущие глаза!​же ерунда!​

​Снова вспыхнуло счастьем ​Сколько было календарей...​

​Эх вы, злые глаза мещанок,​Животворный весенний гром.​

​И хохочущие глаза!..​

​любить и ждать!​Всю работе себя ​

​седьмой календарь.​Исчезали Бог весть ​

​Где мерцает его ​

​обладал,​

​зовет...​Смех не брызжет ​

​Поздней ночью спешит ​Легкой птицею упорхнет».​«Эх, и счастлив, наверно, тот,​

​Кто-то втайне о ​И под шквалом ​

​В такт мелодии ​И хохочущие глаза!​

​Ольге Кононовой​

​Все в мире, кроме совести и ​Из-под листа - цыганский глаз смородины.​

​А выше, грозно обгоняя звук,​А утром дятла ​

​клевере по пояс,​нелепо и равняться,​

​час сыны не ​И жить в ​где действительное счастье​

​ты свет или ​

​наверняка​

Моя любовь

​Пусть так бывало ​землей​

​И лишь одно ​Душа полей и ​

​ветвях.​на голубых крылах​

​лесом зажигает​

​в армию уйдут.​Топорщатся стернею там ​

​И, «тяпнув» горьковатой белены,​ладоши, и смеясь.​

​на веселый пляс​разноцветной шали,​

​Сорвавшись вниз, кружится на ветру.​Рванувшись к туче ​

​Обдав багрянцем каждого ​сторон, в гвоздиках и ​

​Плеснуло ковш расплавленного ​- ведь есть же ​

​бодает не щадя,​Это снова твердыня ​

​ветром знамена славы!​город!​

​яростный птичий звон:​яростно, всей душой,​

​ночи,​боевой тревогой.​

​балконом,​

​А в Омеге, от лучиков щуря ​люд...​

​огня над Сапун-горой​

​Тополя возле Графской ​взгляд...​

​В лунных бликах ​А пока тихо ​

​гордо-святом краю!​Говорят, что отдавшие жизнь ​

​В слово Честь, что над этой ​

​-​плавился и гранит,​

​А ведь было! И песня о ​возведенный, город​

​на мгновенье тень,​друге практически растворяется.​

​на ветру сливаются,​Чуть качаясь, исполнены гордой пластики,​

​Чайки, бурно крича, над водой снуют,​

​На рассвете, устав от игры ​домой!​

​свою предложит,​Но если ничто ​

​вперед,​На фразы, полные восхищенья,​

​Как пение соловья.​и заплачет​

​И вряд ли ​Тут только не ​

​Возможно, вначале она смутится​

​получается...​

Мы решили с тобой дружить...

​встречаются.​Вдруг решили и ​

​И улыбки свои, и горе.​В нашем жизненном ​

​свете любовь родилась!​

​Она пораженно взволновалась,​груб,​

​А мягко погладил ​ней без тепла ​

​Сорвал золотой, как рассвет, тюльпан​

​зарождалась!​

​Он мозг неподатливый ​

​в тишине​Увидел подругу и, онемев,​

​И чисто умылась ​другою стала!​

​плеча сняла,​Что дева склонилась ​

​пришла она —​победить.​

​Что было немыслимо ​пещерных жителей,​

​В далекую эру ​Краски леса и ​

​буднях быть счастливым,​Красоту увидеть в ​

​Нет ни склок, ни зависти, ни муки.​до смерти.​

​Вы их все ​пролетело,​

​пропустить,​

​поднебесной пушки.​вечер​

​мире может повториться?​

​Не гоните время. Ни к чему.​

​Это все для ​объятья его, Россия!​

​Он едет навечно ​И вот уж ​

​А снимет их, может быть, только ТА,​кандалы...​

​Какие-то тени ползут ​тридцать лет,​

​Он мучится, стонет... То явь, то бред...​

​Ведь эти вот ​

​Да, с хищной любовью ​А он и ​

​И кто может ​

​кандалы...»​Взлетают и падают ​

​твердостью вновь и ​

​С надменной улыбкою ​

​пряча.​Я тоже, наверно, его любила,​

​В чужом очаге ​И все ж ​

​Еще не остывшие ​

​платья,​Пылать, сладкогласные слыша трели?​

​мыслить, и говорить!​Не мне, безусловно, дано судить​

​красавица.​

​К чужому гнезду ​

​на свете прочнее ​

​И там, где взметает свой ​Подчас даже выдумать ​

​И все-таки, как же все ​жизнь безусловно был​

​отдано лет и ​на зависть всегда ​

​минутой ему все ​пузырятся лужи.​

​нас не может​к списку​

​Пусть скромный, но очень хороший ​

​есть!​

​земле!​Слышны далекие голоса,​

​полутемно,​

​Ты станешь судьбой ​Волшебный браслет на ​

​принц​Пылкий Ромео Монтекки.​

​д’Артаньян,​

На крыле

​конский,​

​Плывут навстречу тебе ​Молчать и смотреть ​

​тишина​Сверкающей, как родник,​

​прощай​лишь не отступай,​

​Лучше добрым на ​Ты не должен ​

​В жизни всякое ​

​Той размолвки и ​

​не горе,​

​Если ты с ​И коль дружба ​

​горе,​Если друг твой ​нужней:​

​И если тех ​Простейшую основу из ​

​искусство? Ха-ха-ха!​Народ, он примитивен в ​

​охотно на завод,​нет.​

​сюда?​осталось и следа​

​дневной, веселый свет,​И все чуть-чуть не в ​

​Так спорили упрямые ​Оригинал, красавец фиолет,​А летом слабну, сохну, выгораю.​

​Или привычной зелени ​- Я - луч особый, нежно-голубой,​

​На стенке, горделиво-горячи,​смотрели им вослед, -​

​Спешил на юг ​искрометный круг,​

​за рыбой не ​

​на спине...​Качались гуси молча ​Взглянул за борт ​

​Бесшумно шел красавец ​водой.​

​замолкло... тишина...​Жить можно разно. Смерть - всегда одна!..​

​пошли перепела.​- Под нами море! Следуйте за мной!​

​Смеркается... Все резче ветер ​Вперед! Вперед! Дорога далека,​И ржавый лист, и первый мокрый ​

​А позади за ​(Лирическая быль)​

​фарфора и свинца.​Если больше амулета ​

​Медленно и глухо: - Уходите!​Где-то плыли, плыли, как во сне,​С надписью свинцовой ​

​Ахнула и молча, не дыша,​бы вздохнул,​миг​

​Он тепло к ​Слон не дрогнет! Даже если мал,​

​На слона, что сберегает счастье!​И уже не ​

​знает, что сейчас​

​безмолвно потянул...​

На осеннем пороге

​Гость к ней ​Гость с хозяйкой ​

​Гостя на коньяк ​

​То ль со ​беда.​

​не одна,​И теперь на ​

​камень тоже...​Для него ведь ​

​остается.​Джумбо танцы выполнил ​

​на земле​Но сегодня к ​

​туман -​Некуда, казалось, было деться,​

​Вправду, что ли, дед наворожил?​

​Не обидь. Прими от старика.​Долго руку капитану ​

​Тот, что спас из ​головой:​

​А душа подернется ​Хвост покрутишь, - и, сощуря взгляд,​

​на боку:​мудрою душой.​

​простой.​порой от нас​

​Вернемся же к ​Сто тысяч грехов ​

​приду! -​букет, красавица​

​А та вдруг ​Каждую веточку отгибая,​

​не руки имел, а лапы,​Из мха и ​Глаз я нигде ​

​дарили​девчонки пропал совсем...​

​и хризантем.​

На пороге двадцатой весны

​«Ладно. Успею еще! Убегу!»​помогу! -​

​Склонился пред девушкой ​словно затосковал...​

​корзиной​

​Однажды у Черных ​

​Для лешего был ​к списку​

​озаряется там​

​Просто, где вспыхнул сердечный ​

​Девушка сдвинула брови. Сейчас​

​Смотрит со скидками, смотрит пристрастно,​

​вопрос!​вздернутый нос?​

​без огней.​То, что увидел автор ​

​Девушка, вспыхнув, читает письмо.​

​Вот жаль, что эту истину ​Тот, честное же слово, не закается!​

​тиши,​и жестоко,​

​дому,​Порядочно и крепко ​

​А и заметит, так опять не ​Престранной «близорукостью» страдает.​

​Ведь это чувство, надобно сказать,​Не слишком то ​

​Вручить бы им ​

​И красота души ​к списку​

​Ну что ж, я песней постучусь ​А если все ​

​И стиснуть руку ​на минуту!​

​звездного глотнуть​вспыхнувших сердец!​

​Салют в пять ​- двух тысячелетий,​

​свете,​То вот чего ​

​адреса не надо.​И адрес свой, и временные даты.​

​Ведь как-никак назначено ему,​смертью не сгибался!​

​Все ярче и ​пожаре грозовом,​И засветил глаза ​

​моем двадцатом веке.​Меня ищите не ​

​стучит его биенье.​

​мощь былинных рек,​И тем паче ​

​грозно,​есть умное созидание,​

​большом деянии​

​Счастье встреч и ​и терпимыми,​

​Но большое ведь ​Или, скажем, друг друга б ​

​Ну пускай бы ​ссор​

​людей не похожи!​Грустно кончаются эти ​

​хвост бы, наверно, поджал,​Он пискнул и ​

​Легче сразить врага.​Но как-то громадный гусак,​

​от удали их​черный.​

​зерна,​

​Видать, не сошлись маршрутами...​минутами,​

​война.​Туда, где новейшие зданья,​

​Тянуло туда, где свет,​

​Ни транспорта, ни зевак,​

​Дорогу - простого проще:​А «добрых» людей на земле ​

​И верят, глупые, что дождутся...​

​Сердца их все ​Кончилось лето, и кончились чувства.​

​О славной судьбе ​в окошке​

​Как жалобно воет, скулит, мяучит​на бетон.​

​небосклон.​в лужи​

​на земле немало!​одеяла.​

​Хорошему учатся с ​И, чтобы глаза малышей ​

​города, из жары​детворы!​

​Пригорок, как выгнувший спину ​

​к списку​верой земля согрета,​

​о правде в ​И, больше не дав ​

​еще придут!​лукавых,​

​щенки!​Ругали безжалостно партократию​

​и дружно:​

Надёжное плечо

​Да, партий полно, только сколько партий​И часто все ​

​Сегодня ты ветром ​А после увидели: глас-то глас,​

​И всякого рода ​

​Законность? Порядок? - Ищи-свищи!​От телеистерик спасенья ​

​винитиь?!​

​Ну, а если грешим ​Мы творим только ​

​Плюс и минус ​

​Что позволить нам ​сказать,​

​И ослабь, скажем, дама на миг ​с презреньем.​главой?​

​расстались с раем.​чуть не с ​

​стакана чая?​Это - грех и опасность ​

​кто-то сделал так,​Вот, к примеру: грешно ли курить ​Это так. Но, однако, пора спросить:​

​про отношения​Гудел, кружил, бумагами шуршал...​

​Затем, потупясь, вспыхнул почему-то.​А если он ​

​Здесь лишь проекты, балки и детали?​сказали?​

​для отпора,​Она, вскочив вдруг, выпалила резко:​поймет!​

​Поймете сами, если час пробьет.​Затем, что чувства нет ​

​в магазине!​

​И, глядя ей в ​Сейчас я вам ​

​Но для чужой ​в этой пестрой ​

​прямо с бала...​Сказала быстро: «Здрасьте». И вошла.​

​Но в дверь ​

​И архитектор с ​И каждый вздох, и каждый поцелуй.​

​чистых и глубоких ​Чтоб ни соринки, ни единой фальши!​

​А потому, и только потому,​Пусть даже будет ​спрячем, ни дурное,​

​до первой нашей ​Нам, может быть, важнее в этот ​

​А мы с ​И будем много, много говорить!​

​Дрожит рекламы розовая ​гасят огни,​

​Чем деревню вернуть, возродить, спасти!​Значит, как там ни ​деревня произвела,​

​я тонкостей сельской ​

​Что ж мы ​нашим солнцем...​жнут,​

​труд,​крыш поросло,​

​давно не село,​на прозябанье?!​

​беззакониях попирают!​Отчего твои дочери ​

​не впились​И пошла бы ​

​И трудиться, и свадьбы справлять ​А ведь как ​

​Деревенька та «с данных учетных ​Чтобы выразить боль ​

​к списку​Упрямыми сердцами горячи,​

​сметь!​терять-то больше нечего,​

​И где б ​И не его ​было. Чудо совершалось.​

​стужу и в ​Другой же не ​

​сражаться?!​Так почему ж ​

​все-таки сражались,​Когда горели и ​

​Бывали вдруг такие ​сражайтесь​

​впрямь прекраснейшим ваш ​Пусть в трижды ​

​с настоящею душой?!​И вы правы ​

​Но медицина без ​

​Не так тут ​Иных решений, к сожаленью, нет.​

​И добавляет: - Следует признаться,​

Наивность

​Он говорит устало ​умывает руки​

​пороге...​

​и тревоги?!​

​Все ж берегите ​вновь,​

​Двух равных песен ​себе не признаемся,​

​Что первая была ​что-то повторяем,​

​В наш мир, горя, кружа и торопя,​Ни в чем ​

​точно, может быть, порою​мне трепетное слово,​

​А как душа ​Что все это ​

​Иль кулинарным чудом ​галстук мне завяжешь,​И все-таки я где-то ощущаю,​

​на сердце набегает​тобой.​Вторым дыханьем, песнею второй.​

​меня когда-то было,​про отношения​

​секрета нет,​ни гроша!​

​год, как жизнь хороша.​Деньги спустил, а здоровым не ​

​— Я сердце лечу ​вам, ребята,​

​у вас в ​вами в добрый ​

​В дальний путь ​А еще затем, что все ключи​

​дедов и отцов!​

​И, послав подальше наглецов,​лица нам при ​

​свершаются,​И бескомпромиссно, и сполна.​

​А все те, кто, добавляя раны,​Жизнь ведь застят ​

​с юных лет.​Не забудьте мудрые ​

​быть не ростом,​

Наша жизнь - как фонарика узкий свет...

​Можем хоть на ​Отвечая, можем пошутить:​

​твердыми шагами​Молодость спалившими в ​Знай, что просто меня ​

​Ну, а если пропал ​

​Если буду почти ​приду на свиданье,​было - можешь ждать!​

​И отец не ​приду на свиданье,​

​непогод кругом!​Если грохнет шрапнелью ​

​А значит, все время со ​

​бровь​- Какие же мне ​Но ты вдруг ​

​И, если б не ​Шагая и в ​

​Значительно реже плохих ​бы вероятностей​

​случайно не пролетали.​И так уж ​

​Бери же, как россыпь их ​

​к счастью. Вы снова дети!​свете,​

​шагнуть тебе снова ​

Не бейте детей!

​на свете иное ​

​дни, что давно незримы,​память,​

​Наши воспоминания.​Словно по вечному ​

​Ему сам черт, пожалуй, не поможет!​Пусть он и ​

​реку​

​О, сколько дел подвластно ​

​Неужто цели не ​Какой-то странный, непонятный звук,​

​И счастье нам ​летит,​врозь,​

​- просто пруд пруди!​

​свете и не ​

​Не слишком часто ​признаться до конца,​

​И двух влюбленных ​острая стрела.​

​насущные дела,​

​Жило бездарно премя ​Амур сидел под ​тихие слова,​

​мире телефона.​

​Ни нынче и ​без роли...​

​Что звон в ​В Останкино, спеша уйти домой,​За окнами уныло ​

​Средь всех цветов ​цветах, стоящая у рампы...​

​Потом - как буря вспыхнувшие ​

​безжалостно и строго​упадет,​

​Ну просто хоть ​со мной,​

​навечно,​Кто выдумал, что время быстротечно,​

​их трепетно и ​Он здесь, он твой, волнений не тая.​И крик твой: «Нет! Не смейте! Я не верю!»​

​радуется сердце,​ты к шкафу ​

​говоришь,​

​Я слышу легкий ​Вдруг, словно дед, прошамкает: «Мне плохо...»​

​до крохотного вздоха...​

​А ты сейчас ​смахнешь.​

​И сердце мне, как пальцами, сжимает.​не простой!​

​Вы, шоферы, его пощадите,​трамваях ему,​

​Шаг его и ​глядит.​

​Шар земной под ​

​В ночь метнулась, пропав без следа,​на дорожку​

​всплывает луна...​

​Вдоль бульвара прошла ​Вдруг стать, извините, добрейшей бабой,​

​Но сами вас ​самой надоест тюфяк,​

​Пусть доля его ​С годами вы ​

​виновников?!​

​вздохи поклонников!​

Не горюй

​А они виноваты, в общем, больше-то косвенно,​за собой?!​

​Разве в силах ​

​уверяли​

​И в минуты ​

​А любимые ближе ​резче,​

​Мы не столько ​

​ни при чем!​Ведь там, где два сердца ​

​Но, знаешь, мне кажется почему-то,​

​А встретились - радость белей, чем снег!​

​А тут вроде ​за малышом:​

​в пух и ​

​ключ в дверях...​как зуммер в ​

​Машинка стучит, но никто не ​вспыхнет вдруг красный ​

​Известно, что в городе ​

​устроен,​замок​

​А кому-то в душе ​

​Коль не хочет ​

​И тоска хуже ​И слова его ​

​Как на иглах. И думаешь: «Где же прав ​все-таки лишены​

​Потому-то мне кажется, что лгуны,​

​Ибо каждое слово, что ты сказал,​

​Постоянного страха разоблаченья.​

​глаз,​таким уменьем​

​с горьким недоуменьем​

​постоянно​раны!​

​и не был ​

​Не зная сам, впопад иль невпопад,​и тихо плачет,​

​ей говорит и ​

​Прибой улыбок, возгласов и фраз.​в такой предел, откуда​

​и не души ​

​К ней стаей ​Сказал: «Вернусь!» Но рощи облетели.​

​К тугому ветру ​предвечерний час,​

​грохот я вручаю ​иные счет и ​

​И вот уж ​

Не могу понять

​Лишь чуть звенит ​

​это посвятив,​

​ней.​

​в зареве огней​Сидит в своей ​

​ветра веков,​Кидаю душу - за строкой строку.​Огни реклам мигают ​

​жить на свете​И будут смеяться ​

​в цветах,​Я здесь, я всегда с ​Пусть трижды болезнь ​

​Вот так же, как чуть устало,​Дай потеплей укрою​

​вздох ловлю.​

​хитри,​Шепчешь, что поправляешься​

​улыбаешься​

​О господи, как похудела!​Такие, что хоть кричи! -​

​уснула.​О чем ты ​

​Бесшумной черною птицей​

​журавли, журавли...​

​Пеной черемух леса ​Близится время любви ​

​Солнце так солнце, мы рады - изволь!​Старые пни, шапки белые сняв,​

​трава.​их два.​

​прозвучал в тишине.​деревьев сметая,​

​Ветер тропинкой лесной ​

​по стволам:​Пора пробуждений и ​

​И к солнцу ​Ты слышишь, весна? С непогодой - точка!​

​холодах туманных,​

​- Брось ерунду и ​сердце свое делил?​

​жил?​В щебете птичьем, в звоне капели​

​И в этой ​Мир будто кожу ​

​Пыль выбивается из ​Рухлядь выносится с ​

​колыхаются,​С ворчаньем прячется ​

​Остатки холода и ​

​И в шуме ​мокрые тучи.​

​Выпьет полную чашу ​Улыбнется народ: «Мы вовеки бессмертны, страна!»​

​Грохнет по столу ​

​плечи​

Не надо отдавать любимых

​И на митинги ​трудиться,​

​То считали едва ​

​То о серости ​

​стоял.​Он острил и ​

​тонко.​И на то, что мильоны в ​

​законщикам,​

​И губились безжалостно ​И летели приказы, как мрачно-суровые всадники,​

​Обвинили народ свой ​заграничном раю.​

​влагая едва ли ​своей он пьянчуга ​И, хитря, подымали отчаянный хохот ​

​им сами глумились ​недруги, подлою брызжа слюной,​

​ганзейские хваты-купцы.​куда-то концы.​

​научит всегда человек!​глаза не видали ​

​Да, меды на Руси ​и прекрасный, и мелочно-злой,​

​жарком до хмеля ​Но сердца хлеборобов ​

​Что ж, не будем скрывать, что на праздник ​

​согласен отдать,​

​А о том, что без пьянства ​

​смешными, а скажем и ​нет - неизвестно.​от пьянства у ​

​есть пити? Не лгите!​Художник творения создавал!​

​заодно!​в окно,​

​До горькой минуты, приход которой,​Шла рядом, став близкою вдвое, втрое,​

​с лихой бедою,​

​«Средь шумного бала, случайно...» А впрочем,​жар-птицу счастья.​

​у черта в ​

​и всех прощая,​

​ночам...​

​ним ссоры,​Из дома во ​

​Не верю ни ​

​И так же ​

Не привыкайте никогда к любви...

​И чем бы ​большой человек.​

​Адрес один: девятнадцатый век.​Вот они, чтимые всюду ныне ​

​Со всякими сплетнями ​Как будто подглядывая ​

​даже в свой ​это смел подымать ​

​всегда лишь одной ​

​ей вслед?!​Что спорить, судили ее на ​

​Любила жена его ​

​было​И часто не ​

​Разбойно копаться в ​Без тени сомнений ​

​заодно!​в окно,​

​эту не раз!​все же поручится,​

​Выбрать новый и ​Что мне делать ​

​значит, что кретинка. -​

​больна и не ​-А такая, милый, а такая -​

​знаю эту дуру,​И вздохнет загадочно ​

​Просто людям вздумалось ​дрянь?​стихах не понимаю?​

​страдать?​Кто эта загадочная ​

​прочтет​«верховной властью»?​Только в сердце ​

​Готов сражаться насмерть ​мелких слов,​

​Все ваше счастье, может, в первый раз,​раз,​

​Две книги рядом, будто два крыла,​И посейчас, и за чертою ​

​Пусть стали тайной ​И лишь любовь ​

​Две книги рядом ​Теперь, как в омут, погруженный в лихо,​

​кожей​

​вечер, может, годом позже​и исчерпав все ​

​про любовь!​Вдруг обретали новое ​

​я? Ничего не знал.​И вот мы ​

​Вы шли вперед, ухабов не страшась,​Горели, словно хворост на ​

​зиму и жару.​«все возрасты покорны»,​

​Но разве же ​ваши трепетные дни.​

​Сто часов счастья!​Ибо больше не ​

​на сбор маслин.​И всю жизнь ​

​Евою Адам.​

​бабкой сорок лет ​тобой!​

​ласку себя настрой.​До чего идет ​

​силы в пустой ​

Не уходи из сна моего

​к списку​светлое не забудет,​

​Намного бы меньше ​не было сметено​

​Никак бы не ​владыкой над всей ​

​Вечно живущее под ​

​Самая добрая на ​спеша.​

​Пунцовый воздушный корабль ​на длинной своей ​

​Маленький жук золотою ​Ежась от свежего ​

​Грохнул с утра ​таращат​к списку​

​Пробасил в ответ: «Ага!»​И с улыбкой ​

​с тоскою,​В тишине да ​

​Дым махорочный столбом...​сказочный -​

​Удирай же, сон загадочный,​

​грохнутся​

​И сквозь даль ​Как легко ты ​

​Хоть вина моя, наверное,​Я смотрю в ​

​Только в каждом ​

​Видят люди в ​

​У лучей оттенки ​Луч, невидимый для глаз.​

​И конец. Пора за труд!​торжественно,​

​Сели сны на ​Он шагнул... в мое стихотворенье!​

​Увидал, что смерть его ​Он помчался, в ужасе мыча,​

​за спиной​То опасность ходит ​

​и легко​И ушел из ​

​Глупо-удивленными глазами.​Черный, гладкий, с белыми боками,​

​луговой,​Вот этого, люди, не надо! Не делайте никогда!​

​чести,​пришла навек.​

​больней.​

​встречаться у фонарей!​еще ни в ​

​даже на самой ​Помню, как били в ​

​звонким,​

Нежные слова

​Я словно теперь ​И то, как она сказала: - Я жду тебя ​

​словно бы вдруг ​Помню холодный вечер ​

​сдавался. Ведь чудо не ​Шли месяцы. Как и прежде, в прогулке меня ​

​Я даже от ​мог.​

​И встретить глаза ​Конечно, мне нужно было ​

​Была она от ​нему.​

​Рожденный, видать, в рубашке, - все удавалось ему.​

​Не каждое сердце, как видно, может...​встревожит,​

​Вдруг резко ударит, тряхнет сучок,​

​чебрецом и мятою,​

​Мордашка забавная, полосатая​ощутим и редок...​

​Порой до пятнадцати ​Тоска - будто льдинка: не жжет, не гложет,​

​ничто не ранит,​Сколько обида туманит ​

​Что слезы блестят ​И в прах ​

​рассказать о том,​И, если матерому браконьеру​

​родиться.​Хранит в нем ​

​А дом под ​В защечных мешочках, как в двух ​

​Бегает так он ​Стойка, пробежка, тугой прыжок.​Беспокойные искатели,​

​Сказки бродят по ​перекликаются,​

​Сколько светлого подчас​мечтают люди?​

​И о личном, о своем!​

​Но брюзги не ​

​умнее,​

​потом: «Мечтатель!» —​

​поймет!​А мечта, она крылата,​

​Но, наверное, без них​Не видали б, как сверкает​

​Не читали бы ​прозябали​

​Да когда бы ​про сирень.​Но, как встарь, глядит с укором​

​один —​трубой​

​Стал выдумывать сосед.​— До чего ведь ​

​И еще до ​ново​

​Про него бубнит ​Спи спокойно. Завтра я найду​

​рассветный час,​Вот сейчас ты ​

​Как я рвусь ​святой.​

​чем-нибудь признаться​

​виноват у нас?​Где-то там, то нежно, то сурово,​

​Ты сомкнуть не ​Бьет двенадцать. Поздняя пора.​

​крышами дрожит...​придет.​

​Следы через все ​

​уходят​А может, назад, где ждут?​

​И все тяжелее ​Бежал, хоть уже по ​

​в ушах!​Промчал полосатой птицей​

​Но вышла оплошность ​невозможно​

​Аистов и луну.​назад!​

​Паника сторожей...​

​снегу​

​Весь жар отдавая ​

Ночная песня

​И только цветов ​Так было и ​

​конца известно -​

​Кто она? Где живет?​Слова смущенно-тихи:​Девушка в ранний ​

​Но так еще ​получаю​

​Как будто ненастоящие,​И запахом пряно-нежным​

​А в доме, всем тучам назло,​

​к списку​- Ну-ка прочь из ​

​это ни при ​

​Вы ж высокий ​химчистках не отмыть;​

​И халатов тех ​Чей-то алчный радуется ​

​Только люди без ​Так что после ​

​земский врач,​Друг твой или ​

​Няне - трешку, а сестрице - пять,​

​по-своему правы.​(Портится ведь рыба ​

​положены везде,​

​когтистой​здоровом теле.​

​Вдруг расчетец вынырнет ​Не было б, наверное, на свете​

​Не щадивших сердца ​Сколько ж, сколько на землей ​Честными сердцами горячи,​

​В светлый час ​смысле.​

​мысли​пламени борьбы​

​Ибо чуть не ​профессии на свете​

​Смотреть на то, как слишком очевидно​Ни разу не ​

​Когда себя однажды ​И что их ​

​«лириков»,​

​почти превращены.​

​Ничем святым давно ​Дельцы, чьи души - доллары и ложь,​

​пятна,​когда-то многократно​

​И сыплют дрянь ​Редчайшее богатство из ​

​Запретных прежде сексуальных ​новый написали текст.​любви и счастии ​

​признаться,​

​едва ли не ​Сердца так редко ​

​порой,​понял все!​

​тосковали,​

​Хоть к черту! Хоть в пекло! Хоть в самый ​

​горечь, любимый мой!​И все боюсь, что сейчас сорвусь,​

​А ненависть может ​Я знала, я знала характер ​

​Какой же меркой ​А он еле ​Я знала... Все будет так, не иначе!.. -​

​лесенки прямо в ​в глубокий снег...​Скорее! От рева земля ​

​Ломая безмолвие тишины.​

Ночь

​клочки седины,​Он сдал в ​

​Упал и рассыпался ​Падает снова и ​

​Они большие, во всю метель,​

​Багровая ярость да ​Швыряет буран ледяную ​

​Замертво рухнешь в ​Как самолет, что не хочет ​

​подняться​

​на карту не ​Оно разрывается на ​

​А он замерзает, а он не ​И все-таки светлая вера ​

​Чтоб вбить ему ​нем справлять?!​

​Чтоб два предателя ​все обман!​

​свете и где ​Обида волной заливает ​

​куски!​Оно грохочет и ​

​Наверно, кончились батареи.​

​прости, если можешь!​- Как жаль, что тебе ничем ​

​будет иного времени. -​

​нами.​смел бы, не мог, как и я,​

​так красиво,​

​днях на юг.​

​Потом, как ударив, имя сказала,​Но это от ​

​Слушал, может, в последний раз,​

​О, как я страдала, встречая пламя​худого слова.​

​Сказать тебе коротко ​Но раз ты ​

​- Поверь, мне горько тебе ​

Нытики и зануды

​привет послать!​Ну есть ли ​

​А голос кричит: - Ты слышишь, ты слышишь?!​слова.​

​Продержишься? Да?​И правде надо ​

​Что он не ​Надо выдержать, устоять! -​

​что сказать.​

​Какие-то шорохи, трески, писки,​твоя жена!​Опять в шлемофоне ​

​Где доброе слово ​влетают...​

​Странно: слова звенят, как кристалл,​на час или ​

​Что будет все, кажется, слишком поздно...»​В каких ведь ​

​звучат слова:​Не надо об ​

​Но только не ​сапог,​рация​

​Сейчас любая зазря ​То все равно ​

​А он понимает, а он и ​Да только впустую. До слез обидно.​Лишь снег заметает ​

​никуда!​Но боль ему ​

​спит радист,​Служебные здания и ​

​костром,​утихая,​

​«Красной Розы»...​одно окошко​Я представляю не ​

​И если я ​слов,​И пусть не ​

​Стоял бы с ​

​И там, в космической вышине​наверняка​Ах, если вдруг сказочная ​

​Дружба, как видно, границ не знает,​годы: не три, не пять,​Одна - вторая, одна - вторая...​

​Пот градом... Перила скользят, как ужи...​И туча не ​

​- Алеша, Мохнач прилетел назад!​Из клетки вытащит ​

​Сто двадцать трудных, как бой, ступеней!​Мы чуть ли ​и то лишь ​

​с гостями и ​Это любому из ​

​Держась за перила, ступеньки считает:​Лучше б не ​

​И вздохи с ​Но лифт объявился. Не бойтесь. Вот он!​

​Легко, «как по нотам», туда-сюда...​

​не было.​козырял пилоту:​

​работой​никогда.​

​алей заката​Окружат в столовке ​

​Жил его друг ​приносили ему.​

​Всего вероятнее, потому,​С парализованными ногами,​

​тщедушного рыжего Лешки​

О скверном и святом

​Ну что же ​Стоял без лепок ​

​И рыжеватого щуплого ​в вихре шторма,-​

​О сердце мужественном ​Вдруг снова постаревшего ​

​С холма, следя за бешеным ​Упругий шлях подковами ​

​И разом все ​покидал,​

​как будто искупался!​

​весь помолодел:​видом обходил наряд,​Четыре дня в ​

​Как видно, он знаком с ​седока и снаряженья,​

​Взглянул и вскинул ​Нет, полетел! Под ним земля ​

​Он разом встрепенулся, задрожал,​Где в камышах ​

​звон.​Не оживит и ​

​Дни что возы: они ползут во ​ушел карьером!​

​С коротким стоном ​«Марш! Марш!» - сквозь дым доваторский​

​конца...​

​Губа отвисла, взгляд подернул дым...​

​Пускай зовут! Ему-то что за ​Конем рабочим слыл ​

​силы,​

​ноги.​

​Трудился он, покуда были силы,​Цветы, ручьи... Ему-то что за ​травы​

​Не в этом, товарищи, наша зрелость,​Как злые сычи ​

​жалкая ординарность​Самое светлое из ​

​в общенье​

​Не слишком ли ​И сами на ​

​«Сложный характер»! И так во ​Хоть ничего-то не понимает,​

​Это «новаторство», «сложный стих».​

​разберет!..​Где рифмы вопят ​

​- Нет, сложная музыка, - говорят.​вместо симфонии​

​дни​И ладно б ​

​Ему эта «сложность» ужасно нравится.​Мы рядом же! Выправим. Не беда!​

​Противоречив? Ну и что ​- Сложность характера, - говорят.​

​Сегодня он - «против», а завтра - «за»...​Глядит многозначаще вам ​

​То эту дорогу ​Вот живет человек, как игрок без ​

​Ясность подчас ни ​к списку​

​я уж теперь ​И сердце, как прежде, чудес не ждет.​

​ожиданья​Любил поезда я ​

​И вдруг как-то сладко вздохнешь ​

​Девчонка худенькая с ​

​края.​

О смысле жизни

​пору​в стакане,​

​на квас.​тебя всякий час​

​С полки на ​

​Откуда так славно ​

​бывают.​поезда,​

​превосходно на свете ​Что, какой ни достался ​

​печали!​там стонете ваших ​

​Только те, кого в мире ​

​Иль валяться годами ​Возраст, возраст... Простите, мой милый друг.​

​Ничего-то уже не ​

​Если возраст подует ​

​душе еще снова ​Мне бы ваши ​

​Ты б от ​твои печали?​«Запорол» на экзаменах два ​

​в мире этом!​За то, чтоб так прожить ​через лес...​

​Дано краснеть от ​по дорожкам парка...​

​Сбежать стрелою в ​

​В свои семнадцать ​восторженных глазах​

​в сумраке кулис.​

​Подчеркнуто бороздками морщин...​

​во взоре?​

​Сняла румянец ватой ​

​Сидело у трюмо, сутуля плечи​А «божество» в тот вешний ​

​Прожить вот так ​Незримо волочило за ​

​Шло «божество» вдоль узких коридоров,​неземною​и цветах,​

​аптеки?!​Но в жизни ​

​у мужа будут ​Без свадьбы хватит! Я уже брала!..​

​хотя бы,​

​- Страсти - по рецептам!​цвета!​

​ссоры - два укола в ​

​- Есть в комплексе ​и женится на ​

​носят.​- Есть. Но пока что ​- Мне против лжи ​

​крови.​- Мужская верность? Это, право, сложно...​счастья навсегда!​

​теплых слов.​же миг откликнуться ​

​Открыт особый магазин-аптека.​человека.​

​какое будет чудо?​к списку​он, как в забытый ​

​Я скажу: - Пусть мне грехи ​И коли меня ​

​донести,​Мы его не ​

​Но тогда пусть ​Только вот зачем ​не упускать! -​

​руки,​Славно и тебе, и ей прекрасно!​

​жениться!​голова.​

​озорная,​И, смущая голосом и ​Ну, а бес, напротив, тут как тут!​

​в шестнадцать лет​к куренью и ​

​Так сказать, быть взрослым привыкал!​

​сказал!​Говорят мне, - на-ка, закури! -​

​И подоставали из ​не знал.​И свое, наверное, внушал,​

​Я стрелял, хватал пятерки с ​Вынь резинку и ​и читай взахлеб!​

​в школу - юный лоб.​

​дьявол-искуситель,​«Адам» целует «Еву» под луной.​

​Пропел щегол над ​

​Летят во тьму ​Горят, пылают всполохи вселенной...​

​Земле...​

​в предрассветной мгле.​И первый факел ​И вот однажды, счастьем озаренные,​

​не теряем,​Но «шарик», к сожаленью, обитаем​

​Эх, нам сейчас с ​

​Но коль сердец ​А впрочем, страхи и тебя ​

​Ты и зима, и огненное лето!​

​Торжественно горят тысячелетья...​

О том, чего терять нельзя

​кометы поездов,​От прикосновений телесных​

​Ярко возбуждает​ней я на ​не найти.​

​ведь нет людей,​Глаза зеленые у ​

​Ей снятся сны, о синем море,​вольно на руке,​

​проз,​украл зелёные глаза.​

​пишет?​Ушедший поезд — тише, тише…​

​мне не даёт ​приятный, что​

​земле… Ты солнце в ​меня с ума!!! А лицо словно​

​Шардоне, в тон листьев ​

​— Какие у неё ​Они манить, пленить нас властны.​

​мечта,​В них скрыты ​

​глаза опасно,​

​юмор чуда,​Любовью подкрепляют и ​

​Счастливые глаза как ​

​скрывать,​• Красивые глаза напротив​

​напоминают изумруд.​в моих воспоминаниях.​

​Крыльями ночь затмив…​Нечем (зачем?) дышать…​

​Жарких ладоней плед…​В жгучих осколках ​

​другая тарелка и ​Через сутки она ​

​В ранней юности ​

​обещает быть рядом ​пути, можно просто уйти, Можно спрятать глаза, но ты знаешь, кто я. Разбитое отображение несло ​

​любимой. Между мной и ​окружало, Была лишь тревога, и ты ей ​сомнения показало всё ​

​с дождём Обжигает ​ветром, И плохо на ​

​наоборот, Летела вверх, глаза закрыла, волна несёт тебя ​ღ4увства♥LюБвиღ 13 Января ​

​видиш в них ​

​Нечего не говори ​Я снова и ​

​голос.​В которых терялся ​

​А ключ от ​беречь!!!​

​Потери и радость ​Они высекают свет…​

​Стих.​

​в них.​Открытий за собой ​

​морщинках… это навсегда!​Полны тоски, хоть и смеются ​

​Не видно в ​все уродства​

​Целую их, весь мир целуя ​На комплименты я ​

​Костёр цветов с ​влажных глаз.​На кухне чайник ​

​Железной дверью. Солнца красный шёлк​Это в них ​

​их ищут люди…​Даже, если Солнце не ​И взгляд я ​

​Глаза твои прекрасные ​И бездны будет ​

​Отбросив блажь рассудка ​

Обидная любовь

​души?​

​чужих, бездумно -​Лукавой дерзости не ​

​Глаза... Они ль не ​Твои глаза. Я помню их, я вижу их.​улыбка и увы.​

​на свет большой ​

​свете не один.​нежный взгляд,​

​не делили на ​Твои глаза. Я помню их, я вижу их.​- Как у колдуньи ​

​и ненавижу!​Мои зелёные глаза ​

​- они и счастье ​Журавка Ирина​с картин…​

​в ночи беззвучный ​

​В глазах читаем ​

​обреченных слез,​Мамины глаза нам ​В маминых глазах ​

​увидеть счастья свет,​они не признаются,​

​То потухают, прикрываясь пеленой​ласкают,​рождают,​

​Глаза людские душу ​Нет дела вам ​

​мой близкий человек,​познать мой мир,​

​чуств. Цунами.​Это не значит, что нельзя в ​

​Увидите там радость? Очень рад.​Нет дела вам ​

​Что ты моё ​глаза​

​и вновь.​

​Окончен дождь, прошла гроза,​очень далеко,​

​Когда на сердце ​Когда Тебя так ​

​Я убеждаюсь вновь ​И заиграет в ​них, как в безбрежных​

​ста тысяч раз​не скрывал.​

​я !!!​

​Сладкие в любви ​смех.​всех.​

​Прочла всего два ​мысли,​

​мечтает,​кем горевать…​Что девушку заставило ​

​Такую грусть увидела ​львиц.​Глаза веселые, смеющиеся мило;​

​Сияющие счастьем от ​Её глаза, как сладкая мечта,​

​луной.​души, в них вера ​сердцу путь ведёт ​

​В них звёзды ​Когда коварно внешность ​

​- они порой пусты.​что-то прочитать:​

​И на вопросы ​

​Ты увидишь, как он заискрится,​нет.​

​То, что скрыто внутри ​

​меня ближе,​Всё, что нужно в ​

​их взаперти.​

​надежды,​Только то, что внутри- правда важно!​сердце болит?​

​глубины и участия?​Я взгляну тебе ​

​обещания.​Что хранят в ​Все четыре этих ​

​Как четыре стороны​

​для них,​Осень, волчья степь, охота,​

​Синие глаза – луна,​

​В море сонных ​Пароходная сирена,​

​вины -​Синих, серых, карих, черных.​Нет, я не судья ​

​Карие глаза - песок,​Поцелуев отраженье.​

​Черные глаза - жара,​Серые глаза - рассвет,​

​слова.​Чтоб больше не ​

​нем забыть​Хочу признаться парню,​

​Ведь к этой ​

​весёлый смех?​

Одиночество

​Что можно слышать ​

​Задача, непосильная для многих.​А я так ​

​обнимут,​

​В одних – судьба без интереса,​

​И то, что прячет кроткий ​

​юбка…​

​В других – способность доверять…​В одних глазах ​

​В других – Господня благодать…​

​–​

​утонуть, если смотреть неосторожно...​Глаза умеют говорить. Кричать от счастья ​

​я не увижу ​

​нас…​«нет» - утонешь навсегда.​

​вокруг!​Мне ваш зелёный ​

​• Про зеленые глаза​разумны.​

​зеленоглазые поведут себя ​представлениям об идеале, то готовы за ​

​Зеленоглазые никогда не ​довольными своими мыслями ​

​Для счастливых обладателей ​многообразия.​Зато за себя, зеленоглазого, порадовался – рыцарей не должно ​

​России маловато – «Зеленоглазые люди – это сама нежность. Любят они всегда ​

​и собеседники. Вообще, люди с зелеными ​Зеленые глаза нередко ​

​жесткость, а в исключительных ​

​достигать поставленной цели. Обладатели зеленых глаз ​

​можно сказать, что у Вас ​Теперь немного о ​

​собеседники. Вы стабильны, но при этом ​верностью тем, кого выбрали. Друзья ценят вас ​

​на свете. Цвет ваших глаз ​обладателями таких же ​

​Чтобы упростить себе ​не соответствует! С ним вы ​вашим требованиям, вы скорее дадите ​

​радостен.​поступками.​

​самой собой.​

​людей с серо-карими глазами, не впадаете в ​двух цветов: синего и желтого. Вам присуще равномерное ​

​на кого есть ​Итак, что же я ​

​обращаться к астрологам. Но без них ​Больше не буду ​Среди русских зеленоглазые ​

​одной из характерных ​детей могут быть ​синий — EYCL3 хромосомы 15. Кроме того, с цветом глаз ​

​отвечает мутация гена ​или знатоков генетики ​обычно неравномерная и ​

​связано с определённым ​и др.), к тому же, возможно тут играет ​

​меланина (Меланины (греч. ;;;;;, родительный падеж ;;;;;;; — чёрный) — название группы животных ​

​- болотный​- синий​

​и волокна радужной ​в них пигментов ​

​От чего зависит ​(у млекопитающих меланоциты), круговые мышцы, сужающие зрачок, и радиальные, расширяющие его. Недостаток пигмента в ​

​Цвет глаз – характеристика, определяемая радужной оболочкой.​диагонали (я и писал ​взноса.​

​я выдал идею ​тем, что я выяснил ​

​Фу, аж устал красиво ​при бритье, то смотрим больше ​

​они любят ушами, то заглядывать им ​будто она слышит ​

​любимой, какие у нее ​в них. А утонуть и ​

​зелеными, а я то ​конурс – присоединяйтесь) и Ириной Шкодой, обсуждая их веселую ​И корчился от ​

​Ведь «Волос просто так ​И гибли дети ​

​в человечьей доле?​Все происходит по ​

​Но как, скажите, веровать бездумно?​негасимый свет.​

​нет.​И вновь и ​

​всеблагой и всемогущий,​А яблоко в ​их создал разнополыми​

​Изгнал их вон ​наш мир. А после всех ​Что было б, право, попросту безумство​

​зло и благодать?​А если так, то я хочу ​

​Все наши судьбы, доли и недоли.​Торжественно и мудро ​печальный и спокойный.​

​Сквозь блеск свечей ​То в смертный ​

​Бога!​

​добром лете,​

​Плющит капли о ​погода,​

​будь ласковою природа,​Как погода бы ​От иных, совершенно иных причин.​

​придумает финт природа,​зависит​

​луга и выси,​Где родник или ​Где сгорают в ​

​прах.​

​она столько воды?!​Все дождем заштриховано, скрыто и смыто.​

​В эту пору, конечно, ни почты не ​к списку​

​Попадись-ка в лапы ​Надо стать подальше, полукругом.​

​Бил с размаху ​И до крови ​из тайги попасть,​

​И заныло сердце ​

​И бежать в ​дома...​

​сон для медвежонка...​

​Беспощадный выстрел был ​

​«нет»,​

​Кидая в ночь ​

Одна

​все «надо» и «не надо»!​бездонно! —​

​свете поклонений?!​вожделений,​

​Ведь если тут ​этажи из лжи​

​Был Верди. Были Тютчев и ​мечтой?​Лет двадцать пять... практически девчонка...​

​душа или талант!​всяческих преград,​

​Что хорошо, а что тут ​Ну что сказать ​— Вы самый, самый лучший человек!​

​— Люблю, люблю! Без памяти! Навек!​Пожар в зеленом ​

​Джаз лилипутов - «Театральный джаз»!​О том, что в летнем ​

​в голубей​

​цирковой.​С практично предприимчивой ​

​упрямо,​на улицах мальчишки.​

​Кому на свете ​Сердечно улыбаемся ему.​

​чему.​сложней...​

​И вовсе не ​«маленькие» гости!​

​тоненько звенят​Я знаю их ​

​не человек!​Как будто штамп ​

​Веселый ас - медведь-парашютист,​раз​поучиться...​

​Порой каким-то стоящим вещам​И голосам хрустальной ​

​Да, после злой ревущей ​Хранят не страх, не горечь и ​

​А солнце брызнет ​крохотным пичугам!​Под ветром воду ​

​Их маленькие, честные сердца​

​на свете... кроме родины...​

​были отданы?​

​метели,​Лишь перьями да ​

​Они к птенцам ​Три ветки наподобие ​

​Укрыт надежно муравей. И лишь​

​Летит поток грохочущей ​

Одно письмо

​на проселки,​тучи с небосвода,​

​Когда ложатся под ​

​Другого решения просто ​Коль вдруг вот ​То ноги несут ​

​А чуть распрощаемся ​рассыпаются:​

​И руки уже ​мы их смогли ​

​взяли да и ​Но, кажется, силы у нас ​

​рука,​странно с тобой ​

​Талантливей, может быть, и умней,​Мозги и таланты ​

​упрямые​или яркий ум ​

​Смешно, но за ложь ​

​это ему вредили,​

​Пилот, что кипел в ​ярких было умов,​

​Но недруги сразу ​простить вовек!​

​душой своею:​

Он ей восхищенно цветы дарил

​Дела зачастую куда ​С поступками скверными, даже злобными,​

​Люди злопамятными бывают,​

​быть незлобивыми​Люди стараются быть ​

​А верные люди ​

​как раз черты!​Ведь лучшее, что рождается​

​И я повторяю ​Вот этот «двойной» народ,​

​Что сам он ​- Прости, не сумел... Заботы...​раз.​

​Мы мучим себя ​Не надо спрашивать ​

​к списку​По дну пробежала ​

​глядит на кувшин:​

​Дым взвился над ​же -- и радость, и горе,​

​Схватил он Измену ​

​Я сплавлю вас ​И рявкнул старик: - Это что за ​

​Что в гневе ​- Быть честной? Зеленая дичь! Чепуха!​

​Бери! Разберемся потом!​Жить надо умело, хитро и с ​

​скажет за это ​Мы светлыми, добрыми быть должны:​

​нескончаемый спор --​С утра, собирая плоды и ​

​и злая.​Не меньше, чем в космосе ​

​И может, чтоб счастье пришло ​

​тоской:​Эх, если б любить, ничего не скрывая,​дни,​

​Ну сколько на ​И все. Теперь они муж ​цыпочки встали​

​А лгуньи за ​

Он не страдал, он не ходил за нею...

​лучшими, первыми,​принарядиться,​

​Трусость - двуличный и тихий ​

​Нет, нет, на отказ не ​

​обычно себе разрешает​

​и когда хороши.​перед собою,​

​Неправда, что будто мы ​- первопричина.​

​перечислить точно,​к списку​

​Люби и верь. Чего же проще?​

​Не зря приходит ​Плотнее кушать, реже бриться,​

​небесном складе.​Зачем прогулки, тишина.​

​садах бродить не ​

​весною​Иначе для его ​

​к списку​

​Не то что ​мурлыканье это -​

​От ласки кошачьей ​близоруко.​

​Погладил - и кошка в ​

​Не лижет собака ​за верный нрав,​

​разгадать секрет:​Осыпая ревностями фраз,​

​до обожания.​улыбки, то терзания,​

​Все, буквально все, что нас сближает.​И, напротив: горько загубить,​

​Все равно: их строят и ​Знать бы нам ​

​друга или нет?​Тогда узнаешь сам, что это значит,-​

​- и сам ты ​

​Не спорь, не говори, что обижаешься,​возьми и обними!​

​Как поступить мне ​

Она была так хороша собой...

​Обманным словом женщину ​век!​

​Не то что ​Гуляка ветер. Я кричу: - Послушай!​Увидишь сам тогда, что это значит,-​

​изменой накажи! -​

​И я спросил ​

​В бокал пруда ​

​Присев на холм, небрежно, кое-как​Готовит свой неторопливый ​

​Иду, решая: нужен иль не ​

​недостойных слов,​

​И через час, все светлое губя,​

​к списку​Мир вечен - как замечено,​

​Капризно стороною​Живи ж средь ​

​И звездно-тайная страна​Сверхдруга или Бога!​

​Где все темно ​Одной лишь стороной ​Навряд ли б ​

​дней​Всегда поэзии полна,​

​собирал,​Одно не знаю: как мне быть?​

​пустяк!​свете.​

​планете,​

Она уснула на плече моем

​рост,​Закат хрустально-алый мост​

​и дыма не ​

​(а ведь так ​

​Тот суд — народ. И заявляю вам,​Пускай не мне, зато уж и ​

​А сколько в ​я, а вы меня ​

​ответ!​секрет,​Читатель ведь на ​

​О, как вы страстно ​и свет​

​А чтобы сделать ​—​

​же, как прежде, не попасть,​Так может же ​Но если бьют ​

​А молодость живет ​в бой и ​

​и злости​Перевести дыханья не ​

​отлично понимая,​Такого даже имени ​

​год, ну пусть на ​— Асадов — чушь. Тут все несправедливо!​

​И сколько тысяч ​

​фразе ненависти груз.​дает,​

​Что ж, я вам верю: ревность — штука злая,​вас, недруги мои.​И прощая, и понимая.​

​Тот, кто любит, - найдет слова!​- воскрешу!​

​Я найду тебя. Я разрушу​

​Но всему ль ​

​Разве значит, что счастья не ​

​душа ни изведала,​Можно так. А можно не ​

​Черной кошкою копошится.​же день,​

​бликах света,​

​И следы твои ​Вдруг одумаюсь, позову...​

​В синеву, в тишину, в листву​

​было злых причин,​вернуть назад!​

​порою рушим​Он ведь помнит, как с горьким ​

​сотый год...​В этом парке ​

​Словно сторожем важно ​Что упала с ​чем-то шуршат,​

​звон​

​рыжими белками​В Ботаническом лужи ​вышние​

​ни счастья.​И в солнечных ​

​С безвестной речушкой ​Такой: с иван-чаем, с морошкой хрусткой​

​Ты вся дорога ​до утра.​

​Послушает ласково и ​

​пробегут барашки,​Но, сбившись, мгновение отдыхает​

​И изумился: букашки нет!​И зяблик у ​

​Да кто ж ​

​Рябина, красуясь, грустит в тиши​

​одну струю,​И только с ​и не снимается.​

​густой траве.​ложкой его столовой!​

​Намытой жгутами тугих ​В ажурной солнечной ​

​В холодных омутах ​что-то в ней,​

​Пускай не качает ​

​На всю мою ​Здравствуйте, в парках ночных ​

​Здравствуйте, врезанные в рассвет​молод,​

​Я, сердца взволнованный стук ​На улице каждой, в городе этом​

​От смерти для ​Дом. Пусть не дом, пусть одну квартиру.​и на всех ​

​Его заслонил миллион ​отдать нельзя!​

​Мы знали, можно, на кочках скользя,​

​крови,​Короче: по юности, по войне!​

​Что я - ленинградец по дымным ​Не ленинградец я ​

​народ,​

​Быть может, увидится иногда,​Льдина кружится, кружат года,​

​Видели, как костенеющий пес​

​Еще отогреть своего ​Взобрался на холм, заскользив отчаянно,​Что раньше растает ​

​Фрам уйти от ​нет ничего дороже,​

​ресниц,​Зеленоватый и голубой...​

​его покой:​

Они студентами были

​крестом:​

​Месяц желтым горел ​изголовьем:​

​И в сутки ​цель,​метель,​

​Что раньше растает ​Все то же: ни крыши и ​

​какой беды.​сломил врага:​

​Он путешественник настоящий!​Но Фрам ничего ​Седов еще шутит: - Ну что, брат Фрам,​

​Не выберешь в ​

​трудной стоишь дороге​шутит, а холод жжет,​

​с улыбкой рукой ​Встал впереди на ​Где быть ему? Это смешной вопрос!​

​И к полюсу ​

​обратно!​Неужто и вправду ​

​в голосе:​Трещат парохода седые ​Льды все туже ​

​Вижу красивую гордую ​уюта.​

​круто.​

​бездной повис​Кругами уходит его ​

​скальный гранит,​

​и полет.​

​над ним​

​Дрогнул, прилег и застыл ​траве умирал.​

​Что, мол, он знает и ​Если хозяйку-кокетку порой​

​В гипсе, фарфоре молчат они ​

​и не ругали​Смотрел, как дружно «рыцари» шагали.​

​И тут из ​кости!​

​бросьте,​А главное, что лгут они, канальи,​

​Четвертый же сурово ​— Где, трам-там-там, тебя, мой милый, носит? —​

​в жизни для ​

​и изо рта ​тронь:​

​поругаться​

​Другой сказал:— Бывает хуже, братцы!​

​(Спасибо, дом достаточно далек),​

​Воспитывать тебя, распоряжаться,​не увязались жены!​

​мужчин​Храня от бед, обманов и кручины,​Молю весь мир ​

​крепко, мой звоночек маленький,​Зажег лимонно-желтую луну.​

​горячими​

​Трудов и дней ​рожденья​

​в многодумье дел​

​И я хотел ​

​Где может разум ​Чтоб песню эту ​

​и не судьи,​Что в этом ​

​Не мне спасти ​

​Бегут по свету ​А если быть ​

​Все на земле ​

​хороши.​

​ум и доброту.​Подсказываю, слушаю, разгадываю​

​Я думаю, я мудро разрешаю​забралась:​

​птицею - ко мне,​Никаких возражений нету!​

​Для хороших людей ​

Орел

​тишь лесов,​роще,​

​Негодяев и подлецов.​они касаться​

​нем наследственность,​Чтобы «зверь» этот год за ​

​природа,​пощады нет.​

​зло и лихо​своею частью.​

​Что разбойничий тот ​там красоты,​

​Без почтенья, увы, хоть плачь.​кандидатов,​

​А полки наглецов ​Людям просто порой ​

​И в ночные, увы, часы:​по коленкам​

​Люди вешают сеток ​На рассвете и ​

​Истязают своих владык!​бесшабашным риском,​

​Царь, с великим своим ​

​С самых древних ​Да здравствуют прекрасные ​

​разговоры про грехи.​И как найти ​

​или болью.​или родном приволье,​

​вершинам возносили!​И сколько раз ​

​На всей планете ​грехи?!​

​Любви: «Я помню чудное ​«Я вас любил ​

​Две красоты - Оленина и Керн.​том, что вызвали они!​

​их и дни?​

​и свет​Он в рамки ​Я тоже вспоминаю ​

​И, тем гордясь, ты чуточку права.​Твои повсюду слышатся ​

​О женственности чьей-то говорят,​

​Восторженно, а иногда влюблено,​мерке большой соответствуй,​

​мне: ищи же и ​Что, дескать, непрочная штука - сердца...​

​придется по росту​

Осенние строки

​(такое не просто),​

​С хорошей, с хорошей и ​И все же, и все же ​

​И сколько хороших ​Ведь злого, признаться, мне в жизни ​

​И сколько порой ​словно бы выправить ​

​верить!​

​следует мерить.​растерялся.​

​на порог,​

​подтвержденья,​я верить стараюсь,​

​А я улыбнусь: - Никак.​Я с сердцем ​

​Страдая от одиночества,​

​Но только любовь ​

​Понять уже не ​К другу или ​

​Словом ли вдруг ​

​До радостно-глупых слез?​Разгневать тебя мне, что ли,​

​Солидным и мудрым ​Сплетающим ловко сети?​

​Порывистым и упрямым?​

​непонятным?​Уже никто. Не человек!​

​Ни в зной ​

​Вот тут хоть ​

​не по приказу​

​Ведь нет свидетельского ​

​порою​

​И шепчет: - Подлое творишь!​

​помешает,​Как пса бездомного ​

​Живет она и ​оправданья,​

​Ты все последствия ​А совесть требует ​

​В любви для ​

​похитрей,​

​глазами ясными​Судьба тропинками в ​

​Не поступайся только ​к списку​

​отцов своих​Спорьте честно во ​

​ряд.​

​и сами!​лбами.​

​поглумиться.​повториться,​

​На отцовских костях ​и швыряя в ​Ну а вам-то зачем над ​

​за границу,​разумения?​

​конца!​Не глумитесь, не трогайте их ​

​В справедливость и ​

​и предали, и обмерили​не их сердцами?​

​малое в том ​корабли?!​И Магниток с ​

​Не щадили в ​виновен? Ответьте: кто?​революции,​

​за счет народа,​Но не тех, разумеется, нет, не тех,​

​всем нашим крикунам,​Оболванить без жалости ​

​отныне о революции!​нудистов и проституции,​

​Издевались над праздником ​Не могу никак ​

​Где полыхает золотая ​золота в крови.​

​Ребят готовя в ​У Фучика, у Зои, у таких,​

​Тем больше было ​

​помощью науки​Согреты этим золотым ​

​суть, а суть, наверно, в том,​

Остров романтики

​Они его нашли ​Не так давно ​

​к списку​было.​

​И в глазах ​Где ты, моя Снегурочка,​

​Косматая голова.​Гаснут огни повсюду.​

​ярко!​

​Сказка моя! Снегурочка!​Снегом запорошенная,​

​И вот на ​верить,​

​взять? Откуда?​Метельно, красиво, сказочно...​

​хочет.​

​Приемник бурчит бессвязно,​Посвистывает на бегу...​

​Пушистые, как из ваты,​огоньки,​

​То лапой скребет ​

​Метелица, как медведица,​ветер хлесткий,​

​в Одинцово!​Скажу: жизнь звенит! И добавлю снова:​

​С бесстрашным танкистом ​

​и любым сраженьям.​

​годом год​победы уже отмечены​

​главный штаб​Да, встал. И уже - ни фанфар, ни трюков,​

​Фашизм свой стальной ​В Захарове юный ​

​планами сам Кутузов,​И, видя всем сердцем ​

​биться​Денис Давыдов!​

​Да, здесь, как седьмой, как девятый вал,​отважные одинцовцы!​

​Гнев бурно прошел ​Но долго ль ​

​пожарах, как в лютой ​Упорства и славы ​

​При жизни достойнейшей ​селу Одинец,​

​от Москвы.​врагами в боях ​

​Одинец.​

​Надежда отечества - Дмитрий Донской,​

​В историю вписано ​

​бором​С лирическим именем ​

​Мой друг! И вблизи, и в любой ​Держись, оскорбитель! Дрожи, убийца,​

​решит сразиться,​

​Повсюду от Ганга ​И днем, и в предгорьях, и на земле,​

​в черном зле,​оскорбленной чести,​

​раз,​непременно будут​

​был тот враг: человек или зверь ​И гнев, и особое чувство ​

​Он будет отныне ​

​Что, раненный, если минует смерть,​Ответа тут просто ​

​грызне.​Он добр. И от чьей-то кусачей дури​

​задеть хоть раз.​Но каждый запомнил ​

​смертельной битве​

От скромности не подымая глаз...

​Нет, тут не даром ​рык, то вой.​

​смотрит​погас последний уголь,​

​искрой папиросы​Истлели угли,​

​возня,​не разглядела маленькой ​

​закатное​

​судьба дана!​порой цена?​

​Чтоб миру открыть ​и звенел, ликуя,​

​Умолкла. И, точно в крутом ​Где песня и ​

​Такое ярчайшее напряженье,​вдохновенного озаренья​

​и перебранки,​Заслушавшись песней о ​

​А голос звенит ​Волки, олени, хорьки, лисицы​

​- Пой же, заряночка! Пей же, пой!​

​хором​То красным, то синим, то золотым!​

​своей красой!​Цветы, осыпанные росой,​

​луч​Прекрасное - вот оно, с вами рядом!​

​Горит, не сгорая, багряным цветом.​Как два огонька ​

​То, вскинувши клюв, как трубу горнист,​Ему, нелюбимому, в этот час.​

​Даже себе не ​окно​

​Вечерняя, пестрая, чуть усталая.​Пришел, повернулся - и до свидания!​

​Ведь счастье, я просто понять ​вечно можно?!​

​и запретов!​Ведь каждый поступок ​

​И нынче, и завтра, и вечно кто?​

​Прости, если что-то скажу не ​право,​

​его.​и нужней,​

​прочих посильней,​И нет на ​съёжились в комок.​

​Но всё сейчас ​счастья воскресила!​

​Так скажу я ​строй.​

​поверила,​всю жизнь мою ​

​И, невзгоды прошлого гоня,​Кто коли полюбит, то полюбит,​

​в пути.​Жизнь опять трудна, как у солдата.​

​Выдернула руку из ​предполагать.​

​Что весь мир ​И слова хорошие ​

​Сквозь невзгоды, по любой дороге​

​Больше нету на ​ты один.​

​Все, что для тебя ​красоты.​

​однажды:​

Оттепель

​Плюньте в глаза ​

​нет души!​

​В то время ​Бумажки - сущая ерунда,​

​Что ни морщинки, ни седины!​

​И, веруя в вечный ​

​И паспорт, сутулясь, бредет во тьму,​ни шли года,​

​Загадочным образом исчезают...​Совсем уж от ​

​Умрет, а найти ничего ​ветром их выметает.​И где-то годам уже ​

​отстанет...​

​вперед не тянет:​Вдруг появляется «отставание»,​

​Все одинаково: шаг в шаг.​

​В розовой юности ​разобраться,​

​правильно назовет.​

​Иль ступит ногою ​Где женщина тверже ​

​Когда ей скажу, что хочу.​

​Что спорить, она откровенна,​- Любовь? Ее нет между ​Я весь тут ​

​Моя долгожданная, здравствуй!​Я россыпи в ​

​И снова я ​Что к цели ​

​быть, чтоб жар-птицы​не раз.​

​и вьюги,​Когда бы она ​

​по сердцу нож!​В ней силы ​

​хмуро молчу.​

​Хотите, мы будем друзьями,​к списку​

​Согласный всегда и ​любишь.​Не о себе, а всегда о ​

​к списку​Если любовь уходит ​

​Окна и двери ​даже не выдав ​

​разлуке пройдут года,​просьбы и даже ​

​к списку​

​Зубы - солнце, огонь - румянец​Так ведь это ​

​ней.​

​январей...​

​страстей,​съезда грянул​

​Зубы - солнце, огонь - румянец​В пику горю ​просто:​

​На стене уж ​

Отцы и дети

​за слово​снова?​

​Если б крыльями ​

​Тот, кто милой ее ​

​им, что сейчас​своей,​

​она из зала​

​Уходя, про себя шептал:​Правду молвить: порой не раз​

​упал.​

​Вдруг застыла... И только плечи​Зубы - солнце, огонь - румянец​

​«Ромэн» -​даже потерять.​

​как круглая печать.​Клин журавлей, нацеленный на юг,​

​Как швейная машинка, простучал...​Уснул шиповник в ​

​Та, с кем другим ​И в смертный ​

​можно испытать:​Но кто и ​

​И хоть корил ​

​Однако я скажу ​в отчаянье обратно?!​

​Ну как случалось, что с родной ​омутовых глаз...​

​открылись мне сейчас​На проводах, на крышах и ​

​А им взамен ​Фонарь луны над ​

​Что через месяц ​

​косилкой,​лапою сосны​

​И хлопая в ​Глядит в восторге ​

​Осина пляшет в ​И тучка, как трефовая шестерка,​

​звоном застегнул.​Промчался скорый, рассыпая гул,​

​А с двух ​И на поселок, рощи и леса​

​А к вечеру ​Ревет и дверь ​

​гнев, и стальной кулак,​И забьются под ​

​мирный на свете ​Говорю я под ​

​Я люблю его ​Севастополь! В рассветном сияньи ​

​Озорной фестиваль с ​

​на берег под ​о Севастополе.​

​Тают сны, на заре покидая ​Лишь цветок из ​

​сердцами...​

​вдаль свой циклопий ​

​сирени. Теплынь. Экзотика!​строю!​

​Но не здесь! Но не в ​

​флота!​вошла в гранит,​

​над временем монолит ​Здесь порой даже ​

​не мучился никогда.​И, на мужестве здесь ​

​И когда упадет ​

​Все друг в ​Синева с синевой ​

​Возле берега сосны, как взвод солдат,​Небо розово-синим раскрылось зонтом,​

​Там, где волны веселые, как дельфины,​Простись и ступай ​Она тебе дружбу ​

​Счастье еще придет!​

​А снова идти ​

​Когда прозвучит ответ​

​звучат, наверно,​Она вдруг потупится ​

​Все главное - впереди!​и вздохов!​

​Однажды и навсегда,​

​Только счастья не ​И хорошие люди ​

​жалея,​свое,​

​все​Что это на ​

​раскрытых губ...​и совсем не ​

​отец,​Не бросился к ​

​на курган,​Что это женственность ​

​Что-то неясное совершалось...​Не рявкнула весело ​

​глуши зеленой,​

​Большую радужную ракушку​Ну, словно бы сразу ​

​Шкуру медвежью с ​

​В щебете, в радостной невесомости,​

​К берегу тихо ​

​Кто-то должен был ​полыхал такою,​

​Ходили в нарядах ​к списку​

​и мосты,​

​Кто умеет в ​

​у вас.​

​А для очень, очень добрых глаз​

​Пусть бормочут скептики ​

​временно отставьте,​

​Все, что мимо сердца ​Если это чудо ​

​Лупит гром из ​На бульваре освещают ​

​Все ли в ​

​Радуйтесь. Не требуйте второго.​Радуги, рассветы, звезды глаз -​

​Прими же в ​в нем. Нужны живые!)​

​сейчас за дверями.​душе просияет пламя.​- Мне тяжко... Снимите с меня ​

​гаснет: закат? Судьба?​

​жить чуть не ​Взяв сердце, вовеки не разомкнутся.​

​жизни... увы, увы...​Москвы.​

​нет?..​свет.​

​«Снимите, снимите с меня ​

​и гонорары.​Брала она с ​

​иначе?!​Держала и цель-то почти не ​

​из ласковых, видно, женщин.​мучений, до неприличья​

​слишком скор,​объятья,​

​свиданья и шорох ​

​чужой постели?​

​Я вправе и ​она дивно преображается.​

​И хмурится: явно же не ​Да, видно, нашлись посильнее цепи,​Ну есть ли ​

​ласкает, и рвет, и гложет,​

​-​кровь,​

​И всю свою ​

Оценка любви

​И пусть столько ​Хоть был всем ​

​И с каждой ​

​В осеннем дожде ​

​Но никто из ​принц?!​

​Взгляни! Обернись вокруг:​

​И принц настоящий ​Бывают и на ​в окно...​

​И в комнате ​судьбе​

​улыбкой наденет тебе​

​Вот видишь: красивый и добрый ​

​тебе тюльпан​Вот шпагой клянется ​

​Мчится под топот ​За звездами, за морями​

​сидеть одна,​Когда повисает вокруг ​

​большой,​И предательства не ​

​Но в одном ​В том, что сделал кому-то больно,​

​Из-за глупого пустяка​

​твоя любовь!​явился причиной​

​Это тоже еще ​ей зазря разбиться.​

​может случиться,​

​Это горько, но это не ​

​к списку​То выйдет свет, что людям всех ​

​из их цветов!​за бранью​Ну разве ты ​

​на народ,​

​К чему лететь ​Ты популярен. В этом спору ​

​- А ты зачем? Как ты попал ​Вмиг даже не ​

​Неся в себе ​

​и спесивы​

​Я - химпродукт, пижон и модерняга!​

​- Меня зовут, вам подтвердит бумага,​лишь землю покрываю,​

​полям ржаного хлеба​Хвалясь оригинальностью своею.​к списку​

​А с корабля ​ниткою гусиной​

​Вставал над морем ​Но ни один ​

​По спящей перепелке ​В лучах зари, забыв привычный страх,​Вдруг вахтенный, стоявший с рулевым,​

​Домой, к Одессе, к гавани своей,​

Ошибка

​Загадочно повисла над ​К рассвету все ​смерть красна.​

​Но следом вдруг ​крикнул головной:​взмах, то крылья тяжелей.​

​Ниле теплые лягушки.​Все позади: простуженный ночлег,​

​на юг.​

​к списку​Есть лишь горсть ​

​Только, видно, кончился рассказ,​в тишине,​

​Лбом к окну. И точно замерла.​Медленно осколок подняла​Женщина, отпрянув от мужчины,​

​Только Джумбо будто ​Вот сейчас, сейчас... И в этот ​

​хозяйкой не смеются.​не отступал.​него,​

​Может быть, висит на волоске.​

​Пишет и не ​Вот к себе ​

​Вот, отставив загремевший стул,​

​Запах незнакомых сигарет.​

​пригласила​

​злая укусила,​Но однажды грянула ​

​А хозяйка больше ​может?!​Тверд моряк, а ведь не ​

​вправду амулет,​Знаешь, пусть он дома ​мелодичный звон​

​Джумбо с капитаном ​Тот кивнет: - Прогоним, капитан!​

​пор ненастье иль ​тайфуна «Бетси»,​Джумбо - верный спутник моряка!​- Я сдаю... Отплавался... Ну что ж!​

​Утром в бухте, огненной от зноя,​

​Ленинградец - русский капитан,​Слон смешно закрутит ​

​и пять назад.​

​Джумбо развлечет,​То проступит надпись ​

​И с ужасно ​Джумбо - слон. Но только не ​

​Чтоб милые наши ​

​не прощает...​душой,​Наверно, я завтра опять ​

​И, пряча смущенье в ​Он грустно потупился, пряча вздох.​впереди идя,​

​И хоть и ​поцеловал.​

​А леший промолвил: - Таких обаятельных​То, в общем, ей редко цветы ​

​Что страх у ​Букет из фиалок ​

​решила:​

​Ты - радость! И я тебе ​

​сучка и, уже не прячась,​И леший вдруг ​

​Красивую, с полной грибной ​

​Задумчивый, тихий и неженатый.​Жил леший, глазастый и волосатый.​

​глазам влюбленным!​Просто весь мир ​

​Вовсе не шутка, что хитрости нету!​

​Милая шутка! Но кто разрешил?!​смотрит в трюмо.​Спрятать веснушки? Вот в чем ​

​Здесь лишь кокетливо ​Глаз небольших синева ​увидеть сама​

​к списку​

​вечным расплеснется маем!​красоту души,​

​И сквозь туман, как звездочка в ​

​Стирает время властно ​Две красоты, как женщины в ​глазу,​

​замечает.​

​конца​скрывать?!​

​Завидует красивому лицу.​Две красоты, и обе хороши.​

​созидает.​Моим рукопожатием потомку!​сказочную кромку,​

​в ином тысячелетье.​на рассвете,​век хотя бы ​

​Позволь мне ветра ​И пять мильярдов ​будет:​

​Да что столетий ​всегда на белом ​хоть что-то заслужил,​

​И мне иного ​каждый человек​

​к веку моему.​И даже перед ​

​За этот век, за то, чтоб день его​

​Свалил фашизм в ​Кино придумал, атом расщепил​

​Но именно в ​

​миг или навеки,​В груди моей ​

​Ревет в турбинах ​никогда не рано​острить или спорить ​

​В чувствах тоже ​Да, все верно. Но в самом ​

​краски,​

​Надо быть терпеливыми ​на земле любимыми.​

​тупости вроде нет,​словесный сор.​Ведь от споров, амбиций и глупых ​

​Что вы на ​кожи!​Что даже и ​

​дружка.​Вдвоем бы отбились. Вдвоем как-никак​

​ничего,​И курам порою ​Рыжий петух и ​

​Ища червяков и ​расстались.​Бежали часы с ​

​Кипела у них ​проспект.​

​почему-то​пенье,​для прогулок​

​говори,​

​сидят и ждут​А впрочем, «звери» и не поймут,​

​долой!​

Падает снег

​лгать​

​Что в час, когда месяц блеснет ​

​галдящее воронье,​И рвутся выбраться ​

​В тучи закутался ​Хлопья седые швыряет ​

​А добрых людей ​С хозяев маленьких ​

​растят.​

​ребят​И вот из ​

​Радость взрослых и ​

​по улице.​наступит наверняка!​

​И раз этой ​Не зря же ​

​двинут наоборот,​А с теми, кто все же ​

​я? Отвечу без слов ​

​Партийные боссы почти ​

​мечтать!​

​Тебе объяснят горячо ​лес.​

​Теперь хоть умри, но молись другим.​

​своим канонам,​

​и демократия!​кормушкам политхлыщи​

​Плюют политикою газеты!​зимой и летом​

​за эти грехи ​дети.​

​- скукота.​не навсегда​абсолютно власти:​

​Шутка - шуткой. Но если всерьез ​объятья, ни поцелуи.​

​бы взирали почти ​с мудрой своей ​

​Наши предки навеки ​Так ведь мы ​

​Нам намного приятней ​не сатана!​Но тогда почему ​

​устроен закон природы?​

​и все народы.​к списку​

​форточку ворвался​замер, к полу пригвожден,​

​огонь, то дрожь?​

​любовь,​- Он сам поймет? Вы так сейчас ​

​Он повернулся было ​удивлен, когда​

​сам заметит и ​полюбите всерьез,​

​«нет!»,​рынке и не ​

​Отбросил циркуль, опрокинул тушь​Кому мне верить? Дайте мне совет.​

​том, что влюблены.​И два студента ​

​Я за советом... Я к вам ​

​Алея ярче, чем ее жакетка,​

Пеликан

​чертежом.​

​Проект был сложным. Он не удавался.​

​Где все прекрасно: и слова, и ласка,​

​Ведь лишь из ​

​Все нараспашку, настежь, как в полет!​Не любопытства ради, нет, не ради!​

​есть решительно откроем,​Ни светлое не ​

​Как жили мы ​не главное сейчас!​

​и между фраз,​городу​

​реке полощет бороду,​Обнищав, словно гасят и ​

​земле задачи,​вправду значит?​

​Только всех нас ​

​Пусть не знаю ​

​нас суровый гром?!​

​все больше под ​уж и не ​

​Впрочем, есть и деревни, где жизнь и ​

​быльем все до ​

​Сколько мест, где село уж ​Нынче брошены подло ​И тебя в ​

​сыновья?​душу ей яростно ​

​смехом жизнь,​

​и вновь брались​разговор.​

​Составляется акт, что с таких-то вот пор​

​суровей и гневней,​

​врачи!​

​на много поколений,​Бесстрашно биться, сметь и только ​

​Тем паче где ​

​науке​он - мечтатель и боец,​

​И все же ​

​Горел, искал и в ​

​хворостью смирялся,​так же яростно ​

​Мы бились, всем наукам вопреки,​И без надежды ​

​сплошном огне,​

​когда-то на войне​и каждый вздох ​

​Чтоб был и ​поддержать плечом,​

​Да можно ль ​

​Пусть безнадежен, может быть, больной,​

​искусства,​

​науку. Но простите,​развязки и мужаться.​

​Но, к сожаленью, поздно, слишком поздно!​

​испуганной родне​А доктор молча ​

​у мрака на ​

​Отметить степень веры ​

​порой вторая,​звезд ни поманило ​

​С ней, самой первой, чистой и смешной!​

​И целый век ​себе нередко,​

​Мы все-таки в ней ​

​вторая​

​перед тобою​

​Вот так же ​

​Ты вдруг шепнешь ​мной,​

​И все-таки покажется порой,​

​слов о чем-то скажешь​То вдруг умело ​

​мною встретилась, любя.​Вдруг словно тень ​

​и радостно с ​

​зажили второю,​Все это до ​

​к списку​

​— А тут никакого ​

​Причем не потративши ​

​Но вот уже ​

​скачу.​Встретились двое. Один сказал:​

​А еще успехов ​

​И пускай звенит ​А остался с ​

​из нас​Так затем, что крепко доверяем.​

​Что идут от ​

​Ни ее героев, ни истории.​Не плевала в ​

​тут сделки не ​направляется​

​странно,​

​сердце честный суд.​

Первый поцелуй

​Старших чтут буквально ​свет,​

​Ведь крупнее надо ​

​девчонок ваших​старших,​

​И в невзгодах ​фронтовиками,​

​Я прошу: не сердись, не надо!​Добреду, доползу... дойду!​

​в беду,​

​Все равно я ​

​Что бы ни ​

​мать​Все равно я ​

​Будь хоть сто ​

​с дождем,​не станция. Ты - Любовь.​

​Не надо, не хмурь огорченно ​нотки холодной меди:​

​земле!​испытания,​

​Стараемся празднично озарять.​(к чему скрывать)​

​Чтоб меньше было ​

​Чтоб мы их ​дни печали.​

​Молодость... Первые поцелуи...​И мчитесь вы ​

​И друг, кого, может, и нет на ​

​Чтоб взять и ​

​И есть ли ​

​И сразу же ​

​датам домчит нас ​бегу:​

​снегу,​

​стужи ледяных сердец​

​не венец,​

​Проникнуть в атом, слить с рекою ​

​ледяное...​

​это такое?!​Сейчас раздастся музыка! И вдруг...​

​его пронзит,​

​уже к тебе ​

​вечно нам сердцами ​А мелких связей ​

​То многого на ​между прочим,​

​Но если уж ​никуда не деться.​

​И вниз летела ​

​И вспомнив про ​И глядя вниз, туда, где на земле​

​к списку​Коль слышит сердце ​

​И никакого в ​

​звонка, ни почтальона,​Уже моя, без грима и ​

​тишь,​голос твой​

​сквозь шум: «Спасибо, милый!»​многокрылой,​

​И ты в ​

​он. Постой, а что потом?​Все два часа ​

​И занавес бесшумно ​шагах, живешь, смеешься, дышишь,​

​Спектакль идет. Он все еще ​Оно отныне взнуздано ​

​К высокой правде, счастью и любви.​

​И ты ведешь ​

​нарастает напряженье,​зверя.​

​Ах, как щемит и ​А вот сейчас ​

​Ты говоришь, но что ты ​шкафов.​

​двинешь в сторону, и он​

​Я помню все ​молодежь.​

​Тут вечность: не пушинки не ​радио звучит​

​Он сейчас человек ​никому.​

​Не грубите в ​

​Он влюбленный, и вы извините​

​Лишь счастливый влюбленный ​Он идет, как хмельной, чуть шатаясь.​

​света девчонка​Желтый коврик швырнул ​

​В темном небе ​День окончился, шумен и жарок,​

​вам самой​нигде не гнутся,​

​Ведь вам же ​каблуком.​

​к списку​молнии в настоящих ​

​Чепуха - все соперницы или ​то одних, то других,​

​Может кто-нибудь запросто увести ​

Перекройка

​сталь не разрубит.​нас в любви ​

​нам сердца опаляли​

​их, наверное, легче,​

​Чем опасней соперники, тем бичуем их ​

​То, забавное дело, кого мы корим?​И возраст практически ​

​объясняется:​

​лет!​

​А чуть разлучившись, и жизнь - как сажа...​легко понять.​

​Душа ее мчится ​И страх рассыпается ​

​Но вот заворочался ​

​В то время ​

​Я занят. Работа моя кипит,​Во мне будто ​

​первые пять минут.​

​Выходишь из дома, уж так я ​Значит, просто: зажми себя на ​

​воистину изнемог,​

​дорогим человеком быть?​правды.​

​пробу брать​хитрецом. Ну ни дать, ни взять -​

​Тем не менее ​ежечасно.​

​и опасно:​много раз​

​глупей этих подлых ​

​Ведь они обладают ​

​Вот я думаю ​Не осколки. А боль моя ​

​я на свете ​

​«За все, в чем был ​

​миг, как дорогому другу,​А женщина стоит ​

​Что каждый штрих ​зале Еревана​

​Да вот ушел ​

​Нет, тут не хворь ​воспели,​

​Смеется: «Обручальное кольцо!»​

​Вот он стоит, простой, русоволосый,​Знакомый профиль в ​

​Под шум и ​Но тут еще ​

​душа опалена,​

​зале тишина.​И, ей сейчас все ​

​читаю и о ​И тут сегодня ​

​ряду, я это знаю,​Когда, вдохнув как бы ​

​В каком-то жарком, радостном тумане​в листве платана,​

​И будешь ты ​

​делах.​

Переоценка

​И зреет завязь ​

​Спи, моя добрая мама,​Ты пела когда-то мне...​

​спою.​люблю!​

​И каждый твой ​Сколько тут ни ​

​стараешься,​

​А ты еще ​

​Касаюсь тебя, чуть дыша.​Руки, такие знакомые,​

​В кране вода ​не спится?​Лидии Ивановне Асадовой​

​А надо всем ​Мягко откашлявшись, пробует голос.​

​вынимает.​норы вылезает.​

​на деревьях подняв.​Щеткой зеленой полезет ​

​Солнце! Сегодня как будто ​переоценка ценностей!»​

​Переоценка, говорите вы?​

​Скрежет и треск ​Снежные комья с ​Кто еще дремлет? Вставайте, вставайте!»​

​Дятлы морзянку стучат ​двора,​моей лопнула почка,​

​не хочу!​Я верю! И жить в ​Она одобряет, смеется, просится:​

​С теми ли ​в прошлые зимы ​

​в самом деле,​А все, что не нужно, долой и прочь!​И горечь, и злость, что темны, как ночь,​

​Вскрываются окна, летит замазка.​солнцем.​

​В лужах здания ​В сплетения туч. И усталый гром​

​водостоки​

​Вбивает в газоны, сады и кручи.​

​Лижет с шипеньем ​и счастья​

​злобные, мелкие страсти,​униженья и лживо-крикливые речи​

​же расправит усталые ​Иногда он молчит, иногда обозленно бранится​

​живет, продолжая шутить и ​хлеба лишали,​

​прав в деспотично-свинцовые дни,​бесконечных когда-то за водкой ​

​желал.​лицемерье всегда разбирается ​

​народ​премудрым​

​стране виноградники,​слыхали вовек!​

​человек)​

​Может, всемеро больше, чем в их ​А в поклепы ​

​И по сути ​у родины висли​

​И в угоду ​

​Сотни лет наши ​Из земель итальянских ​

​лукавить и прятать ​Зло творить человека ​

​водки - ее и в ​никто под луной.​

​Человек может быть ​

​счастья лишь в ​густой бороде.​плетьми отрезвлять!​

​любой даже душу ​

​русские земли сплотил.​То не будем ​

​те слова или ​Кто был счастлив ​

​Кто твердит, что веселье России ​

​Да пламя души. Ведь своей душою​Со всякими сплетнями ​Как будто подглядывая ​

​накал,​

​душою,​А дальше бураны ​

​любой борьбы.​Отчаянно верил в ​

​Готовый шутить хоть ​Со всеми прощаясь ​

​Обшаривать ящики по ​и искать с ​

​старик​лик,​

​вечно чужда одна​и Софья Толстая.​

​Большой человек и ​Толстых.​Две доли, два взгляда живых-живых:​

​прения​

​таланте иль гении,​

​Когда он ей ​И кто ж ​

​Дышал к ней ​Позволил каменья кидать ​

​беспощадный миг?​

​его вскормила?​Ведь сколько же, сколько на свете ​

​жизни мерю.​любят​

​их житье,​Со всякими сплетнями ​

​Как будто подглядывая ​И встречала дрянь ​

​Только кто мне ​Может, вправду, как иную веру,​

​дней.​

​То отнюдь не ​Ты же не ​

​хоть венцом!..​Я ж прекрасно ​

​Полно! Хватит, друг мой, завираться! -​

​не я.​Кто эта бессовестная ​

​Я уже в ​Столько лет заставила ​

​узнать,​Трижды все внимательно ​

​Буду взыскан я ​стихи,​вас подумаю, как снова​

​От чьих-то сплетен или ​глаз,​

​«Переоценка», говорите вы?​

​руки дружески не ​строк — упругое биенье.​

​влюблен​смерть или бессмертье?!​

​Две нежности, два сердца, две души,​вдруг, как пуля: — Не жилец!..​

​Всегда горячий, спорщик и боец,​ну почти что ​

​А в зимний ​

​И, взмыв в зенит ​Как будто говорило ​

​из обычных слов​Что знал тогда ​

​Дворец культуры. Отшумевший зал.​каменьями швыряет​

​радостно горели,​

​Живут, как дремлют в ​Любви и впрямь ​

​старше, чем они.​вся «переоценка ценностей»!​

​Коль гляну в ​Чистейшего, без обмана...​головой ручаться!​

​На охоту и ​Доброго Адама полюбила​

​Словно с верной ​- Жил я с ​

​Моментально останется за ​Вместо споров на ​

​себе,​И терять свои ​

​не будет!​И веру в ​

​подлости все равно​Пусть сразу бы ​

​род​

Песня-тост

​И будь я ​все земное,​

​леса своя душа,​Сосны беседуют не ​

​А мимо, покачиваясь в волнах,​А в речке ​

​Топают, греясь, вокруг пенька!​в лесу.​

​лису,​Лужи наивно глаза ​

​Разболтались про девчат!»​

​А четвертый, размечтавшись,​Вкусно дымом затянулся​

​Вот один боец ​

​о чем.​

​жестянке,​Самый песенный и ​

​рассвет.​В переулок звезды ​телефонную​

​До нелепого люблю!​В чем-то вечно виноват.​

​И, не споря, не преследуя,​

​в тишине,​

​страшные​час.​направляется​

​Попнщали, как комарики,-​Сели чинно и ​

​час,​найдя спасенье,​

​Он остановился сгоряча.​

​душа телячья!​И когда услышал ​

​мама далеко,​Шел бычок свободно ​

​с пойлом​цветы​над головой.​

​Шел бычок тропинкой ​из мести -​

​ошибки, и, если сказать по ​

​Погасли огни, как будто полночь ​

​любит? Прекрасно. Тем будет ему ​Пусть знает теперь, как с другими ​

​Которых наверное нету ​с ней целовались ​

​И, закружившись в небе, крикнули мне: - «Ура!»​вдруг стал и ​

​Ты славный... Я все решила... Отныне и навсегда...​шубке,​

​ней, с необычной и ​

​свершилось! Чудо произошло!​

​Но я не ​

​быть!​Я верил: зажгу, сумею, заставлю ее полюбить!​

​расстаться никак не ​

​песен, и радостей, и дорог,​в этот час.​

​глаз,​я, сердцем рвалась к ​

​красивый,​черную пережить​

​Случалось, сова или хорь ​А ветер предгрозья, тугой, колючий,​

​двух шагах с ​смежит опять...​

​Стук сердца едва ​может​

​Лишь стихнет, сгорбясь, как старичок.​Теперь его больше ​

​потери,​как не верить!),​

​разрытым​И разве легко ​

​Грабеж - это все-таки не убийство!​Раньше, чем им довелось ​

​до пуда​орехи.​

​страх.​бурундучок.​глазишках черных,​

​Будьте счастливы, мечтатели,​зарождаются,​

​Сад с рекой ​Приглядитесь же внимательно:​

​Ведь о чем ​Есть такие, что мечтают​

​мглы!​

Письмо любимой

​Все равно мечта ​свечу, Произнес​

​Кто-то хмурый не ​своих!​

​там ни говорили,​тишине,​

​летали,​Вы бы вечно ​

​Души, спящие во мгле!​Про луну и ​

​Высыхали сотни рек,​

​Так бурчал сосед ​

​Посреди костер с ​Про пещеры деревянные​

​На товарища ворчал:​

​На сверкнувшую звезду.​

​Что ж, мечтам отнюдь не ​Мещанин и обыватель​ли гордиться?!​

​Но едва придет ​подойдет из нас?​знала,​

​я тоже не ​ж хоть в ​

​Кто в размолвке ​Те слова колючие, как еж,​ресницы​

​Видно, сны людские сторожит.​

​Синий свет над ​Обратно он не ​плену?!​

​Все дальше следы ​Чувствовал: коченеет.​

​сводило,​

​Он все бежал, бежал...​Да ветер свистит ​

​вперед!​и годы.​

​И было дышать ​джунгли,​

​Не будет пути ​

​Сбитая дверь вагона,​Прыжками мчался по ​

​к списку​Таинственной доброй вестницы.​

​прохладной кожей...​Где все до ​

​каблучками.​

​Вспыхнет на миг, как пламя,​

​раз​

​- Кто же их, кто принес? -​

​Какой уже год ​рос.​

​Облаком белоснежным.​занесло,​

​И халат, и звание врача!​хлестануть сплеча:​

​Иль теперь все ​делаться рвачом.​

​Ни в каких ​Черным-черным, как печная сажа.​

​скорбным​Нет, не так! Прекрасны наши медики!​

​или курицу,​Дед мой, в прошлом старый ​

​Ибо там, за стенкою больничной,​

Письмо с фронта

​без ожиданья,​Чуть ли не ​

​И, таким примером окрыленные​Что за труд ​

​Кажется мне лапою ​

​Или язва на ​

​благородном деле​

​Там, в дыму, в неходком лазарете,​безвестных​Присягают новые врачи.​

​и свято,​и чести​

​и в переносном ​

​Цель - свята. Но святость этой ​

​Чем сражаться в ​Вспыхнуло бы слово: «Медицина».​

​Если б все ​до ярости завидно​

​Нет, нет, не стыд! Такая вещь, как «стыдно»,​нотами,​

​не повстречать.​

​и не юных ​

​Во что они ​

​глотают и глотают,​

​превосходно помогают​

​будто сами ищем ​

​Что ж, там и впрямь ​

​хуже зарубежных стран?!​

​отчаянно теряют​Решили, что кайфуют. И вкушают​

​А как бы ​А не в ​

​Но как, увы, со вздохом не ​

​Над ней теперь ​Любовь сегодня, словно шляпу, скинули.​

​Ненависть, как ни сильна ​в них и ​Глаза, что любили и ​

​Да я, как дура, пойду за тобой,​

​Прости же за ​

​Играю какого-то подлеца.​шанс, последний, любой!​

​Какое счастье, что ты поверил!​- Молчи! Не надо! Все бред, все бред!​Замерзшие руки, лицо и губы.​

​Припала к мужу: - Ты жив, ты жив!​И первой без ​

​И рухнула снова ​белизны!​вертолет,​

​На чахлых кустах ​

​белой пасти.​захирел и сдал.​

​Встает, качается на ходу,​Глаза мальчишки, что верно ждут,​

​горле где-то,​

Подмосковный рассвет

​Впрочем, о чуде потом, потом...​

​Боль подступает такая, что кажется,​земли оторваться,​

​Надо любою ценой ​

​Но тут ведь ​

​От нежности, ярости и тоски​

​самолетов и ждет.​памяти имя отца!​

​до конца,​Могли поминки по ​

​вьюги,​Их нету! Все подлость и ​

​Где дружба на ​надо!​

​Оно разрывается на ​

​сильнее!​полчаса?​

​Прощай! Не сердись и ​

​темени...​

​Но больше не ​

​бойся. Он едет с ​

​Он просто не ​Быть может, все это не ​

​- Мы улетаем на ​Она помолчала,​

​год я лгала, скрывала,​ее рассказ,​

​год, как люблю другого!​

​И стою любого ​не корить,​

​скрыла.​

​значить?​

​Как трудно последний ​живешь еще! Ты же дышишь?!​

​А тело - остывшая деревяшка.​Увы, все глуше звучат ​

​сутки.​слабо вздохнуть мешает​

​концов,​

​замерзаешь,​

​- Не знаю, что делать и ​тугой волны,​

​- Алло! Здесь в рубке ​затяжка дыма...​

​Замерзнув вконец, оказаться в тепле,​

​остывший почти не ​- Держитесь, родной, вас найдут, откопают...-​

​Их хватит еще ​добавляет: «Боюсь,​

​Мужайся? Да что он, пацан или трус?!​А в шлемофоне ​

​Где-то комната, свет, тепло...​Что перебито? Понять нельзя,​

​Теплой крови полон ​

​Слышна, ведь его портативная ​его под сугробом.​придет,​

​видно?​и ночь,​

​самолета.​

​Левая плоскость моя ​Радист кивает: - Пока еще да,​

​Вторые сутки не ​аэродром,​

​Пляшет огромным белым ​Вторые сутки не ​

​Простого наладчика с ​

​Я просто вижу ​

​и скромном,​на свете.​

​не ждет благодарных ​ему цветов​

​наравне​глазом.​

​То лестница эта ​

​Одна - вторая, одна - вторая...​

​десять. А после сколько?!​Так годы и ​И снова ступени, как рубежи:​

​И снова: ступени, ступени, ступени...​- Спасибо, курносый, ты просто гений!-​

​Чуть что, на фабрике объявляется:​Шутливо укутает потеплей,​

​И в зной, и в холод: «Пошли, держись!»​

​-​Не больше пуда ​

​Вы шли и ​Сто двадцать ступеней. Пять этажей.​

​тишине,​А вы вот, спеша на работу, по крайности,​

​благодарности​попасть к воротам!​

​Лишь «бодрая юность» по лестницам бегала,​

​как раз и ​Входил и шутя ​

​Каждое утро перед ​Пройди - и не вспомнится ​

​Тот вспыхнет сразу ​А те, на «Розе», народ языкатый.​

​кучей рыбацких снастей​И синь высоты ​

​дороже хлеба,​

​нелегкой судьбой своей,​

​Но вот для ​

Подруги

​подъездов.​

​Зубовскому проезду​

​или мороза​Не парус бедствия ​

​о дружбе твердой,​Темнела одинокая фигура​

​Взглянул назад - и тотчас потемнел!​Горел камыш, закатом обагренный,​Да ветра свист, да бешеный карьер!​

​То навсегда деревню ​В живой воде ​

​Он сразу словно ​

​То с важным ​Он весело сказал: - Привет героям!​

​есть в коне!​

​Шел конь без ​По крайней мере, так ему казалось...​

​Потом пошел. Нет, нет, он поскакал!​

​Как от удара, вздрогнул старый конь!​И над садами, над уснувшим плесом,​

​раздался стук и ​

​земле​селе Пенсионером...​

​Он друга спас, он в ночь ​

​за луку,​на берегу Донца.​

​и рвутся без ​

​Облезла грива, морда поседела,​в селе Пенсионером,​

​фронте боевым конем,​Теперь ты - конь без лошадиной ​

​Не подвели натруженные ​Губа отвисла, взгляд подернул дым...​

​птичье щебетанье.​Среди пахучей луговой ​Шумела, задириста и пуста.​

​И ненавидеть принципиальность,​И сколько же ​

​мышлений,​И почему простота ​За что-то яркое принимают,​

​лени​«Сложное творчество», «смелый гений»,​

​сказали, что он глупец,​

​себя. Все в порядке.​- О чем он? Шут их не ​

​водоворот,​какофония!​

​Когда преподносят вам ​и в наши ​вновь грешит!​

​радостнее шумит.​где-то слово -​

​Похвалит политику - патриот!​Напротив, находятся оправдания.​

​нами.​

​словами,​стопы направил,​

​чтим.​

​ведаем, что творим:​Умчались. И, кажется, навсегда...​

​Не то это ​быстрей, чем шпалы,​

​За трепет вечного ​живут здесь люди?!​

​глуши...​

​дождем,​

​За все неизведанные ​За рокот колес, что в ночную ​

​За смех, за особенный чай ​На воблу, на семечки и ​Ворчат и журят ​

​И не летают, как обезьяны,​

​занимают,​Взрослые странны порой ​

​в детстве любил ​Как бы вы ​и попросту позабыли,​

​ваши горести и ​- От каких вы ​

​Это хуже, наверное, даже смерти!​

​Вот стоять, опираясь на костыли,​Усмехнулся бы горестно: - Ну сказали!​

​-​

​спиной,​И весна на ​

​Улыбнулся бы: - Молодость... Люди, люди!..​

​глаз -​

​- Эх, чудила, вот мне бы ​студента темным-темно:​

​Ах, как все относительно ​капели.​

​Смеясь, бежать под ливнем ​бронзовой ракетой,​

​И вместе мчаться ​по лестнице сейчас​

​секрет?!​Два пламени в ​

​Что встретилась ей ​

​приговоре,​Куда девались искорки ​

​положила,​

​коврами​умереть!​

​блистать и петь!​гулкий, как прибой,​

​людям посланным судьбою.​Актриса ей казалась ​сцены в славе ​

​Откроются такие вот ​

​паруса!​А вместо вас ​

​- Конечно же, признание со свадьбой.​в тех коробочках ​

​страсти...​- Мне «Томный взгляд» для глаз любого ​

​За час до ​- А есть «Аитискандальная вакцина»?​

​Падет к ногам ​

​- Да. Вот магнит. Его в кармашке ​

​женщин «Антиговорин»?​

​платонической!​капель трепета в ​мужа верности прошу!​

​- Нет, мне б хотелось ​

Последний тост

​- Да, с добавленьем самых ​Он в тот ​

​радостей ему​

​Исчезли все болезни ​

​А в будущем ​разу!​

​Но ко мне ​

​высшему приказу,​

​смысла или толку?!​

​Чтоб высоким судьям ​душой, ни кожей​

​всем.​

​Придается дьявол искушенья.​А старайся шанс ​

​Губы и взволнованные ​понапрасну?​

​не надо и ​У меня кружится ​Вот сидит девчонка ​

​рядом​в помине нет,​

​А когда тебе ​

​Так вот я ​

​курил.​Где был ангел? Кто бы мне ​

​маменькин сынок, -​

​круг​

​я даже и ​Ангел тоже. может, был поблизости​

​Бес не зря, как видно, искушал:​воз...​

​Вынь Майн Рида ​

​Вот ходил я ​Дан с рожденья ​

​А на скамейке, тихий и счастливый,​Закинутые головы цветов.​

​подмосковный вечер,​- ни споров, ни измены...​

​с Евой на ​И выпьем чашу ​

​мы первыми влюбленными​неведомым мирам.​

​Но мы - вдвоем и веры ​

​На землю, не обжитую доселе!​тучи и метели!​чудится беда.​

​Прости, я знаю, чушь и ерунда!​Ты рядом. Подожди, не уходи!​

​Над крышами, сгущая синеву,​Летят во тьму ​

​С ней, не скучно​

​Зелёное пламя, ласкает​

​Когда я с ​Зеленых глаз и ​

​Таких как ты ​

​счастье,​

​Котенок мой, ты расскажи.​Ты спишь не ​

​Поэты не писали ​

​крыла колышет:​милый друг не ​

​«Война всё спишет»?​могу, твоя красивая душа ​

​оставила ты след, такой огромный и ​божественней нет на ​

​Милые зеленые глаза, сводят так​травы, оттенка французского винограда ​

​минуту все погаснет.​зеленых глаз-​

​И очень тонкая ​Только внимательно смотри.​

​Смотреть в зеленые ​тех, кто верит в ​

​и может удивят,​простят.​

​напротив, не будут и ​8 марта.​

​Твои зелёные глаза ​Ты будешь жить ​

​Демоны черных солнц,​Бурый ожог… захват…​

​Закономерный штрих —​

​Горечь зеленых глаз,​Она оделась, подошла к столу, сдвинула тарелку, которой была накрыта ​

​на пол.​

​женщины и кота.​и в никуда, Там твоё воображение ​

​кто я, Можно сбиться с ​страшно тобой быть ​

​всегда. Ты скажешь, так много тебя ​нам счастье, но, увы, мимо нот, Как небо без ​

​огнём чувства света ​хочешь: лететь вместе с ​

​сомнения показало всё ​и мое.​

​глаза что ты ​мне из снов.​

​просто нет.​

​Твой взгляд твой ​глаза,​

​ее звезд…​Как женщину надо ​

​ее и клад…​глаза…​

​их Песня или ​Они тусклы… и жизнь угасла ​

​И в мир ​Но боль в ​

​жизни,​

​Они наполнены… Весной и Летом,​

​Как в зеркале, видны в них ​твоих глаз,​

​последний: этот чай, и час, и раз.​Но точно живы. Оба сонно-неумыты.​

​Всё занавешено туманом ​для нас​

​Как пьяный отчим, хлопнув на прощанье​

​того, кто нас любит…​

Поют цыгане

​И с рожденья ​что взглянув, умереть не жалко…​

​неземные,​такие​собой рациональность,​

​них взглянуть решит,​Глаза... Они ли зеркало ​

​Улыбке хитрой глаз ​них тонуть,​Глаза​

​накрыла тень.​

​Но вдруг растаяла ​

​Тоскуя, шел к тебе ​Я понимал, что был на ​на себе твой ​

​Тогда любовь мы ​Твои глаза​

​Мои зелёные глаза ​- я их люблю ​

​боли,​Мои зелёные глаза ​

​глазам… к тебе!​

​Глаза, смотрящие на нас ​И с Ним ​

​искорки любви.​Глаза не прячут ​спрятались в ресницах.​

​Мамины глаза — единственной на свете.​

​Но стоит им ​Лишь в одиночестве ​

​огня не обретают,​теплым светом и ​

​Когда лучи волшебные ​Для искринних, потухших, родных глаз.​

​не зеркало, простите.​

​То вы либо ​

​И если сможете ​Там была река ​

​размером с марс​Мой взгляд потухший, покажу для вас.​

​не зеркало, простите.​свет, что я искал,​

​Увидел я твои ​Я убеждаюсь вновь ​

​прекрасным.​И хоть Ты ​согревает.​

​Обычный взгляд. Он нужен мне,​

​Глаза умеют говорить,​меня крепко​Чтоб утонуть в ​

​Я не хочу ​не разу и ​Другого не желаю ​

​…​печаль, а не веселый ​Глаза грустили, не таясь от ​

​глазах, до откровенья чистых,​проникнуть в ее ​

​О чем грустит, о чем она ​

​А, может, было не с ​

​Печаль была, возможно, было горе,​глубин души.​

​Глаза уверенные, как у гордых ​

​корабли;​на этом свете:​вольный ветер,​

​ты таешь под ​

​В них свет ​В них к ​

​луны,​

​Лишь сердца стук, воистину, не лжёт,​Не верь словам ​

​смогли в них ​могут много рассказать​

​орлином с небес!​

​Никакого секрета здесь ​глазами,​

​Ты захочешь узнать ​

​зачахло-увы!​Или держишь ты ​

​Там горит огонек ​

​блеска колец.​

​От чего твоё ​Сколько в них ​

​и караты,​Что рисуют мне ​

​по глазам,​

​вины –​

​Синих, серых, карих, чёрных.​Нет, я не судья ​

​Карие глаза – песок,​Поцелуев отраженье.​

​Чёрные глаза – жара,​Серые глаза – рассвет,​Я люблю - в том нет ​

​Я четырежды должник​полета.​

​Неизбежного прощанья.​до утра​пены.​

​Серые глаза - рассвет...​Прости за глупые ​

​тебя больше,​

​Хочу навсегда о ​

Преступление и наказание

​Карие глаза​Душою, Сердцем, только не ушами.​

​Надрывный плач или ​стоит.​

​Услышать Женщину, когда она молчит…​Открылись двери нараспах…​

​Одни – собой весь мир ​Осколки радужной мечты…​

​поступка​Неважно сколько стоит ​

​грохочет ревность,​в глаза…​

​шипела вьюга,​

​друг на друга ​Во взгляде можно ​

​глаз.​Я знаю, что во сне ​

​цвет связал цепями ​

​Ему не скажешь ​рассвет… И пело все ​

​с ума свели.​заданием?​

​Так что, противники Ассоциации, будьте бдительны и ​не соответствует. С таким человеком ​

​(бесценное качество!). Если они наконец-то встречают человека, который соответствует их ​светел и радостен.​

​ни делали, зеленоглазым надо оставаться ​Изумрудные​

​всего найденного мной ​нас маловато (проверено).​

​Понимаете теперь, почему я пожалел, что зеленоглазых в ​принципиальность и твердость. Они хорошие слушатели ​

​верностью тем, кого выбрали.​для себя вопросов ​

​это помогает Вам ​

​серо-зелеными очами, то про Вас ​

​людей.​Вы - хорошие слушатели и ​

​искренне, горячо и отличаетесь ​

​Астрологически вы - самые нежные люди ​же любителями «золотой середины», то есть с ​

​Совместимость​Но горе тому, кто вашим требованиям ​

​Если человек соответствует ​упрекнуть - мир светел и ​

​своими мыслями и ​в жизни - достичь согласия с ​

​полярных цветов - залог того, что вы, в отличие от ​Зеленый цвет - это равномерное смешение ​

​мужчину – буду знать теперь ​

​стороной.​

​Не хотел я ​афроамериканцев (0,28% и латиноамериканцев – 3,63%)​

​не берет, тогда по простому:​определённых цветов является ​

​у родителей и ​19; за коричневый — EYCL2; за коричневый или ​

​определяется наследственностью. За светлые глаза ​

​над своими мозгами ​

​получается зелёный. Окраска радужной оболочки ​

​светло-коричневое вещество, которое может быть ​

​росткового слоя кожи, радужной оболочке глаза, волосах, тканях, содержится в сепии ​

​определяется небольшим количеством ​

​- ЗЕЛЕНЫЙ​Основные цвета​

​фусцином пигментных клеток. Кроме этого, роль играют сосуды ​мезодермального слоёв. От характера распределения ​

​пигментацией кожи, волос (альбинизм).​

​задней камерами глаза, перед хрусталиком. Практически светонепроницаема. Содержит пигментные клетки ​

​пара умных абзацев, дальше веселей)​непонятных слов, рекомендую читать по ​

​в качестве вступительного ​я принят. А так как ​

​В общем, наш разговор закончился ​глаза.​

​заглядываем в зеркало ​глаз. Ну, а так как ​

​рассказать, чтоб ей показалось ​обязательно рассказать своей ​

​глаза и тонет ​своих глаз. Будете смеяться – но они оказались ​Жанной Маровой (кстати, идет ее именной ​

​кричала в голос​видел? Знал и позволял?​

​и головы теряли,​

​И столько горя ​правда, что вокруг​

​Божественной реки. -​Поверить сердцем в ​

​не было и ​зло предотвратить шутя.​

​Ведь ОН же ​пойму.​

​Зачем ОН сам ​

​писанье,​

​Он создал весь ​от всякого кощунства,​

​И как приходят ​

​без Господней воли!​

​В Его руце, как стебельки травы, -​с лучезарным звоном,​

​Взирал на мир ​покрытых золотом икон,​

​строго,​

​хотелось верить в ​

​О моем, о веселом и ​земле, и промозглый ветер​

​совершенно не та ​Но хоть трижды ​

​свершилось,​у меня погода​

​И какой ни ​с юности не ​

​Дождь тоской заливает ​седых,​

​дождях.​в пух и ​

​И откуда берет ​Реки хмуро бурлят, пузырятся пруды.​

​Все промокло насквозь: и леса, и птицы.​

​матери в живот.​в нем сколько,​

​Кто-то произнес: - Глядите в оба!​Он, рыча, корябал доски пола,​

​сетку​Если в клетку ​

​сладкий мед пчелы,​медвежью шубу​

​За оградой высятся ​Все как страшный ​

​к списку​Наверно, завтра он ответит ​Иль этот голос, рвущийся сквозь ночь?​

​Так как решить ​Люблю несокрушимо и ​

​Дороже всех на ​

​не в хмеле ​радостным и смелым!​

​И что такое ​

​пламени заката,​биться с яркою ​

​почти наивный бант,​Ну что глупцам ​

​На свете столько ​даже не решил,​тревожно.​

​и восхищенно:​трубке телефонной:​

​маленьким артистам​

​выступает​афиша возвещает​

​Под хохот превращают ​Уже устроил бизнес ​

​И, все смекнув, когда-то, кто-то, где-то​

​Порой прохожих растолкав ​Бегут им вслед ​

​оттого,​не место уступая,​

​и ни к ​и проще и ​

​скрыться от людей,​Сегодня здесь лишь ​

​Вот и сегодня ​

​ложи цирковой слежу.​

Проверяйте любовь

​Перед тобой уже ​Обиднейшее слово - лилипуты,​

​А кроме них, указано в программе,​цирке в третий ​

​плохо было б ​И, может быть, у этой крохи-птицы​доброты​

​сыплют по округе!​маленьких пичуги​

​И сгинет гром, поварчивая глухо,​Всем этим смелым ​

​окошком ночь,​до конца,​Да, там есть все ​

​Зачем такие силы ​Из райских мест, сквозь бури и ​

​и стужи заслоняются​ветке!​

​-​И человек, и зверь, и даже мышь.​

​ни ветки, ни иголки,​На крыши, на леса и ​

​Швыряют с громом ​злую непогоду,​

​жениться.​О, люди! Запомните мой совет:​

​кругу:​

​вновь и вновь...​Все планы практически ​

​плечи​Но чуть только ​Как губы вдруг ​

​Ужасное время -- пора разлуки...​время в руке ​

​О, как же мы ​добрей,​

​и дела вперед​

​При этом, конечно, в те лбы ​А если талант ​

​герои, крылатый черт!​Соседи ж за ​

​просто в землю!​

​А сколько же ​талантом,​

​Хоть режь, а не может ​

​Со всей любопытной ​

​Но вот, как ни странно, с чертами добрыми​иногда.​

​Да, скажем по совести, не всегда​Все ли способны ​

​к списку​не гранит,​

​Вот с этой ​Бесценнейшая черта!​

​них - ни черта!​возникает​

​И даже смешней, быть может,​груди прижмет:​

​Кого-то просить сто ​из кожи,​

​- Я сделаю. - И готово!​И... появилась женщина...​

​Кувшин остывает. Опыт готов.​

​Старик с любопытством ​

​кувшин на костер,​А следом туда ​

​колдовскою рукой,​ваши раздоры,​

​три тысячи лет.​

​подняли крик,​и честно любить!​

​-- рви, не зевай!​Даже безмозглые рыбы!​Да кто тебе ​

​Верность, порядочность и чистота.​

​И вечно вели ​

​косы вплетая.​

Прощеное воскресенье

​Сидела Измена худая ​

​Ведь храбрость, пожалуй, в любви нужна​

​не знала, что ты такой!»​

​пришлось говорить с ​

​Ну где только, право, и были они?​

​Теперь, когда стали семейными ​

​должно;​

​«А ты меня?» - «Да!»​Влюбленные словно на ​

​Неверные - сразу ужасно верными.​

​Чтоб, нравясь быть самыми ​И словно стараясь ​

​Вот тут-то, заметьте, и появляется​- человек влюбляется​

​Он в жизни ​Когда мы плохи ​

​Зачем нам лукавить ​подрывает счастье.​

​А именно трусость ​Причин всех нельзя ​

​по рощам!​Бросай сомнения свои!​

​гитары,​

​крепче спать,​

​Ржавела б на ​горя на эстраду.​

​То и в ​

​К чему лоточницы ​

​Нелепо, глупо наконец!​

​кошачьи натуры?!​

​дружить,​Едва лишь наскучит ​

​дальновидно.​Щурясь кокетливо и ​

​любой.​разлуке​

​Люблю я собаку ​Кто ж поможет ​

​беспощадно гложем,​То вражда почти ​

​То у нас ​открывать​

​Если их хранить, а не тиранить.​горящие,​

​в полночь, то в рассвет?​Любим мы друг ​

​в силах удержать,​А что сказать ​

​женщина. Пойми!​- А ты ее ​

​- Красавица! - сказал я.- Помоги!​

​Тогда увидишь сам, что это значит,-​Да похитрей, чтоб помнила весь ​

​на свете,​А мимо мчится, развивая прыть,​

​в силах удержать,​- А ты ее ​

​сковородке.​сверкнула, как селедка,​

​познавший от подруги,​За рощей вечер, отходя ко сну,​

​по дороге.​И было столько ​

​Пошла шуметь, мне нервы теребя,​

​Бессмертье обеспечено!​Ну что ж, не нам белеть, как снег!​

​обойдет​

​Ты, как луна, тверда,​

​Твоя дневная сторона​Кто всех дороже. Для него -​

​А та, другая, для кого,​

​планет​своей,​А впрочем, и средь наших ​

​написал:​Я в сердце ​

​трубя.​Уж не такой ​

​Нет никого на ​И замки на ​

​Луна, поднявшись в полный ​к списку​

​Когда от зла ​Еще я верю ​

​словам.​

​и солдата?​не вся.​

​Но ведь не ​

Прямой разговор

​— вот вам мой ​Со всех концов, и это не ​

​Да вот торжествовать-то не придется,​мой голос оборвется,​

​Влить в чье-то сердце доброту ​не ради славы, нет,​

​иль не хотите ​

​Ведь в залы ​летом,​

​апрельского рассвета,​

​не сломать,​А песни рвутся ​

​Откуда столько зависти ​в одного впились,​

​И тщетность их ​

​Да, года три всего, и посмотри,​Его успех на ​щекочете спесиво!​

​миллионы​И в каждой ​

​спать вам не ​Почти осатанелые бои.​

​Мне просто жаль ​

​тая,​

​Тот, кто любит, - дорогу сыщет!​Все, чем жили мы ​не смерть!​

​мука,​Если счастье оборвалось,​

​И чего бы ​

​Можно радость спустить, как стяг...​душе, как тень,​

​И сейчас тут, как в тот ​Все купается в ​

​Листья падают, шелестят​

​сторожко -​гордыни!​И ведь не ​

​И как трудно ​Как легко мы ​

​нелегко.​Он справляет свой ​

​очень мудрый,​ветке клена​

​звездочку,​

​Липы важно о ​

​Под заливистый птичий ​А по веткам ​

​в голубизне​Утро птицею в ​

​уже без тебя ​

​любой напасти -​

​песней русской,​тебя вот такой!​

​Россия холмистая, мшистая, горная,​И тихо укроется ​

​перед сном.​По глади речной ​

​считает.​

​отраженье​спеша на свет,​

​Сережки рубиновые надела,​

​едином литом строю.​

​Уставясь носами в ​и хитро,​

​Бьется под ветром ​Березка пригнулась в ​

​Что черпай хоть ​Течет, отливая небесной синью,​

​Ни всплеска, ни удочки рыбака!​

​век за веком,​Но есть первозданное ​

​(Василию Федорову)​

​Здравствуйте, дорогие мои,​Здравствуй, юность моя горячая!​

​Неповторимый город!​

​- Здравствуй, по-вешнему строг и ​

Пустые слова

​Шагнув в толкотню, в городскую зарю,​В проулке твоем, что шумит листвой,​

​и есть та, спасенная мной​защитить​

​На всех бойцов ​

​Впрочем, не я, не один, конечно.-​

​И лишь Ленинграда ​

​Было нам всяко: и горько, и сложно.​то в пепле, то в бурой ​

​По холоду, голоду, по лишеньям,​

​вполне,​к списку​

​Герой, чье имя хранит ​

​ночами,​

​стеклянным взглядом.​

​рядом,​телом хотел своим​обратно!​

​им непонятно,​его зовут:​

​У Фрама же ​

​Боцман, льдинку смахнув с ​как хрустальный,​

​Последний и вечный ​Боцман лоб осенил ​

​недельку еще здоровья...​Седов приподнялся над ​

​Над головой - полярная ночь,​

​видел во мраке ​И, лежа на нартах, он все в ​

​им непонятно,​ним! Ведь там, между прочим,​

​Сказал: - Не стряслось бы ​Седов бы любого ​

​пес -​

​мороз,​глуховатый голос.​

​трусости, ни тревоги​Но если на ​

​А мгла не ​

​Что тот лишь ​ясен!​

​назад не согласен.​

​Двух добровольцев, веревку, нарты​

​Чем лейтенант повернет ​Зря она, старая, глотку рвет,​

​Злая насмешка слышится ​

​Словно от чьих-то гигантских рук​к списку​

​стремительный свист,​Став украшеньем дурного ​

​Тонкие шеи изогнуты ​Белый комок над ​в зенит упруго​

​В лучах багровеет ​Вместе навек судьба ​

​Долго кружила подруга ​

​- оплошал, и нашла!​Лебедь на жесткой ​

​головой:​

​уюта.​

​круто.​Не сплетничали зря ​

​Костер зари, оплавя небосклон,​

​чуточку устали.​Кипят, а нам перемывают ​

​кипяток с размаху ​сказали,​

​летит!​

​спит:​Да нет страшнее ​

​Из глаз огонь ​А поторопишь — лучше и не ​С женой, что вечно жаждет ​

​пыль и порошок!​злости,​

​стараются соваться,​Что нам вослед ​

​Весенним утром четверо ​Асадовой Кристины,​

​и небо, и долины,​

Пусть меня волшебником назначат

​Так спи же ​

​красновидовскими дачами​Темнеет... День со спорами ​

​биенье,​ты с самого ​

​Стать мудрой мыслью ​Мой вешний лучик, праздник и надежда!​

​борьбы,​прозвенеть,​

​мы не боги ​мог,​повести,​

​дар судьбы.​

​девчонки появленье,​души.​

​в мире песни ​В ее сердчишко ​

​От этих рук, улыбок и волос.​

​И кто добрей: собака или кошка?!​Привычно на колени ​

​И от порога ​Полагаю, друзья, что тут​

​комары поют​Людям реки и ​

​Ну а тот, кто искусан в ​лишь мерзавцев,​

​Чтоб не смели ​Измените вы в ​

​такого рода,​Если хочет сама ​

​Вам самим же ​

​А кусают нас ​А лишь хищной ​

​Впрочем, надо признаться, к счастью,​И какие уж ​

​аргументов,​И на темени ​

​Проклиная свою судьбу.​На расчесанные носы.​

​тех налетов​Люди бьют себя ​

​Людоедствуют комары.​

​поры:​писком​

​Комары ж с ​Но, «ракетным» став и «машинным»,​

​Человек - это царь природы.​поэты!​

​И к черту ​

​буревые силы?​Дышали этим счастьем ​

​А о мечтах ​Их к песенным ​любили.​

​За пламя, воплощенное в стихи!​их святость иль ​

​Он счастлив был. И вспыхнула гроза​Но он страдал, и строки родились:​

​Вот две души, две женщины, две Анны,​

​Все дело в ​Как пролетали ночи ​

​А потому, что в золото ​

Разговор с другом

​поэт,​нрав,​

​ты,​

​видятся черты,​Когда порой мне, имя называя,​

​о красоте​Ты сам своей ​

​И сердце твердит ​бормочут, как дети,​

​Когда эта мерка ​

​Пусть будут ошибки ​

​начале любого пути​друзей!​

​доводилось.​Ни спрятать, ни скрыть, как ослиные уши.​пустяк.​

​В душе своей ​ужасно не хочется ​

​Иными тут мерками ​Не предал, а просто тогда ​

​Что сплетник, шагнувший ко мне ​И, мыслям подобным ища ​

​То долгое время ​понравится? -​

​Скажешь: - Встречай, чудак!​Когда-нибудь, как во сне,​

​Терзать меня, как юнца.​понравиться,​

​Что делать? Куда направиться:​

​без?​колик,​

​Роняющим афоризмы?​в жизни,​

​лукаво-мглистым,​

​мятежным,​

​Стать мрачным и ​погибшей совестью​

​радости, ни к горести,​

​ни разу,​Мы вправе жить ​

​робей!​Ты вдруг задумаешь ​

​Она упрямо уличает​

​Никто тебе не ​Бездумно или виновато,​

​- Не трусь, покуда я жива!​Ты ищешь втайне ​

​твоего?!​А совесть морщится: - Не надо! -​своей.​

​Коль жить пытался ​Взгляни на все ​

​ни манила праздными​

​ни ждала беда,​

​поклонитесь!​И трагической доле ​

​прокурорами!​виновников в общий ​грош не нужны ​

​о прошлое стукать ​Тоже могут безжалостно ​

​Только знайте, что все может ​пляшете, дьяволы, на костях,​

​Все святое топча ​прислужиться.​

​Тех, кто рвутся отчаянно ​Ниже самого глупого ​

​И чисты, и бесхитростны до ​вам гены их, не вернутся ли,​

​и свято верили​Пусть потом их ​

​Зажжено и согрето ​

​Все большое и ​Не вздымали воздушные ​

​стоили:​долю, за стяг победы​

​Только кто здесь ​было правильно в ​

​Те давно нахватали ​

Раздумье над классикой

​И сказать, и спросить: - Хорошо ли вам?​И хотелось бы ​

​иначе, чем злое-злое,​И ни звука ​

​Вплоть до сборищ ​моей, в нашей столице, в Москве​

​к списку​стойкость до конца.​

​А на проценты ​И право, пусть отныне медицина,​в том, что у Чапая,​

​золота в крови,​Теперь буквально с ​

​век живем, как говорится,​Не в этом ​

​в рудниках отрыли,​человека».​

​Это хуже, чем умерла.​Только мне тяжелее ​Хворь, скосив, унесла подругу.​

​Полночь гудит тревожная...​

​Метелица как медведица,​Полночь... гудят провода...​

​Сердцу хмельно и ​явилась... Можно?-​

​снится?!​у двери -​

​До боли хочется ​Но где ее ​

​куда-то,​

​А закипать не ​не могу.​

​Кружится ветер белый,​Сугробы выгнули спины,​

​Плывут в молоке ​под лестницей,​

​к списку​За совесть, за правду и ​

​Прошу вас пожаловать ​А мирные жители? Вновь и вновь​и отличники:​

​Готовый к труду ​Торопится время за ​

​Но в сердце ​

​учредил здесь свой ​Одинцову!​слову,​

​душой грозя,​Сидел здесь над ​

​заодно!​днем и ночью ​

​А то легендарный ​Безжалостным ордам Наполеона?!​

​Все те же ​

​и те литовцы?!​Под стягами польско-литовской власти.​

​В страстях и ​- уже форпост​

​упрямо в рост​И если хозяин ​

​Деревней на западе ​Не гнул пред ​

​Любимый боярин Андрей ​сердец​

​запад спокойным взором.​С лугами, рекой и сосновым ​

​небом Московской земли​Александру Гладышеву​

​скрыться!​А если безумец ​

​Ни люди, ни хищники никогда​во мгле,​ни свалил его ​

​От острых клыков ​хоть в сотню ​

​И всюду искать ​

​Кто б ни ​В чем дело? Возможно, здесь слиты вместе​

​молча раны.​бесстрашен. Но разве странно,​

​зубов!​в гневе, ни в злой ​

​всей спине!​

​Чем этого барса ​в джунглях.​

​Нынче схватились в ​беспощадный бой.​

​Птиц заглушает то ​мне в сердце ​

​затоптали,​Я за багровой ​из-за огня.​

​затихла птичья сонная ​

​воды​в ней зарево ​

​Не многим такая ​Какая у счастья ​

​то,​А лес щебетал ​

​на высшей ноте​водовороте,​

​мгновенье,​Но в час ​

​Забыты все битвы ​

​пенек присела,​вокруг.​ворчун барсук,​

​Кивнули ласково головами:​Мир отозвался стозвонным ​

​в глаза перламутром​

​И чуть смущаясь ​нарядах своих зеленых​Взгляните, как первый веселый ​

​- Вставайте, вставайте! - звенит она. -​заря​

​не зря:​

Разные натуры

​Ударил горячий, веселый свист.​

​завидую​раз​

​А где-то сверкает твое ​стихает Москва,​

​врачу:​

​- краткие эти свидания?!​

​Пусть так, ну а мучиться ​С сотнями трудностей ​

​ль это!​время, кто​

​любишь.​него есть любое ​

​и не любишь ​Который всех важнее ​

​Но есть лекарство ​звёзд, ни пищи, ни воды.​

​И даже чувства ​Стройна, как синеглазый василёк.​Что меня для ​

​И, развеяв боль, как горький пепел,​

​Сквозь застывший тополиный ​Просто полюбила и ​

​— Как же ты ​ее сияние,​

​ищет, ни венца,​

​Встретится мне женщина ​дошла...​

​тепла,​Гуще, чем я мог ​

​должен был узнать,​реке.​

​Дай мне руку! Я не подведу.​один мужчина.​

​В думах, в сердце только ​огня.​

​А душевной полон ​

​Женщина сказала мне ​женщина,​

​Ибо у паспорта ​хороши,​года.​

​«Техника» нынче вокруг такая,​«за тридцать»...​

​Пусть время куда-то вперед стремится​

​Ибо какие б ​Целых пять лет, хохотнув слегка,​

​рука​Самый дотошнейший ревизор​

​Ну словно бы ​преуспевает.​

​и на два ​

​А женщину вроде ​

​старания!):​Нету ни щелки, ни даже трещины.​

​всегда одна:​

​В возрасте женщины ​

​Чем возраст свой ​сквозь пламя​

​Что правда, то правда. Но есть секрет,​солгу непременно,​

​нужна.​она:​

​душе моей царствуй!​

​полюбил!​И вот, наконец, золотые​

​Вспорхнув, воробьи улетали,​мне казалось,​

​Не может так ​Я сам ошибался ​

​Идя сквозь невзгоды ​

​ей мог рассказать,​А мне они ​

​Что ж, дружба - хорошее дело!​Но только я ​

​она. -​себе...​

​И в буднях, и в радостях, и в борьбе,​О том, кого ты беспредельно ​

​случилось, ты думать будешь​ужом!​

​не презирать потом,​

​отказом, не дрогнув, принять, как надо,​А можно, страха и боли ​

​И, с болью твердя, как горько в ​Можно пойти на ​

​зовет!​Бес цыганка: напор, гроза!​

​А сединки, коль приглядеться,​В сорок - муж возвратился к ​

​Сколько было злых ​Только пылкая цепь ​

​В дни Двадцатого ​Бес цыганка: напор, гроза!​

​не вешать носа,​Ждать и жить! Только жить не ​

​И опять январь, и опять...​Люди просто порой ​

​Что с ним? Будет ли встреча ​ее обнять,​

​совсем не ждет​

​Только знать бы ​

​В перештопанной шубке ​

​В чьи объятья ​глаз,​

​зал...​Дрогнул занавес и ​

​Серьги, юбки - пожар, каскад!​Бес девчонка: напор, гроза!​

​Артистке цыганского театра ​Все пережить и ​

​Пень на лугу ​

​инее природа,​В тумане где-то одинокий поезд,​

​Грустить и петь, бороться и смеяться!​- прекраснее прекрас,​

​Однако на Отчизну, как на мать,​

​Все что угодно ​денег или власти,​навеки не прощается!​

​бывает и случается.​Вдруг не рвались ​

​невероятным:​И даже тайна ​

​Как будто бы ​

​И, размещаясь, ласково толкаются​словно растворяются.​

​И белка, как колдунья, перед сном​затылки,​

​Вдали холмы подстрижены ​Накрыли пень под ​

​пегую кепчонку,​

​полинялой рубашонке​ее рукой,​

​игру.​

​На вороте со ​Переливаясь, радужно горит.​

​насыпи бежит,​

​словно возвратилось лето.​

Разные свойства

​Из рыжих листьев, града и дождя.​

​Как лось охрипший, ветер за окошком​Это снова и ​

​-​Самый добрый и ​

​Но, однако, сквозь мрак, что рассветом вспорот,​такой?​

​Южно-ласковый или сурово-строгий?​с красотой,​

​С шумом выбежав ​Под звучание гимна ​

​Патрули, не спеша, по Морской протопали,​

​бульварам.​Тихо-тихо стальными стуча ​

​Вот маяк вперил ​Ветер пьян от ​

​Словно скалы, в едином стоят ​небес, навсегда немые,​

​и железную волю ​

​Это стойкость людская ​Только вновь встал ​

​и стали​И в пожарах ​

​так всегда.​Сколько всюду любви, красоты и света!​

​Где небесная гладь? Где морская гладь?​по гимнастике.​

​крейсер дозор несут.​спины...​

​Севастополе. В бухте Омега,​

​поможет,​

​простотой​

​нежным, то, может статься,​

​потеряться,​А впрочем, бывает и невезенье,​

​Ведь слезы такие ​слова​

​так уж плохо,​Ну что же, не надо обид ​

​в любви открыться​все.​

​Все привольно теперь: и дела, и житье,​И, вчерашнего дня не ​

​тебя, у меня все ​

​у нас получается ​

​и не знала, смеясь,​

​И в изумленье ​

​Впервые не дик ​дед его и ​

​И, что-то теряя привычно-злое,​

​Он быстро вскарабкался ​не знал,​

​А, нежно потупившись, покраснела...​

Разрыв

​несмело,​Парень шагнул из ​

​На шею повесила, как игрушку,​

​Надела, взглянула и замерла:​Смутилась собственной обнаженности.​

​земля вокруг​взвивалась заря крылатая,​

​красотою,​А мир красотой ​

​прародители​

​Дорожите счастьем, дорожите!​И поют дороги ​

​разливы рек!​

​Если сердце светлое ​Злым глазам, хоть лопнуть, - не найти!​

​Эта «прелесть» миновала вас.​Хворь и ссоры ​

​жить?!​Крупный дождь, в орех величиной!​

​Ни надежды, ни любви, ни встречи!​тыщу раз!​

​продлиться?​-​

​Замечайте, радуйтесь, берите​

​остался твоим стократ,​(Уж нету нужды ​

​Что молча стоит ​

​Не в этой ​

​просьба, почти мольба:​

​Что меркнет и ​А ей еще ​

​И ласково-цепкие коготки,​А в собственной ​

​лесам, ни к полям ​

​сейчас его или ​

​окошко на тусклый ​

​Он бредит... Он бредит... А может быть, нет?​

​Доходы с поместья ​

​кошмары,​Сомнений и мук. Ну а как ​

​рядом,​Но я не ​

​А тут до ​в решеньях не ​

​Когда мне протягивали ​

​Я сам ждал ​

​Ждать милостей возле ​

​подсуден власти,​И в них ​в зеркала​

​И отчий язык, города и степи...​И гордость души, и надежда тоже.​

​Где жизнь и ​

​сделать порой любовь ​книгах лишь русская ​

​Он родиной бредил, дышал и жил,​А главное - это велик талантом!​лет старик,​

​Как снег, голова, борода, как снег,​

​Париж. Бужеваль. Девятнадцатый век.​может.​

​Может, и есть тот ​сойдет страниц,​

​Есть гордый, хотя неприметный Грей​А все-таки алые паруса​

​Молчать и смотреть ​тишина​

​минуты в его ​Сейчас он с ​Улыбки, одежды, краски...​

​А вот преподносит ​Печальный Андрей Болконский.​

​То рыцарь Айвенго, врагов рубя,​дали​Ты часто любишь ​

​любимых книг.​Ты веришь, ты ищешь любви ​

​прощай​и так довольно.​

​себя не корить​любовь крепка,​

​Это все же ​

​Пусть не ты ​

​ней горяча,​Ты не дай ​

​В жизни всякое ​

​нанести,​дневной!​

​одной,​Легко дает любой ​Эх, не понять хулителям ​

​ясен, ха-ха-ха!​И незачем ссылаться ​чести!​

​лучами редкостными вместе!​

​на пришельца:​Упал и поздоровался:- Привет!​

​туч,​Все семеро азартны ​

​нет,​

Ревность

​Не крикнул - завизжал чернильный цвет:​

​Да я весной ​Я не сродни ​

​Плясали разноцветные лучи,​Два вахтенных - бывалых моряка!​

​огненный рассвет,​А позади за ​

​глубину не окунул.​- вовек не перечесть!​

​усталой тишине​

​Вот чудеса! Ты только посмотри!​

​огней.​вод​

​золотой,​мгла.​

​Да, видно, на миру и ​

​- отдых и еда! -​И тут протяжно ​

​И что ни ​И в теплом ​

​косяк перепелиный.​Летели гуси дикие ​

​Верный до осколка, до конца!​шагу без разлук.​хозяин амулета...​

​Но спокойно гостю ​берегу!»​

​душа.​

​И, как бомба, грохнул о паркет!​прятался секрет?​

​сольются!​Гость уже с ​

​Верный друг нигде ​Видно, вся надежда на ​

​час,​

​в тоске,​положил на плечи,​

​в «да» и «нет»...​по квартире плыл​

​Только раз хозяйка ​То ли муха ​

​Годы, годы... Встречи и разлуки...​

​же счастье бережет.​

​в чем не ​видят жен.​

​Если он и ​- Это ж - просто сказка, а не слон!​

​И когда под ​буране, не во мгле,​Важно спросит: - Ну, беду прогоним? -​

​И с тех ​Прямо на пути ​

​не пропадешь.​головою:​

​И хозяин, сгорбленный, как вяз,​него отныне​

​положи,​Пять шагов вперед ​

​В долгом рейсе ​

Реликвии страны

​на свет,​

​С красною попоной, при фуражке​к списку​

​И к ласке, которую мы забыли,​Но вот невнимания ​

​Что женщина, с нежной своей ​

​- Мне лес этот, знаете, очень нравится,​

​плох!»​обгоревшей,​

​В трудных местах ​Был ласков, приветливо улыбался.​

​Тихо ей руку ​

​Больше надеялись получить.​Но если по-честному говорить,​

​запах,​лапах​

​речи и вдруг ​смутила.​

​Он спрыгнул с ​Видать, заблудилась. Стоит и плачет.​

​над ручьем -​

​Лет триста, не больше. Совсем незлой,​в глуши лесной​

​А верь лишь ​зеркал!​

​Как объяснить ей, чудачке, что это​ней пошутил.​Снова с надеждою ​

​тогда​Где же «классический профиль», когда​кос,​

​Хочет найти и ​слишком поздно понимаем.​

​И сам он ​И кто откроет ​

​Нет ни морщин, ни возраста, ни срока.​

​Стареет внешность: яркие черты​Что постепенно, медленно, с годами,​

​Когда все то, что мило было ​Душевной красоты не ​

​ль не до ​что нам истину ​

​души​

​людях совпадает.​Но идеалы редко ​

​будут все равно​Шагнуть на эту ​

​Что будет жить ​Грядущей эры поступь ​Из века в ​

​этот путь.​

​орудий​Я представляю, как все это ​

​двух столетий,​Я честно жил ​

​Но ели я ​

​«СССР. Москва. Двадцатый век».​Имеет в жизни ​

​Я полон дружбы ​на свете ничего​

​с уваженьем.​свободу и лишенья,​

​взмыл быстрее ураганов,​нелегком, пусть в пороховом,​

​Кому-то вдруг на ​двадцатый век,​

​к списку​

​Потому что любить ​И чем глупо ​

​шучу.​От которых, как в праздник, звенит голова?!​

​Кто сказал, что любовь - только свет и ​конца счастливыми,​

​Да, всем хочется быть ​Так ведь признаков ​

​А останется только ​с тобою ссориться?​

​хорошо, петухи:​Летел, вылезая почти из ​

​перепугался,​

​Сшиб на траву ​

​Накинулся на одного.​текла у друзей ​богатых.​

​Два верных, почти закадычных дружка,​Вот это запевка, начало стиха:​

​Так наконец и ​

​Направо звала она.​

Роза друга

​Вот так, то с шуткой, то с гневом​Направо и на ​

​А вот ее ​Там тихое птичье ​

​Он ей предлагал ​Конечно же, что там ни ​Они на крылечках ​

​Непостижимейшее искусство!​Что ж, поиграли - и с глаз ​Родители будут бесстыдно ​

​Откуда им, кинутым, нынче знать,​Да с крыш ​

​Машины, простудно сопя, чихают​Сады, нахохлившись, засыпают,​И, по-разбойничьи воя, кружит.​

​говори,​

​с ранней зари​

​Пускай заботятся и ​Родители любят своих ​

​Да здравствуют лодки, грибы, костры!​

​сонной дремоте щурится.​Ветер мчит босиком ​

​И день тот ​все века,​

​свой родной народ!​И цены все ​

​ни за правых,​А с кем ​

​«демократии»​А левых - ни-ни! И не смей ​

​понимать?​хаос, как в темный ​

​иконам,​

​Был ветер, что гнул по ​Да здравствует гласность ​

​И рвутся к ​в явь, то в бред,​

​Ведь круглые сутки ​То кого же ​

​Природы всего лишь ​А творить благородное ​

​Ужас в том, что едва ли ​Значит, это в ее ​

​врассыпную!​

​Не нужны ни ​Все на секс ​

​Не Природа ли ​вот за этот-то самый грех​утех,​

​Все устроила так, что стакан вина​Ну, а хмель? Это чуть ли ​сомненья!​

​И так странно ​Знают все континенты ​

​Закрыв глаза, счастливо улыбался...​Весенний ветер в ​

​На миг он ​Что в чьем-то сердце то ​

​А если там, где у людей ​А пару злых, отточенных клинков.​

​этих слов,​Он был немало ​

​А он все ​

​А вот когда ​Обоим завтра отвечайте ​

​Мы не на ​разговора:​мненьем дорожу.​

​Сказали мне о ​весны,​

​- Вы старше, вы поопытней меня...​жила,​Склонясь над непокорным ​

​про отношения​подлинная сказка,​наша!​

​тьму.​уже не говорят...​

​Все что ни ​

​души и сердца.​другу до конца.​

​Нам это все ​Целуясь между слов ​

​с тобой по ​Фонарь в ночной ​

​За деревней - деревня: одна, другая,​нет важней на ​

​Это значит... а что это ​судьба вела,​же в конце-то концов придем?!​

​И какой поразил ​С каждым годом ​

​Только сел, где не сеют ​гуляют...​

​Где репьем как ​карты былые названья.​

​далеки,​твои края!​

​Почему покидают тебя ​Если б в ​

​с шуткой и ​Воевали с врагами ​

​нет. Вот и весь ​слез, будто так полагается,​

​Где отыщется слово ​Прекрасные и светлые ​

​Так славьтесь же ​-​

​с покорностью смотреть,​

​б мы в ​

​Ведь коль не ​победа улыбалась,​

​сражался!​

​Один пред трудной ​И вам вот ​самых гиблых ситуациях​

​со смертью обнимались,​

​Бессмысленно. И ты в ​Ведь сколько раз ​

​За каждый шанс ​

​сестрой или врачом?!​И не стремиться ​

​Но ждать конца, сложив спокойно руки,​не врач!​

​Когда касаюсь вашего ​Я свято чту ​

​И надо ждать ​мне,​

​А за дверьми ​

​В глазах надежда, и мольба, и муки,​

​У света и ​Осмотр окончен. На какой шкале​

​И, как ни хороша ​И сколько б ​

​же остаемся​И чуть наивна, и чуть-чуть смешна.​

​И даже говорим ​открываем,​

​Когда любовь врывается ​Хоть ясно, что и я ​

​сказано не мне.​

​ласки, как во сне,​же, только не со ​

​дорого и мило,​Намеком ли без ​

​для тебя.​

​Что ты со ​Что незаметно, изредка, тайком​

​Как мне тепло ​Мы словно жизнью ​

​Кому-то, вспыхнув, отворяла дверь.​женой.​

​Открой мне, пожалуйства, свой секрет?!​И сердце, и нервы, все починил,​

​доходягой был,​

Романтики дальних дорог

​аптекам как пес ​к списку​

​и свято.​нам в дороге.​

​наш не погас,​Скоро вьюга каждого ​поворчим,​

​Те живые, трепетные нити,​в обиду,​

​«Фемида»​

​И в душе ​пусть гнев и ​

​все смешно и ​Но вершите в ​

​Востоке​в вас настоящий ​

​Ну а смысл, скажите мне, какой?​Ибо мы еще ​

​Ну, а тем, кто фыркает на ​

​и сердцами​Не гордитесь пред ​

​меня рассвет,​

​приду. Ты слышишь?​Если я попаду ​подлость в дрожь,​

​приду на свиданье,​

​Если станет сердиться ​И завоет метель, как пес,​

​приду на свиданье,​Если град зашумит ​Ведь ты же ​

​разъезде?​

​И в голосе ​жили мы на ​

​Встречали мы всякие ​

​их свыше меры​Но станции счастья ​

​Мы мраком закрыли, как маскировкой.​освещены,​

​А жизнь-это песни и ​

​Что жжет тебя, радуясь и ликуя,​Кивком на речушку: а ну бежим!​

​восемь лет?!​твой рассвет,​

​вздумаешь - вылезай!​Что хочешь - пожалуйста, воскрешай!​

​Ко всем нашим ​

​не подвластно их ​

​траве и по ​Но вот от ​

​И все-таки все это ​

​высоту,​Но сердце оказалось ​

​О, господи, да что ж ​небу, негасимый пламень!​Сейчас она насквозь ​

​И вот стрела ​Не быть же ​

​везде так мало,​лень не покидала,​

​И, долг свой исполняя ​им навек.​

​Там от Амура ​руки,​

​и от скуки​и плечи​

​И легкие, как вздох: «Спасибо, милый!»...​А есть, наверно, и иные силы,​

​ни почты, ни ракет​Не будет ни ​

​Что вот сейчас, сейчас ты позвонишь​Но ветер стих. И вновь такая ​

​Твой легкий шаг, твой смех и ​И шепот твой ​

​Еще - стук сердца птицей ​гром​

​Но вот и ​

​порога​

​-​Ты в двух ​

​жить!​

​Нет! Как мустанг, что выскочил беспечно,​звонкому канату​

​Да, все с тобою, только позови.​

​А в зале ​О подлости. Как будто ранят ​

​захлопнешь дверцу.​Который ты, как музыку, творишь.​

​нежности знакомый.​Средь моря книг, средь бронзы и ​

​Ты стул чуть ​звонко.​

​О чем-то бурно спорит ​заревом горит.​

​Опять спектакль по ​Люди, граждане, сердцем поймите:​

​Не давайте толкнуть ​не сшибайте,​

​не простой -​улыбаясь,​

​Все дрожало счастливое: «Да!»​И от этого ​

​гитар.​

​шарик,​к списку​

​Так, право, не лучше ли ​

​К таким, что не только ​радость в том?​

​не виден под ​вновь!​

​И метать наши ​них!​

​И соперников клясть ​любит,​

​Настоящий алмаз даже ​Разве это соперники ​Только разве соперники ​

​Потому что ругать ​и соперниц браним.​

​и обиды считаем,​словно бы отключается​

​И дело прекраснейше ​

России

​Еще бы: ведь каждому столько ​даже,​

​И это любому ​

​ребенком мать,​же выключается​

​без конца мигает!​

​- лишь внешний вид,​в душе включается.​

​хозяйки нет,​

​Не больше чем ​Когда ты, любой выбирая маршрут,​

​вдали никаких дорог,​

​И когда ты ​

​Как подчас с ​отсеивать ложь от ​

​все как на ​

​Вот сидишь с ​не дуры,​

​Нужно помнить практически ​Что навис угрожающе ​И слабее, и легче во ​

​Только нет и ​суть?​

​самой поганой лжи.​

​не ножи,​Сколько раз получал ​

​целую руку -​И в этот ​

​свет.​ей видится сейчас...​

​Шумит в концертном ​

​он не позабыл!​не пришел назад.​

​Стихи, что красоту ее ​косу​

​Последнее далекое свиданье.​Батумский берег, чаек трепетанье,​

​сквера,​Да, всюду, всюду чтут учителей!​

​И вот огнем ​

​В битком набитом ​За всплеск души, за песню, за порыв​

​О нем стихи ​Та самая... реальная... живая...​

​А во втором ​биться,​

​концертном зале Еревана​

​Осенний вечер спит ​

​звезда,​

​В прекрасных твоих ​

​все распускается​

​бой.​

​В детстве моем, бывало,​И песню тебе ​

​Я жутко тебя ​Гоню твою боль, заклинаю​

​А я-то ведь знаю, знаю,​Меня же ободрить ​

​Осталась одна душа.​ночи.​

​стула.​палате,​

​Что же тебе ​

​к списку​и цветений.​Зяблик, лирически глядя вокруг,​

​Кучки грибов просушить ​Сонный барсук из ​

​Свист и возню ​Скоро, проталины все заполняя.​

​зимнюю раму.​

​Лед затрещал, закачался упрямо,​

​пробуждая,​приближается к нам!​

​к списку​Солнечный сноп посреди ​

​Это в душе ​

​Хоть режьте, не буду и ​Почти по-мальчишески хохочу.​

​окне.​рассвета?​

​Так ли я ​

​- Что же ты, что же ты ​

​хорошее прорастает,​душ шелуху снимает​

​краской,​

​Крохотным, с неба летящим ​умытой синью.​

​вбил упругие клинья​

​Смывают в звонкие ​Струи, звенящие серебром,​

​Гроза фиолетовым языком​правды​

​И рассыплются вдребезги ​И на все ​

​Но когда-то он все ​и систем,​

​А народ все ​

​То лишали товаров, то слова и ​То лишали всех ​

​И в хвостах ​в дураках не ​

​Но народ в ​было плевать на ​

​скажешь всем этим ​И рубили, рубили повсюду в ​И издали указ, о каком не ​

​(А всех злее, как правило, ранит ведь свой ​у России,​

​надменные взгляды косые,​

​ни чувства, ни мысли,​крепче на шее ​

​ПОЗВОЛЯЛИ​заграницам орали​

​пшеницу​И зачем нам ​

​-​Что ж до ​Как и пьяниц-народов не видел ​

​быть и плохими, и светлыми годы,​А пьянели от ​

​Брагу, пиво и мед, что текли по ​Что за это, ей-богу, не жаль и ​

​Что за рюмку ​

​же хмелем он ​столом пошутил,​

​Говорил стольный князь ​Обращаюсь ко всем: укажите перстом, докажите,​

​Владимир Мономах​его живое​

​прения​

​таланте иль гении,​Вся жизнь - как звезды золотой ​

​А женщина, с верной своей ​перстом судьбы?​

​Готовый к упорству ​

​лет​Другая судьба: богатырь, поэт,​

​Если, навеки глаза смежая,​Тайно подслушивать разговоры,​

​Твердить о любви ​

​Если бежал величайший ​

​к иконе причислят ​

​Но только мне ​Вот Софья Толстая ​

​Мужья их Толстые: поэт и прозаик,​Две Софьи Андревны ​

​картине,​черту смести все ​

​Когда говорят о ​

​ее страстью тайной,​добротой!​

​кипящей кровью,​Но кто, почему, по какому праву​

​и в тот ​Беда или радость ​

​гению самому.​Собственным сердцем их ​

​же при этом ​

​Строча о мятущемся ​прения​

​талантах и гениях,​Я ведь знаю, кто эта лисица,​В детскую поэзию, к примеру?​

​податься?!​Год, и два, и до последних ​

​жена,​Я вскипаю: - Спор наш, как для рынка!​

​Я могу поклясться ​

​отвода глаз!​

​лошадь не моя?​

​- Да пойми, что это же ​склонилась.​

​- Вот, вот, вот! Выходит, ничего​

​и упрямо​

​- Любопытно было бы ​Вынет лист. Потом, за словом слово,​

​грехи​

​Я окончил новые ​

Россия начиналась не с меча!

​Но лишь о ​устану от худого,​

​И вашу боль, и бури ваших ​Я жал вам ​

​Где в жилах ​каждый верен и ​

​Но что такое ​

​другу.​И в сердце ​Два человека — нынешний и тот.​

​И сквозь беседу ​За «сто часов» блаженства и тоски...​

​счастья, в общем, коротки.​звездного круженья —​

​Как ваши речи ​Усталые, смеемся и болтаем.​

​Любовь же «незаконной» не бывает!​И сплетня вслед ​

​Вы горячо и ​Бывает так: спокойно, еле-еле​

​брызнувшая новь?!​Хоть были втрое ​

​Я не открою, право же, секрета,​

​Сто часов счастья,​Мог бы даже ​отправляться​

​Яблоко смущенно надкусила,​в обиду вам,​

​Старики порою говорят:​

​Поцелуй, улыбнись мне. И поле боя​открою:​

​представить не можешь ​и обижаться​Плохим человеком уже ​

​не предаст мечту​Но злобы и ​

​красотою этой!​бы весь человечий ​

​ему!​

​Что, право, едва ли не ​Что есть у ​

​парусах...​Дремлет, лесной ворожбой объята...​на цветке,​

​Взявшись за руки, как ребята,​Брызгами ягод горит ​

​Гром, словно в огненную ​

​А снизу, из-под зеленых ресниц,​Ну чего вы, братцы, к ночи​

​За починку сапога,​Подавил протяжный вздох,​

​грех.​И мечтают кто ​

​Огонек чадит в ​самый радостный,​

​В окна кинется ​мне крикнуть: - Да!​

​Снять лишь трубку ​и верно я​ведая,​

​мне.​Луч мне светит ​

​Сны веселые и ​

​Человеку в этот ​Прямо в душу ​

​Приподняли колпачки.​у нас.​

​Чуть пробил полночный ​И, в последний миг ​

​На краю обрыва, возле речки,​

​Замерла в груди ​может быть иначе.​

​И что если ​

​множества дорог.​Опрокинул носом кадку ​

​птиц и на ​И листву щипал ​

​Топая упругими ногами,​нежности и целоваться ​

​Бывают в любви ​

Рыбье счастье

​целом свете​

​Тебя он не ​

​проучила!​шептал ей нежности, глупые и смешные,​

​И как мы ​Звезды расхохотались, как озорные девчонки,​

​Тучи исчезли. И город ярким ​в лихорадке: - Ты любишь, я знаю, знаю!​

​синими - черными, в распахнутой теплой ​

​И встречу с ​

​И вот однажды ​кивала, то холодно, то тепло,​

​Гипноз не пустяк, а наука. Тут всякое может ​сдаваться!​

​Но я любил. И с надеждой ​На свете немало ​

​И я понимал, куда она торопится ​

​Нарядную, с синими-синими звездами вместо ​

​Та, о которой мечтал ​соперник, неглупый был и ​

​А подлость вот ​землей и тучей...​

​мил...​А жизнь в ​

​Устроит и веки ​

​не удержать,​

​сучке просидеть он ​

​уже не станет,​бурундучок,​

​столько от злой ​(А старым охотникам ​

​«Хозяин», что видит вконец ​

​Самою подлою, злою мерой!​Не бьют, а «гуманно» лишь грабят их,​

​людей иных​Орехов нередко порой ​

​носит к зиме ​Трудяга за совесть, а не за ​

​Веселый и шустрый ​Блеск любопытства в ​

​Всех сокровищниц планеты!​Песни в ветре ​

​И мечтательности глаз!​

​красоте!​в такой мечте?!​

​горят огнем!​Как огонь сильнее ​

​Выдыхаясь от хулы.​Встретив стужу да ​когда-то​

​В шкурах пращуров ​Что б вы ​

​Май росинку в ​

​В самолетах не ​на земле?!​

​Эх вы,совы-порицатели!​

​«Несерьезный»? А читает​Шли века, старели горы,​

​— Не свихни мозгов, приятель!​-​сыт, так нет —​Пращур наш, свежуя мамонта,​

​косятся совы​Несерьезный человек!​к списку​

​Перед счастьем надо ​

​не смыкаешь глаз,​Кто же первым ​Светлая моя, когда б ты ​

​Да и сам ​

​Да к тому ​

​дискуссии ведешь.​

​ласковое слово,​И свои пушистые ​уныло,​

​расшила,​Не ждите его. Не надо.​Лучше, чем жизнь в ​

​запрут...​

​сугроб.​Все крепче лапы ​

​Проваливаясь в сугробы,​снег дымится​

​Он тело метнул ​Так месяцы шли ​реки, -​

​Он видел родные ​Поздно, слышите, поздно!​

​Шум станционных путей,​мир​

​по лестнице...​

​Скрывается, тает след​Да пальцы с ​

​тесно.​

​И вниз застучит ​Цвейга.​

​Приносит их всякий ​И задаю вопрос:​

​Их выдумал дед-мороз.​В каплях холодных ​парит​

​Небо с утра ​воистину стерильны​

​Всем таким вот ​светлую давали!​

​- Врач не смеет ​

​и даже​Белый накрахмаленный халат.​И когда преподношеньям ​

​Что ж, потомки позабыли честь?​

​За любой подарок ​отлично...​

​- закаешься навек,​Рубль, чтоб взять халат ​

​и подчиненные,​чужой беде.​зарплату,​

​трепетной и чистой​

​грязь​Только если в ​

​не руки докторов​Знаменитых и совсем ​На служенье людям, как солдаты,​

​И теперь торжественно ​

​В верности призванию ​И в прямом ​

​Все отдать, чтоб побороть недуг!​судьбы,​

​То, наверно, у ее вершины​к списку​

​А будет им ​

Рыжик

​банкротами.​

​Они провоют жалобными ​

​Кому любви уже ​

​Всех этих юных ​

​не ощущают,​А жертвы все ​

​И тут нам ​А мы как ​

​на экран.​Ну чем мы ​

​Что может быть ​На пьянство, порновидики и секс.​

​чтоб полностью забыли,​

​Вот именно, цинично производятся,​не остановится,​

​в угол отодвинули,​

​к списку​

​счастливейшим на планете.​

​Что он посмотрел ​

​глаза ее,​взгляд,​

​конца!​И вот говорю, а сама трясусь,​

​И нужен был ​верить?! А впрочем, нет,​

​сказала мне..​

​Дрожа, целовала, как в полусне,​кабины!​

​гудят машины.​

​Точка качнулась, приподнялась​

​Темная точка средь ​

​Идет на бреющем ​операции​

​Выпустив солнце из ​

​К полудню буран ​

​Он жив. Он двигается, ползет!​

​карусель​

​Сердце колотится в ​Чудо, как видите, совершается!​

​взлет!​

​Грудью от мерзлой ​

​Так пусть же! Считайте, что чудо есть!​

​Эх, силы! Откуда вас взять, откуда?​

​Взведенное, словно курок нагана.​

​Сын слушает гул ​И вырвать из ​

​И будут усердствовать ​

​открыв на досуге,​

​Как псу, коченея под стоны ​эхо вновь:​

​туман.​Взвешивать поздно, да и не ​

​и ядом.​

​все сильней и ​Полгода прошло или ​

​пути.​молот стучит по ​

​эти слова.​

​За сына не ​друг.​

​счастливо.​

​Затем добавила торопливо:​- Скажи мне имя!..-​

​- Вот так целый ​Он молча слушал ​

​И вот уже ​жена​

​То лучше, чтоб после себя ​

​б от страха ​

​Странно. Что это может ​Ни звука. Молчанье. Наверно, плачет.​

​Ведь ты же ​одна голова,​

​в своем рассудке! -​Буран окончится через ​

​Что боль даже ​ей в конце ​

​Что, если даже совсем ​До боли знакомый, до жути близкий!​

​С минуту гуденье ​

​завыванье:​Спирта глоток да ​

​Как мало, наверное, необходимо:​

Сатана

​А в мозг ​

​- Алло!- это, кажется, генерал.​батареи.​

​А про себя ​- Алло! Мужайся! Тебя разыщут!.. -​

​Тело сонливо деревенеет...​А где-то сынишка, жена, друзья...​

​нос и рот.​бок,​

​слышна.​

​И не заметит ​Трактор если даже ​

​от фар не ​

​Ищут тракторы день ​Над местом аварии ​

​шутит: мол, вот беда -​

​Все ждут напряженно: жив или нет?​тусклый свет,​В замяти снежной ​

​И нет ей, проклятой, конца и края!​Метель ревет, как седой исполин,​

​И рыжеватого, щуплого Лешку,​

​в вихре шторма,-​

​О сердце мужественном ​Если плохо тебе ​

​Да он и ​Пускай не дарили ​

​С трассами спутников ​Почти не видная ​

​их разом,​Ступеньки, ступеньки, шаги, шаги...​

​При мне только ​месяц только,​

​- Сиди, не тужи!.. -​дворе: - Не замерз? Идем!-​

​знает и сам. Чутьем.​«Курьер» - это кто-нибудь из ребят.​

​Вынесет друга, усадит в сквере,​А тут - человек, а тут - ежедневно,​

​в дом подчас ​кладью любого сорта​

​раз, вероятно,​на спине...​

​Медленно в утренней ​

​сентиментальности,​И бросьте дурацкие ​

​Попробуй в скверик ​беда.​

​А лифта-то в доме ​этаж,​

​За что-то светлое навсегда!​

​парень,​еще неженатый? -​

​до ушей.​Меж теткой и ​

​небом​

​Они ему были ​Жил летчик с ​

​не ошибался.​В нем жил, управдом не белил ​

​Дом два по ​

​В узорах пыли ​

​профиль гордый,​Когда я слышу ​дня​

​эскадронный,​Пенсионер.​

​в груди,​звон;​

​новую надел,​

​лозы.​обозы,​

​спине,​И молвил он: - А толк ведь ​

​равненье,​

​высекал!​

​И он вдруг, вскинув голову, заржал!​Горячая раскатистая трель.​

​конный эскадрон.​В рассветный час ​

​И, кажется, ничто уж на ​Его зовут в ​

​не выдал старшины,​

​Как старшина схватился ​Под грохот мин ​

​А сны плывут ​

​к недугам своим:​Он прозван был ​Он был на ​

​и веялки крутил.​

​жилы,​Облезла грива, морда поседела,​

​Сквозь дрему слыша ​к списку​

​наряде серость​За фразами «сложность», «оригинальность»​

​ни черта?!​Самое сложное из ​

​короля?!​

​нуля​мы по душевной ​

​И шепчет: - Вот здорово! Молодец!​

​Чтоб вдруг не ​Не надо терзать ​

​затылок рукой потрете:​

​Где слов сумбурный ​

​Это же дикая ​

​трескотни.​Но сколько бывает ​

​Кается снова и ​

​А он еще ​

​А брякнет скандальное ​

​Ругает политику - смелый парень!​болтания.​

​вами, а завтра с ​

​С усмешкой поигрывая ​

​То этой дорогой ​

Свободная любовь

​ли не свято ​Ну просто не ​

​поезда​

​стало,​Но годы мелькнули ​

​и прощанья,​Неужто же вечно ​

​Стог сена, проселок в лесной ​

​Шлагбаум, два домика под ​штору,​

​Проносятся кадры, как на экране.​поезда​

​глядят на груши,​

​отводят души,​Не выскочат где-то за пирожком​

​Верхние полки не ​Спешащие вечно туда-сюда!​

​Ах, как же я ​бы все то, что имел,​

​Вы ж привыкли ​

​Нам бы все ​

​им слово сейчас, сказали:​радостей всех вдали,​

​печали!​

​больной, посмотрев вокруг,​беспомощный и седой ​все радости за ​

​свете. Растает снег,​

​Только третий какой-нибудь человек​с предательством милых ​ему сейчас:​

​На душе у ​к списку​

​Прислушалась к журчанию ​любимым до рассвета,​

​В бассейн метнуться ​же юных глаз​

​Ведь ей дано ​Завидуя... Уж это ли ​

​пылающих щеках,​

​девушка-хористка,​

​И это все, как строчки в ​И грустно улыбнулась:- Хороша...​

​Отшпилив, косу в ящик ​

​с бронзой и ​

​И, кажется, не жаль и ​Какое счастье так ​И шлейф оваций ​

​На землю к ​в глазах.​

​Что шла со ​веке,​

​Пусть шутка раздувает ​

​гладки.​

​без свадьбы?​- А мне вон ​- А мне бы ​

​сидячью часть спины...​Жене - компресс с горчицей, а мужчине​

​спросит.​фраз​

​есть у вас?​- А есть для ​

​И полфлакона просто ​- А мне бы ​

​- А я для ​Какого вам: на месяц? На года?​

​сегодня нежность?​потребность,​

​А для духовных ​Но в будущем, наверно, будет так:​Вчерашняя фантастика - пустяк!​

​не пришел ни ​

​свят,​

​Вдруг пошлют по ​Много ли тут ​

​подглядывает в щелку,​Почему же ни ​Придается каждому и ​

​Сквозь огни, сомнения и тьму​

​разлуке,​встретятся опять​Ну чего теряться ​

​Да ведь тут ​Я теряюсь, чуть не отступая,​

​невозможный вред.​почти все время ​

​Ангелов тут и ​лет потом.​хвостом.​

​Кашлял и отчаянно ​лишь разок! -​

​- Если ты не ​Наигравшись, в шумный сели ​

​Что о нем ​с треском вылетал!​

​Против озорства, увы, не стойки мы.​Важность! И пятерок целый ​

​Ну, а дьявол: - Плюнь! К чему стараться?​лучезарных глаз.​

​нас​сумрак с тишиной...​

​бликам тянутся навстречу​В сирени тонет ​На сотни верст ​

​Как от Адама ​далекое отечество​И будем там ​

​К далеким и ​и морям.​шагнуть​

​Тогда долой все ​

​Везде и всюду ​Ни этих встреч, ни этого рассвета?!​

​траву.​

​Закинутые головы цветов.​

Сегодня редко певцы поют

​подмосковный вечер,​Её улыбка, дар небесный​

​поймут​Её зелёный глаза, изумруд​

​свете,​

​беспокойся,​Еще сказала снилось ​

​снятся сны,​

​моя​

​Зелёных твоих глаз.​И только вор ​— И что же ​

​…Кто врал тебе:​тебя я не ​

​неба, росинка в траве, жемчужина и картинка!!! В душе моей ​

​небесного ангела, улыбки​

Сердечная история

​перелив изумруда!​глаза цвета весенней ​Так в ту ​

​Секрет в другом ​солнце,​

​И все-таки они прекрасны,​Зеленые глаза​

​Они видны у ​Заставят сердце биться ​

​нежность и многое ​Не станут лгать ​

​Прости за всё, но ты ушла ​

​так страстно.​Тоска, разлука и печаль.​

​вершат​Мне остается след…​

​Я «не твоя» сполна…​Потом она долг…​

​записка: «Спасибо, всё было прекрасно. Еда на столе. Когда поешь, выходи и слушай, я укажу дорогу. Кот»​

​пять и упала ​Руфа родилась от ​

​наоборот, Летела вверх, глаза закрыла, волна несёт тебя ​меня, я не помню ​

​обидой, Ведь это не ​обещает быть рядом ​

​пути, можно просто уйти, Можно спрятать глаза, но ты знаешь, кто я. Разбитое отображение несло ​разбита. Между мной и ​

​всегда. Обещает быть рядом... Открытые ночи, закат без рассвета, Как много ты ​нам счастье, но, увы, мимо нот, Как небо без ​

​ее на твое ​Посмотри в мой ​

​Ты пришла ко ​Меня без этого ​

​Не раздарить другим.​Были бы рядом ​

​Сколько в душе ​понять!!!​

​В них тайна ​

​У женщины есть ​И не обрадует ​

​пустых и… равнодушных,​Они сверкают… ярче изумрудов!​

​поддержке ближних,​Глаза, познавшие утраты в ​

​Они красивы… внутренним теплом,​В них Тайна, Жизнь, Любовь и Красота.​

​всей вселенной глубже ​

​Всё как в ​

​Не разобрать, пока глаза закрыты.​как в награду. По субботам​Как будто спим, как будто не ​

​Открой глаза. Вчерашний день ушёл​Те глаза у ​и станет жарко…​

​на свете,​

​Меня пленили очи ​

​Глаза твои прекрасные ​Что прячет за ​

​Кто отрезвлённо в ​Что, к сожаленью, неблагоразумно.​

​доверять​Но только тех, кто будет в ​

​день.​Мою застывшую любовь ​

​улыбалась, мне везло,​тепло.​

​Дела, терзавшие сомненья, шли на лад.​Когда ловил я ​лет.​

​уже не надо!​всё вижу.​

​Мои зелёные глаза ​- они рождают чувство ​

​угодно,​

​Глаза… ключи к твоим ​росчерках морщин…​

​мольбы застывший взор,​В глазах сияют ​Глаза горят огнем, когда кричим.​

​Радость и печаль ​подарить в ответ.​

​выражают,​обид,​

​Но если встречного ​Они то нежат ​

​слов,​

​Но если захотите, дверь открыта​

​В моих глазах ​

​глаза.​

​Почти засохла, ведь весна пропала.​

​горел огонь. Погас.​Даже если зрачки ​

​Вы если захотите, загляните.​

​В моих глазах ​Что ты тот ​

​Вхгляд​

​Глаза умеют говорить,​И мир становится ​

​взглядом.​

​Твой взгляд любовью ​

​Надежду, веру и любовь.​

Сердечный сонет

​метко...​И ты обнимешь ​

​твоих глаз,​Фроленко Владислав.​

​А я их ​для меня​

​И нежность поцелуя ​Хоть в нем ​этот миру неподвластен.​

​Но в тех ​Я не смогла ​

​Ловила взгляд ее, пытаясь прочитать,​другом в ссоре,​в печали хороши…​

​Она исходит из ​игриво;​

​Свободные, как в море ​Бывают разные глаза ​

​Как солнца луч, как в поле ​В её глазах ​

​тепло и тишина,​

​и нежны,​мечта и блеск ​темноты.​

​Галина Суховерх​А если не ​

​Глаза друг другу ​А не взором ​

​друг мой отвечу:​Почему, я все вижу ​

​всё как есть.​

Сердца моих друзей

​Или всё там ​

​Там парят птицы-чувства на воле,​

​Мне покажут, что носишь внутри.​

​Не замечу я ​Сколько страхов, быть может предательств…​

​отражений закатов?​Тридцать три золотых ​

​красивым словам,​

​Я читаю людей ​

​Я люблю – в том нет ​

​Я четырежды должник​

​полёта.​Неизбежного прощанья.​до утра​

​пены.​Четыре цвета глаз​

​света,​вздорных​

​От паденья и ​Ежедневная стена​

​И у борта ​

​За винтом бегущей ​В твои " Карие глаза".​

​что доставала,​Хочу не видеть ​

​чувства...​Она молчит, но говорит… глазами.​

​молчит –​пылкое признанье?​

​Поймёт – перебивать её не ​людских глазах…​

​подъезжала…​

​Другие – топят без следа…​– избытки стресса,​

​Важней всегда цена ​В других – богатства не объять…​

​В одних глазах ​Смотрю с опаскою ​В одних глазах ​

​Как люди смотрят ​Словами можно обмануть, глазами это невозможно.​

​мне зелёных Ваших ​Вы говорили «нет», а я-то думал «Да!»​

​И тот зелёный ​

​пруда,​Где нас застал ​Зелёные глаза меня ​

​Жанна! Я справился с ​его лице!​

​тому, кто их требованиям ​состоянии дать сами ​

​себя упрекнуть, то мир вокруг ​собой. Что бы они ​названия цвета:​

​Ну и последнее, представляющее интерес из ​

Серебряная свадьба

​верных женщин у ​руководящими должностями.​

​доброту, враги ненавидят за ​искренне, горячо и отличаются ​

​в решении важных ​несговорчивыми, но зачастую именно ​

​Если Вы обладаете ​наиболее успешной категории ​

​принципиальность и твердость.​Вы всегда любите ​

​есть зеленый оттенок.​

​жизнь с такими ​причины) обретаете врага.​

​с его головы.​предмет сердечной привязанности.​

​в чем себя ​делали, вам необходимо гордиться ​

​Поэтому, если вы - обладательница изумрудных глаз, ваша главная цель ​Равномерность наложения двух ​

​наших милых дам) - астрология:​– отчасти, как за зеленоглазого, отчасти, просто как за ​то обходят его ​

​прочие достопримечательности зеленоглазых, интересуют вас больше.​Кстати, меньше, чем у русских, зеленоглазых только у ​американцы. Пробую привести таблицу… хотя Проза таблиц ​

​определяется генетикой, то частота распределения ​очень сложна, поэтому их комбинации ​ген EYCL1 хромосомы ​

​Традиционно считается, что цвет глаз ​(Для любителей поиздеваться ​

​синего цвета, то в результате ​распределено жёлтое или ​

​цветов, образующийся в клетках ​ЗЕЛЕНЫЙ цвет глаз ​

​- янтарный​определёнными заболеваниями.​

​содержится много заполненных ​из эктодермального и ​

​оттенок) сочетается с недостаточной ​с отверстием (зрачком) в центре; расположена за роговицей, между передней и ​в фундаментальных исследованиях). Здесь всего то ​

​любит умных и ​поручено это сделать ​признаку нет и ​

​вспомнил.​

​у нас то ​они нам, мужчинам, не рассказывают. А когда утром ​

​знают цвет своих ​поэтичней), да еще так ​

​бездонного колодца надо ​как получается – это ж мужчина, смотрит женщине в ​

​зеркала, чтобы разглядеть цвет ​Поговорили вчера с ​

​Сама земля порой ​А ОН все ​И люди кров ​

​мире столько мук​Ведь если это ​

​Пей веру из ​пор мечтаю​

​Что здесь кощунства ​И мог все ​

​- наивней, чем дитя.​Я не шучу, я просто не ​

​так тягостен Ему,​Но, как гласит Священное ​

​миг.​Я так далек ​Стихий, и войн, и радостных открытий,​

​Упасть не может ​Божьим движется законам.​

​В святую веру ​всемогущий ОН​

​В церквах с ​Болезни, зло, и если молвить ​

​Мне так всегда ​Он не знает, чудак, о прекрасном лете,​

​Дождь гвоздит по ​То в душе ​

​хохочет весенний свет!​Если что-то хорошее вдруг ​Ведь зависит внутри ​

​жары.​Но душа моя ​

​всех благ земных.​туч в небесах ​

​не ведают о ​Все залить вознамерилось ​

​природа сердита​ли какой-нибудь гость постучится.​

​дожди,​С плачем ткнуться ​

​Силищи да ярости ​толпы веселой.​

​сердце.​

​Медвежонок грыз стальную ​Он, сопя, обнюхивал углы.​

​Вспомнил мать и ​Сбросить бы свою ​Публика снует туда-обратно,​

​Боль, веревки, скрип телеги, клетка...​

​«да»!​

​звезда,​И что важней: житейские преграды​

​— Вы самый, самый лучший человек!​— Люблю, люблю! Без памяти! Навек!​

​тепло​И главный смысл ​

​Пред этим взглядом ​

​даже дело,​Был Паганини в ​

​И надо ль ​

​И вдруг нашел ​он старше, а она моложе.​

​Да, это праздник радости, и все же​И вообще он ​

​ветер шумно и ​И снова горячо ​

​Счастливый голос в ​Как снится ночью ​

​С большим аттракционом ​И вот уже ​

​людей​этом​

​Воскликнет вдруг:- Ах, Петя, посмотри!​А взрослые! Намного ли мудрей?​

​Нет, кроме любопытства, ничего!​И очень уязвимым ​

​Мы, чуть ли уж ​Там, где порой оно ​

​Тут дело все ​И не стремленье ​

​Нет никого «больших», как говорят,​общаюсь и дружу!​

​И не из ​решает рост. Как будто​- волк-мотоциклист.​

​Джаз лилипутов - «Театральный джаз»!​

​О том, что в летнем ​Не так уж ​

​Гремит, звенит жизнелюбивый гам!​Потокам этой светлой ​

​Как искры звонко ​В своих душонках ​

​и далекий лес,​я не отдал, чтоб помочь​

​Грохочет бурей за ​Что, все порой исчерпав ​

​И пищи всласть, и света, и тепла,​Сюда, домой, отчаянно летели!​даже, что они​

​И от дождя ​Ничуть не суше, чем на всякой ​Гнездо? Смешно сказать! Ну разве дом ​

​прячется в округе:​Где нет сухой ​птиц...​

​воду​В промозглую и ​Не мучьтесь, а мчитесь бегом ​

​То тянутся руки, то вновь сердца.​снова летит по ​То губы встречаются ​

​любовь?!​

​друг к другу ​-- значит, смолкли речи.​

​руки,​

​пытаемся.​Но только все ​

​к списку​

​На всех, кто красивее иль ​Что двигают жизнь ​

​нас не прощаются!​Никто почему-то не обижается,​

​- Не прыгай в ​явил мировой рекорд.​

​Нередко же втоптанных ​

​с ног.​Согреть человека живым ​

​Иль, скажем, талантливей и умнее,​устроен порой человек​

​людей.​

​И даже изменников ​согражданам, и к себе?​стремлениях и борьбе​

​земля стоит!​Не мрамор и ​

​Уверен я, начинается​слова -​В душе у ​

​И как только ​странней​

​Лишь руки к ​и том же​

​Мы лезем порой ​

​срок.​на сотню кусков,​

​чертовщина получится?​выше, до горных вершин.​Едва он поставил ​

​кувшин их, зеленый, как море,​Схватил он Любовь ​

​Так вот, чтобы кончить все ​Проспавший в пещере ​

​Однажды такой они ​Попробуй быть честной ​

​А радость увидела ​животы​

​Другая кричала: - Пустые мечты!​

​Одна говорила: - На свете нужны​горных озер.​

​Рассветное золото в ​В горах, на скале, о беспутствах мечтая,​двоить свою.​

​«А я и ​Тогда б не ​

​И лезут, как черти, на свет недостатки,​

Серенада весны

​ломается тишина...​

​так, как случиться и ​«Ты любишь?» - «Конечно!»​

​звезда,​становятся щедрыми,​

​Она - стушевать недостатки свои.​любви​

​понравиться.​Но час наступил ​

​Не важно - хороший или плохой,​

​и другое,​своей души.​

​Что чаще всего ​Да, да, не раздор, не отсутствие страсти,​

​Несхожесть характеров? Чья-то узость?​

​До хрипоты поют ​гуляют пары.​

​И звучный перебор ​И люди стали ​

​А бесполезная луна​Ушли бы с ​

​было любви,​луною?​

​А жить, как ты, одним рассудком,​

​И тех, в ком живут ​

​Собаки умеют верно ​дают взамен:​

​Глупое сердце не ​Выгнет спину, трется о руку,​

​Кошку погладить может ​

​В голоде, в холоде или ​к списку​

​Разлучиться все-таки не можем.​То сердца мы ​

​То слиянье губ, и рук, и душ,​Именно все то, что разделяет.​

​Можно находить и ​окрылить,​

​Теплые иль яростно ​Нам нырять то ​

​к списку​Счастливых слез не ​

​И поцелуй... И ласково скажи...​

​Ведь женщина есть ​

​словно просияла:​

​Как в пламени, рябина у реки.​в силах удержать,​

​надуй! - ответил ветер.-​Ты всюду был, ты знаешь все ​

​Иду вперед, не успокоив душу,​Обидных слез не ​

​с милою моею?​Пылает на небесной ​

​Река в кустах ​Быть может зло ​

​окрестной красоте тону:​И зашагал сурово ​не до разрыва.​

​и спесиво,​тебе навек​

​С железною клюкою,​А если вечность ​

​в верности своей​И знаю я: твой взгляд,​

​для того,​нет.​

​Средь всех других ​

​Ты, с строгой скромностью ​

​Таинственно-прекрасна!​

​Я так бы ​

​Твои слова, улыбки, взгляд​О бедах не ​

​Один, он тоже иногда​И, кроме одного певца,​

​сердца​сопровожденье звезд​

​А только крепнуть, молодеть и жить!​вам не погасить.​

​верю свято!​и чувствам и ​

​Кому судить поэта ​Вы — крепкие. И речь еще ​Не нравится? Вы морщитесь, кося?​

​Сто тысяч писем ​адресует кой-куда...​

​отчаянней бороться,​А если вдруг ​

​в минуты бед,​Но я живу ​Хотите вы того ​

​вам: посмотрите,​и зимой и ​

​Я был скромней ​А крылья — ввысь, и вам их ​

​Но мчат года: уже не три, не пять,​И часто непонятно, хоть убей,​И кучей дружно ​

​пророчества сбылись,​— мир его забудет.​

​с тобой!..​Друг друга вы ​Его стихи читают ​

​зло и раздраженно,​Ни темной ночью ​

​поэзией моею​к списку​

​Слез прорвавшихся не ​Я уверен: любовь жива!​взгляд и душу,​

​Но разлука еще ​ни жгла нас ​и вкось,​

​же все иначе!​Жить и слушать, как ливни плачут,​

​Только горечь в ​нету...​

​свежо, и пряно,​тают,​Как-то трепетно и ​

​Кроме самой пустой ​

​Ну совсем такой, как и ныне.​

​душу​Ты ушла далеко-далеко...​

​Отчего мне так ​ль утро​

​Ворон старый и ​

​Только ворон на ​То ль стекло, то ли синюю ​

​газон.​

Сколько лет мы не виделись с вами...

​друг к дружке,​мелкими.​С легким звоном ​

​к списку​И нет мне ​

​тобой я в ​С далекой задумчивой ​

​Всех больше люблю ​

​стороной,​Расправит туманное одеяло​

​И речка потянется ​вечеру холодком -​

​Кукушка ватагу грибов ​Он клюнул букашкино ​

​Букашка летит не ​дело:​

​Как кони в ​На дне неподвижно, как для парада,​

​И замер пружинисто ​на голове,​

​водой...​

​густ травяной настой,​в шум ветвей​

​человека,​Течет она медленно ​

​волну океана,​

​к списку​радостно мне встречаться.​

​Здравствуй, память далеких лет,​Город-красавец, город-герой,​

​говорю:​

​приезжая,​и летом​

​Как раз вот ​

​Выйдет, что я сумел ​чудом вдруг разделить​

​Невка, Васильевский, Зимний дворец...​Можно и то, и другое можно,​

​Словно как родственники, свои.​Где снег был ​

​стихотвореньям,​я вправе сказать ​

​вросшая в лед.​мрака​

​И внукам бессоннейшими ​Уставясь в сумрак ​

​Да ветер, в смятенье притихший ​Как будто бы ​

​на шаг повернет ​Неужто и вправду ​

​И люди напрасно ​и семейства ждут,​

​Горько, да надо спешить, однако.​

​При свете месяца ​капитана!..​

​мгле океана.​Когда б на ​

​Полюс по-прежнему впереди.​Пожалуй, шансов уже никаких.​

​Как будто бы ​обратно!​

​Неужто и вправду ​А полюс... Да бог с ​

​Матрос расстроенно-озабочен,​

​Пища - худое подобье рыбы.​

​всего лишь навсего ​

​Черную шерсть опушил ​От стужи хрипит ​

​То ты ни ​

​Не девяносто, а - девятьсот!​Одежда твердеет, как жесть, под ветром,​

​так взглянул,​Ему-то вопрос абсолютно ​

​Идти с командой ​лишь компас, карты,​

​полярный лед,​

​о полюсе?​колких льдов,​

​тревоге собран.​

​летящую вниз.​

​Слышу я крыльев ​Смотрят с открыток, глядят с абажуров,​

​скалы вниз.​гортанный крик,​

​А по спирали ​разорвет.​

​туго.​

​клюва сползла...​Смерть это смерть ​

​бронзовых скал,​

​Птицы незримо качнут ​Став украшеньем дурного ​

​Гордые шеи изогнуты ​болтали,​

​припасли.​Мужья от криков ​

​приди и посмотри:​Мою хоть в ​

​о главном не ​пятки в ужасе ​

​Вернулся поздно, а она не ​Свой черный ус.— Все это кутерьма!​

​поварешкой,​— час толчет картошку.​

​хоть годик пообщаться​Молоть буквально в ​

​И, задохнувшись от веселой ​

​Когда во все ​— Нет, что за счастье,— вымолвил один,—​

​к списку​

​Пусть над судьбой ​И я прошу ​

​далекие края.​И гном над ​

​двадцать первый век!​А смысл, а сердца новое ​

​И для меня ​

​тебе живую воду,​хочу большой судьбы,​

​свете вьюги и ​

​Куда прекрасней песней ​Пусть в мире ​

​Но я хочу, чтоб каждый молвить ​все строки этой ​

​перст и высший ​

​И этой вот ​

​И чистоте доверчивой ​Не все ведь ​

​И неприметно вкладываю, вкладываю​и восхищенно таю​

​Скажи мне: есть космическая связь?​огне.​

​упругим метеором​сожрут.​

​Пусть с душой ​предельно дороги​

​Раз ты цел, - значит, ты хороший,​А кусали бы ​

​По направленному руслу.​бы послужил.​

​Дайте ж средство ​божий свет.​

​Ах, ученые-энтомологи!​не зол.​

​составом жрет,​Вдруг скребется, как павиан!​

​дач!​Жрут без всяческих ​

​здоров​Люди воют, скребутся, чешутся,​

​разворота​Нет спасенья от ​

​к кострам,​

​и платья​Две особенно злых ​

​С разудалым разбойным ​

Сладкая горечь

​Перед крохотным комаром.​И мышей, и могучих львов.​

​(Шутка)​Да здравствуют влюбленные ​и сердце отлюбило?!​

​Где взять поэту ​звук и стих​

​них,​даже вполглотка​Поэты тосковали и ​

​Святое вдохновение поэта,​Что нам сейчас ​И жажда, и хмельное утоленье!​

​Отказ в руке. И судьбы разошлись.​зря, сладчайший этот плен.​важно это.​

​Кто были те, кто волновал поэта?​Не потому, что он избранник, нет,​

​Когда порой влюбляется ​Ведь слыша где-то про сварливый ​

​был я - со мною только ​Твои везде мне ​

​о тебе.​Когда мне говорят ​

​не забудь наперед:​конца!​Пусть циники жалко ​

​рад,​к людям идти!​

​Что надо в ​так потерял я ​

​и мало встречать ​

​равно невозможно никак​время отнюдь не ​

​Нередко стараешься волей-неволей​

​И в подлость ​

​под крыло.​беде не помог,​

​А хам, он, наверно, такой от смущенья.​Что это случайность. И я ошибаюсь.​

​в людях дурное,​Ну, как мне тебе ​И, бросивши спесь красавицы,​

​Запомни мое пророчество:​будто рада​Как мне тебе ​

​небес?​С подарками или ​

​Иль рассмешить до ​

​прочим​Иль стать искушенным ​

​А то вдруг ​

​Или вдруг стать ​понравиться?​Ведь человек с ​

​Нельзя ни в ​Но против совести ​

​А совесть требует: - Не смей!​Вперед! Бери и не ​

​И в час, когда, войдя во вкус,​не опускает,​

​любовь.​новь,​

​до отчаянья:​ничего.​

​Как губят друга ​солгать,​

​С укором совести ​Ведь каждый, ну буквально каждый,​бы соблазнами -​

​И сколько б ​И где бы ​

​С превеликим почтением ​бережно разберитесь​Объявив себя мудрыми ​

​ставя жертв и ​Никому ни на ​

​Будут вас же ​час​

​этот стон сейчас!​

​Что ж вы ​

​без жалости принижать?​Плюнуть здесь, чтобы там потом ​

​же хоть кому.​чему​

​революции​И вернутся к ​

​Но они-то ведь жили ​уйти?!​

​не их руками?​нами,​

​не построили,​впрямь ничего не ​

​Что за светлую ​

​И, случалось, победы бывали куцые,​

Слово и дело

​Пусть не все ​

​годом.​

​Лезли в драку, шумели, митинговали,​глумливее оплевать.​

​То никак не ​о празднике Октября​

​почем зря​Чтоб в стране ​

​сердца!​

​На мужество и ​процент гемоглобина,​

​жилам золотая!​И я уверен ​

​Чем было больше ​Иль, скажем: «Золотая россыпь слов!»​

​И мы весь ​

​И пусть всего-то малая частица,​

​Они его не ​

​в составе крови ​

​Мне любимая изменила,​

​пепелищем.​Знаю, больно тебе, дружище:​- Не ждал меня? Скажешь, дурочка?​

​не всегда...​Довольно! Хватит! Не буду!​

​ночи!​

​А я вот ​Снится или не ​

​Сквозь вьюгу звонок ​Пусть маленького, но чуда!​

​Сказка... мечта-полуночница...​

​Все будто летит ​Чайник мурлычет важно,​

​А я никак ​Как зябнущие щенята.​

​Как белые снеговики.​сутулятся,​

​То воет внизу ​земли Московской!​

​тост​-​

​- пограничники.​

​Тут рядом отважники ​живой народ,​

​Одера, до неметчины!​успехи еще далеки,​

​Не зря ж ​Вот тут - возле подступов к ​

​Шли годы. И вот, как по злому ​И подлости пылкой ​

​свой острый ум,​С когтями железными ​

​Стремились вот здесь ​То Дорохов - доблестный генерал,​

​Припомните: где заступили путь​

​их гнать взашей​Могли те поляки ​

​к нам пришли​земли​

​И вот Одинцово ​И двинулось дело ​

​Вовек нерушимы. На том конец!​великим князем​

​то, что ни разу​рукой​

​Москве по веленью ​

​И смотрит на ​листве,​

​Есть город под ​

​к списку​Тому, кто напал, все равно не ​

​причинить вреда!​

​мудры:​Искать оскорбителя и ​

​И кто б ​мести!​

​И враг, будь сильней он ​

Слово о любви

​его не забудут​его души?!​

​лесной глуши.​

​И втайне зализывать ​Он в битве ​

​Хоть пулей, хоть раною от ​Не тронет ни ​

​Черные звезды по ​слопать угли,​

​Разный барсы бывают ​здесь злее бритвы.​

​В джунглях кипит ​Трепетным песенно-звонким утром​

​дали​Потом окурок горький ​

​откосу.​не разглядела я​

​серебряная с чернью,​блеском неба и ​

​тяжелая, как масло,​-​

​известно,​О сердце, сгоревшем дотла за ​упала вниз.​

​Зарянка вдруг разом ​И вот, как в кипящем ​

​Бывает такое порой ​Пой, удивительная зарянка!​

​головой,​Даже заря на ​

​И пораженно глядят ​

​Старый медведь и ​И кедры, глаза протерев ветвями,​

​Как по команде, со всех концов​Смеется и бьет ​

​Алмазно блещущие короны​А слева в ​

​Воздух, как радость, хмельной и зыбкий.​градом,​

​груди у нее ​Зарянкой зовется она ​

​сосны спозаранку​Что, кажется, остро в душе ​

​Ты любишь меня... Но в мильонный ​дремлют здания,​

​А за окном ​иль визит к ​

​Ну что они ​

​Есть вещи, которых нельзя ломать,​Это же бой, настоящий бой​

​Ты любишь меня? Но не странно ​тобой рядом все ​

​Ты любишь меня, а его не ​Что тут у ​

​Ты любишь меня ​Чтоб человек, известный только ей,​

​избавить от беды.​Где нет ни ​

​Сутулится душа, и взгляд сутулится,​по улице,​

​женщину я встретил,​и не чужой.​

​И пойду я, тихий и торжественный,​

​Улыбнется:— Нет,​про меня.​

​Будет звездным глаз ​Ни рубля не ​

​же, что когда-то​со мною не ​

​За улыбкой нового ​наш заселен мужчинами​

​И теперь я ​Вешними зарницами в ​

​не страшны тревоги.​Мир велик, но в нем ​

​для меня.​Не растратив вешнего ​

​Не такой, как многие, не каждый,​к списку​

​Скажет, что может увянуть ​Паспорт, конечно, намного старше,​

​Женщины долго еще ​У женщин прожитые ​

​не отступают.​Женщине будет всегда ​

​Больше, чем сорок, не исполняется!​подсчет кончается,​

​уже к сорока​сердце и ни ​

​разговор.​не найти,​

​Она все больше ​

​А то переждет ​же идет вперед,​

​(Нет, нет же! Совсем без ее ​ее бумаг​

​Картина была бы ​Даже лукавейший Сатана​войдет со львами,​

​Она охотней пройдет ​живут секреты.​

​Ведь я же ​

Соловьиный закат

​Мне верная дружба ​И строго сказала ​

​Иди и в ​

​Я так горячо ​И все-таки мир засиял!​В простого, как хвощ, воробья.​

​Когда же порой ​ждать.​

​Случайные лгали подруги,​

​понять.​Я все бы ​пределы,​

​Когда ей скажу, что хочу.​

​Что спорить, она откровенна,​Мне строго сказала ​

​Тоже думает о ​душою​

​нём,​Что б ни ​

​человеком, а не ползи ​И все-таки, чтоб себя же ​И если ответит ​

​время. На время — не навсегда.​Можно вспомнить былое, каждую светлую малость,​

​доводам, спорить и убеждать,​Кто любимой ее ​

​танец,​Не хитрившее никогда.​

​- распростилась с мужем,​ожидать мужей!​

​-​Срок печали. И над окном​

​танец!​Горю в пику ​

​- ждать и ждать!​Был январь, и снова январь...​

​Все так сложно, все так сурово,​бы стать!​

​Он рванулся б ​

​И что дома ​Вдоль заснеженных фонарей...​

​им, как, одна,​

​зовет,​

​И, не пряча влюбленных ​В преисподнюю рухнул ​

​Снова вспышка! Улыбки, ленты,​картечи.​

​танец!​к списку​

​иль не понять,​восхода.​В нарядном первом ​

​и пропал,​научила нас​Ну вот она ​

​маяться,​Родины своей?!​

​Что не добился ​С родной рукой ​Да и теперь ​

​порой,​Мне кажется почти ​

​И мысли трав, и ветра дуновенье,​

​такое ощущенье,​

​звезды первые слетаются​Во мраке птицы ​гуще снизу наползает,​

​Как новобранцев круглые ​

​груздями.​И, словно деды, пожевав губами,​

​Сбив на затылок ​А рядом в ​

​И пробуя поймать ​

​Шесть воронят затеяли ​

​И рельсы, словно «молнию» -застежку,​Рубашка-поле, ворот нараспашку,​

​Закат мальцом по ​На час вдруг ​

​холодная окрошка​к списку​

​все непременно так:​свои зубы враг ​

​он​трудно очень.​

​я на вопрос ​город? Какой, какой?​Да, тут слиты бесстрашие ​

​Волны, словно ребята, с веселым звоном,​матросским куранты бьют​

​небо, пылая жаром.​Тишина растекается по ​

​Корабли, словно чудища, важно спят,​Словно гномы, порхая на самолетиках...​

​глядят,​и живые,​

​Спят под сенью ​В каждый холм ​

​взлета.​не плавились. И стояли!​

​В бурях войн, в свистопляске огня ​злобною сталью вспорот​

​Вдруг поверишь, что было вот ​и мирный день!​

​и понять,​

​Приступили к занятию ​Три эсминца и ​

​Чуть качаясь, на солнышке греют ​Я живу в ​

​бог тебе не ​

​И с милою ​Быть сильным и ​

​И все-таки если не ​Считай, что она - твоя!​

​сперва.​Когда на твои ​

​Смущение это не ​скажет «Да».​

​Когда ты решишься ​у нас получается ​

​Ты своею пошла, я - своею.​конфликтах нашли​

​Все свое у ​Друг без друга ​

​Прижалась к нему ​плеча​

​Затем, что-то ласковое ворча,​

​Как сделали б ​

​ее колени!​ослепительном озаренье​

​Затылок поскребывал и ​

​треснула по спине,​Она же, взглянув на него ​И тут, волосат и могуч, как лев,​

​головой.​Тут припустила, там забрала,​

​вдруг​И так клокотала ​

​И в небо ​

​Дикое варварство с ​они не шли,​

​Когда наши древние ​Звезды, птицы, реки и цветы:​

​счастливый человек!​Разглядеть в ручьях ​

​сама протянет руки,​Радости ни дома, ни в пути​

​Постарайтесь, чтобы хоть сейчас​потом не возвратить!​

​и на свете ​Крутит, пляшет, бьет по мостовой​

​Радуйтесь, не портите ничем​Разве будет это ​

​Сколько песне суждено ​

​Услыхали трепетное слово ​

​Дорожите счастьем, дорожите!​

​Он был и ​Что кончен полон. И теперь впервые​

​и холод, и пустота,​у женщины немота,​

​А в голосе ​

​И пестрое шумно-живое общество.​

​одиночество...​Уедешь - прикажут назад вернуться.​

​бился,​

​Ни к спасским ​

​Вот жаль ей ​И смотрит в ​Все кружится: окна, шкафы, столы.​

​И славу его, и его любовь,​

​Даря восхищения и ​И голосом райским, и черным адом​

​Да, меньше. Но вечно держала ​- О, да, он любил, - она говорила, -​

​зла двуличья!​И пусть я ​

​отчаянно-дорогого,​конца? Ну не то, не то!​

​было дано? Ну что?​Но, сердцем ничьей не ​

​Глаза, что когда-то зажечь смогла,​А женщина смотрится ​

​Чем песни России, леса и снег,​Нередко бывает побеждена​

​Быть может, любовь - это сверхстрана,​И что может ​

​Да, в жилах и ​

​И этой земле, и друзьям французским,​

​И ростом велик, и душой велик,​Сейчас он слабей, чем в сто ​

​мучится человек:​И.С. Тургенев​

​из нас обойтись ​

​Самый простой, но надежный друг,​не с книжных ​

​Где-нибудь рядом, здесь,​мгле...​сидеть одна,​

​Когда повисает вокруг ​И с этой ​из сказки.​

​и лиц,​навеки,​

​на вальс тебя​Под алыми парусами...​

​Молчать и видеть, как в синей ​

​полутемно,​

​Как в строчках ​

​к списку​Только подлости не ​

​Злого в мире ​И чтоб после ​

​И коль ваша ​

​Встань над ссорою, будь мужчиной!​плеча.​

​А тоска по ​Из-за глупого пустяка​

​все же прости.​Мог обиду тебе ​

​этот скромный свет ​Собрав, смешать в посудине ​

​Что белый луч, сверкнув незримой гранью,​

​А быть, как ты,- позор и чепуха!​

Спасибо

​А ты, ты прост и ​

​вузе, доме, классе,​

​не может делать ​И вдруг с ​

​Все дружно навалились ​

​яркий белый луч,​

​Но тут, пробившись меж высоких ​Их было семь. Все семеро красивы,​

​и в природе ​цвет каких-нибудь чернил!​- Кто, я привычен? Вот уж насмешил!​

​неба.​ярче, кто умнее,​

​- ладонь у козырька, -​Летели гуси в ​

​на юг.​И друга в ​

​А рыб вокруг ​У каждого в ​

​Потом присвистнул: - Шут меня дери!​Блестя глазами бортовых ​

​время из далеких ​Опутав звезды сетью ​

​Туда, где волны, где покой и ​- беда!​

​А это значит ​Слабеют силы, нет, не дотянуть!​

​Меняется погода, ветер злей,​

​А там, на юге, пальмы и ракушки​Спешил на юг ​

​приозерный луг,​

Стихи о гордой красоте

​Хорошо, когда бывает друг,​Нет. Как нет ни ​

​В ночь плывет ​Руки - холод, голова - в огне...​

​«Я морское счастье ​Точно Джумбо гневная ​

​шагнул​

​В механизме ль ​Губы... Вот сейчас они ​

​не настоящий...​грозящей​

​Нынче абсолютно ничего.​всякий день и ​

​Пишет письма капитан ​

​Вот ей руки ​

​А глаза играли ​В звоне рюмок ​

​тоски,​

​Делают нелепые поступки.​ждет...​

​Слон все так ​Милой отказать ни ​

​Моряки почти не ​- смотришь, разобьется.​

​Восхищенно ахнула жена:​

​капитана.​Нынче не в ​

​ладони,​

​чудом проскочил!​у Курил​

​Вот мой друг... Ты с ним ​И кивал седою ​

​Тринидадский сейнер «Алькоран».​А хозяин у ​

​Руку на попону ​

​танце поплывет​

​берегу!»​Если Джумбо посмотреть ​

​фарфоровой тельняшке,​к нечистой силе!​

​час​Простит, может, даже ночной разбой!​не знает,​

​на ходу:​А вроде, пожалуй, не так и ​

​Прощаясь у вырубки ​Донес ей грибы, через лес провожая,​

​ей шляпу.​И дальше, смутив уже окончательно,​

​преподносили,​в жизни были.​

​прекрасен их свежий ​ей в косматых ​

​Но вслушалась в ​- Не плачь! Ты меня красотой ​

​выручить? Вот задача!​

​платьице городском.​Увидел он девушку ​

​-​На старой осине ​И лгут зеркала. Не верь зеркалам!​

​Разом кончается правда ​из глаз...​

​Ясно, он просто над ​

​письмо,​Если он прав, то куда же ​

​Где две «бездонные глуби морей»?​

​Тонкие хвостики выцветших ​в трюмо.​

​Мы все же ​душой,​

​вечно улыбается.​духовной красоты​

​меняются ролями.​А, может быть, еще и потому,​А лишь тогда, смущаясь, разглядит,​

​лица,​Ведь большинство едва ​

​А все же ​Однако часто красота ​

​Довольно редко в ​без дела,​

​Пусть эти строки ​суждено​

​Веселому потомку моему,​услышать самому​

​руку протянуть​Не обрывай досрочно ​

​Пять миллионов грохнувших ​торжественный обнять!​

​До новогодней смены ​

​в награду:​ль я свершил?​

​мне координаты:​Второе завершить тысячелетье.​

​планете,​Я не жалел ​

​Потомки наши вспомнят ​

​Он видел и ​И в космос ​

​А пусть в ​

​понадоблюсь потом​Вокруг меня гудит ​

​поздно!​непрестанно.​

​кирпич к кирпичу.​

​упорство. И я не ​

​Что любовь - только нежно-хмельные ласки,​скомандовать, ни подмять.​

​Я уверен: чтоб быть до ​Так ведь любим, и, кстати, уж сколько лет!​

​были,​построится,​

​Ну зачем, ну зачем нам ​

​Одно только тут ​поджимался!​

​И так он ​пискнул, когда гусак​

​скандалов и драк,​И жизнь бы ​

​Страстями и силой ​два петуха,​

​(Шутка)​

​сдавались.​все налево,​

​Дворец бракосочетанья...​маршруту:​

​И ласковый полумрак...​

​В загородную рощу.​к списку​

​Как саван, снежное покрывало...​верой бьются.​

​так душой -​

Стихи о рыжей дворняге

​кошки.​

​дети спокойно спать!),​

​зверье.​

​седые тучи​уезжают,​

​в ломкий лед.​сечет​

​Нет, право же, что там ни ​И тащат щенята ​

​Дарят им кошек, птенцов, щенят,​грохотом едут дачники.​

​и все задачники!​Под солнцем в ​

​ворот,​убей, но свершится это,​

​Мечтали поэты во ​Поднимут с колен ​

​пожар инфляций,​за левых и ​

​я верю: часы пробьют!​Но перед алчностью ​

​- хорошо и нужно.​И как демократию ​

​Толкают нас в ​

​Вчера поклонялись одним ​крепки объятия...​

​Сначала поверили: пробил час!​кто речисты!​

​И, бурно кидаясь то ​Скажите, неужто рехнулся свет?​

​свете,​Ибо мы у ​

​Ведь грешить почему-то всегда приятно,​

​не дать?!​нам вручила страсти.​

​Кавалеры кидались бы ​

​-​

​-​

​эти все наслажденья?​

​Что как раз ​

​любви и ее ​

​А Природа - нам мать! Почему ж она​некуренья?​

​Да, курение - зло. В этом нет ​

​нравиться всем грешить?​

​грешить,​«бездушный интеграл»,​

​И, хлопнув дверью, выбежала вон.​Сухой пунктир! Бездушный интеграл?!​

​плевал,​него судачья кровь?​

​наивные озера,​

​Слегка оторопев от ​и веско,​

​любой вопрос.​помине!​

​совет:​Сказал сердито:- Ерунда и чушь!​

​Но, видно, он не принял ​Я очень вашим ​

​Не ведая, конечно, друг о друге,​вечер песни и ​

​Потом сказала, щурясь от огня:​Студентка, что за стенкою ​

​Считал, курил, вздыхал и чертыхался,​

​о любви​

Стихи о тебе

​Приходит к людям ​

​Взлетит любовь взволнованная ​Потом пожаром прорезает ​

​О чем другим ​взгляд.​И чем горели ​

​Раскрыть себя друг ​целоваться,​

​скамеечкам ютятся,​Давай пойдем вдвоем ​

​к списку​

​нелегкие наши дни​Но для нас ​

​корни моей Отчизны!​Пусть меня городская ​И к чему ​

​же, скажите, живет Россия?​

​не живут,​еще где-то надежда бьется.​

​окон только ветры ​только пыль покрывает,​

​И стираются с ​Руси, что от благ ​

​Потому что нищают ​ее на колени!​

​ступени,​И бурлила бы ​С гулом техники, свадьбами и крестинами.​

​И ее больше ​Без печали и ​

​Исчезают навеки, хоть верь, хоть не верь.​

​и сомнений​человечьего.​ни упряма смерть ​

​Нельзя на смерть ​Каких высот достигли ​

​смахивал слезу...​Пусть не всегда ​

​И шел вперед. И бился и ​всегда:​

​руки​И если в ​

​И мы уже ​Когда конец. Когда уже сражаться​

​смерти семь минут!​За все, что можно, яростно цепляйтесь,​

​Зачем же быть ​пылать и примиряться​

​науки,​Лишь ремесло. И врач уже ​

​Не хмурьтесь, доктор, если я горяч,​Хочу вмешаться: - Стойте! Подождите!​

​секрет.​- Прошу простить, как ни прискорбно ​

​в сторону слегка.​

​толчка,​А он сейчас, как на «ничьей земле»,​

​к списку​

​волшебством обладает.​бывает,​

​Какой-то частью все ​

​И зелена, как тоненькая ветка,​от себя.​

​не только радость ​

​виноват.​вдруг потемнеет взгляд,​

​Но прежде было ​Когда в минуту ​Почти вот так ​

​Да, это мне и ​рассмешишь.​

​То, что уже открыто ​

​О нет, я превосходно понимаю,​

​все-таки бывает,​

​мною,​

​прошлом, не теперь.​

​любила,​как развелся с ​

​чудо! Но, дорогой,​боли свои забыл,​

​— А я совсем ​

​Пять лет по ​впереди!​

​Все, что вечно дорого ​

​Много легче будет ​Только если дух ​

​жизни оставляем...​на вас и ​

​своей не рвите​Не давайте Родину ​

​И чтоб самозваная ​

​выбирается,​Вот на них ​

​Это было б ​

​сталкивают рьяно,​Вспомните, как всюду на ​

​И чтоб жил ​Быть надменным - это очень просто,​

​за пропавших,​всеми наравне.​

​Что сильны умами ​к списку​

​И пришел без ​

​Все равно я ​

​навет и ложь!​

​Не швырнет меня ​Все равно я ​

​до слез!​

​мороз​

​Все равно я ​к списку​

​потемневшим взглядом.​И где я: на станции или ​

​я? -​Как бедно бы ​

​мгле,​Вот почему мы ​

​остановку.​и неприятности​

​Что радости нами ​

​Щедрее, чем память, богатства нет!​упругий свет,​своим,​

​В каких-нибудь шесть или ​Вернуть вдруг веснушчатый ​

​Ну где только ​времени.​

​По первому знаку, из мрака темени,​

​И только одно ​

​Годы бегут по ​

​сможет,​

​красоту.​Взлететь на неземную ​

​Увы. Найти - конечно же нашла,​ударила о камень.​

​Взлетай же к ​стучит и бьется.​

​Стрела, сверкнув, однажды пронизала.​

​забыть не пожелала,​

​Вот почему любви ​

​А раз Амура ​

​трудолюбив не очень​Стрела любовь дарила ​

​человек,​лук в божественные ​Порой, устав от дремы ​

​Подставив солнцу голову ​острова,​

​не верит голова,​Ведь нет туда ​

​этот бред?!​

​боли,​усталый оператор.​

​Ветрище, как наскучивший оратор.​букет​нет?​

​Оваций гулко падающий ​незримо отсечет...​

​и звезды у ​Еще чуть-чуть, еще совсем немного ​

​не слышишь!​

​седле, ты вечно будешь ​нельзя остановить?​Как по тугому ​

​Чуть кашлянул, возможно даже, я.​- гнев, и мука, и любовь!​

​Накал завязки: злая правда слов​

​Положишь книгу и ​А звуки, звуки голоса грудного,​

​Почти до острой ​ты дома​

​коридорам звон,​Заговоришь и засмеешься ​

​в сторонке​И только память ​

​Ирине Викторовой​не бери, постовой!​

​оберегайте,​На панелях его ​

​Он теперь человек ​Так, как он, на весь мир ​нежно и звонко​

​фонарь.​

​Где-то слышно бренчанье ​Словно детский упущенный ​

​Короче - прекраснейшею женой?!​

Стихи о чести

​кулак.​начнете тайком тянуться​

​Но вам-то какая же ​

​Что он и ​соперники не появятся ​

​быть мудрыми, защищая любовь,​абсолютно не в ​

​где-то чуточку свойственно​Разве душу, которая нас действительно ​

​верности убежденно клялись?!​навстречу рвались?​

​же свои.​счастье, тем острее бои​

​Как ругаем соперников ​В час, когда мы ревнуем ​

​То время вдруг ​вопросов нет!​кому-то.​

​И, кажется, больше чем взрослый ​о нем!​

​Когда расстается с ​Но лампочка тотчас ​

​И красный огонь ​Что выдержка эта ​

​И зуммер тревоги ​Но вот, пока в доме ​

​тебя почему-то спокоен​

​к списку​

​И не видно ​

​Или попросту, хуже того, не может...​-​Чтоб все время ​

​И ты вынужден ​

​КУЛЬТУРЫ!​глупцы и совсем ​

​в провал,​рискованна, как обвал,​

​всякое преступленье​

​выгоды повернуть.​предателей: в чем их ​

​От предательств и ​

​не пули и ​

​к списку​Его губами ей ​

​пылающий букет.​

​Грохочет зал, в стекле дробится ​

​Он как живой ​не приходил...​

​И ничего бы ​

​Но их хозяин ​черноокий взгляд.​

​И вдруг, на палец накрутивши ​васильковой синью глаз,​

​А ей, наверно, видится сейчас​

​И вот букет, размером с клумбу ​надо!​

​И вот - обвал! Гудящая волна!​знаю, что и будет?!​

​двум красивым людям​И я решаюсь: я читаю строки,​

​Воспетая поэтом Шаганэ,​

​Армении - земли моих отцов.​сердцу моему не ​

​А я в ​

​к списку​И будет гореть ​

​продолжается​Как в мае ​

​Мы выдержим этот ​луне​

​Поглажу тебя, успокою​Прекрасная, золотая,​

​Грызет тебя изнутри.​сил.​грустил,​

​тела,​Гладят меня в ​

​Дремлет на спинке ​

​Сонная тишь в ​окном.​

​ветер весенний!​Пахнет настоем смолы ​

​Все подгоняется: перья и волос.​

​моль?​

Стихи, не претендующие на ученый трактат

​на солнце.​питомцы,​

​яркость такая!​

​С грохотом выставил ​

​и тут заплясал.​Почки дыханьем своим ​

​С юга весна ​

​Великолепнейшая пора!​Весна! Горделивые свечи сирени,​

​кто-то разбил ледок, -​

​и слов обманных.​

​И я (наплевать, если будет странным)​Скворцом заливается на ​

​спорил порой до ​О чем? И действительно, я ли это?​

​Ветер мне крикнул, замедлив бег:​В нем все ​

​Весна даже с ​Забор покрывается свежей ​

​Падают капли. И каждая кажется​А небо смеется ​

​Но ветер уж ​С крыш, словно с гор, тугие потоки​

​гром​к списку​

​в праздник действительной ​кулаком.​на все, что творится кругом.​

​зачем.​от споров идей ​

​тупому сродни.​перекрестках кричали,​

​его унижали!​

​пил самогонку​запретов и быть ​

​самогонщикам.​

​И которым практически ​Что ответишь и ​

​тем приказам дана,​в запойстве вселенском​

​усердии зверском​Не признались нигде, что великих сынов ​

​И, кидая хулу и ​Дескать, русский - дурак, дескать, нет в нем​

​А они еще ​им тысячу раз ​

​российском по всем ​

​нам за лес, за меха и ​

​плевать нам, ей-богу, никак не годится.​Водку пить нас, увы, хорошо чужеземцы учили ​

​варили.​

​планете ни мудрых, ни глупых народов,​На земле могут ​

​жили,​варили​

​подла, до того непотребно-ничтожна,​Руси невозможно,​

​Что не глупым ​

​даже где-то за бражным ​Руси?!​жизни спроси,​

​Веселье Руси - есть пити.​Ответит лишь дело ​

​черту смести все ​Да, если твердят о ​

​Вдвоем до конца, без единой ссоры,​тифозный бред.​

​ли час тот ​синекрылой ночью,​

​Гусар и красавец, что с юных ​не захотел!​

​высокий ее удел,​его дневникам,​

​В телеге, сквозь пляшущее ненастье.​

​ни в счастье,​И пусть хоть ​

​была славна,​несет жена?​

​мозаик.​

​Две статные женщины, две графини,​И вижу я, словно бы на ​

​Мне хочется к ​Слова благодарности произнес?!​

​Жила ли душа ​

​Верой и вечною ​Умом и ревниво ​Не год, а десятки, десятки лет.​

​В миг свадьбы ​

​и глупых книг!​

​Как мыслям и ​И я, сквозь бумажную кутерьму,​

​И до чего ​

​порой и рубят,​черту смести все ​

​Когда говорят о ​

​Не вздохнет: - Задумал притвориться?​

​И, забросив лирику, шагнуть​И куда несчастному ​

​мы можем препираться​

​- Не пьяна. Но если я ​лицом! -​- Кто она? Откуда и какая?​

​- Весь сюжетец для ​- Я - не я и ​

​душою устремилась?!​Героиня над письмом ​

​Не меня, героя моего.​Что тебя жестоко ​

​сурово:​машинке подойдет,​

​За какие новые ​к списку​

​отвернусь сурово.​И коль порой ​

​трезвоне,​продолженье.​

​Две книги рядом, полные тепла,​

​И все же ​И смерть одна, от одного недуга...​

​Как два плеча, прижатые друг к ​сне, потерянный и тихий,​похожи​

​столкнул людской водоворот.​

​Она, как птица, первой заплатила​

​Но дни у ​

​И все — от стен до ​

Студенты

​легким удивленьем,​чаем.​

​мире только грязь,​Пускай бормочет зависть, обозлясь,​

​счастье. Вы не тлели,​любовь!​

​В усталом сердце ​Джульетта,​

​В. Тушнова​к списку​

​мог не сомневаться,​

​Муж привык спокойно ​жена:​

​И признаюсь не ​

​(Шутка)​искреннею со мной,​Хочешь, я главный секрет ​

​Ты ведь даже ​

​в жизни спорить ​себя красоту,​

​Никто уж потом ​

​жить мешало,​Крестил бы лесной ​

​Я с детства ​Обязано жизнью своей ​

​Самая добрая потому,​тверже, чем верят дети,​

​Плывет на распущенных ​

​Ива нахохлилась, будто цапля,​

​Висит и качается ​

​Чуть посинев, крепыши маслята,​И тот, рассыпавшись, как стеклянный,​

​небе птиц.​промыты чащи,​

​Пятый вымолвил солдат. -​«Да»,- ответил третий, взявшись​

​И замолк, второй качнулся,​Помечтать оно не ​

​в землянке​к списку​

​Ибо в мире ​

​Дрогнет сердце, полночь кончится,​В первый раз ​

​Сделать ярким навсегда:​Что тебя давно ​

​Будто, сам того не ​Ты являешься ко ​

​Я не знаю, чьим велением​

​Светлый, темный, золотой.​То, какое назначается​

​Из карманов достают.​И, раскланявшись, приветственно​

​Вдоль всей улицы ​Как загадочные гномики,​

​Сзади - волки, впереди - река,​колечком,​волчий вой,​

​Да, в лесу не ​низко​

​По одной из ​усидеть не мог:​

​И смотрел на ​губами​(Шутка)​

​Но говорить о ​Улицы, переулки... да резкий, колючий снег...​

​небо, и разом на ​отомстила!​И вдруг, как в бреду, как в горячке: - А здорово я ​

​И как я ​ночные,​

​до утра.​Ты рад мне? Скажи: ты любишь? - Я еле выдохнул: - Да!​И дальше как ​

​С глазами не ​крупкой,​

​бывает...​Она на бегу ​

​стал заниматься.​был. Напротив, я не желал ​

​другое,​рукою.​

​бы золотая,​встречая,​

​просто соперник, а, как говориться, счастливый,​Был у меня ​

​себя защитить.​Повиснув навек меж ​

​порою никто не ​без всяких сил...​

​в скрещенье веток​От слабости шею ​

​Что так на ​ни пить он ​Влезет на ветку ​

​И это не ​Охотники старые говорят​

​сидит убитым​Разбой совершится наверняка​

​«друзей меньших»​Но жадность сжигает ​

​Это и спальня, и сундучок.​Он носит и ​

​-​ствола задорно​

​к списку​

​Мой привет вам, открыватели​

​мгле,​обаятельных​

​А стремятся к ​Что за грех ​

​— Ведь не все ​

​сильнее,​

​Пусть бормочут, пусть мрачнеют,​писатель,​

​И пускай ее ​сих пор ходили​

​вышине.​Не слыхали б, как роняет​

​островов,​

Суду потомков

​Что бы было ​

​Телевизор каждый день.​

​— Несерьезный человек!​

​И пещерный мещанин.​Вставить в стены. Ну, герой!​

​не знать кручины ​

​Есть жилье и ​У пещеры, среди скал,​

​С давних пор ​

​— Фантазер, пустой мечтатель,​помириться!​

​Ничего. Я первым подойду.​Ты лежишь и ​

​душой.​

​нелепого немало.​

​этих глаз?!​разобраться,​

​Ты со мной ​На губах то ​

​спится,​

​Над садами топает ​

​Полночь небо звездами ​

​Упрямо идут вперед.​

​Видно, смерть на свободе​Согреют и вновь ​

​Брать каждый новый ​Холодный катил озноб,​

​Сосны, кусты, завал...​И вот только ​

​Едва почуяв свободу,​тоски!​

​Важных слонов у ​И часто ночами, в плену,​Сужен колючий взгляд.​

​Сзади - пальба, погоня,​В залитый солнцем ​Да стук каблучков ​

​И три, и четыре тоже...​Три слова, короткий взгляд​

​Романтике в рамках ​стихи! -​

​Словно из книги ​Обняв, как охапку снега,​

​из роз.​

​в белой чаще​Бутоны тугие, хрустящие,​

​Оно над столом ​

​День моего рождения,​Ибо в ней ​Если ж да, то, значит, есть причина​

​Вы же клятву ​сказали:​

​Не отчистить щетками ​Вижу я, как делается черным​

​И сегодня, к сожаленью, есть.​плачь!​

​людей на улицу​

​Твой просчет почувствует ​А не дашь ​

​просто приучать:​Мзду берут уже ​

​Вроде жатвы на ​Нет, не гонорар или ​

​А в работе ​Это худо, ну почти как ​

​ни моих стихов...​И когда б ​

​Было их - достойнейших и честных;​клятвой Гиппократа​

​Поклялся великий Гиппократ.​назад​

​рук​человека.​

​Не было почетнее ​на планете,​

​в любви!​крови.​Все, все навек спустившими ​

​подряд​циников,​

​ж обидно наблюдать​Глотают и уже ​

​Тони в дерьме, родная молодежь!​откровенно в грязь.​

​Потом, очнувшись, кинулись обратно,​И проститутки лезут ​

​Считают так: свобода есть свобода!​

​И, к сожаленью, не подозревают,​

​заменили​

​Любовь не то ​словно производятся,​

​Конечно, жизнь от зла ​Любовь как будто ​вещь на свете!​

​Он стал вдруг ​сейчас сияли,​

​И были такими ​

​один, за один твой ​

​Не выдержав до ​Даже сильней любви!​

​Все рушилось, гибло... хоть вой, хоть реви!​

Судьба страны

​Как мог ты ​- Не смей... Ты сама же ​

​Что-то шептала, смеясь и плача.​Метнулась женщина из ​

​Ровно и плавно ​Скорее! Ну что там: зверь? Человек?​

​Он ищет... ищет... и вот, и вот -​

​капитуляции.​Оставив после ночной ​Упал, будто срезанный наповал,​

​II​- Не выйдет! Неправда, не пропаду! -​

​Вдали сквозь дикую ​Но тело горит, будто жарким летом,​И все-таки он, хрипя, поднимается.​

​А сбитый, снова идет на ​вперед,​

​Чудо? Вы скажете, нужно чудо?​А все-таки рано сдаваться, рано!​

​Сердце грохочет, стучит в виски,​Душонке трехлетнего пацана.​

​другого​мальца​

​Со смехом бутылку ​суждено подыхать,​

​Их нету! И ветер как ​

​Перед глазами сплошной ​нем: ярости или тоски?​

​Оно полыхает огнем ​Лишь сердце стучит ​

​радость мою прости! -​Судьба перепутала все ​

​И словно бы ​Прости, не ко времени ​

​глазами.​совсем уж бесчестный ​

​было бы жить ​

​назвала!​зла.​

​зубами.​

​глаз. -​год тебе неверна​

​Знай же, что я дрянная ​дожить,​

​Еще вчера я ​Голос резкий, нельзя узнать.​- К сожалению, нет... -​

​рассвет.​Живет еще только ​

​- Как нет? Да ты не ​- Послушай! Синоптики дали ответ:​

​погибает,​Ну как объяснить ​

​отлично знаешь,​голос жены,​

​ее. Вниманье! -​Потом сквозь метельное ​

​столе,​

​счастливейшим на земле,​металл,​Как бревна руки... спина немеет...​

​Кончаются в рации ​

​- Спасибо... Вас понял... Пока держусь! -​Тупо кружится голова...​

​Снегом, наверно, на метр замело.​

​Вот и окончен, видать, твой путь!​Снег набивается в ​

​Встать бы, но боль обжигает ​И все-таки жизнь покуда ​

​пройдет​Лежа в ложбинке, что станет гробом.​

​Руки в полуметре ​Да замерзающего пилота.​

​Где-то буран, ни огня, ни звезды​

​А он еще ​и свист,​

​В прокуренной комнате ​гасит фары.​

​самолетных турбин,​I​

​или мороза​Не парус бедствия ​

​твердой,​помощь прийти готов,​

​в газете,​Хороший парень Алешка!​

​немножко),​за облака,​Сложила бы все ​

​упрямо стучат каблуки.​сосчитать -​

​день и не ​- Алешка, брось ты!​

​А он во ​А тот все ​

​- Ну все! Если что, присылай «курьера»!​двадцать - вниз!​

​к черту.​Случится подняться нам ​

​Когда же с ​Подобным маршрутом не ​

​Лешка с товарищем ​Итак, «лифт» подан! И вот, шагая​

​Дружба не терпит ​спина!​

​была б хана:​и пряталась вся ​

​пляж!..​бежал на его ​

​ему благодарен​Шутки как шутки, и парень как ​

​- Алешка, ты что же ​

​Красневший при девушках ​

​напротив, окошко в окошко,​меж ним и ​

​и голубей.​Под самой крышей, над всеми нами​

​Тут бог жилищный ​И ради того, что студент Асадов​

​Парнишку-наладчика с «Красной Розы»...​одно окошко​

​Я представляю не ​к списку​

​На фоне догорающего ​Взглянул назад веселый ​

​Дома, сады и конь ​«Марш! Марш!» И только холодок ​

​Трубы пронесся серебристый ​Как будто шкуру ​

​стрельбы, то на рубку ​Пенсионер то навещал ​

​И, старика похлопав по ​его колонны.​

​Стараясь строго соблюдать ​Подковами он пламень ​

​пробежал огонь,​Рассыпалась трубы медноголосой​

​Входил в деревню ​Но как-то раз, округу пробуждая,​

​Вкус притупился, клевер - как бумага.​сны.​И верный конь ​

​Но чует конь, пластаясь на скаку,​он пляшет​

​конь среди ромашек,​

​Он чуток только ​Теперь каким-то добрым шутником​

​отдых честно заслужил!»​Ты хлеб возил ​

​Не подкачали старческие ​

​Он слишком стар, чтоб радоваться им:​

​Стоит, не подымая головы,​А значит - ясность и простота!​

​Нельзя, чтоб в петушьем ​юных лет​

​Порою не ценятся ​суждениях прямота -​

​Сказку про голого ​

​Ведь если типичнейшего ​Не часто ли ​

​лицом головой кивает​

​считает,​Все пестро, а мыслей-то никаких!​

​То вы лишь ​

Судьбы и сердца

​книгу стихов возьмете,​

​Вы удивляетесь: - Где же симфония?​

​Пустой и надуманной ​живых общениях,​

​живет он: грешит и кается,​

​с ним носятся, все стараются,​

​Молодо-зелено! Ерунда!​Оденется пестро - оригинален,​

​Такие шатания и ​Сегодня он с ​

​И все получается. Все с руки.​Взгляды меняя, как пиджаки.​

​А путаность чуть ​странны бываем!​

​Но те волшебные ​уже тех не ​

​бы за спиной!​За вспышки радости ​

​С наивною грустью, но от души:​Небо, хмурое спозаранку.​

​на глухом полустанке:​За скорость, что парусом горбит ​

​окна всегда​

​в детстве любил ​не в страхе ​В скучнейших беседах ​

​Не любят, увы, просыпаться рано,​

​(вот смешно!)​

​Веселые, шумные, запыленные,​к списку​

​Если каждый ценил ​вечный пустой предел...​

​Вы же дышите, видите белый свет,​

​Если б дали ​

​От веселья и ​

​ваши тяготы и ​

​А в палате ​

​И сидишь ты ​Ну а если ​

​Все проходит на ​

​едва ли!​

​Вот столкнись ты ​

​Ну а кто-то сказал бы ​

​глядит в окно,​

​Она бы все, не дрогнув, отдала!​

​устало подошла,​Читать стихи с ​

​открыть мильон чудес,​Увидеть свет таких ​

​Не зная даже, чем сама владела.​

​Наивная, о, как она смотрела!​Две ямки на ​

​Но вспомнилась вдруг ​ниточки седин...​

​Помаду стерла, серьги отцепила​усталыми глазами.​

​В большой квартире ​

​недели,​

​И девушка вздохнула:- В самом деле,​и гримеров,​

​Не человеком - высшим божеством,​

​С безмолвным восхищением ​Концерт. На знаменитую артистку,​

​Как знать, а вдруг, еще при нашем ​Вы будете рожать, а он - вопить.​

​- Вот порошки. И роды будут ​- Какое вам: со свадьбой иль ​

​так не выдаем!​сном.​

​Или один в ​жены:​

​Мгновенно. Даже имени не ​же с первых ​

​- А покоритель сердца ​- Пожалуйста, и вкусен, и активен!​

​- А мне - флакон пылающей любви​Не огорчайтесь. Я вам подыщу.​

​ждем!​

​счастья, бьющего ключом?​- Скажите, есть у вас ​

​была у вас ​

​к чему!​

​буду,​

Телефонный звонок

​Сегодня - кибернетика повсюду.​Так вовек и ​

​Ибо ангел, хоть высок и ​в ад​

​думает спасти -​

​Если ж он ​же,​

​Впрочем, утверждают, ангел тоже​рожденья​

​не томись в ​И когда вдруг ​

​И, моргнув, смеется: - Хе-хе-хе!...​- Ах ты, шляпа! Красная девица!​

​Сыплет смех, на что-то намекая,​Все толкал на ​

​Бес мой был ​нальют,​И чадил немало ​

​Мне вилял приветливо ​хитрил,​

​Затянись хотя бы ​Кто - табак, кто - спички и мундштук.​

​мальчуганы,​тихости,​

​И из класса ​

​Чтоб не задавалась, в глупый нос! -​зубрилку Свету:​

​науки, заниматься,​Ангел с синью ​

​Говорят, что каждому из ​Струится с веток ​

​И к лунным ​

​и будет. А пока:​- жизнь наверняка:​

​начнется человечество,​

​Пошлем сигнал в ​безвестный космодром,​

​когда-нибудь слетаем​вширь по сушам ​

​Обнявшись, прямо с палубы ​разомкнуть,​

​Ведь если что-то дорого бывает,​не будет впереди​

​Планирует бесшумно на ​

​бликам тянутся навстречу​

​В сирени тонет ​В эйфорию кидая​

​Другие меня не ​

​Её рыжие волосы, пламя​

​тобой на целом ​Сказала мне не ​

​воли,​

Той, которая любит верно!

​Мне кажется и ​

​нас.​мне,​

​не дышит…​Померкла света полоса.​

​зеленые глаза, как кислород, дышу, и засыпаю ими!!!​

​никогда его… И не любить ​

​ясного​в ночи… А руки твои, как крылья​

​чая и в ​

​— У моей возлюбленной ​зажигать,​

​бьет в оконце.​Зеленая трава на ​

​и полутень луны.​радуются другу,​

​Весёлые глаза-залог здоровья духа,​Всем дарят счастье, радость, искрятся и блестят,​

​Они нам дарят ​многом говорят,​

​шоколада.​страшен, ведь я любил ​

​Прощай, любовь.​Что за любовь ​

​других,​Это случайность? Пас…​

​и дохлую мышь…​кровати, на подушке лежала ​

​в лесу. Долго она блукала, пока, наконец, не увидела избушку. Девица отворила дверь, прошла ещё шагов ​

​Руфа​сомнения показало всё ​

​с дождём Обжигает ​гордость, так странно с ​

​и в никуда, Там твоё воображение ​кто я, Можно сбиться с ​

​больно, но ты не ​обещает быть рядом ​

​Разбитое отображение несло ​Не хочу делить ​

​слов.​

​твоем омуте.​волосы.​

​Тогда остальное нельзя​

​На удивление прост…​же красоты,​

​Как женщину надо ​

​слеза…​

​нет…​их зрачках бездушных,​

​Боюсь я глаз ​

​В них Искренность, Доверие живут.​

​Они нуждаются в ​былом.​

​Счастливые глаза… искрятся светом.​

​Глаза людей… бездонные колодцы…​Но нет во ​

​окне.​в дне​

​Не на работу ​дыханье.​

​Глаза​

​и когда ненастье…​

​в них посмотришь ​Есть такие глаза ​

​Как их увидел, так всё позабыл,​Предстанет настоящая реальность.​

​И вот, когда исчезнет пелена,​

​того,​

​потерять,​

​Лишь тот, кто слепо станет ​Ещё как могут, я вас уверяю...​

​не дают счастливый ​разделили на двоих.​

​Когда ты нежно ​я ощущал твое ​

​вырывалось из груди,​

​Была единственной любовь, сегодня – нет.​меня сквозь толщу ​

​Мои зелёные глаза… А мне других ​

​- надежды цветом я ​доля.​

​Мои зелёные глаза ​

​- они пленят кого ​

​в судьбе:​Глаза в нелепых ​

​В глазах немой ​сильных гроз…​

​Глаза нас выдают, когда молчим.​дети.​

​И рады счастье ​Усталые глаза покорность ​

​То мечут молнии, то гаснут от ​мольбой,​

​глаз чужих любовь.​Они красноречивей всяких ​

​глаз,​с чердака.​взглянув в мои ​

​зеленая трава​Когда то там ​

​поймете суть,​

​глаз.​

​Глаза​мгновенья,​

​Надежду, веру и любовь.​

​стало ясным.​

​Один лишь взгляд, глаза в глаза,​

​Одаришь Ты любимым ​

​А Ты молчишь, но в тишине,​

​Они способны подарить,​

​Амур стрелу направит ​

​мы вновь​Мне хватит только ​

​Когда я молчал.​всё читаете?​

​Всё это счастье ​Любимые глаза !​

​по-девичьи прекрасен,​

​И взгляд был ​

​прочитать печаль.​

Три друга

​хочет миру рассказать.​нею наблюдая,​

​А может, просто были с ​

​Глаза те и ​я вижу часто,​

​Глаза, чарующие томно и ​Наивные, открытые, как дети;​

​только встретил.​луна,​

​И опьянённый, будто от вина,​В её глазах ​

​Её глаза прекрасны ​В её глазах ​

​- в них омут ​встретить.​

​ответить.​добрых сердец!​на мир сердцем,​

​Только я тебе ​в чём секрет.​

​Прочитаю в глазах ​просторы,​

​руины внутри.​И глаза твои, словно окошки​

​Gucci и Prada,​

​обид?​Сколько в них ​

​улыбку и фарс,​Я не верю ​

​Ясновидец​цвета,​

​вздорных​

​От паденья и ​

​Ежедневная стена​И у борта ​

​За винтом бегущей ​цвета.​

​Одного того же ​

​Просто без суждений ​

​Скачка, вся на волосок​Вальса белое молчанье,​

​звезд скольженье,​Дождь, разлука, серый след​

​что я влюбилась​Прости за то ​

​жить.​

​он отвергнет мои ​

​ключи:​Услышьте то, о чём она ​

​Немой упрёк иль ​говорить,​За полчаса в ​

​Маршрутка к дому ​Одни глаза спасут, поднимут…​

​В глазах людей ​скрыть наряд…​

​стеснялась бедность,​В других – июльская гроза…​

​маршрутке у окошка​

Трусиха

​наблюдать…​друг на друга...​

​Глазами можно ободрить, с ума свести, заставить плакать.​

​Но не хватает ​

​забыть зелёные глаза,​в вас?​

​свет, как в омуте ​

​и луг,​

​самой Земли!​

​любить, чем не любить.​заклятого врага в ​

​жизнь! Но и горе ​большего, чем они в ​

​не в чем ​— согласие с самими ​

​всего понравилась интерпретация ​потеряется.​

​верностью тем, кого выбрали». Жаль, что нежных и ​не лишены воображения. Отлично справляются с ​

​за надежность и ​

​Зеленоглазые люди – это сама нежность. Любят они всегда ​

​строптивые, которые могут проявить ​любая вершина. Хотя Вас считают ​

​и нам, мужикам):​

​Вообще, вы принадлежите к ​доброту, враги ненавидят за ​Венеры и Нептуна.​

​теми, в чьих глазах ​

​людям соединять свою ​(порой без всякой ​

​кожу, чем волосу упасть ​

​обладать вы сами, какими - ваши друзья и ​

​довольны люди, которыми вы дорожите. Если вам не ​вы ни думали, что бы ни ​

​жизни «золотую середину».​

​- донора и вампира.​Сначала – вот это (здесь все про ​

​за зеленоглазых. И за себя ​вопрос не найти. Фундаментальные исследования как ​исследованиями. Так полагаю, что характер и ​

​гордиться своей исключительностью. Но меня это, как мужчину, огорчило – почему поймете, прочитав дальше.​труде, что я читал, исследования видать вели ​

​Поскольку цвет глаз ​— доминантные, а светлые — рецессивные. Однако, в действительности, генетика цвета глаз ​

​ЗЕЛЕНЫЙ цвет отвечает ​Генетика​

​оттенков.​

​нет). Поскольку задний слой ​

​волос. Во внешнем слое ​чёрного и коричневого ​

​- красный​- серый​

​вещества различных цветов, нередко связанные с ​слое распределены хроматофоры, содержащие меланин. В заднем слое ​

​Радужная оболочка состоит ​

​глаза имеют красноватый ​

​глаза у позвоночных ​

​- ну, очень умные слова ​

​показали. (Тем, кто очень не ​в этой области, мне и было ​

​дискриминации по половому ​

​глаз сразу не ​знаем, а какие же ​

​особой нужды нет. И про них ​милые девушки хорошо ​

​(все таки звучит ​

​ну никак невозможно. А потом, со дна этого ​

​У нас же ​пришлось сбегать до ​

​в Ассоциацию​Слова, что это - кара за грехи,​

​А тут-то разве мелочь? Разве волос?​шквале,​

​военный смерч хлестал​

​Тогда откуда в ​

​верить смыслу вопреки?​слишком умным,​

​и до сих ​

​жаром повторяю,​и вездесущий​

​Миф про него ​

​в Эдеме голыми?​Но если грех ​

​Адама с Евой, как венец созданья.​

​бы и на ​знать все то, что не постиг,​

​Первопричину множества событий:​

​с головы​Что мир по ​

​погружал​В сияньи нимба ​

​отдавать...​

​легче все одолевать:​к списку​

​кусты.​и бураны, и снег, и лед.​

​тебя вдруг грызет,​

​В моем сердце ​

​простой секрет:​холод она, ни сплин.​

​дождей, ни от злой ​комары.​

​Часто ценят превыше ​И ни пятнышка ​

​Где почти и ​тая,​

​за что так ​Да и вряд ​

​за окном обложные ​

​А «зверюге» надо было только​

​Ишь, какая лютая зверюга!​

Тщеславная вражда

​Под нестройный гул ​Боль, обида - все смешалось в ​

​как противна клетка!​

​Носом, словно мокрая клеенка,​

​лопатки!​Возгласы, катанье на лошадке,​

​Зоопарк - зеленая тюрьма,​Мать осела, зарычав негромко,​

​Он по-секрету тихо скажет ​Горит вдали последняя ​

​встревоженной помочь?​и восхищенно:​в трубке телефонной:​

​и впрямь его ​не зло​

​мире рубежи​

​А впрочем, нет, не в этом ​

​и классики когда-то,​

​не бывает свято?​

​Начнут шипеть:— Известный музыкант,​

​К тому ж ​Ее любовь, ее счастливый взгляд,​

​пыл?​Бил в стекла ​

​бездонно! —​к списку​

​И может быть, не ведает никто,​раз​

​из халата!​Одетых пестро маленьких ​

​На нездоровом любопытстве ​Какая-нибудь крашеная дама​

​Ну, хорошо, пусть это ребятишки.​уж просто,​

​очень маленького роста​трамвае​

​проявляем​-​

​избежать общенья,​

​шутки, смех и тосты.​Не первый год ​

​баснями чужими​Как будто все ​И смелый гонщик ​

​выступает​Цветистая афиша возвещает​

​сильным существам​

​Наверно, можно только удивляться!​Когда живым-то мудрено остаться,​А радость, словно сеятель посев,​

​И вот, казалось, еле уцелев,​Куда-то в черный ​

​И что бы ​жизни.​

​и укоризны,​краях - ни холода, ни зла,​

​и ночи все, и дни​И как представить ​

​Малюсенькие, легкие, как дым,​И при дожде, ей-богу, в доме том​

​крохотной пичуги.​

​Все от стихии ​

​сады,​до острой боли ​Кусты с травой. Когда огонь и ​

​к списку​случится,​

​к другу,​

​Как все будто ​

​опять смыкаются,​

​О, Господи! Что же творит ​

​Как тут устремились ​

​А губы слились ​Однако, едва лишь разжались ​

​так слабо разнять ​Твердим: «До свиданья», твердим: «Пока».​

​много светлее будет!​Не надо же, право, коситься, люди,​

​мгновение не придет,​Такие грехи у ​

​дум​не простили:​Вдруг взял и ​

​не внемлет?​Кидались, чтоб сбить непременно ​таких, кто мог​

​сильнее​Ведь вот как ​Мирится бездна подчас ​

​порой прощают,​

​И к прочим ​Но в этих ​

​На них и ​основа​

​красоты,​Что быть человеком ​

​Слова. Будто воду пьет?!​Трещоток и трепачей.​При этом всего ​

​кто-то​Стремясь об одном ​

​- А сможет? - Сказал и смог!​

​- Приду! - И явился в ​Затем он распался ​

​Какая же там ​

​Все выше и ​И чистую правду, и подлый обман.​

​И бросил в ​

Ты даже не знаешь

​времена!​Я вам покажу, как будить Колдуна!​Великий Колдун, раздражительный дед,​

​что выше, чем радость греха?!​согласна бессовестно жить.​Где -- быть беззащитной, где -- лезть напролом,​

​Тут, право, от смеха порвут ​- красота!​

​презреньем.​Они отдыхали у ​

​вишней сидела Любовь,​к списку​Не надо душу ​

​не думал, что ты такая!»​самим собой,​

​в какие-то прятки.​Вот тут и ​

​А дальше все ​и лучше стали.​

​Стремясь, чтобы ярче зажглась ​

Ты далеко сегодня от меня...

​Скупые на время ​недостатки стремится,​

​Волнуясь, боясь за исход ​Он счастлив. Он страстно хочет ​

​он. Самим собой.​

​не знает,​знаем и то ​Не ведаем качеств ​

​та самая мина,​же, пожалуй, трусость.​

​любовь непрочна?​соловья​

​И по садам ​Но нет, недаром есть луна​

​влюбиться.​огонь во взгляде?​Пожалуй, даже соловьи​

​Когда бы не ​

​Зачем тропинки под ​

​Любовь - весенний стук сердец,​

​Так стоит ли, право, кошек любить​

​ее с колен.​За крохи немного ​

​не стыдна,​Мурлыча, прыгает на колени.​

​У кошки-дуры характер иной.​отдав,​

​друга или нет?​на день, ни на час​

​нас,​

Ты не сомневайся

​душ,​Можно, как болячки ковырять,​

​ранить.​Чувства можно звездно ​

​Чувства, хоть плохие, хоть блестящие,​

​Только вот зачем, ища решенья,​женщине сказать!​И вот, когда любимая заплачет,​

​на плечи положи​поминай! - она сказала.-​

​В ответ рябина ​Вдали, серьгами царственно качая,​

​Тоскливых слез не ​

​- А ты ее ​поступить?​

​терзать!​И вот, когда любимая заплачет,​

​Как поступить мне ​И, как «глазунья», солнечный желток​

​по округе:​

​Как одинокий, старый холостяк,​А сам в ​

​Что я воскликнул: - Это не любовь! -​дошли едва ль ​Она вскипела бурно ​В моих стихах ​

​придет​И ныне, и всегда!​

​И так как ​ты - одна.​

​Для неба или ​Другой как словно ​

​Ведь гордо-чистая луна​И горделиво-светлой ей​

​Ты - как полночная луна​сто назад,​

​Достойную тебя?​

​и любить,​Взвей гордость, словно стяг.​

​же ни дворца,​Ей все принадлежат ​

​И вверх в ​Той песне, ей-же-богу, не состариться,​

​Что честной песни ​него-то я и ​

​Есть выше суд ​стихам,​

​А правду, ничего, переживете!​

​светлых и высоких!​строки.​

​А то и ​Со мной еще ​

​счастливей!​Кому-то сил придать ​

​ярости пропасть!​

​негде яблоку упасть.​

​Взорваться и сказать ​

​Бьют не стесняясь ​Нескромно? Нет, простите, весь свой век​Смелей считайте: двадцать, двадцать пять.​

​душах у людей!​

Ты часто вздыхаешь...

​Орут, бранят, перемывают кости,​

​отчаянно взялись​

​А чтобы те ​А мода схлынет ​

​— так это мы ​И в ресторане, хлопнув по второй,​

​каким законам​

​И вы шипите ​и грызет,​

​Ведете вы с ​Удивительная моя!​

​мне, верю, знаю,​тревогу свищут.​

​Я зажгу твои ​Тяжелейшая вещь - разлука,​

​И какая б ​

​б нас вкривь ​А ведь можно ​

​во мрак,​

​золотится.​

У ночного экспресса

​Только женской фигурки ​

​А вокруг и ​Паутинки дрожат и ​

​по дорожке,​- никаких причин,​

​осин,​Ах, как просто обидеть ​

​Этим, этим, вот самым садом​не надо,​

​И кто знает, не в это ​Молчаливо и непреклонно.​

​Листопад полыхает, вьюжит,​

​через жердочку​Переходят в обнимку ​

​Вон, смеясь и прильнув ​Озерками большими и ​

​Звезды, словно бы льдинки, тают​

​земле!​мгле,​

​И вечно с ​

​смолистом твоем раю,​

​бесспорно я​С ковыльной бескрайнею ​

​Как перепел выкрикнет: «Спать пора!» -​спине мурашки,​

​А дунет к ​суку,​

​волненье.​

​такой глуши?!​

​смотрится то и ​

​рядом,​Падает звонкое серебро.​

​рога сохатый​

​Но платье застряло ​

​Жует колокольчики над ​

​Так крепок и ​Под шорох ветра ​

​И ни единого ​

​и Левитана.​

​Не режет плечом ​Милые ленинградцы!​

​И все, с чем так ​висячие,​

​Невой,​С горячей нежностью ​

​И, всякий раз сюда ​А значит, я и зимой ​

​Как знать, но, быть может, твоя квартира​

​Дома и проулки, то, может быть,​

​И если бы ​

​спас, навсегда, навечно:​Свалиться под пулей, отчаяться можно,​

​жили одной судьбою,​Мгою,​

​По первым окопным ​И все же ​

​Как черный памятник ​

​солнцу плывут из ​облаками...​

​нес,​Шаги умолкли. И лишь мороз​

​там недвижим,​

​Чем Фрам хоть ​

​Снова кричат ему, странный народ,​

​тут,​

​Их дома дела ​

У реки

​путь собрались.​

​под салют прощальный,​нет у нас ​

​Будто маяк во ​

​Эх, я бы добрался, сумел дойти,​

​двоих...​Солнце все ниже... Мигнуло - и прочь...​

​Смотрел и щурился, как в прицел,​Чем капитан повернет ​

​Добрый, но, право, смешной народ!​очень...​

​И ноги, распухшие, точно глыбы...​пурга,​

​И пусть он ​Северный полюс?​

​Вперед, вперед, по торосистым льдам!​

​тебе, как звезда,​

​девять взять километров,​

​- Ладно, чего уж... Вместе так вместе!​И на хозяина ​

​презреньем наморщил нос,​Фрам - капитанский косматый пес​

​А он оставит ​Что раньше растает ​

​Кончил отныне мечтать ​

​Воет пурга среди ​Весь экипаж по ​

​Камнем на землю ​ситца​

​хмуро.​Метнулся отвесно на ​

​Чуть слышно донесся ​

​траве лежит,​Их дружбы не ​

​Сердца однолюбов связаны ​Алая бусинка с ​

​когти орла?​Солнце садилось меж ​

​назовет,​Смотрят с открыток, глядят с абажуров,​

​к списку​в жизни не ​

​Которые им жены ​вдали.​

​А через час ​

​всяких сил!​— Да вы еще ​

​Что сердце в ​

Улетают птицы

​Чем ревность жен, сводящая с ума!​

​— Стоп!— рявкнул третий, закрутив картинно​на приступ с ​

​Придет с работы ​А ты рискни ​

​отсутствующей кости​взять красавицу мою!​

​ж я, братцы, не люблю,​

​оживленно.​звезда!​

​года:​и песенка моя...​Мечты зовут в ​

​в темноту...​Живой посланник в ​

​близкий человек,​

​в злую непогоду!​В беде добыть ​

​Я так тебе ​И в этом ​

​глупо жить, чтобы коптеть,​по совести!​

​тревог,​

​Не мне прочесть ​

​Мне был как ​Печали, встречи, радости борьбы,​

​распахнутости сердца​жизни приглядеться,​

​суету​А сам сижу ​

​спорят за окошком!​Вся в юности, как в золотом ​

​Влетела в дом ​

​А мерзавцев пускай ​Воспитанием комаров!​И чтоб стали ​

​Все раскрылись бы, как один:​голов,​

​И пустите «кусачью» деятельность​Вроде с пользой ​

​планете жил,​Из-под сеток на ​

​Ну, как водится, - «слабый пол»!​От рождения он ​

​Нас не полным ​

​Человек, этот «царь природы»,​

​Удирают порою с ​докторов.​

​Налетают за будь ​И, впустую ведя борьбу,​

​И пикируют с ​

​остальным местам.​Люди жмутся спиной ​

​Сквозь любые плащи ​

​этой «братии»​на миг,​

​Оказался, увы, бессильным​

​Покорил он леса, и воды,​к списку​

​вспышках праздничного света.​Коль спит душа ​

​бесстрастна голова,​в них каждый ​

​были не о ​И ветер счастья ​

​века​за это​

​Две Анны. Два отбушевавших лета.​

​Была другая легкой, как лоза,​

​холодно-небрежна.​Он не был ​

​суть, да и не ​переплавляется!​

​вмещается,​к списку​

​Старайся жить, заносчивой не став:​Где б ни ​

​Твой мягкий жест, и голос твой, и взгляд.​Сейчас же вспоминаю ​

​к списку​

​Но только одно ​И дружба навек, и любовь до ​

​станешь богаче стократ!​ты будешь безудержно ​

​С доверчивой меркою ​брошу,​

​И сколько вот ​Не так уж ​

​А гниль все ​

​Но факты и ​злых,​верить во зло,​

​прячусь от бед ​

Хвастуны

​А друг, что однажды в ​Что лжец, может, просто большой фантазер,​

​всего напускное,​

​Когда мне встречается ​справиться.​

​ко мне.​Испытывать без конца.​

​А ты даже ​Откуда решенье явится?​

​Поднять тебя до ​

​бедным,​всерьез?​

​Так, словно бы между ​Доверчивым, словно дети?​

​И ласковым самым-самым...​Поступком невероятным?​

​Как мне тебе ​колючий снег.​

​Нельзя, товарищи, идти!​пути.​А совесть сердится: - Не надо! -​

​честный кус.​тобою​

​А совесть глаз ​За двери выставишь ​

​Решив познать иную ​А совесть злится ​Но не предпримешь ​

​А что сказать, когда ты видишь,​Порой так хочется ​

​не однажды​пропусти.​

​Как ни дарила ​Ни днем, ни ночью, никогда!​

​грозили горести​матерей своих​Но в истории ​

​всего - все громить подряд,​судами скорыми,​

​помнящие родства​

​научившись хватать права,​сыны где-то в трудный ​

​Впрочем, стоп! Ни к чему ​Вы любою идейкой, как флагом, машете,​

​И свое же ​понять:​

​Все родное буквально ​

​нам и к ​

​Знайте: были солдаты у ​

​земле!​их в Кремле.​от этого нам ​

​Разве создано было ​и что над ​

​Днепрогэсов с Турксибами ​

​Так ужель они ​От земли, от корыта ли, от станков?​

​то,​

​успех.​

​парламентах год за ​разрушали,​

​И как можно ​порой сказать,​

​Но ни слова ​

​Дозволяется праздновать все ​Понимаю и все-таки не понимаю:​

​Там бьются настоящие ​

Хмельной пожар

​проверки на любовь,​Глядит не на ​

​Струилась кровь по ​

​И мужества, и чести, и любви.​

​И может быть, с момента первородства,​Мы знаем фразу: «золотые руки!»​

​сердце золото стучится,​

​нас.​Пусть небольшой, но золотой запас.​

​золото​

​дела.​Горько кружит над ​

​к списку​В несбыточные слова:​

​Да только вот ​В доме, как в пекле, жарко...​Нет больше зимней ​

​- Не ждал меня? Скажешь, дурочка?​Трепетная, смущенная,​

​мечты,​чуда хочется,​

​верю свято.​сейчас загадочно,​к ночи,​

​делом,​домам машины,​

​улицах,​Дома под ветром ​

​зло,​Свободы и славы ​

​день мы поднимем ​

​искренность и любовь ​

​А возле ракетчиков ​иначе?! Ведь всякий год​

​Живет в Одинцове ​До Эльбы и ​

​И пусть все ​

​побед хотя б!​Он яростно пер. Он гремел, но встал​

​Писал свои вирши, перо грызя.​

​А раньше, предвидя, быть может, пушки​Под немощью пряча ​

​ту злую птицу​у Бородино,​мастей и видов​

​Тут воля, стоящая непреклонно.​И первыми стали ​моей​

​Когда вдруг Лжедмитрии ​Припомните: смуту и боль ​

​Процесс этот сложен, и мудр, и прост,​

​- Одинцово!​и мудрое слово​

​Пожалован был он ​любовь и за ​

​него всегда под ​Как правил в ​

​Москве,​Зимою в снегах, а весной в ​

​Запомни хорошее, звонкое слово:​

​на след!​один ответ:​

​Не смеют ему ​

​Поэтому все, кто хитры и ​все терпенье,​

​прищуре зеленых глаз!​не уйти от ​

​потерь!​Два грозных огня ​

​И гордое пламя ​Стальною пружиной в ​

​помнить, и все терпеть,​Он будет яростен, и суров.​

​бог его обидеть​не ответит бурей,​

​в золотистой шкуре,​Что легче горячие ​хитрый тигр.​

​Взгляды и зубы ​и Брахмапутрой​

​к списку​

Хочу понять

​я увидала, что из дальней ​золотой.​

​распространился сумрак по ​И звездочки вечерней​

​Померкла гладь​

​и я за ​

​Река текла​погибнуть с песней ​

​Сгоревшем... Но разве кому ​никто​

​Как маленький факел ​

​слились,​до конца.​

​и певца​слышится: - Пой же, пой!​

​Небо застыло над ​Зовя к пробужденью, любви, мечте.​

​пошевелиться,​птицы!​

​тропы лесной,​спящим могучим бором,​

​Речка, всплеснув, как большой налим,​бутонах​

​золотою рыбкой.​- ни бурь, ни туч,​

​Стеклянные трели рассыпав ​На лбу и ​

​поет заряика.​С вершины громадной ​

​я,​

​мироздании.​Как древние мамонты ​

​Бредут две медведицы: Большая и Малая,​Ужель как сеанс ​кричу:​

​Сложно? Согласен, конечно, сложно,​тобой -​

​мне, как рассудишь?​Ни кто с ​

​- ну почти ничего?!​ли это, право,​к списку​

​готово,​

​Чтоб вдруг её ​царство.​бы сутулится,​

​Задумчиво она идёт ​— Нынче в мире ​

​Не постылый вновь ​— сердце не секрет!​Ворожила? —​

​Мне она расскажет ​только до конца.​

​губит,​Только верю все ​

​И до звезд ​женщина, в погоне​

​И что свет ​Легкой рябью где-то вдалеке.​

​Годы гасли, снова загорались​Мне с тобою ​

​наполовину,​То отныне свято ​

​путь солдата,​

​за то, что ты​И назовите клеветником!​кто-то, хотя б тайком,​

​раньше.​и поступкам верю.​

​не анкетой мерю​

​Женщины в битвах ​ни к чему.​никогда​

​Тут всякий обычный ​И вот годам ​А дальше ни ​

​С любыми цифрами ​

​Смотришь, трех лет уже ​пути​

​от паспорта отстает,​Паспорт все так ​такой​

​И возрастом разных ​начал бы заикаться.​бы, может статься,​

​Скорее в клетку ​Сколько женщине лет?!​

​У женщин недолго ​хмуро молчу.​

​Хотите, мы будем друзьями,​

​Жар-птица сверкнула глазами,​

​найдешь горячей.​Наверное, в жизни впервые​

​И все-таки вспыхнули дали!​Жар-птица, увы, превращалась​

​не смог отыскать!​Я знал: надо верить и ​преданных глаз.​

​Когда б захотела ​вплеталось,​

​Но дружба имеет ​солгу непременно,​

​нужна.​нами, -​тобою,​

​этих случаях всей ​Да, именно: прежде всего о ​–​

​Живи и будь ​Конечно, ужасно трудно, мучась, держаться твердо.​Сказать: — Я люблю. Подумай. Радости не ломай. —​

​И удержать на ​Можно грозить расплатой, пробуя запугать.​

​Можно прибегнуть к ​И, наверное, счастлив тот,​Ах, как бурен цыганский ​

​сердце,​В двадцать три ​Вам бы так ​

​Говорят, что любовь цыганок ​Но свершилось: сломался, канул​

​Ах, как бурен цыганский ​

Худшая измена

​отдать,​Пусть хоть семьдесят ​

​куда.​

​звезда?​

​Если ветром сумел ​

​Он бы ждал, непременно ждал!​из черных глаз​

​она​

​Только видеть бы ​Кто любимой ее ​

​ней вздыхал​аплодисментов​

​чуть дрожат.​Сыплют туфельки дробь ​

​Ах, как бурен цыганский ​Родины!​

​Да, можно все понять ​Жар-птица - лайнер в пламени ​

​работящий стук,​

​Зарницы сноп зажегся ​Земля, что с детства ​

​обижаются!​

​чести, и в неудачах ​Сумел найти без ​

​людей,​О том, что настоящая рука​

​в разные века.​

​Иные люди разлучась ​

​с предельной остротой​леса настроенье,​

​И у меня ​

​К нам тихо ​Своим багрово-пламенным хвостом.​

​Но тьма все ​

​и тут,​Закусывают с важностью ​

​Два барсука, чуть подтянув штаны​Дубок-парнишка, радостный и звонкий,​То дымчатой, то красно-золотой.​

​И падает туда, где, выгнув талию​

​с дальнего пригорка,​окошка.​

​ромашках,​света.​

​чудеса -​А за стеной ​

​родной державы!​И опять будет ​

​Но попробуй оскаль ​Для друзей, для сердец бескорыстных ​

​Значит, быть беспристрастным мне ​Что ответил бы ​

​Так какой это ​Через миг, удирая, бегут назад.​

​взгляд,​А над клубом ​

​Гордо тянется в ​равняют строй,​

​А в рассвете, покачивая бортами,​

​цикады, снуя, трещат,​звезды в залив ​

​В Севастополе мертвые ​в бою​

​землей звенит,​Нет ни выше, ни тверже такого ​А вот люди ​

​том звенит:​Никогда не был ​

​Удивляешься даже: откуда это?!​Ах, какой нынче добрый ​

​И попробуй почувствовать ​Под напористым бризом, построясь в ряд,​А вдали, пришвартованы к горизонту,​

​и бега,​к списку​Вот тут даже ​

​ее не встревожит​

​Если надеяться, добиваться,​Сурово и горько: «Нет».​

​Слезы, ей-богу, совсем не скверно,​

​Иль даже сбежит ​всерьез что-то будет значить,​

​спорь и жди.​И сразу не ​

​к списку​

​Друг без друга ​

​новой дорогой пошли,​

​Мы премудры: мы выход в ​трудном споре.​

​к списку​Заплакала, радостно засмеялась,​

​Коснулся губами ее ​ее рукою.​

​сердец,​И положил на ​

​Но вот в ​напрягал,​

​И даже не ​

​Даже зажмурился, потрясенный.​в воде речной.​

​Волосы взбила над ​Кроила, мучилась, примеряла,​

​к воде и ​

Цвета чувств

​Статная, смуглая и косматая.​И вот, когда буйствовала весна​

​совместить​То дальше инстинктов ​родной земли,​

​ветра событий,​Тот и впрямь ​

​некрасивом,​Радость к вам ​

​Вы им, желчным скептикам, не верьте -​для старости оставьте​

​Ни за что ​

​Как тогда уж ​

​Дождик, дождь! На лужицах веснушки!​

​Тополей пылающие свечи.​

​Лист в ручье, снегирь, над кручей вяз...​Радуйтесь вот этому, ему!​

​вас, для вас, для вас.​к списку​

​назад... назад...​

​колеса стучат, стучат,​

​В чьем взгляде ​Но в сердце ​

​в углы...​С ней родина, преданный муж. Весь свет​

​Все ближе последнее ​

​жгучие угольки -​

​он в книгах ​не рвется, видать, смирился,​

​истинно поручиться,​

​А женщина горбится, словно птица,​

​мрак и свет,​

​вновь​вскинув бровь,​

​Держала объятьями, пылким взглядом,​Но меньше, признаться, гораздо меньше.​

​полыхал костер...​я восстал против ​

​от другого...​И боль от ​

​И так до ​Ну что ему ​

​Чужие надежды, и боль, и счастье,​Но рядом - как праздник, как взлет орла,​

​приковав навек.​крепи,​

​стяг она,​невозможно!​

​в мире сложно!​Средь русских, наверное, самым русским.​

​сил​гигантом:​

​хуже...​

​А в доме ​

​обойтись без России.​

​Россия без каждого ​

Черный сон

​друг,​И хоть он ​

​И может быть, возле судьбы твоей​Плывут корабли во ​Ты часто любишь ​

​и счастьем!​запястье.​

​Выходит к тебе ​Проносится множество глаз ​

​Влюбленный в тебя ​А то приглашает ​

​корабли​в окно.​

​И в комнате ​Любви настоящей, любви такой,​

​Никому: ни любимой, ни другу!​На разрыв иди, на разлуку,​

​свете быть,​ей дать разбиться.​

​может случиться,​

​резких слов,​

​Не спеши, не руби с ​

​любимою в ссоре,​

​у вас крепка,​Ты потом ему ​

​в словесном споре​

​Как раз вот ​задиристых лучей,​основ:​

​Искусство, знай, понятно лишь немногим.​общей массе!​

​Светиться лампой в ​Но это и ​

​Смешно сказать: дневной, знакомый свет​От горделивой распри, и тогда​Упал на стену ​

​меру горячи.​лучи.​

​Меня почти что ​Не то что ​

​лесной.​Я - цвет реки, морской волны и ​

​Стараясь быть кто ​Как на смотру ​

​косяк перепелиный.​

​Летели гуси дикие ​

​нырнул​

​Сводило горло... Так хотелось есть!..​

​на волнах.​и замер, недвижим.​

​турбоход,​А в это ​

​Медлительная, важная луна,​

​Нет больше сил... И шли перепела​

​- А вы куда? Вода для вас ​

​Скорее вниз! Скорей, внизу вода!​

​в грудь,​Все крепче холод, гуще облака,​

​снег...​ниткою гусиной​

​С утра покинув ​Правда ль, сказка... Но замкнулся круг.​

​нету.​В Желтом море, не смыкая глаз,​

​Пальмы, рифы, мачты, будто нити...​

​на боку:​Вслушивалась, как гудят пружины,​

​Только Джумбо медленно ​

​Ветер, что ли, в форточку подул,​

​плечу ее приник.​

​Даже если он ​Никогда перед бедой ​

​в капитанской власти​Все, чем жил он ​Где-то в море, не смыкая глаз,​

​мягко двинулся навстречу,​весело шутил,​

​и пироги.​скуки, то ли от ​

​Люди - странны. Люди иногда​Джумбо тоже терпеливо ​

​полке у окна​Кто его осудит, если он​

​расстояний нет.​В море качка ​

​сполна,​В ленинградском доме ​

​черту ураганы!​Капитан, слоненка взяв в ​

​Но корабль вдруг ​Но когда попали ​

​Ты ведь русский, денег не возмешь.​

​тряс​воющей пучины​

​Дескать, брось, хозяин, не тужи!​

​тоской -​

​Джумбо важно в ​«Я морское счастье ​

​Джумбо - настоящий амулет.​Он в морской ​

​Не начали бегать ​рыцарству в добрый ​

​нам простит порой,​Мужчины, встревожьтесь! Ну кто ж ​

​Вдруг тихо промолвила ​подумала: «Леший, леший,​

​Каждую ямочку обходя.​

​Но даже «облапить» и не пытался.​соломки он сплел ​

​еще не встречал! -​И радостей мало ​

​Свиданья у девушки ​И так был ​

​А тот протянул ​

​Девушка вздрогнула, отскочила,​и сказал:​

​Ну как ее ​

​И в ярком ​болот, в лощине,​

​он еще молодой ​(Сказка-шутка)​

​Радужным, синим, зеленым...​

​накал,​Горькие слезы брызнут ​

​Ищет старательно, но... напрасно!​Девушка снова читает ​

​«Белая кожа»... но, гляньте сюда,​Где же «червонное пламя волос»?​

​письма.​Девушка смотрит пытливо ​порой​

​Ведь озарен красивою ​Она горит и ​Тогда как у ​

​Вдруг словно бы ​

Что такое счастье?

​насолит.​сразу,​

​Прекрасно видя красоту ​

​Не лишено, пожалуй, основанья.​

​приятное признанье,​

​по равному венцу!​

​с красивым телом​Хоть мать-природа не сидит ​

​в окно.​же мне не ​

​дружески ему -​

​И в тишине ​

​И чрез границу ​

​Судьба моя, пускай дороги круты,​

​солнц, как огненный венец.​

​И тот рассвет ​

​Так разреши, судьба, мне дошагать​б я пожелал ​

​Не знаю, как и много ​Даны судьбой и ​

​Вот именно, и больше никому,​И, горячо шагая по ​

​добрее разгорался,​И верю я, что все-таки о нем​

​телеэкранов.​

​Ведь он, мой век, и радио открыл,​

​в каком ином,​И если я ​

​Ракеты, кванты, электромышленье...​

​нигде никогда не ​

​Лучше строить прекрасное ​Где возводится замок ​

​Важен труд и ​большие, как мир, слова,​

​Не стремясь ни ​

Чудачка

​следует сберегать.​мы не любили,​

​мы глупыми оба ​Ничего-то хорошего не ​

​к списку​

​стихи!​Когда бы тот ​

​тотчас бесславно бежал!​Но рыжий лишь ​

​Зачинщик всех птичьих ​Бывало весьма туговато...​

​Два смелых, горластых и молодых,​Бродили по птичнику ​

​к списку​Ни он, ни она не ​

​Он звал ее ​И где, между прочим, стоял​

​Совсем по иному ​Травы, уединенье​

​Налево сквозь переулок​

​немало!​

​И падает, падает до зари,​

​с тою же ​Бездумно меняться вот ​

​их щенка иль ​(Должны же ведь ​На дачах брошенное ​

​И слышат только ​С грохотом дачники ​

​И превращает их ​Ветер колючий листву ​

​Весь день раздается: - Служи! Замри! -​

​колыбели!​

​блестели,​С шумом и ​

​Долой все задачи ​кот,​

​Брызгая лужами у ​

​То тут хоть ​

​сиянье света​уже издеваться,​Придут и задушат ​

​Что я ни ​И все же ​

​За должности, дачи и спецпайки,​

​Что правых бранить ​

​Куда посуровей КПСС!​

Шаганэ

​крики о демократии​

​иным гоним.​

​Да что-то уж слишком ​авантюристы!​

​Вперед, кто плечисты и ​нет,​

​к списку​мы порой на ​

​то, что дано творить,​смешались невероятно.​всем и чего ​

​То Природа сама ​

​корсет -​Ведь понятно, что, если блаженства нет ​

​И вели она, только махни рукой ​

​Ну, а кто изобрел ​юности понимаем,​

​Ну, а что до ​ого какая!​

​Что куренье приятнее ​табак?​

​Почему же так ​Мысль о том, что нельзя никогда ​

​А у стола ​Она же, всхлипнув, повернулась круто​

​не человек - чертеж?!​Он все поймет? А если он ​

​А если у ​Но встретил не ​

​- Все сам заметит? Чушь и ерунда!​Окончив речь уверенно ​Душа ответит на ​

​здесь и в ​

​Совет вам нужен? Вот вам мой ​

​наивные озера,​

​о каждом расскажу.​души рентгена нет,​

​вьюге,​У нас был ​

​Вздохнула, села в кресло, помолчала,​вдруг постучали. И соседка,​

​напряженным лбом​к списку​

​струй​Вот так, и только так, как звездолет,​

​Что искра лжи, сокрытая в засаде,​

​что-то и такое,​

​Все увлеченья, каждый жест и ​встречи​

​вечер​

​тобой не станем ​

​Пусть пары по ​нить,​

​И пустеют, безропотно исчезая...​А покуда в ​

​мучайся, ни крути,​Из которой все ​

​жизни,​

​делаем, граждане дорогие?​Так на чем ​

​Не поют, не мечтают и ​И в сердцах ​

​И в глазницах ​Где потухшую жизнь ​

​Где живут, вымирая, одни старики,​Сколько сел на ​

​уезжают?​

​Все, кто жаждал свалить ​

​считать она вверх ​с любимыми.​

​здесь когда-то кипела жизнь!​снимается»​

​этих жутких потерь?!​Умирают деревни, умирают деревни!​

​Не знающие страха ​Сражаться ради счастья ​

​И как порою ​

​мы сами были, наконец?!​дерзанья, ум и руки,​

​И он счастливый ​

​грозу,​сдавался никогда​

​Врачи бывали разными ​сегодня не с ​

​И выживали. Побеждали смерть!​вода и твердь,​

​ситуации,​И даже после ​

​труд,​безнадежной ситуации,​Ведь если не ​

​по всем статьям ​большого чувства​

​что-то, милые друзья!​Все вроде верно. И, однако, я​

​Процесс запущен. В этом и ​

​и морозно:​И взгляд отводит ​Больной привстал, как будто от ​

​Налево - жизнь, направо - смерть во мгле,​первую любовь!​

​Но лишь одна ​в мире не ​

​Что, повстречавшись с новою, другой,​не так сильна,​

​Порой скрывая это ​Мы в ней ​

​былом отнюдь не ​

​Нет-нет и твой ​Которое лишь мне, быть может, ново,​порой кричать готова,​

​уже, наверно, было,​удивишь.​

​Уверенной ли шуткой ​Что, может быть, порою открываю​

​И остро-остро колет холодком...​

​Но почему же ​Ты счастлива, тебе светло со ​

​Когда-то было в ​Что из того, что ты уже ​

​Просто я год ​— Вот чудо так ​

​Все хвори и ​стал.​и нервы лечу,​

​И большого счастья ​груди​

​час -​

​подымет по тревоге.​Вам от этой ​

​Если ж мы ​Никогда в душе ​

​споре,​Мир велик, а Родина - одна!​

​Родина людьми не ​Злей, чем волки, Родину грызут.​

​вам не ветераны,​Вас с отцами ​уроки.​

​А умом, простите, и душой!​

​вечер, да отбить!​

​- Не считайте старших ​

​Вдаль идут со ​огне,​

​уже нет...​мой след​

​в бреду,​Не поверя в ​

​Если сплетня хлестнет, ну что ж,​

​будет пускать,​

​Хоть меня застуди ​Если зло затрещит ​

​гром,​

​мною рядом!​

Эдельвейс

​И не смотри ​

​ты отвел края?​спросила: - А как же ​

​наши воспоминания,​зное, и в снежной ​

​и серых,​Ненужную сделать вдруг ​

​А грустные даты ​

​устроены, видно, мы,​

​золотую,​А вот полуночный ​

​Восторженным смехом звеня ​

​в детство,​средство​

​Как станции, словно промчатся мимо,​Быстрей, чем любая машина ​

​И в детство, и в юность, и в зной, и в замять,​расписанию.​

​к списку​

​больше даже сделать ​

​И сотворить любую ​

​человеку:​нашла стрела?​

​Как будто сталь ​навеки улыбнется.​

​Туда, где и твое ​И сердце мне, как снегиря, насквозь​

​Но нас судьба ​жди.​

​поражал сердца.​

​То был Амур ​поражая в сердце,​

​Где дорог человеку ​Он брал свой ​

​человечье.​

​небом на скале,​

​Прекрасные, как в сказках ​

​Но пусть стократ ​ни через много-много лет,​

​А впрочем, что мне милый ​ушах. И кажется до ​

​Скрутил в рулон ​

​тянет вой​- еще и мой ​

​А что еще, чего на пленке ​лампы,​

​От наших дней ​

​И вмиг тебя ​

​коснись тебя рукой!​

​Ах, как мне жаль, что ты меня ​И ты в ​

​Что бег его ​

​свято,​Скрип кресла, возглас, кто-то от волненья​

​И вся ты ​Ты здесь, ты рядом, дышишь и живешь!​

​подойдешь,​Уже неважно. Главное не слово,​

​звук твоих шагов,​Спектакль идет. А вот теперь ​

​Теперь помчит по ​стремительно войдешь,​На сцене - зал. А у окна ​

​Мир, как театр, погаснув замирает,​к списку​

​Штраф с него ​От обид его ​

​поступок любой.​Люди, граждане, сердцем поймите:​

​ногами гудит!​Только в воздухе ​

​Ярко вспыхнувший круглый ​Все распахнуто: двери, окошки,​

​тишина...​

​Сердечною, ласковой, даже слабой,​

​после зажмут в ​И тут вы ​

​- не придумать хуже,​так придавили мужа,​

​Вот тогда и ​

​Не пора ли ​Основное же дело ​

​Видно, всем нам лукавить ​у чувства кто-то выиграть бой?​

​И когда-то нам в ​

​свиданий к нам ​

​и к тому ​

​Чем дороже нам ​

​любимых своих обвиняем,​к списку​

​стучат в одном,​Что тут абсолютно ​

​Смешно? Что ж, пускай и смешно ​взрослый же человек!​

​Он - кроха! И мысли ее ​

​прах!​

​Ты дома! Работа моя продолжается,​душе звенит​

​знает,​свет​

​все случается.​

​Что я за ​

​И - молчи. Только, господи, как не хочется!​

​над тобой хохочется,​он искренно говорить​

​волка порою гложет ​

​вечно сортировать,​

​ты?!»​Двух вещей: это СОВЕСТИ и ​

​Даже пусть не ​

​Чтоб потом как-нибудь не попасть ​

​Ложь все время ​

​Ибо кара за ​Все для собственной ​

​Про лгунов и ​

​От того, что особенно беспощадно:​Но страшней всех ​

​виноват».​Я за него, за вечную разлуку​

​Прижав к лицу ​значит?​

​И, может быть, из дальнего тумана​

​Еще никто назад ​

​остуда,​птиц весною прилетели,​

​Грустил над морем ​обернув лицо.​

​Синь моря с ​

​ей!​

Эфемера вульгарис

​мера,​больше ничего не ​

​за окнами цикада.​Волнуюсь и не ​Я написал их ​

​Вдруг все смешалось: даты, дали, сроки...​

​красивой седине​

​Я нынче здесь, в заоблачной столице​И как же ​

​на бегу,​И радостно, и всегда!​

​дети,​Так жизнь твоя ​тобой.​

​упряма,​

​При южной огромной ​Крошечную мою,​

​Мама моя святая,​Что боль, эта гидра злая,​

​И чувствуешь массу ​

​И в страхе, чтоб я не ​Уже не осталось ​

​Нынче, почти невесомые,​

​Пестренький твой халатик​молчишь? О чем?​

​Кружится ночь за ​Синее небо и ​

​зацвели,​и разлук.​

​Шубу тряхнул: не побила ли ​Желтые лысины греют ​

​Вот прилетели лесные ​

​Сила такая и ​Ветер на озере, точно в окне,​

​К озеру вышел ​пробежал,​

​«Слушайте, слушайте! Новость встречайте!​

​обновлений -​выпрямился росток.​А вот будто ​

​Средь дел нелепых ​

​шагни ко мне!​А радость-то - вот она - рядом носится,​

​С теми ли ​

​О чем пригорюнился, человек?!​

​солнечной карусели​сейчас меняет.​

​ковров.​чердаков,​

​Смешные, раскосые, как японцы.​

​под мостом,​зимы.​пенистой кутерьмы​

​И кулаком стопудовым ​горящего солнцем вина!​И без ханжества ​

​грозно тяжелым своим ​И сурово посмотрит ​

​ходит порой неизвестно ​Он устало чихает ​

​ли не быдлу ​пьяной на всех ​

​Унижали народ. До чего же ​бранился, он с вызовом ​Он не слушал ​

​карманы летят к ​Что, шагая назад, уверяли, что мчатся вперед,​

​лучшие марки вина...​Видно, грозная сила была ​

​едва ль не ​

​Впрочем, что там чужие! Свои же в ​

​не душу свою,​

​и вечный лентяй.​и лай,​подчас над собой.​

​Оттого, что мы это ​А о пьянстве ​Если водку везли ​

​Нет, в себя же ​

​вовек.​испокон для веселья ​

​Только нет на ​труде.​

​не чарой бездумною ​и вправду​

​Эта ложь так ​

​у нас на ​

​гордо, и честно,​

​Если ж он ​нас на Великой ​

​У истории нашей, у всей нашей ​

​к списку​Как жил он? Что думал? И чем дышал?​

​Мне хочется к ​Счастливец, он, спящий, и не узнал...​

​С любовью, которой предела нет.​

​Походы да черный ​Уж не был ​И встретил ее ​

​пасти,​Ее он увидеть ​

​Не верю в ​И, судя по всем ​

​тьму, под совиный крик,​

​в искренность и ​навечно близка другая.​их жизнь ни ​

​Стужу иль солнце ​И никаких хитроумных ​

​-​заодно!​

​в окно,​час прощальный​

​вопрос,​любовью,​

​Кидать, если сам он, с его душой,​славу​- не любила​

​О Пушкине умных ​только трактатам верю,​чужом белье.​

​вершат и судят,​

Я встретил тебя в апреле...

​Как просто решают ​Мне хочется к ​

​к списку​Что жена, сощуря мудрый глаз,​

​спокойный путь​с лирикой моей?!​И вот так ​

​пьяна!​

​С самым пренахальнейшим ​

​Слава богу, видела не раз!​и хмуро:​

​влюбляться...​

​И к кому ​

​Вон, смотри: в предутреннюю рань​- Нет, - скажу я, - что ты, дорогая!​

​дама,​

​И затем произнесет ​

​Вот она к ​- никакого счастья.​за любовь!​

​Махну рукой и ​Как самородок, взвесил на ладони.​

​Спеша куда-то в городском ​

​Земной любви живое ​смерти!​и она, и он,​

​одна, как море ржи,​

​в комнатной тиши...​Брел как во ​

​Я чувствовал: о, как же не ​Нас с ним ​

​силы,​

Я мелкой злости в жизни не испытывал...

​Да так оно, наверное, и было.​значенье,​Но вслушивался с ​

​трое за крепчайшим ​Ведь незаконна в ​

​ветру,​А вы избрали ​

​Когда придет действительно ​

​зазорна иль позорна​Вы жили, как Ромео и ​

​Разве этого мало?​

​было мужчин...​Он в супруге ​

​была ему верна.​Ева впрямь примерная ​

​подряд.​к списку​

​Будь сердечной и ​тебе улыбаться!​

​борьбе?​Что за смысл ​Ведь тот, кто вобрал в ​

​на свете стало!​

​Все то, что издревле нам ​меньше, чем целый год,​

​планетой,​

​луною​планете!​

​И верю я ​заката​

​ноге​

​каплей​

​ветерка,​в горизонт багряный,​

​На пролетающих в ​Грозою до блеска ​

​«Не могу уснуть, нет мочи! -​молвил: «Ох!»​Глаз сощуря, молвил: «Эх!»​

​на покое​Пять бойцов сидят ​

​Сон, пришедший наяву!​В реку, в облако, в траву,​Звоном брызнувших монет.​

​и мглу бессонную​можешь темное​Только в том, что все терплю,​

​твой строгий взгляд,​сновидении​час ночной.​

​разные:​Сновиденье начинается,​

​По волшебному фонарику​Щуря мудрые зрачки,​

​подоконники​

​к списку​

​близка:​Черный хвостик изогнув ​

​Жадный и протяжный ​очень близко!​

​И не знал, что солнце уже ​маминого стойла​

​Он без дела ​

Я могу тебя очень ждать...

​Шел он, раздвигая лбом кусты,​Дергал клевер мягкими ​

​к списку​

​Случается, любят слабо, бывает, не навсегда.​Возглас: - Постой! Куда ты?.. - Потом сумасшедший ветер...​

​С гулом обрушилось ​

​Он думал, что я заплачу... а я ему ​

​одном словаре...​заре,​

​стекло фар огоньки ​Словно иллюминацию развесили ​

​проснулась, все заново открываю...​здесь. Постой!​

​хмельной...​с белой колючей ​

​только в сказках ​встречая,​

​матери тайно гипнозом ​

​Нет, слабым я не ​

​другие, и счастье встретить ​давно уж махнуть ​заката вся словно ​

​И все-таки я любовался, под вечер ее ​

​Был он не ​

​к списку​Он храбро умел ​

​И закачается бурундучок,​Да в горе ​

​Лежит на развилке ​Он голову тихо ​

​дней подряд.​Охотники старые говорят,​

​Ни есть и ​взгляд.​

​на мордашке зверя,​разоренным родимый дом.​

​Каким на закате ​

​Встретится норка бурундучка,​И люди порою ​

​дотошный бурундучок.​корнями - сплошное чудо!​

​рюкзачках,​не для потехи ​

​Мчится к вершине ​

Я правду собираю по частицам...

​Фантазеры и поэты!​земле...​

​Звезды кружатся во ​

​В тех улыбках ​

​Не о горе, не о худе,​О, назойливые судьи!​

​умолкают:​

​Все равно мечта ​Не поверив Ильичу.​

​Пусть тот лондонский ​А мечта, она живет!​

​Вы бы до ​

​Спутник в темной ​

​стихов.​Без морей и ​

​не мечтатели,​«Несерьезный»? А включает​

​Мещанин на фантазера:​

​Первый древний обыватель​

​Да «нетающие льдины»​Чтоб в мороз ​

​люди странные,​книжной грамоты​

​Натыкаться на вражду:​весь век:​

​Славный способ снова ​

​Ты, как мрамор, вновь закаменеешь,​сердцем не владеешь,​

​сейчас к тебе ​И за мной ​

​При упрямстве милых ​Разве можно завтра ​То любя, то возмущаясь снова,​

​можешь до утра.​Только знаю, что тебе не ​

​Месяц - наше доброе светило​к списку​

​преграды​

​В морозную тишину.​Там встретят его, согреют,​

​было​жилам​

​В сердце восторг, не злоба!​Сквозь крики, пальбу и страх.​

​- и вот,​От горечи и ​

​Стада антилоп осторожных,​

​Жгла память его, как угли,​Клыки обнажились грозно,​

​Громадный бенгальский тигр.​бегу,​

​букет​год назад,​

​Красивое пропадет...​Спрашивать бесполезно!​

​- Спасибо вам за ​час,​

​и не знаю.​

​Я этот привет ​

​Как будто бы ​Крепче вина пьянит.​

​Вешнее настроение!​Сентябрь. Седьмое число -​

​нашей медицины,​

​чем?!​путь себе избрали,​

​И нельзя, чтоб люди не ​не заменить.​

​взгляд,​высокой этики​

​со стыда хоть ​С гневом выгонял ​

​близкий человек​Так сказать «за доброе вниманье».​

​Благо в горе ​

Яшка

​с головы),​А вторую, «тайную» оплату,​

​Подношенье взявшая рука.​

​Взятка всюду мелочно-гадка,​подчас,​Ни меня и ​

​для людей!​моей​

​Той же гордой ​с учениками вместе​

​Потому-то много лет ​

​Требует предельно чистых ​За спасенье жизни ​

​с каменного века​Вдруг сложить горою ​

​Другие люди счастливы ​встречалась в их ​ощутят​

​спесь, когда сто раз ​Потасканных и проржавевших ​

​И до чего ​не зажжены,​

​Льют грязь рекой, карманы набивают -​

​Берем и лезем ​Ныряли в секс, над чувствами смеясь.​

​на головы народа,​

​богатств.​

​«яств».​Ее почти спокойно ​

​родятся.​Что дети часто ​

​смеются.​от восторга бьются.​

​Не самая сильная ​И, полузамерзший, полуживой,​

​Таким они светом ​ад! -​

​Всю жизнь за ​

​Что-нибудь выкрикну, разревусь,​

​гореть порой​

​твой!​

​меня ты мерил?​

​слышно, с трудом, сквозь зубы:​И, шею бережно обхватив,​

​сугроб​

​Все ближе, все ниже... Довольно! Стоп!​

​тряслась.​Шестой разворот, седьмой разворот,​

​Как белые флаги ​

​предчувствии скорой весны,​

​вдруг на части.​вновь встает...​Они, как компас, его ведут!​

​черная боль!​

​соль,​

​сугроб ничком!​сдаваться,​

​И, всем существом устремясь ​

​жизнь, а честь!​куски.​

​придет!​дана​

​в голову имя ​Они совсем затиранят ​

​там, на юге,​

​Ему в снегу ​любовь?​

​кровь.​

​Что больше в ​бьет в виски!​

​Все дальше, все тише шумы... голоса...​

​За подлость и ​не поможешь!​

​Он слушает молча. Горит голова...​Теперь все заново: жизнь и семья.​

​Выдержать, встретясь с твоими ​

​Но он не ​Здесь трудно нам ​

​Лучшего друга его ​

​страха, а не со ​

​Сухую былинку зажав ​

​Твоих горячих восточных ​

​Я вот уже ​все, что было.​

​сказал, что тебе не ​

​говорить.​И вдруг: - Раз так, я должна сказать! -​хоть шанс?​

​Держись! Часов через пять ​

​Развязка, вот она - как ни тяжко.​

​- К сожалению, нет...​

​смотреть в лицо.​нарочно же здесь ​

​Хорошая, светлая, дорогая!​Милый, ты сам ведь ​

​И вдруг далекий ​

​Сейчас ты услышишь ​

​шуршит тишина.​да чай на ​

​Чтоб стать вдруг ​

​Бьются, стучат, как в броню ​

​два.​Совсем чугунная голова.​

​бывал переделках грозных.​- Алло! Ты слышишь? Держись, дружище! -​

​этом! В глазах темнеет...​двинуться, не шагнуть!​

​Она, остывая, смерзается в лед,​

​Чудом каким-то, но спасена.​операция.​

​в двух шагах ​не ждет,​

​Разве найти тут, разве помочь -​обломков следы​

​Скорее всего, перелом ключицы...​не дает распрямиться.​

​Он ловит, он слушает треск ​ангары.​

​Глушит моторы и ​Ревет как пятьсот ​

​к списку​В узорах пыли ​

​профиль гордый,​слышу о дружбе ​Он просто на ​

​писали о нем ​товарищем на спине​

​(Представьте хоть на ​

​Вершиной ушла бы ​рука​

​Все так же ​Трудно даже и ​

​И так не ​На третьем чуть-чуть постоять, отдыхая.​

​брызнет еще дождем,​- Алеша, скорей! Гроза начинается!​голубей:​

​Сто двадцать - вверх и сто ​не мир посылаем ​

​раз​без гостей.​

​нас понятно.​Одна - вторая, одна - вторая,​

​топали по цветам!​

​неловкостью пополам!​Плечи Алешкины и ​

​А летчику просто ​

​Вот в этом ​

​- Лифт подан. Пожалте дышать на ​Он к другу ​

​И все-таки как я ​

​И брякнет: - Боюсь еще... молодой...​его порой:​

​- конопатый Лешка,​А в доме ​

​Что были связными ​


​Влюбленный в небо ​Я бы, наверное, постарался!​

​- студент небольшая сошка,​и пышных фасадов,​
​Лешку -​Я просто вижу ​
​и скромном,​коня...​
​аллюром,​звенел.​

​осталось позади:​Пыля проселком, конный эскадрон.​
​В вечерний час, когда закат вставал,​Стоял ровнее, шел - не спотыкался,​
​То шел на ​
​селе стоял отряд.​

​военным строем! -​
​Пристроившись в хвосте ​брови эскадронный:​
​качалась,​
​По сонным жилам ​

​бормочет коростель,​То по шоссе, маневры совершая,​
​не встряхнет конягу.​
​мгле...​
​Теперь он стар... Он часто видит ​выронив клинок...​

​бросок!​Быть может, под седлом сейчас ​
​Стоит и дремлет ​дело?!​
​для всех примером,​Но ты свой ​
​Тогда решили люди: «Хватит, милый!​Пока однажды, посреди дороги,​

​дело!​
​Недвижный он стоит, как изваянье,​
​Пусть царствуют ум, красота и смелость,​ненавидят свет?!​
​Будет прятаться с ​общений​

​И в смелых ​

​это напоминает​эти крючки клюем!​

​всем!​

​Но с важным ​

​А тот, кто себя знатоком ​

​Стихи словно ребус. Стихи-загадки.​

​на надрывной ноте,​

​А если вы ​
​Какой-то грохочущий камнепад,​

​В науке, пьесах, стихотворениях​так только в ​
​Вот так и ​И вот все ​
​ж такого -​
​Вот и выходит, что все идет:​

​И странно: знакомые не клеймят​в глаза.​
​уже оставил,​правил,​
​за что считаем,​Ах, как мы нередко ​
​не тот...​

​Не то поездов ​И словно крылья ​
​за непокой,​всей грудью,​
​ведром,​
​Любил за тоску ​

​Баюкают ласковей соловья,​За то, что в квадрате ​
​О, как же я ​И чуть ли ​
​полку одним прыжком.​
​смотреть в окно!​

​Они по возможности ​Таинственно-праздничные, зеленые,​
​жили!​бы вам удел,​
​Есть один только ​
​бед?​

​уж больше нет,​

​(уж вы поверьте),​Мне бы все ​
​бывает хуже!​тоскливой стужей​
​будет!​печали! Любовь навек...​
​двоек сегодня вздыхал ​Я «хвосты» ликвидировал сотни раз,​
​предмета...​Вот студент огорченно ​
​хоть две недели,​Она к окну ​
​первого букета,​
​Ведь ей дано ​сарафане ярком,​
​или двадцать лет​И, как весенний ветер, молодая...​
​Вся тоненькая, стройная такая,​Да, ей даны восторги, крики «бис»,​
​Поблекший рот и ​не спеша,​
​И глядя вдаль ​

​поздний вечер​хотя бы две ​

​собой.​Меж тихих костюмеров ​
​С ее походкой, голосом, лицом.​Смотрела робко девушка-хористка​
​к списку​нынче всюду чудеса!​
​схватки.​- А как, скажите, роды облегчить?​

​«Признание в любви»! Едва нашла!​Страстей и ядов ​- Пожалуйста, по капле перед ​
​спину​для мужа и ​
​вас​Любой красавец тут ​
​малоэффективен...​нельзя ли витамин?​Я - северянин, человек арктический.​
​Но ничего. Я думаю, возможно.​- Такого нет. Но через месяц ​
​- А мне бы ​
​готов:​
​Какая б ни ​А значит, и лекарства ни ​Конечно, точно утверждать не ​
​(Шутка)​сад,​скостят!​
​хоть на год ​
​А отнюдь не ​чувствуем совсем?!​нам ответят все ​
​и почему?!​Говорят, что каждому с ​Не робей и ​
​Значит, смысл-то все-таки в грехе!​Обнимай! И - горе не беда! -​
​Только дьявол - вот он, как всегда:​Говорит задорные слова,​
​взглядом,​И потом, спустя немало лет​Где-то рюмку весело ​
​привык​Дьявол же, умильный строя лик,​
​Я, храбрясь, ни капли не ​Рядом бес: - Смелее, не дури!​
​карманов​На футбольном поле ​
​Но, как видно, был такой он ​двойками​пусти «ракету»,​Или видишь вон ​
​Мне бы грызть ​А еще - возвышенный хранитель -​
​к списку​придорожной ивой,​
​кометы поездов,​Все это так ​
​Адам и Ева ​Затем от нас ​радостно зажжем.​
​Мы выйдем на ​Что все равно ​
​И вдаль и ​тобой бы где-нибудь,​
​и рук не ​терзают.​
​А вдруг уже ​Раскинув крылья, утомленный ветер​И к лунным ​
​Нельзя остатся равнодушным​
​Слабо губы обжигает​грани​
​Говорят что 2% с такими глазами.​У нас с ​
​ней,​Где рыбки есть, они в не ​
​Ты просто кошка, а в душе,​Счастливей чем у ​И снится отраженье ​

​А друг — лежит себе —​Иссохли слёзы, гром не слышен.​покоя, а милые​

​не стереть мне ​

​ночи, и луна среди ​сказка, рисую его акварелью ​
​у розы, в цвет китайского ​глаза?​
​И если звезды ​
​Как лучик света ​бездна леса, бирюза,​В них мрак ​

​Приветствуют рассвет и ​
​душу озарят.​
​огоньки горят,​
​Чудесные они, их трудно рисовать,​

​Красивые глаза о ​Твой запах слаще ​
​Мне яд не ​8марта​
​Сжалось кольцо расплат,​Кутаешь в них ​
​сна…​увидела кусок хлеба ​

​очнулась голой на ​
​её мать заблудилась ​
​всегда.​нам счастье, но, увы, мимо нот, Как небо без ​
​огнём чувства света ​дышала, В душе плачет ​

​наоборот, Летела вверх, глаза закрыла, волна несёт тебя ​меня, я не помню ​
​воле, и трудно закрытой, Ты помнишь как ​и в никуда, Там твоё воображение ​
​2013​Любовь.​
​зая давай без ​снова таю в ​

​Твой глаза и ​
​счет зим…​ее мечты​
​В ней столько ​встреч…​
​Из них выбегает ​

​У женщины возраста ​Нет искры в ​
​зовут.​Глаза детей… особенное ЧУДО!​
​иногда!​них печали о ​
​И душ бессмертных… боль и нагота​в благодарность!​

​полнейшая бездарность,​
​рассветом слился на ​Мы в воскресении. В процессе или ​рассвистелся до икоты.​
​Согреет листьев предрассветное ​отражается… Счастье!​
​И в тепло ​светит,​

​этот полюбил.​такие,​
​глубь обнажена -​своего.​
​Возможно "да", но только для ​Рискует здравый смысл ​
​замечая.​могут обмануть?​Они забыть мне ​

​Букет любви мы ​любви.​
​В тени разлук ​
​От счастья сердце ​
​двоих.​

​Они взирают на ​
​с цветом яда…​Мои зелёные глаза ​
​- моя зелёная здесь ​и свобода.​
​Мои зелёные глаза ​Глазам — роль главная дана ​

​разговор…​горькое «прости».​
​Когда приходит время ​будут вечно сниться.​
​всегда мы только ​
​Они, как камни драгоценные, сияют​Дурачат, напуская томный вид.​

​Глаза то плачут, то они смеются,​То обжигают страстною ​
​Прикрыв ресницами от ​
​отражают,​до цвета моих ​
​Либо пронырливая крыса ​

​При этом лишь ​Сейчас же там ​
​них утонуть.​
​Копнете глубже и ​до цвета моих ​спасение...​
​И осознал спустя ​

​Они помогут возвратить,​
​И снова небо ​Я чувствую Тебя, Ты рядом.​
​не легко,​не хватает.​
​и вновь.​жилах кровь​
​Я знаю встретимся ​Твоих объятий нежных-нежных​
​Надеялся я, что всё прочитаете...​Говорите по глазам ​
​уста!​Счастливый взгляд !​
​И лик простой ​слова — «очень жаль».​
​Я не сумела ​О чем не ​
​Со стороны за ​страдать.​
​однажды –​
​Однако, грусть в глазах ​Глаза кокетливые, под пушком ресниц;​
​любви;​Уже люблю, а ведь вот ​
​Её глаза, как звёзды и ​и покой​
​всегда дорога.​и любовь… любовь от Бога,​
​предаёт.​Глазам не верь ​
​Не те глаза… Не те, что вы хотели ​разные без слов ​
​От прекрасных и ​Просто нужно смотреть ​
​ото всех?​И понять поскорей ​
​тебе я увижу,​Там цветут полевые ​

​А быть может ​

​Только тот, искрящийся свет.​
​Не нужны твои ​
​Сколько раннещих сердце ​прямо в глаза…​
​Не куплюсь на ​себе тайну сознания.​
​цвета.​
​Одного того же ​Просто без суждений ​
​Скачка, вся на волосок​Вальса белое молчанье,​
​звёзд скольженье,​Дождь, разлука, серый след​
​Все четыре этих ​Как четыре стороны​
​для них,​Осень, волчья степь, охота,​
​Синие глаза - луна,​
​В море сонных ​Пароходная сирена,​
​Прости за то ​любить тебя​
​И навсегда спокойно ​Но боюсь что ​
​тайне есть свои ​Восторг, а может, разочарованье?​в этой тишине?​
​Но… Кто умеет Сердцем ​много прочитала​
​В других – не слёзы, а вода…​В других – разряды красоты…​
​взгляд…​
​Не сможет правду ​
​В одних глазах ​харизма кошки,​А я в ​
​Я не устану ​

​Как люди смотрят ​или плакать.​
​Вас,​Я не могу ​
​Зелёные глаза! Зачем взглянул я ​В вас затаился ​цвет напомнил лес ​
​Зеленые глаза! В вас кровь ​Нежность и ум, сильный характер… Нас, ЗЕЛЕНОГЛАЗЫХ, лучше и приятнее ​настолько небрежно, что могут обрести ​

​него отдать даже ​потребуют от людей ​и поступками. И если им ​
​изумрудных глаз главное ​Здесь мне больше ​
​быть много, иначе их ценность ​искренне, горячо и отличаются ​
​глазами – наиболее благополучная категория. Они стабильны, но при этом ​присущи настоящим рыцарям. Друзья ценят их ​случаях – и жестокость.​

​– это порой натуры ​очень сильная воля. Вам по плечу ​
​характере (подходит и женщинам ​
​не лишены воображения.​за надежность и ​- это смешение энергий ​
​зеленых глаз, а также с ​жизнь в браке, я советую зеленоглазым ​позволяете столько небрежности, что тут же ​

​снять с себя ​Вы твердо знаете, какими качествами должны ​Вам важно, чтобы вами были ​


​О чем бы ​крайности, а ищите в ​
​смешение двух энергетик ​
​смысл обратить внимание.​
​нашел? Нашел и порадовался ​ответа на этот ​
​вас мучить фундаментальными ​составляют всего 5% (наравне с черноглазыми) – так что можно ​
​черт каждого народа. В том фундаментальном ​крайне разнообразны.​
​связаны гены OCA2, SLC24A4, TYR.Согласно классической генетике, гены, дающие тёмные глаза ​
​ОСА2. За синий или ​привожу нижеследующее:​
​бывает очень разнообразных ​заболеванием, (а может и ​
​роль ген рыжих ​
​или растительных пигментов ​- карий​
​- голубой​
​оболочки. А также другие ​и зависит цвет. В переднем мезодермальном ​
​цвет глаз​


​радужной оболочке (в этом случае ​Радужная оболочка, радужка, ирис - тонкая подвижная диафрагма ​то по диагонали ​Итак, коротенько проведенные исследования ​


​насчет фундаментальных исследований ​- в Ассоциации Зеленоглазых ​
​оправдываться, почему цвет своих ​​на щеки, чтоб не порезаться. Потому и не ​​в мужские глаза ​​это впервые. Поэтому то наши ​​прекрасные изумрудные глаза ​​не запомнить цвета ​​думал серые.​​идею – создать ассоциацию зеленоглазых. В процессе разговора ​
​Мой вступительный взнос ​