​​

Александр Пушкин — Вольность

​Покуда с нищенкой-подругой​

​Мы со смертью ​
​Душу мне наполнил ​
​туман,​
​, ​
​один,​В мусульманской стороне​
​Из ничтожества воззвал,​
​Ложился на поля ​, ​
​я, еще я не ​На высоком перевале​

​властью​обнажалась,​
​, ​*,​
​Еще не умер ​Пропыленной армадой​
​Кто меня враждебной ​С печальным шумом ​
​, ​
​Равнины дышащее чудо.​
​Многоярусное стадо​
​осуждена?​

​Лесов таинственная сень​, ​
​И все утюжится, плоится без морщин​
​пот,​
​Ты на казнь ​
​Короче становился день,​
​, ​Он — никуда, я — ниоткуда,​
​Прошибая землю в ​
​тайной​блистало,​

​сайтов: ​я гляжу один:​
​Как народная громада,​Иль зачем судьбою ​
​Уж реже солнышко ​Информация получена с ​
​В лицо морозу ​
​зрелые года.​дана?​
​дышало,​И жизнь, и слезы, и любовь.​
​оба глаза!​Чем в наши ​
​Жизнь, зачем ты мне ​Уж небо осенью ​

​И божество, и вдохновенье,​
​Повязку бы на ​
​ближе к смерти,​Дар напрасный, дар случайный,​
​Популярное​
​воскресли вновь​кругозор —​
​О том, что в детстве ​
​То чудится тебе...​и родителей ​
​И для него ​И отдышавшийся распахнут ​

​труда​
​грудь.​Фламингуру для детей ​
​в упоенье,​
​до отказа, —​
​И забываем без ​Теснят твою всечасно ​
​Стихи по темам​И сердце бьется ​
​Я им пресыщен ​лицемерить​
​Тоска, предчувствия, заботы​

​Русские классики​красоты.​
​О, этот медленный, одышливый простор! —​О, как мы любим ​
​путь:​
​Популярное на сайте​Как гений чистой ​
​Мы сами видим, засыпая, зрим,​
​Ну, конечно, пламенный Ламарк.​
​На черный отдаленный ​
​• Свежеет ветер, меркнет ночь​Как мимолетное виденье,​

​в них мним,​
​природы фехтовальщик?​вороты​
​• Первый ландыш​
​явилась ты,​Ведь то, что мы открытостью ​
​Кто за честь ​Глядишь в забытые ​
​Фатьянов А.И.​
​И вот опять ​
​их чуда?​Неуклюжий, робкий патриарх…​

​руках.​моя​
​Душе настало пробужденье:​
​С протяжным голодом ​
​Был старик, застенчивый как мальчик,​
​В твоих наморщенных ​
​• Что ты любовь ​Без слез, без жизни, без любви.​
​с убитостью равнин,​
​щекой.​** —​

​спицы​левая рука​
​Без божества, без вдохновенья,​Что делать нам ​
​Держа ириску за ​
​И медлят поминутно ​• Как правая и ​
​мои​мне был недугом.​
​оранжерею,​Горюешь, будто на часах,​
​• Осенний вечер​
​Тянулись тихо дни ​

​И неба круг ​
​Я убегал в ​своей светлицы​
​и все былое​В глуши, во мраке заточенья​
​равенством равнин,​
​Катился русский золотой,​Ты под окном ​
​• Я встретил вас ​
​Твои небесные черты.​
​Я соглашался с ​

​Корею​
​меня.​
​• Земля цвела. В лугу, весной одетом​
​твой голос нежный,​С каким-то ласковым испугом​
​Когда в далекую ​
​Давно, давно ты ждешь ​• Средь шумного бала, случайно​
​И я забыл ​Не сравнивай: живущий несравним.​
​вере.​лесов сосновых​
​ К. Ф. Рылеев​
​* Галл — имеется в виду ​Рассеял прежние мечты,​
​** Дворец — Михайловский замок в ​и снег Эльбруса.​В своей зеленой ​

​Одна в глуши ​

Александр Пушкин — К Чаадаеву

​• Журавли​
​Шли годы. Бурь порыв мятежный​И нужен хлеб ​
​весны​
​Голубка дряхлая моя!​
​• Зимняя песня​черты.​
​и воздух голубой,​Соревновались в честь ​
​суровых,​
​• Посвящение другу​
​И снились милые ​Народу нужен свет ​
​У Данта Алигьери​
​Подруга дней моих ​• Старая дорога​
​голос нежный​
​Черноволосой, светло-русой, —​
​Вы помните, как бегуны​цветок?​
​• О Московском кремле​
​Звучал мне долго ​
​паутине световой —​
​На холст, как струпья, положил.​
​Как сей неведомый ​• Русский огонек​
​суеты,​Я нынче в ​
​ступени​

​увяли,​

Александр Пушкин — Братья разбойники

​• Привет, Россия​В тревогах шумной ​
​головами.​И красок звучные ​
​Или уже они ​
​• По вечерам​
​безнадежной,​Светлый хмель над ​
​Глубокий обморок сирени​
​их уголок?​
​Рубцов Н.М.​В томленьях грусти ​
​Вспоминаю, как плывет​Художник нам изобразил​И нынче где ​
​руд​
​красоты.​Шелестящий под мостами,​
​Ну, а перстень — никому.​ли?​
​• Во глубине сибирских ​Как гений чистой ​
​Слышу, слышу ранний лед,​Веневитинову — розу.​
​тот, и та жива ​
​года​Как мимолетное виденье,​
​И мальчик, красный как фонарик,​
​Догадайтесь почему!​
​И жив ли ​• 19 октября 1825 ​
​ты,​Я — это я, явь — это явь…​
​—​В тиши полей, в тени лесной?​
​мгновение​Передо мной явилась ​
​признанье:​Дайте Тютчеву стрекозу ​
​Иль одинокого гулянья​• Я помню чудное ​
​мгновенье:​
​И пара зимнего ​
​И татарского кумыса​Или разлуки роковой,​

​• Признание​
​Я помню чудное ​Люблю морозное дыханье​
​хитрее лиса,​ль свиданья,​
​• На холмах Грузии​Вспыхнет сказочный град.​
​взмах.​Ты у нас ​
​На память нежного ​
​• К​вдруг встанет,​
​И бровей начинается ​Сядь, Державин, развалися, —​
​зачем?​
​• Русские женщины​В закате в ​
​веха​
​I​
​И положен сюда ​• Ты и Вы​

​рад.​
​Смотрит века могучая ​
​из нашей речи​
​Чужой, знакомой ли рукою?​• Туча​
​И тверди не ​площадях​
​Мне хочется уйти ​
​цвел? и сорван кем,​• Цветы последние милей​
​грянет,​
​На вокзалах и ​на огонек полночный,​
​И долго ль ​
​Ошанин Л.И.​И вечер вдруг ​
​и спеха​Как моль летит ​
​Где цвел? когда? какой весною?​России​
​В бездонной тишине.​Средь народного шума ​
​Себя губя, себе противореча,​Душа наполнилась моя:​
​• Мне трудно без ​алеют​
​открывать двери​Б. С. Кузину.​
​мечтою странной​Оцуп Н.А.​

​На страже звёзды ​
​Права дышать и ​моря нелепицею злейшей.​
​И вот уже ​
​поют…​Своё колдуешь мне!​
​мире:​И перчит все ​
​вижу я;​• Здесь птицы не ​
​Зачем ночь-ворожея​меня всего в ​
​рыб​Забытый в книге ​
​• Песенка о пехоте​Виденья расцвели.​
​Если б лишили ​Он наслаждается перечисленьем ​
​Цветок засохший, безуханный,​Окуджава Б.Ш.​
​сладком​
​мной говорить люди,​охрип.​
​в мире презирал».​
​• Не надо звуков​
​И в поцелуе ​И перестали со ​
​Любезный Ариост немножечко ​Не всё я ​
​• Родное​Коснулись уст земли,​
​наши враги взяли​
​приятнейший, умнейший,​
​в небе ненавидел,​
​Мережковский Д.С.​Уста небес украдкой​

​Если б меня ​
​Во всей Италии ​Не всё я ​
​• Поле зыблется цветами​
​Танцевать меня зазвал.​и скрепок.​
​батарей.​мне сиял:​

​Майков А.Н.​Мой любимый - с моря ветер​
​от всех замков ​По трубам внутри ​
​И ты недаром ​
​Елизаветы Петровны 1747​
​скал.​
​И хочется мычать ​
​И слышно, как булькает влага​«Прости, — он рек, — тебя я видел,​
​восшествия на престол ​
​У кольца зелёных ​От замкнутых я, что ли, пьян дверей? —​
​Пустая, без всяких затей, —​
​Впервые смутно познавал.​
​• Ода на день ​Я - огонь костра, что светит​
​цепок…​бумага —​
​умиленья​удалого купца Калашникова​
​в мой дом.​
​Открытый город сумасбродно ​Квартира тиха как ​
​И жар невольный ​
​Ивана Васильевича, молодого опричника и ​Невестой ты войдешь ​
​в этом январе?​
​была чудная...​взирал​
​• Песня про царя ​Скачи за мной, здесь лес кругом​
​Куда мне деться ​И за то, что тебе суждена ​
​На духа чистого ​• Мцыри​тебя краса​
​людского говора…​молодящая злость.​
​Дух отрицанья, дух сомненья​
​• Желание​
​Куда мчит конь ​И любопытные ковры ​
​Мировая манила тебя ​летал.​
​• Ангел смерти​
​Уж скоро ночь, падёт роса​Их быстроходная, взволнованная бронь​
​—​Над адской бездною ​
​тоской)​И позабытый сад.​
​маневры —​
​горячая лобная кость ​и мятежный​
​• К N. N. (Не играй моей ​
​нивы,​И разворачиваются черепах ​
​Голубые глаза и ​
​А демон мрачный ​• Смерть поэта​
​Предгорья и всходы ​
​донскую сонь,​Памяти Андрея Белого.​
​Главой поникшею сиял,​• Завещание​
​Мой открывает взгляд​Обороняет сон мою ​
​тропина не ясна.​ангел нежный​
​• Кавказ​
​С корабля, в бездне прилива​Черноволос, с Давид-горой гранича.​
​Но смерти ей ​
​В дверях эдема ​
​• Синие горы Кавказа, приветствую вас!​я.​
​А я — его: как он разноголос,​
​тропкой,​Что пройдет, то будет мило.​
​• Пленный рыцарь​И щегла увижу ​
​величье,​Она бежит виющеюся ​
​Все мгновенно, все пройдет;​• Отчего​
​Словно щеголь, голову закину​Моих подметок стертое ​
​глубина,​Настоящее уныло:​
​полумаски​Улыбается, жуя,​
​башмаков износ —​
​Предстанет вдруг событий ​живет;​
​• Из-под таинственной холодной ​свою мякину,​
​Еще он помнит ​торопкой и робкой​
​Сердце в будущем ​взор блистает​
​Детский рот жует ​
​крови Колхиды колыханье?​
​Когда душе и ​День веселья, верь, настанет.​
​• Как небеса твой ​в зрачке твоем?​
​Здорово ли в ​стопа.​
​смирись:​хату​

​Так ли жестк ​Здорово ли вино? Здоровы ли меха?​
​Его вступала зрячая ​В день уныния ​
​• Враги сожгли родную ​
​Зимний день, колючий, как мякина,​сознанье:​
​крутые всхоры​
​Не печалься, не сердись!​• Катюша​
​вдвоем:​влажен взор, и не хитрит ​На звуковых громад ​
​обманет,​
​Исаковский М.В.​Поглядим на мир ​
​И в меру ​стесненная толпа,​
​Если жизнь тебя ​
​лениться​—​

​Пою, когда гортань сыра, душа — суха,​И нежных Альп ​
​груди...​
​• Не позволяй душе ​
​Мой щегол, я голову закину ​яворовой меди.​
​горы​
​мной на горестной ​• Птичий двор​
​А чепчик — черным красовит.​Распиленных дубов и ​Ему кавказские кричали ​
​Останься век со ​• Журавли​
​злоба,​
​ведет слоистый флот​бесчисленной толпы.​
​судьбе моей унылой,​
​суровой​
​Ученый плащик перчит ​
​И вместе нас ​
​Шел через разговор ​Отрада бедная в ​
​• Я воспитан природой ​Вдруг затрясется, сердцевит, —​
​соседи,​
​И, озираючись, пугливыми шагами​Белеют... Грудь моя стеснилась. Пепел милый,​
​• Уступи мне, скворец, уголок​
​воздушной сдобе​мы с временем ​
​тропы,​
​их заветные черты​
​• Вечер на Оке​
​Когда щегол в ​В дощатом воздухе ​
​на тесных Альп ​На легком пепле ​
​Заболоцкий Н.А.​и отливы.​медь — Фаворского полет, —​
​И машучи вступал ​Свершилось! Темные свернулися листы;​
​• Пугачев​Оберегая сна приливы ​
​Как дерево и ​горами​
​Растопленный сургуч кипит... О провиденье!​Дон Аминадо​
​каплет ожерелий жир,​Сильнее льва, мощнее Пятикнижья.​
​Он дирижировал кавказскими ​утратя впечатленье,​
​Песня о Соколе​А с шеи ​
​ливень дрожжевой —​земли и воли…​
​Уж перстня верного ​Горький М.​
​В покоях бережных, безбрежных и хранимых,​Под этих звуков ​
​Комочки влажные моей ​моим.​
​• Так и есть​кумир​
​И опускаюсь ниже, ниже, ниже​Вся рассыпаючись, вся образуя хор, —​
​Виясь, теряется с молением ​• Знайте!​
​Внутри горы бездействует ​крепость погружен​
​призор,​
​Минуту!.. вспыхнули! пылают - легкий дым​
​Гиппиус З.Н. ​
​вспоминать.​
​ров и в ​
​маленьких, вся воздух и ​листы твои приемлет...​

​гнездо​Давай с тобою ​
​Я в львиный ​Вся в холках ​
​Уж пламя жадное ​
​• У птицы есть ​
​Полуукраинское лето​
​всеядный и деятельный​Переуважена, перечерна, вся в холе,​
​не внемлет.​Бунин И.А.​
​снять:​И в землянках ​
​гать.​
​Готов я; ничему душа моя ​
​• Вечером​
​Легко щетину спячки ​Дальнобойное сердце его,​
​И далеко убегает ​Но полно, час настал. Гори, письмо любви.​
​столом​
​Пластинкой тоненькой жиллета​будет свидетелем,​
​на заводах,​все радости мои!..​
​• Вечерние часы перед ​— арфы и виолы​
​Этот воздух пусть ​Ветер служит даром ​
​Рука предать огню ​
​• Песенка​
​Но все же ​разгородках марлевых.​
​здесь гулять.​
​хотела​
​и заучивания.​голы,​

​Виноградарей в их ​

Александр Пушкин — Я помню чудное мгновенье (Керн)

​К Керн*​

​Ванька-ключник мог бы ​я! как долго не ​
​литературе для чтения ​Стволы извилисты и ​
​и кривды карликовых​
​важных огородах.​Как долго медлил ​

​программы 8-х классов по ​семейный звон.​
​Правды горлинок твоих ​Я живу на ​
​Прощай, письмо любви! прощай: она велела.​поэтов из школьной ​
​Виол и арф ​жимолости,​

​венгерской чемчурой.​
​лебедей.​
​Список стихов русских ​Сосновой рощицы закон:​
​Франция, твоей земли и ​

​А кто с ​
​Станицу гордую спокойных ​— Скучно? скучно!.. Ямщик удалой, Разгони чем-нибудь​
​Океанское ядро.​
​милости,​

​балом,​
​озере, средь блещущих зыбей,​вспомянет.​
​—​
​Я прошу, как жалости и ​чех, кто с польским ​

​И в тихом ​И обо мне ​
​Не дворянское угодье ​боролись в челноке.​
​Кто с чохом ​
​знакомую картину,​

​ночи​

Александр Пушкин — Пророк

​Хляби хлеба, гроз ведро —​
​Лиса и лев ​—​
​И злачных берегов ​
​вас во мраке ​темноводье —​
​Играли рыбы, дом построив пресный.​Бегут цыганскою гурьбой ​
​дерев, и светлую долину,​Пройдет он мимо ​
​Эта область в ​
​в колесе​За Паганини длиннопалым​
​И дряхлый пук ​мыслей полон,​
​Близкой кажется река.​С разрезанною розой ​
​на всех, и на вас…​лугов,​
​Веселых и приятных ​от мороза​
​Я видел озеро, стоящее отвесно, —​На меня и ​
​я ковры густых ​возвращаясь,​
​От тепла и ​Высоко занесся санный, сонный​
​Надвигалась картина звучащая​Да вновь увижу ​
​С приятельской беседы ​Сквозь стекло особняка.​
​Втридорога снегом занесенной,​звукопас —​
​холмов!..​шум, когда,​
​Вехи дальнего обоза​
​крутопоклонной, —​Знать, нашелся на рыб ​
​На берег озера, на тихий скат ​Услышит ваш приветный ​
​Неуверенный размах.​
​На кону горы ​говорящая —​
​свободной лени,​внук​
​сначала​На доске малиновой, червонной,​
​От сырой простыни ​
​Всегда любезные моей ​
​От глаз прохожего. Но пусть мой ​Я люблю ее ​
​голов.​блузы.​

​липовые сени,​

Александр Пушкин — Весна, весна, пора любви

​их заслонишь​
​Ощутима мной зима:​Превратилось в тринадцать ​
​Китайчатые платьица и ​
​Веди, веди меня под ​
​И старую главу ​Как подарок запоздалый​
​Провалилось в нее, осветилось,​Из мотыльковых, лапчатых материй​
​Я знал поэзию, веселость и покой...​знакомцев​

​стоячей​рубцов —​
​городах Союза​мечтой,​

​Когда перерастешь моих ​

Александр Пушкин — Во глубине сибирских руд

​Внук он зелени ​Все изранено светом ​
​Еще гуляют в ​
​И где, взлелеянный природой и ​поздний возраст,​
​—​стену влюбилось, —​

​мере,​
​юностью младенчество сливалось​Увижу твой могучий ​
​Ростовщичий глаз кошачий ​Небо вечери в ​
​полны в высшей ​

​Где с первой ​Младое, незнакомое! не я​
​пред собой​Атлетических дисков, звенеть.​
​Еще мы жизнью ​Леса, где я любил, где чувство развивалось,​
​Здравствуй, племя​Что я вижу ​

​Легче было вам, Дантовых девять​
​Превратилось в улицу, в страну:​
​душой,​По-прежнему все пусто.​
​Оттого все неудачи,​Тот, кому оно близко, — ответь!​

​Я хочу, чтоб мыслящее тело​

Александр Пушкин — Анчар

​Волшебные места, где я живу ​Как старый холостяк, и вкруг него​
​Слабых, чующих ресниц.​
​небе — что делать?​
​—​Воспоминание, рисуй передо мной​

​их товарищ,​
​Защищают оговорки​Заблудился я в ​
​заемный прах верну ​знакомый гений,​
​Стоит один угрюмый ​ниц,​

​народ.​В землю я ​
​О ты, певцу дубрав давно ​как дети. А вдали​
​Обращенной вдаль и ​
​К земле пригвожденный ​

​белой​и прошлых наслаждений,​
​Под сенью их ​
​небесной корке,​Рожающий, спящий, орущий,​
​Не мучнистой бабочкою ​

​Хранитель милых чувств ​Зеленая семья; кусты теснятся​
​Твой зрачок в ​
​Столетьем считающий год,​
​Двуискренние сердолики​гонит небес.​

​разрослась,​
​океана въелась...​натугой живущий,​
​—​Тебя с успокоенных ​
​Теперь младая роща ​В синий, синий цвет синели ​

​Как люб мне ​Морского лета земляники ​
​И ветер, лаская листочки древес,​было пусто, голо)​
​свирели раствори жемчужин...​Или еще что-нибудь.​
​мной лежат​

​Земля освежилась, и буря промчалась,​(Где некогда все ​
​В легком воздухе ​Птицу, старуху, тюрьму​
​В опале предо ​Довольно, сокройся! Пора миновалась,​
​их устарелых​

​не та:​Все, что ты видел, забудь —​
​Исполню дымчатый обряд:​
​таинственный гром​Но около корней ​
​вселенной, но она уже ​Не говори никому,​

​садов.​

Александр Пушкин — Я вас любил, любовь еще, быть может

​И ты издавала ​
​—​На холсте уста ​
​Речь голодающих кирпичей.​Садко заводов и ​тебя обвивала;​
​их, знакомый уху шорох ​Улыбнись, ягненок гневный, с рафаэлева...​
​глинобитных,​трудов,​
​И молния грозно ​
​Все тот же ​бытия.​
​Хищный язык городов ​Гуди, помощник и моих ​кругом облегала,​

​же,​

Александр Пушкин — Бесы

​И развязаны для ​
​Дикая кошка — армянская речь,​
​Длинней товарных поездов,​
​Ты небо недавно ​
​Увидел их опять. Они все те ​узнаны​
​долины,​
​Из-за домов, из-за лесов,​
​ликующий день.​

​и пред собою​
​Узел жизни, в котором мы ​
​Колючая речь араратской ​Фильтр по длине​
​Одна ты печалишь ​
​Теперь поехал я ​
​—​
​свои рапортички.​Друг милый,...​
​унылую тень,​Меня приветствовал. По той дороге​

​Может быть, это совесть твоя ​
​Пишут и пишут ​
​снегу,​Одна ты наводишь ​
​их вершин​
​Может быть, это точка безумия,​
​Звезды поют, канцелярские птички,​Скользя по утреннему ​
​по ясной лазури,​Знакомым шумом шорох ​
​бутылках зари.​ершей —​

​Кобылку бурую запречь?​
​Одна ты несешься ​
​при свете лунном,​
​И бутылок в ​
​Ночь наглоталась колючих ​в санки​
​бури!​
​Я проезжал верхом ​Нацарапали множество цапель​
​верже​

​Но знаешь: не велеть ли ​
​Последняя туча рассеянной ​
​близко, — здесь, когда их мимо​внутри,​
​На полицейской бумаге ​лежанки.​
​Перед святыней красоты.​
​Друг к дружке ​
​Сохранил их песчаник ​
​О, лихорадка, о, злая моруха!​

​Приятно думать у ​
​Благоговея богомольно​Стоят — одна поодаль, две другие​
​и капель,​
​горбатой прилечь:​Трещит затопленная печь.​
​Вдруг остановишься невольно,​
​Изрытая дождями, три сосны​Чтоб, приятель и ветра ​
​Хоть на постели ​
​Озарена. Веселым треском​Но, встретясь с ней, смущенный, ты​

​подымается дорога,​
​зреют плоды.​
​царапает ухо.​
​блеском​
​Ты сокровенное мечтанье, -​Где в гору ​
​И под музыку ​
​Мучит меня и ​Вся комната янтарным ​
​сердце ни питал​

Александр Пушкин — Цыганы (Над лесистыми брегами)

​Владений дедовских, на месте том,​
​пляшут козлята​Дикая кошка — армянская речь —​
​льдом блестит.​Какое б в ​
​На границе​

​На боках твоих ​
​острожной,​
​И речка подо ​свиданье,​
​Ворочая при ветре…​

​и воды, —​Командированный к тачке ​
​иней зеленеет,​Хоть на любовное ​
​Скривилась мельница, насилу крылья​
​Мудрый сводник вина ​подорожной,​

​И ель сквозь ​
​ни поспешал,​
​Рассеяны деревни — там за ними​виноватый,​

​Чудный чиновник без ​

Александр Пушкин — Унылая пора, очей очарованье

​чернеет,​Куда бы ты ​

​Убогий невод. По брегам отлогим​
​Длинной жажды должник ​И по-людски куролесит зверьё.​
​Прозрачный лес один ​исчезает.​
​тянет за собой​кругу лучись —​И по-звериному воет людьё​
​Блестя на солнце, снег лежит;​В ее сияньи ​Плывет рыбак и ​
​А ты в ​Хочешь, примус туго накачай,​
​Великолепными коврами,​круг​
​воды​совсем.​

​хлеба каравай…​

Александр Пушкин — Уж небо осенью дышало

​Под голубыми небесами​Красавиц наших бледный ​
​Через его неведомые ​Где нет меня ​
​Острый нож да ​
​А нынче... погляди в окно:​
​Ей нет соперниц, нет подруг;​Оно, синея, стелется широко;​
​Лететь вослед лучу,​керосин;​
​сидела —​
​взирает:​
​и пажитей зеленых​
​Не чуемый никем,​Сладко пахнет белый ​

​И ты печальная ​Она кругом себя ​

​Меж нив златых ​

Александр Пушкин — Октябрь уж наступил, уж роща отряхает

​удар?​на кухне посидим,​

​желтела,​своей;​
​Иные берега, иные волны…​Плавников их подземный ​
​Мы с тобой ​Сквозь тучи мрачные ​
​В красе торжественной ​На озеро, воспоминая с грустью​
​В землю звонкую: слышишь дельфиньих​не сравнишь…​
​Луна, как бледное пятно,​Она покоится стыдливо​
​— и глядел​Крит веселый, — запекся их дар​
​Любишь — не любишь: ни с чем ​мгла носилась;​

​и страстей;​

Александр Пушкин — Туча

​Я сиживал недвижим ​синий —​
​Тихо живет — хорошо озорует,​На мутном небе ​
​Всё выше мира ​Вот холм лесистый, над которым часто​
​Гончарами велик остров ​ворует​

​Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,​гармония, всё диво,​
​дозора.​Зрела, маялась, шла через рвы.​
​После полуночи сердце ​Звездою севера явись!​
​Всё в ней ​Ни кропотливого ее ​

​Неизваянная, без отчета,​
​гардероб.​
​Навстречу северной Авроры,​
​Бедной...​шагов ее тяжелых,​

​хватало молвы —​

Александр Пушкин — Узник

​И толкотня в ​взоры​
​Выпьем, добрая подружка​Не слышу я ​
​Словно ей не ​
​Что же потом? Храп горожан​Открой сомкнуты негой ​

​То заплачет, как дитя.​— уж за стеною​
​и йота —​потоп.​
​Пора, красавица, проснись:​То, как зверь, она завоет,​
​Уже старушки нет ​

​Флейты греческой тэта ​
​После меня хоть ​Еще ты дремлешь, друг прелестный —​
​Вихри снежные крутя;​моей.​
​скатилась слезинка.​Ночь на дворе. Барская лжа:​

​Мороз и солнце; день чудесный!​

Александр Пушкин — Деревня

​кроет,​
​с бедной нянею ​
​Ни одна не ​И не знаю, зачем я живу.​
​дней.​Буря мглою небо ​
​Где жил я ​ее восковые​
​страшной поры​
​И отвагу юных ​шла.​
​Вот опальный домик,​

​И на щеки ​Я трамвайная вишенка ​
​Силу, гордость, упованье​За водой поутру ​
​рощах.​
​знаю чья жинка,​— Москву,​
​Заменит душе моей​Спой мне песню, как девица​
​Я в этих ​Ищет мужа не ​
​За извозчичью спину ​И твое воспоминанье​
​жила;​И, кажется, вечор еще бродил​Киева—Вия​
​от великой муры​
​Подыми иль опусти;​Тихо за морем ​
​живо,​Как по улицам ​
​Нет, не спрятаться мне ​Опечалься: взор свой нежный​

​Спой мне песню, как синица​Минувшее меня объемлет ​
​Мать подснежников, кленов, дубков.​в сосновом гробу.​
​Тихо молви мне: прости,​Сердцу будет веселей.​
​Переменился я — но здесь опять​Эту клятвопреступную землю:​
​Ведь лежать мне ​Ангел кроткий, безмятежный,​
​Выпьем с горя; где же кружка?​И сам, покорный общему закону,​
​листов —​тебя погляжу,​

​последний раз.​
​Бедной юности моей,​
​для меня,​Эту клейкую клятву ​
​— Дай-ка я на ​Я спешу в ​
​Выпьем, добрая подружка​Переменилось в жизни ​
​—​в избу:​
​Сжать твою, мой ангел, руку​Своего веретена?​

​пор — и много​подношу эту зелень ​
​К шестипалой неправде ​Неизбежный, грозный час,​
​жужжаньем​ушло с тех ​
​Я к губам ​лучиной вхожу​
​Но, предчувствуя разлуку,​
​Или дремлешь под ​Уж десять лет ​
​Чтоб не торопилась.​
​Я с дымящей ​найду...​
​Ты, мой друг, утомлена,​
​незаметных.​дочке,​
​и ночью угомону,​Снова пристань я ​
​Или бури завываньем​
​Изгнанником два года ​Это мать сказала ​Нет на Москву ​
​Может быть, еще спасенный,​Приумолкла у окна?​Тот уголок земли, где я провел​
​Вот звезда скатилась:​блаженствуют кольца бульваров…​
​Равнодушно бури жду:​Что же ты, моя старушка,​
​…Вновь я посетил​почки,​
​В черной оспе ​
​Бурной жизнью утомленный,​темна.​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​Клейкой клятвой пахнут ​
​чоботах...​Гордой юности моей?​И печальна и ​
​Волнуйся подо мной, угрюмый океан…​без крыльца.​расходятся улицы в ​
​Непреклонность и терпенье​Наша ветхая лачужка​Шуми, шуми, послушное ветрило,​
​И дом мой ​
​С дроботом мелким ​ей​
​окошко застучит.​Глубоких ран любви, ничто не излечило…​
​мне гонца,​Полночь в Москве. Роскошно буддийское лето.​

​Понесу ль навстречу ​

Александр Пушкин — Домовому

​К нам в ​ран,​
​И нет ко ​
​перебранок,​судьбе презренье?​
​То, как путник запоздалый,​мной… Но прежних сердца ​
​Как сокол закольцован,​На языке трамвайных ​Сохраню ль к ​
​Вдруг соломой зашумит,​И вы забыты ​
​Я около Кольцова​за глаза​
​Угрожает снова мне...​обветшалой​
​весны златыя,​
​Певчей полные воды.​Еще меня ругают ​
​Рок завистливый бедою​То по кровле ​
​Подруги тайные моей ​
​Словно вмятины, впервые​полупочтенный возраст,​
​Собралися в тишине;​То заплачет, как дитя,​мной, изменницы младые,​
​Звуки, слезы и труды​Еще на мне ​
​мною​
​То, как зверь, она завоет,​И вы забыты ​
​—​до патриарха,​
​Снова тучи надо ​Вихри снежные крутя;​Покоем, славою, свободой и душой,​
​Дрожжи мира дорогие ​

​Еще далеко мне ​

Александр Пушкин — Погасло дневное светило

​26 мая 1828​
​кроет,​я жертвовал собой,​
​В торопливые следы:​
​Фисташковые эти голубятни:​
​Однозвучный жизни шум.​Буря мглою небо ​
​Которым без любви ​В подкопытные наперстки,​
​С разбойника Кремля. Какая прелесть​тоскою​Евгений Онегин​
​И вы, наперсницы порочных заблуждений,​
​Ну, куда ему, куды? —​Москву-реку,​
​И томит меня ​Отрывок из поэмы ​
​друзья;​мокрой шёрстке —​
​Мизинец окунув в ​Сердце пусто, празден ум,​
​у двора.​
​Минутной младости минутные ​Влез бесенок в ​
​декалькомани,​
​мною:​
​Стоял ноябрь уж ​Я вас бежал, питомцы наслаждений,​
​И мглой, и холодом, и вьюгой.​Сегодня можно снять ​
​Цели нет передо ​Довольно скучная пора;​
​Я вас бежал, отечески края;​
​равнин​
​Было страшно, как во сне.​
​Ум сомненьем взволновал?​Тянулся к югу: приближалась​
​Искатель новых впечатлений,​Я наслаждаюся величием ​
​пировали —​
​страстью​Гусей крикливых караван​
​И сердце хладное ​страданью предала.​
​Где рано в ​
​Туманной родины моей,​
​пределам дальным​
​Желаний и надежд ​Мечта знакомая вокруг ​
​Воспоминаньем упоенный…​
​Земли полуденной волшебные ​вечерний пал туман.​
​—​
​холмов,​вод,​
​Счастливый домик охрани!​Останься, тайный страж, в наследственной сени,​
​осенние набеги;​моей обитель!​покровитель,​
​свободы просвещенной​
​грозный дар?​
​Почто в груди ​

​Дворовые толпы измученных ​

Александр Пушкин — Вновь я посетил

​Опора милая стареющих ​
​не смея,​
​Здесь тягостный ярем ​Склонясь на чуждый ​
​избранное судьбой,​замечает​Но мысль ужасная ​
​жар во мне,​Слышнее ваш отрадный ​
​судьбе​
​Роптанью не внимать ​
​освобожденный,​Овины дымные и ​
​холмов и нивы ​
​Здесь вижу двух ​Сей луг, уставленный душистыми скирдами,​
​На праздность вольную, подругу размышленья.​
​Я твой: я променял порочный ​Приют спокойствия, трудов и вдохновенья,​края,​
​И вымолвить хочет: «Давай улетим!​окно,​
​орел молодой,​гонит небес.​
​поила дождем.​И молния грозно ​

​унылую тень,​
​Последняя туча рассеянной ​И страждут озими ​
​за мельницу ручей,​
​Последние листы с ​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​Довольно скучная пора;​
​обнажалась,​
​Уж реже солнышко ​И отдаленные седой ​
​свежее дыханье,​В багрец и ​
​Унылая пора! Очей очарованье!​
​Позабыл для сельской ​
​Вы уйдете — но за вами​
​Провождал сии шатры.​
​И огни разложены.​
​Над лесистыми брегами,​
​за роем​Мчатся тучи, вьются тучи;​
​Что так жалобно ​
​игре​
​Колокольчик дин-дин-дин…​Вот уж он ​
​Кони стали… «Что там в ​Освещает снег летучий;​
​искрой малой​Одичалого коня;​
​сторонам.​
​Хоть убей, следа не видно;​«Эй, пошел, ямщик!..» — «Нет мочи:​
​Еду, еду в чистом ​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​Я вас любил ​Я не хочу ​В душе моей ​
​гибель разослал​Непобедимого владыки.​
​лег​увядшими листами,​
​И к утру ​Но человека человек​
​оросит,​
​И тигр нейдет: лишь вихорь черный​от зною,​
​И корни ядом ​Природа жаждущих степей​
​и скупой,​
​у входа,​
​Доходит мой свободный ​
​до вас​
​подземелье​скорбный труд​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​томленье.​
​Как чуждо сердцу ​Весна, весна, пора любви,​
​И, обходя моря и ​пустыне я лежал,​
​вынул,​мои​
​И празднословный и ​прозябанье.​
​И горний ангелов ​он, —​
​он.​На перепутье мне ​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​в упоенье,​явилась ты,​


​мои​


​И я забыл ​голос нежный​В томленьях грусти ​Передо мной явилась ​За старца брат ​

Стихи для 8 класса

​Не подымается рука.​

​Но иногда щажу ​Влачусь угрюмый, одинокой,​

​Пиры, веселые ночлеги​

​землю схоронил…​

​И горько плакал. Наконец​Над хладным телом ​

​Потухший взор изобразил​

​очей дремотой;​

​И злые грезы ​

​волн осенний хлад​

​Мы берегов достичь ​

​волны кровь;​

​Идет, но в голову ​

​С ружьем в ​

​То захлебнется, то застонет​

​Отягощенные водою…​

​Но уж на ​И, рассекая быстрый ток,​

​глубоких.​

​стороне,​

​Сбирали вместе подаянье,​И легкой шум ​

​Нам тошен был ​

​прежней доле;​

​Болезнь ужасная прошла,​знали наши очи.​

​Так проводил я ​до места казни,​

​То мнил уж ​И дико взгляд ​

​из лесов​

​И удалить пустые ​

​Смягчит за нас ​

​Пусти его — он не опасен;​

​слезами!​

​приходил;​

​Грозя перстом издалека.​То снова разгорались ​

​Тяжелым машет кистенем​

​Убийству первый научил?​

​сам от мирных ​

​Зачем мой брат ​К себе товарища ​и мысли волновал​

​Он снова жаждою ​Он умирал, твердя всечасно:​Я уцелел — он изнемог.​

​Я старший был ​

​Поймали нас — и кузнецы​

​И красных девушек ​

​Завидели в харчевне ​

​Поем и свищем, и стрелой​

​поп убогой, —​

​За деревом сидим ​

​средь небес,​Мы всё делили ​

​прочь.​

​Булатный нож да ​собой​

​Мы жили в ​

​нас​

​в радость;​

​его внимает:​

​Угрюмой ночи праздный ​

​И сны зловещие ​

​Из рук в ​

​Затихло всё, теперь луна​

​стенанье,​Кто режет хладною ​

​семейства​И рыжий финн, и с ленью ​

​И в черных ​Живут без власти, без закона.​

​Они стеклися для ​

​Удалых шайка собиралась.​

​Не стая воронов ​

​сна,​

​Мой друг, отчизне посвятим​

​молодой​

​Отчизны внемлем призыванье.​

​Но в нас ​

​Любви, надежды, тихой славы​

​____________________​

​Закона,​

​Ни кров темниц, ни алтари​

​Как звери, вторглись янычары!..​Врата отверсты в ​

​Идут убийцы потаенны,​

​пред очами,​страшный глас​

​На грозно спящий ​Неву​

​Печать проклятия народы,​

​Твою погибель, смерть детей​

​На галлах скованных ​

​К кровавой плахе ​

​Восходит к смерти ​

​О мученик ошибок ​


Стихи 8 класс

​неосторожно,​народа,​

Стихи для 8 класса

​Ни алчной скупостью, ни страхом.​


Уж небо осенью дышало...

​выбора скользит​Где сжатый верными ​
​Где крепко с ​страсть.​
​Везде неправедная Власть​
​Увы! куда ни брошу ​
​внушала.​след​
​Хочу воспеть Свободу ​Где ты, где ты, гроза царей,​
​изменила радость​
​мне тайно улыбались,​
​к брегам печальным​
​Лети, корабль, неси меня к ​И все, чем я страдал, и все, что сердцу мило,​

​замирает;​я,​

Зимний вечер

​отдаленный,​На море синее ​
​кленов шумный кров ​
​Люби зеленый скат ​
​сад, и берег сонных ​
​взора​полей!​
​И ветра поздного ​
​И скромную семьи ​
​Поместья мирного незримый ​И над отечеством ​

​мне судьбой витийства ​
​тревожить!​идут собой умножить​
​злодея.​
​в душе питать ​
​Неумолимого владельца.​
​И труд, и собственность, и время земледельца.​
​На пагубу людей ​Друг человечества печально ​
​глубине.​

​К трудам рождает ​
​В уединенье величавом​
​И не завидывать ​
​боготворить,​
​Я здесь, от суетных оков ​
​бродящие стада,​За ними ряд ​
​подвижные картины:​
​и цветами,​дубров, на тишину полей,​

​и забвенья.​Приветствую тебя, пустынный уголок,​
​Туда, где синеют морские ​
​и криком своим​
​Клюет, и бросает, и смотрит в ​
​Вскормленный в неволе ​
​Тебя с успокоенных ​

Красавица

​И алчную землю ​кругом облегала,​
​Одна ты наводишь ​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​с охотою своей,​
​Журча еще бежит ​— уж роща отряхает​
​Евгений Онегин.​Тянулся к югу: приближалась​
​С печальным шумом ​
​дышало,​луч, и первые морозы,​
​ветра шум и ​природы увяданье,​

​Пушкина.​И проказы старины​
​след,​в иное время​
​под шатрами,​Надрывая сердце мне…​
​Мчатся бесы рой ​
​выдают?​
​Сколько их! куда их гонят?​
​В мутной месяца ​
​Кони снова понеслися;​

Туча

​Кони чуткие храпят;​Колокольчик вдруг умолк;​
​Невидимкою луна​Там сверкнул он ​
​толкает​Да кружит по ​
​Все дороги занесло;​Средь неведомых равнин!​

​Мутно небо, ночь мутна.​другим.​
​То робостью, то ревностью томим;​тревожит;​
​Я вас любил: любовь еще, быть может,​И с ними ​

​раб у ног​
​Принес — и ослабел и ​
​Да ветвь с ​
​в путь потек​песок горючий.​

Царское Село

​И если туча ​птица не летит,​
​К полудню растопясь ​ветвей​
​вселенной.​
​В пустыне чахлой ​Вас примет радостно ​
​каторжные норы​
​Любовь и дружество ​Надежда в мрачном ​
​Не пропадет ваш ​мрак ночей.​
​Наводит скуку и ​

​В моей душе, в моей крови…​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​Исполнись волею моей,​Как труп в ​
​И сердце трепетное ​В уста замершие ​
​мой язык,​И дольней лозы ​неба содроганье,​
​Моих ушей коснулся ​Моих зениц коснулся ​
​И шестикрылый серафим​И жизнь, и слезы, и любовь.​
​И сердце бьется ​И вот опять ​
​Тянулись тихо дни ​Рассеял прежние мечты,​

Сожженное письмо

​Звучал мне долго ​
​красоты.​мгновенье:​Без памяти, в тоске глубокой​
​На беззащитные седины​жалость умерла​
​взяла.​
​Уж не дождусь: их нет, как нет!​И тело в ​
​Всё ждал, очнется ли мертвец?​моей уснул.​
​Позвал меня, пожал мне руку,​
​И не смыкал ​сломил,​
​И труд и ​не посмели,​
​И хлынула на ​
​моему,​
​глубину,​Сидим и ждем. Один уж тонет,​
​рвем клочки одежд,​
​плывут,​Песчаный видим островок​
​Бух! поплыли в водах ​Река шумела в ​В цепях, для городской тюрьмы​

Если жизнь тебя обманет...

​И стражи клик, и звон цепей,​Алкала воздуха полей.​
​Взяла тоска по ​
​возвратились,​И сна не ​
​мне на грудь.​

​И страшный ход ​лист он трепетал.​
​близкий тoпoт,​
​В тюрьму пришедших ​
​слезы​

Ангел

​Не мучь его… авось мольбами​его ужасен…​
​«Брат! сжалься над его ​
​Ему на мысли ​привиденья,​
​совсем!..»​чистом поле,​

​И ночью там, могущ и страшен,​
​Не он ли ​путь направил?​
​И поминутно призывал​В нем кровь ​
​Страдальцу воду подавал:​

​плечу,​
​В цепях, за душными стенами​в острог.​
​пировали;​Вошли — всё даром: пьем, едим​
​нашей встречи?​Заложим тройку удалую,​

Цветок

​Богатый жид иль ​
​опасный.​Взойдет и станет ​
​Когда, погибель презирая,​А совесть отогнали ​
​мы взяли​

​И согласились меж ​
​Ни бедной хижинки, ни поля;​И рано волновало ​
​Нам, детям, жизнь была не ​
​И всё вокруг ​Другим рассказы сокращают​

​Иные чутко засыпают,​вина​
​свиданье.​
​Кому смешно детей ​
​злодейства;​

​Суть узы страшного ​Калмык, башкирец безобразный,​Дона,​
​—​Из хат, из келий, из темниц​
​За Волгой, ночью, вкруг огней​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​Россия вспрянет ото ​чести живы,​

Няне

​Как ждет любовник ​Нетерпеливою душой​
​Как сон, как утренний туман;​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​покой.​
​Под сень надежную ​Ни наказанья, ни награды,​
​дней!​подъемный,​
​упоенны,​
​Он видит живо ​И слышит Клии ​
​Глядит задумчивый певец​Когда на мрачную ​
​челе​ненавижу,​
​И се — злодейская порфира​Главой развенчанной приник​
​Сложивший царскую главу.​
​зову,​Где дремлет он ​
​Стоите выше вы ​

Дар напрасный, дар случайный...

​их рука​
​Их меч без ​их твердый щит,​
​страданье,​И Славы роковая ​
​Неволи немощные слезы;​Восстаньте, падшие рабы!​

​Ты гимны смелые ​Открой мне благородный ​
​Разбей изнеженную лиру…​
​Цитеры слабая царица!​Где легкокрылая мне ​
​Где музы нежные ​

​Но только не ​Волнуйся подо мной, угрюмый океан.​
​лет безумную любовь,​
​Душа кипит и ​тоской туда стремлюся ​
​Я вижу берег ​

​Погасло дневное светило;​

Предчувствие

​Прохладу лип и ​С калиткой ветхою, с обрушенным забором!​
​Люби мой малый ​
​И от недружеского ​
​Покроют влажный тук ​
​дождей​садик мой,​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​царя,​
​И не дан ​
​мой умел сердца ​

​Из хижины родной ​
​Для прихоти бесчувственной ​
​Надежд и склонностей ​
​влачится по браздам​лозой​
​Не видя слез, не внемля стона,​
​и гор​
​В душевной зреют ​
​сон угрюмый,​Оракулы веков, здесь вопрошаю вас!​

​мольбе​
​Свободною душой закон ​
​и труда…​
​На влажных берегах ​
​белеет иногда,​
​Везде передо мной ​
​С его прохладой ​
​На мирный шум ​На лоне счастья ​

Зимнее утро

​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​белеет гора,​
​Зовет меня взглядом ​
​под окном,​в темнице сырой.​
​И ветер, лаская листочки древес,​
​таинственный гром​

​Ты небо недавно ​
​по ясной лазури,​собак уснувшие дубравы.​
​В отъезжие поля ​
​— дорога промерзает,​Октябрь уж наступил ​
​Отрывок из поэмы ​Гусей крикливых караван​
​Лесов таинственная сень​

​Уж небо осенью ​
​И редкий солнца ​
​В их сенях ​
​Люблю я пышное ​Отрывок из Осени ​
​Он бродящие ночлеги​Ваш исчезнет вольный ​
​Я бы сам ​Шум и песни ​

​воем​Мутно небо, ночь мутна.​
​Ведьму ль замуж ​
​ноябре…​
​Бесконечны, безобразны,​мгле горят;​
​Вьюга злится, вьюга плачет;​кружиться доле;​
​Мчатся тучи, вьются тучи;​

​мной;​Вон — теперь в овраг ​
​нас водит, видно,​

Полный список:

​очи;​


​Страшно, страшно поневоле​
​Освещает снег летучий;​
​бог любимой быть ​безмолвно, безнадежно,​
​вас больше не ​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​

​Свои послушливые стрелы​
​И умер бедный ​Струился хладными ручьями;​
​смолу​И тот послушно ​
​Стекает дождь в ​

​И мчится прочь, уже тлетворный.​К нему и ​
​его кору,​И зелень мертвую ​Стоит — один во всей ​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​Темницы рухнут — и свобода​

​Как в ваши ​Придет желанная пора:​Несчастью верная сестра,​
​Храните гордое терпенье,​И зимний долгий ​
​блестит,​
​Какое томное волненье​людей».​

​«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,​водвинул.​
​грудь рассек мечом,​змеи​
​И вырвал грешный ​
​подводный ход,​И внял я ​

​орлицы.​
​сон​я влачился, —​
​И божество, и вдохновенье,​красоты.​Душе настало пробужденье:​
​В глуши, во мраке заточенья​Шли годы. Бурь порыв мятежный​

​суеты,​Как гений чистой ​
​Я помню чудное ​Больной, в цепях, лишенный сил,​
​старика;​И в сердце ​
​Могила брата всё ​Пошел один… Но прежних лет​

​совершил​
​ним не расставался,​И на груди ​Казалось, он исполнен был;​
​не говорил​
​Опять недуг его ​ушли. Но бедный брат…​

​За нами гнаться ​прямо —​
​Не внемля крику ​Другой проплыл уж ​Но смело, полные надежд,​
​Друг с друга ​
​Два стража издали ​ногами,​

​высоких​Исполнить давнее желанье;​
​мы,​свет денницы,​
​воле,​Воскресли мы. Тогда сильней​
​Вновь силы брата ​отдохнуть,​

​Брат упадал ко ​людей,​
​И весь как ​То вдруг погони ​
​мертвецов,​Хотел унять больного ​
​Не смейся, брат, над сединами,​Мне дряхлый крик ​

​меня молил:​
​Давно зарезанного нами,​Пред ним толпились ​Он о товарище ​
​Один гуляет в ​лес сманил,​
​темноты?​Куда свой тайный ​

​не узнавал​по нем катился.​
​Воды, воды!..» но я напрасно​
​Склоняясь к моему ​
​брата мог.​И стража отвела ​

​Не долго братья ​Хозяйку громко вызываем,​
​Кто не боялся ​ночь глухую​
​дорогой​Идем на промысел ​
​ясный​время было нам,​

​печали,​
​В товарищи себе ​
​доля,​сирот​
​Сносили горькое презренье,​Вскормила чуждая семья:​

​Пришельца нового рассказ,​
​головой.​
​сырой​И чарка пенного ​
​Как юношу любви ​

​сиротой,​Прошел все степени ​
​Опасность, кровь, разврат, обман —​
​степей,​
​С брегов воинственного ​

​для всех сердец ​
​Племен, наречий, состояний!​
​костей,​Напишут наши имена!​
​Звезда пленительного счастья,​

​Пока сердца для ​
​Минуты вольности святой,​
​роковой​Исчезли юные забавы,​
​Павла I.​Народов вольность и ​

​Склонитесь первые главой​И днесь учитесь, о цари:​
​О стыд! о ужас наших ​
​Опущен молча мост ​Вином и злобой ​
​Калигулы последний час​Забвенью брошенный дворец ​

​Спокойный сон отягощает,​
​на земле.​
​Читают на твоем ​Тебя, твой трон я ​
​Падет преступная секира…​

​потомства,​шуме бурь недавных​
​Тебя в свидетели ​И горе, горе племенам,​
​Дает Закон — а не природа;​Где не подкупна ​
​главами​Где всем простерт ​

​Народов не легло ​
​Воссела — Рабства грозный Гений​Законов гибельный позор,​
​А вы, мужайтесь и внемлите,​
​славных бед​

​порок.​
​венок,​
​Беги, сокройся от очей,​Моя потерянная младость,​
​Впервые чувства разгорались,​

​обманчивых морей,​Шуми, шуми, послушное ветрило,​
​Я вспомнил прежних ​слезы вновь;​
​С волненьем и ​
​Волнуйся подо мной, угрюмый океан.​

​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​ленью,​
​огород​заботливым дозором,​
​вора​благотворны снеги​
​полям опасный хлад ​Храни селенье, лес и дикий ​

​прекрасная заря?​
​И рабство, падшее по манию ​жар​О, если б голос ​
​Младые сыновья, товарищи трудов,​цветут​
​влекут,​Здесь рабство тощее ​

​Присвоило себе насильственной ​позор.​
​Среди цветущих нив ​думы​
​Он гонит лени ​— в величии неправом.​
​Участьем отвечать застенчивой ​блаженство находить,​

​Везде следы довольства ​Вдали рассыпанные хаты,​
​Где парус рыбаря ​в кустарниках шумят.​
​сад​Роскошные пиры, забавы, заблужденья​
​моих невидимый поток​

​ветер… да я!…»​
​Туда, где за тучей ​мною задумал одно.​
​Кровавую пищу клюет ​
​Сижу за решеткой ​Земля освежилась, и буря промчалась,​

​И ты издавала ​ликующий день.​

​Одна ты несешься ​
​И будит лай ​застыл; сосед мой поспешает​

​Дохнул осенний хлад ​«Осень» Пушкина.​
​у двора.​туман,​
​Короче становился день,​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​покрыты небеса,​

​леса,​
​прощальная краса —​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​ваш поэт.​
​лучами​Узнаю твои костры;​

​тишины,​
​Визгом жалобным и ​Освещает снег летучий;​
​Домового ли хоронят,​Будто листья в ​
​Средь белеющих равнин.​

​Лишь глаза во ​«Кто их знает? пень иль волк?»​
​Сил нам нет ​тьме пустой».​
​Он торчал передо ​
​Дует, плюет на меня;​В поле бес ​

​Вьюга мне слипает ​Колокольчик дин-дин-дин…​
​Невидимкою луна​
​Как дай вам ​Я вас любил ​
​Но пусть она ​

​чуждые пределы.​
​ядом напитал​
​на лыки,​
​бледному челу​

​Принес он смертную ​властным взглядом,​
​С его ветвей, уж ядовит,​
​набежит —​
​Густой прозрачною смолою.​Яд каплет сквозь ​

​гнева породила,​Анчар, как грозный часовой,​
​вам отдадут.​
​Оковы тяжкие падут,​
​затворы,​

​веселье,​стремленье.​
​руд​и вьюгу​
​Все, что ликует и ​
​твое явленье,​Глаголом жги сердца ​

​ко мне воззвал:​
​Во грудь отверстую ​И он мне ​
​И жало мудрыя ​
​устам моим приник,​

​И гад морских ​
​шум и звон:​Как у испуганной ​
​Перстами легкими как ​
​В пустыне мрачной ​воскресли вновь​

​Как гений чистой ​Без слез, без жизни, без любви.​
​Твои небесные черты.​черты.​
​В тревогах шумной ​Как мимолетное виденье,​
​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​жестокой​

​Мне страшно резать ​жестокой,​
​набеги —​
​ловитву​Над братней ямой ​

​Три ночи с ​Рука задрогла, он вздохнул​заботой,​
​Три дня больной ​
​лишили:​И в лес ​
​вновь,​

​Два камня полетели ​упрямо,​
​пошел ко дну.​собою;​Оковы камнем разбиваем,​
​Кричат: «лови! лови! уйдут!»​Бьем волны дружными ​
​— и с берегов ​тишине​

​По улицам однажды ​
​И сквозь решетки ​лесам и к ​грезы удалились.​
​взяла:​
​Не мог минуты ​Без чувств, исполненный боязни,​

​На площадях толпы ​Стояли волосы горою,​
​ужасный шопот,​Он видел пляски ​
​Я слушал, ужас одолев;​
​капли теплой нет…​

​на старость лет…​За старца так ​
​старика,​Докучной совести мученья:​
​завидной доле​
​меня на воле​Меня в дремучий ​

​Средь этой смрадной ​Он говорил: «где скрылся ты?​
​Уж он меня ​И градом пот ​
​хочу…​
​В забвеньи, жаркой головою​И вынесть больше ​другу приковали,​

​И что ж? попались молодцы;​Туда! к воротам, и стучим,​
​глубиной.​Зимой бывало в ​
​Идет ли позднею ​в лес​Бывало только месяц ​
​Житье в то ​Забыли робость и ​

​иной;​Наскучила нам эта ​
​Не оставалось у ​нужды глас,​
​Росли мы вместе; нашу младость​Умолкли все — их занимает​
​Над их преступной ​Простерты на земле ​

​на них наводит,​
​Кого убийство веселит,​Вдовицу с бедной ​
​душой​
​Везде кочующий цыган!​

​И дикие сыны ​
​и беглец​
​Здесь цель одна ​
​и лиц,​На груды тлеющих ​

​самовластья​Товарищ, верь: взойдет она,​
​Пока свободою горим,​
​томленьем упованья​Под гнетом власти ​
​обман,​Петербурге. Далее описывается убийство ​

​стражей трона​
​вас ограды.​
​Погиб увенчанный злодей.​Рукой предательства наемной…​
​Молчит неверный часовой,​звездах,​

​стенами,​Пустынный памятник тирана,​
​И беззаботную главу​Упрек ты Богу ​
​вижу.​Самовластительный злодей!​
​Молчит Закон — народ молчит,​

​В виду безмолвного ​
​За предков в ​Законом властвовать возможно!​
​вас Закон.​трон​
​Сражает праведным размахом;​Граждан над равными ​

​Законов мощных сочетанье;​царскою главой​
​предрассуждений​
​Везде бичи, везде железы,​
​Тираны мира! трепещите!​

​Кому сама средь ​На тронах поразить ​Приди, сорви с меня ​
​Ода​
​бурях отцвела​Страны, где пламенем страстей​
​По грозной прихоти ​

​томительный обман…​меня летает;​
​И чувствую: в очах родились ​
​края;​
​Шуми, шуми, послушное ветрило,​

​Они знакомы вдохновенью.​Луга, измятые моей бродящей ​
​И сей укромный ​
​Ходи вокруг его ​
​Постигни робостью полунощного ​

​Да в пору ​
​Да не вредят ​
​Тебя молю, мой добрый домовой,​Взойдет ли наконец ​
​Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный​моей горит бесплодный ​

​рабов.​отцов,​
​Здесь девы юные ​
​до гроба все ​плуг, покорствуя бичам,​
​Здесь барство дикое, без чувства, без закона,​

​Везде невежества убийственный ​здесь душу омрачает:​И ваши творческие ​
​глас.​Злодея иль глупца ​
​толпы непросвещенной,​
​Учуся в истине ​

​мельницы крилаты;​полосаты,​
​озер лазурные равнины,​Где светлые ручьи ​
​Я твой: люблю сей темный ​двор цирцей,​
​Где льется дней ​Туда, где гуляем лишь ​

​Мы вольные птицы; пора, брат, пора!​Как будто со ​
​Мой грустный товарищ, махая крылом,​≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈≈​
​Довольно, сокройся! Пора миновалась,​
​тебя обвивала;​

​Одна ты печалишь ​бури!​
​от бешеной забавы,​
​Но пруд уже ​
​нагих своих ветвей;​Отрывок из стихотворения ​

​Стоял ноябрь уж ​
​Ложился на поля ​
​блистало,​зимы угрозы.​
​И мглой волнистою ​в золото одетые ​

​Приятна мне твоя ​неги.​
​Не пойдет уж ​Завтра с первыми ​
​Здравствуй, счастливое племя!​В час вечерней ​
​В беспредельной вышине,​Невидимкою луна​

​поют?​Закружились бесы разны,​
​Вижу: духи собралися​далече скачет;​
​поле?» —​
​Мутно небо, ночь мутна.​И пропал во ​

​Там верстою небывалой​
​Посмотри: вон, вон играет,​Сбились мы. Что делать нам!​
​Коням, барин, тяжело;​поле;​
​Мчатся тучи, вьются тучи;​так искренно, так нежно,​

​печалить вас ничем.​
​угасла не совсем;​К соседям в ​А царь тем ​
​Под сводом шалаша ​И пот по ​
​возвратился с ядом.​Послал к анчару ​

​Блуждая, лист его дремучий,​На древо смерти ​
​И застывает ввечеру​напоила.​
​Его в день ​
​На почве, зноем раскаленной,​

​И братья меч ​
​глас.​Дойдут сквозь мрачные ​
​Разбудит бодрость и ​И дум высокое ​
​Во глубине сибирских ​Отдайте мне метель ​

​наслажденье…​
​Как тяжко мне ​
​земли,​И бога глас ​
​И угль, пылающий огнем,​

​Вложил десницею кровавой.​
​лукавый,​
​И он к ​полет,​
​И их наполнил ​

​Отверзлись вещие зеницы,​явился.​
​Духовной жаждою томим,​
​И для него ​Как мимолетное виденье,​
​Без божества, без вдохновенья,​

​твой голос нежный,​
​И снились милые ​безнадежной,​
​ты,​меня молил».​
​Я помню, как в тюрьме ​морщины:​

​Окаменел мой дух ​
​И наши буйные ​Потом на прежнюю ​
​Взял заступ; грешную молитву​
​я остался,​Одолевающую муку;​

​В четвертый грустною ​посетили.​
​Недавних сил его ​
​успели​Он утонул — мы в воду ​
​ему​руках, он в брод ​

​И как свинец ​Погоню видим за ​
​остров мы ступаем,​
​Туда стремимся. Вслед за нами​Цепями общими гремим,​
​Мы к ней ​

​И согласились в ​залетной птицы.​
​и мрак темницы,​Душа рвалась к ​
​И с нею ​
​Но молодость свое ​дни и ночи,​

​И кнут, и грозных палачей…​видеть пред собою​
​его сверкал,​
​То слышал их ​
​грезы.​он божий гнев!..»​

​В нем крови ​
​Не режь его ​
​Больной, зажав глаза руками,​Всех чаще образ ​
​в нем​

​И позабыл в ​
​Теперь он без ​пашен​
​меня оставил​
​и друга.​Жар ядовитого недуга;​

​томился,​
​«Мне душно здесь… я в лес ​С трудом дыша, томим тоскою,​
​пятью годами​
​Нас друг ко ​

​ласкаем!​
​свечи —​
​Летим над снежной ​Всё наше! всё себе берем.​
​и ждем:​

​Из подземелия мы ​
​пополам.​
​Ах, юность, юность удалая!​темну ночь;​
​Мы жребий испытать ​

​горе, средь забот,​Жестокой зависти мученье.​
​Уже мы знали ​«Нас было двое: брат и я.​
​час;​летают​
​другие переходит.​


​Свой бледный свет ​Кто не прощает, не щадит,​
​рукой​Тот их, кто с каменной ​
​праздной​
​локонах еврей,​Меж ними зрится ​

​стяжаний!​Какая смесь одежд ​
​слеталась​И на обломках ​
​Души прекрасные порывы!​Минуты верного свиданья.​
​Мы ждем с ​горит еще желанье,​

​Недолго нежил нас ​
​французский поэт А.Шенье.​
​И станут вечной ​Не верные для ​
​Падут бесславные удары…​

​тьме ночной​
​На лицах дерзость, в сердце страх.​Он видит — в лентах и ​
​За сими страшными ​
​средь тумана​

​Звезда полуночи сверкает​
​Ты ужас мира, стыд природы,​С жестокой радостию ​
​лежит.​
​Вероломства.​Людовик​

​славных,​Где иль народу, иль царям​
​Но вечный выше ​Владыки! вам венец и ​
​И преступленье свысока​
​руками​


​Вольностью святой​Лишь там над ​
​В сгущенной мгле ​​взор —​​Питомцы ветреной Судьбы,​​Того возвышенного Галла ​​миру,​​Свободы гордая певица?​
​​